Сломался?

— Не понимаю, почему я должен помогать…душе, которая принадлежит Аластору? — Вокс сидел в своем кресле, закинув ногу на ногу. В его руке была чашка с черным чаем. Он явно был не рад гостю, с которым сейчас говорил. Под ногами валялось много осколков стекла, окно было разбито. Хаск смотрел на очеловеченный телевизор с недовольством. Глаза злобно сверкали, лоб хмурился. Зубы скалились и из горла раздавался нервный кошачий рык. Он раньше не задумывался о том, может ли телевизор пить чай…но это ад, тут все возможно. Неизвестно, как вообще этот Ви стал таким? Все остальные жители ада представляют из себя животных, насекомых, которые олицетворяют их смерть или за что они в аду. Этот чувак умер из-за телевизора? На голову свалился? Слишком много тупых вопросов. Он здесь не за этим. Бармену пришлось пол дня прыгать возле офиса и расталкивать толпы людей, лишь бы попасть к Воксу. Все знают, что людей около здания собирается не мало. Все репортеры собираются, чтобы взять интервью у Ви или достать какую-то интересную новость. И рассказать обо всем первыми. И из-за этой толпы пришлось…использовать крылья и буквально влететь к владельцу Вокстека в окно. Окно, конечно, разбилось. Его осколки теперь валяются под их ногами. Конечно, Вокс наблюдал за крылатым чудом через камеры. Но такой прилет и покушение на окно он не ждал. Было много криков, брани и начавшихся лагов на экране. Но в конце концов, Ви решил выслушать неожиданного гостя, когда тот упомянул Валентино. — Это в твоих же интересах. — Хаск тихо рычал, когда говорил. Глаза все также немного щурились от недовольства и злобы. — Валентино слишком много времени проводит со своими…”сотрудниками». Настолько много, что Энджел Даст вчера заявился домой в ужасном состоянии. А ведь до этого состояния еще надо довести. Да и Валентино твой романтический интерес, так ведь? Тебе только лучше будет, если его любимая шлюха не будет вертеться под ногами и сбежит. Вокс задумался. Его лицо-экран немного подвисло. Ему действительно не нравилось, что его любовник так много времени проводит со своими шлюхами. Если одна из сучек сбежит, Вал будет в ярости, но Вокс, конечно же, знает, как его успокоить. И им уже никто не будет мешать. — Допустим, я соглашусь. — наконец произнес он. — Я, так уж и быть, не буду помогать Валентино и использовать камеры. И валить я вам двоим советую как можно скорее…— глаза злобно сверкнули. Да, стоило валить как можно быстрее. Хаск выдохнул и благодарно кивнул. Теперь осталось только понять, куда бежать, собственно… *** В это время, Чарли была в ярости. Видеть принцессу ада в таком состоянии было необычно и весьма опасно. Она ходила кругами по залу, не слушая успокаивающие речи своей девушки. Ее волосы были растрепаны, взгляд полон огня. На голове даже появились рожки. Еще немного и она войдет в демоническую форму. Чертов Валентино. Хотелось вырвать ему весь его мерзкий мех. А потом заколоть ангельским оружием. Нет, перед этим стоит натравить на него Ниффти. Она уж точно разберется с таким плохим мальчиком. Энджел, тем временем, не просыпается уже сутки. Все помнят тот момент, когда актер просто упал на пороге в лужу из собственной крови. Как он при этом выглядел вспоминать не хотелось, но увечья были страшными. Парня тогда кое-как отмыли и положили в его комнате, отдыхать. Регенерация будет идти весьма долго. Пока Чарли злобно наворачивала круги и вырывала себе волосы, в отель вернулся Хаск. Его лицо было очень мрачным. Ему больше всех было важно состояние актера. Сердце бармена дергалось каждый раз, когда он видел Даста. Все их взгляды, случайные прикосновения, значили для него многое. Это дало ему понять, что он не один. И что даже в аду существа способны на что-то нежное. Способны любить. Он любил паука. И знал, что эти чувства взаимны. Просто они пока не нашли в себе сил поговорить об этом. Когда Энджел пришел в таком состоянии, Хаск был в ужасе и был готов заколоть Валентино прямо в этот же момент. Но Аластор аккуратно намекнул ему, что это ужасная идея, и что сейчас стоит лучше позаботиться о здоровье паучка. А то лапки откинет. — Энджел еще не…? — начал говорить бармен, но его перебили. — Нет! Он не очнулся! — Чарли топнула ногой. Она сейчас будто начнет плакать. — И