желание.

вокс тянется к одному из своих экранов медленно, не спеша, растягивая каждую секунду, поистине наслаждаясь моментом. он настраивает камеры осторожно, словно они настолько хрупки, что могут сломаться от любого его неверного движения. из-за своего потуманненого рассудка, он и в правду сам начинает в это верить. аластор знает, что воксу нравится наблюдать за ним, и активно этим пользуется. грязно целует случайного демона в баре, просовывает свой язык глубоко во внутрь так, будто это привычное для него дело, не стесняясь окружения и местной публики. ему плевать, что о нём могут подумать другие, ведь сейчас аластор целиком и полностью во власти и видении своего любимого врага, для которого перейти черту не жалко, а до безумия приятно. — ёбанный сукин сын, — вокс задыхается, трогая свой член, специально удерживая его у основания так, как это любит делать аластор. вокс смотрит прямо в монитор, не смущаясь приближать столь желанную для него картину. масло течёт изо рта, и вокс улыбается в своей привычной манере. — блядский олень, — вздыхает он, кончая себе в руку. аластор отцепляется от демона, глазами ища один из мониторов, следящего за ним. находит быстро, ухмыляется. это выражение лица для вокса особенно дорого: не улыбка во весь рот, а лёгкая ухмылка, достойная не каждого. их взгляды встречаются, и вокс чувствует, как член снова становится твёрдым. делая вид, будто ничего не произошло, аластор покидает бар, не оборачиваясь на посетителей. идёт по улице статным шагом, чувствуя, как абсолютно все экраны смотрят на него. — на сегодня шоу достаточно, вокс, — говорит он будто в воздух, исчезая неожиданно и быстро, словно его никогда и не было. — блять, — вздыхает вокс, отключая свои мониторы.