все из-за этого…этого…а я не могу ничего сделать! — принцесса ударила рукой по столу. Хаскер вздохнул. Ему, как никому другому были понятны ее чувства сейчас. Гнев, безысходность. Единственное, что они сейчас могут сделать — дождаться пробуждения паука, вылечить его и бежать с ним. Хотя у бармена появилось очень странное чувство, которое волновало его весь день. Он знал, что грешники и демоны имеют регенерацию и волноваться за жизнь Даста не стоит. Но сейчас было ощущение, что что-то пойдет не так и изменится после произошедшего. Тем временем, Хаска подозвала к себе Вэгги, которая нежно гладила плечи принцессы и старалась ее успокоить хоть немного. — Чар составила подробный план для искупления Энджела. Если все выполнить, то есть шанс. — девушка протянула Хаску листок бумаги, который достала из кармана. Интересно, что они успели придумать. Хаскер взял и внимательно изучил список. Там были перечислены пункты для исправления. И все было написано весьма неплохо. Крылатый точно заставит Даста следовать этому плану. — Неплохой план. Думаю, его и используем. *** Энджел очнулся под вечер в своей комнате. Он кое-как приоткрыл глаза. Они ужасно болели и слезились. Все плыло и разглядеть очертания предметов было невозможно. Голова сейчас просто расколется на части от боли. Даст попытался поднять одну из рук, но конечность его не слушалась. Ее тут же сводило судорогами. Невыносимо. Он снова закрыл глаза, чтобы не напрягаться. Регенерация еще не закончена. И сколько будет длиться — неизвестно. Наггетса рядом не было, но паук знал, что его временно отдали Черри, чтобы не мешался под ногами. Сквозь сон услышал. Паук попытался вспомнить все произошедшее перед тем, как он упал без сознания. Всплыл образ Валентино, образы разочаровавшихся жителей отеля. Актер уже не понимал, что из его воспоминаний реальность, а что глюки и эффект от розового дыма. Вспомнились испуганные лица Чарли и Хаска, когда он пришел домой. Они действительно волновались за него? Или просто делали вид? Конечно лишь делали вид. Кто может волноваться за какую-то дрянь из порно фильма? В комнату кто-то зашел. Послышались тихие, аккуратные шаги, шелест крыльев, запах табака и алкоголя… Хаск. Паук точно знает, что это он. Ему даже смотреть не надо. Этот родной запах и аккуратность в движениях он узнает всегда. Бармен сел к Энджелу и начал аккуратно поглаживать его руку. Актер тут же решил подать признаки жизни и полностью открыть глаза. Неожиданно, но раскрылись все восемь. Обычно, он ими не пользуется. Наверное, это выглядело очень жутко, ведь Хаск вздрогнул и посмотрел в яркие глаза друга. — Энджел? Как себя чувствуешь? — в голосе слышится сильное беспокойство и некая грусть. Лицо бармена выглядело очень напряженным, сосредоточенным. Руки же были нежными и аккуратно поглаживали сломанную ручку Даста. Переживает, видимо. Но нужно быть хорошим мальчиком. И вести себя так, как положено такому как он. — Все отлично, котик. Могу отплатить тебе за такую заботу. — фраза была сказана без каких-либо эмоций. Просто заученный текст, который он говорил на автомате. Хаск напрягся сильнее. Они вроде перешли на другую ступень отношений, когда эти тупые фразочки не требовались. — Энджел, к чему эти тупые шутки? Я серьезно спрашиваю. Хаск недоволен дорогущей шлюхой и назвал его шутки тупыми. Плохо стараешься, Энджел Даст. А еще зовешься лучшей потаскухой ада? Паук резко сел в кровати и выпрямил спину, заставив бармена вздрогнуть от неожиданности. Тело будто вывернули наизнанку и проткнули миллионами игл. Но нужно быть лучше несмотря на боль. Даст изящно потянулся, натягивая на лицо широкую улыбку. Как тогда, когда только пришел в отель. Он повернулся в сторону друга, ловя на себе его ошеломленный взгляд. Хаск нахмурился и аккуратно взял Энджела за щеку, всматриваясь. Пытаясь понять, что происходит. Глаза паука теперь не выражали ничего. Если раньше там была грусть от всей ситуации, иногда проскальзывал страх, рядом с Хаском появлялась искренняя радость, но теперь… там пустота. Нет никакой тяги к жизни, желания меняться. Вспомнились слова Энджела о его попытках саморазрушения, попытках сломать себя, чтобы перестать быть любимой игрушкой для хозяина. Неужели он все-таки действительно … Сломался?