Θεότητα | Божество

Свирепый рык и раскат грома совместно раздались от пустого отчаяния, сообщая о настроении Зевса. Бог молний по своей беспечности обрек себя изнеможденно существовать лишь в прошлом. И жить иллюзиями с обожаемым старшим братом. Словно выходя из транса, Зевс поднял голову находясь на холодном полу своих покоев. До сих пор вокруг него, словно навязчиво и дерзко, витал запах и отголоски энергии Аида. Все было тихо. Ветерок окончательно сокрыл следы пепла. Слезы тихими дорожками скатывались с лица Зевса. Подземное царство разверзнется на Олимп, как узнает о потере правителя. Весь яд и злость, осталась преданностью в тех существах, отправленных Аидом. Решать сейчас этого не было сил. Тихий голос Аида преследовал правителя, запугивая, заигрывая, раня. Зевс решил что сходит с ума. Его безумство выходило за рамки реального. В каждом происшествии он винил некогда правителя подземного царства. К каждому покушению тварей Ада, к каждому происшествию пропажи людей и богов, Аид шептал и шептал ему словно на ухо свои планы, свои мысли. Зевс не мог этого больше выносить, закрывшись в своих покоях и оставив олим. Пока не услышал о том, что Аид жив. *** Деметра услышала крик. Ее мир внутри обрушился. Зевс не проявлялся более, и на защиту не оставалось надежд. Каждый имел свои взгляды на ситуацию, и помогать ей не стал бы. Она кинулась в Нисейскую долину, где их с Зевсом дочь вместе с океанидами собирали цветы. Но прибыв туда, дочери не оказалось. Океаниды лили слезы, растеряв все цветы. Они и вымолвить боялись то, что не успели понять куда она пропала. Зевс прибыл следующим, услышав шепот Аида о том, что мужчине пора быть готовым лишиться своих близких. А затем последовал крик дочери. Гнев и страх Демитры дошли до Зевса, и тот в погоне за Аидом прибыл в Нисейскую долину. На поле усыпанное цветами. Такое красивое и казалось безобидное место. Деметра была в истерике. Она клеветала на Зевса, от горя. Нечто поглотило Персефону за бездействие Зевса, как казалось Демитре. Но Зевсу казалось, словно сам Аид был причастен. И спустившись с небес Гелиос, Бог солнца, подтвердил слова Зевса. — Прибыл из под развернутой земли, на золотой колеснице с черными конями, сам Аид - царь мертвых и схватил Персефону. — невысокий, крепкий смуглый Гелиос, с ярко-золотыми локонами волос, указал на корзину цветов Персефоны, в которой лежал невероятной красоты цветок. — Стоило ей его сорвать, как Аид похитил ее — отмолчаться не удалось. Гелиос был высоко, и видел все, что произошло. В гневе и скорби Деметра покинула Олимп. Она не стала бы все так оставлять, ее поразило горе. Отправившись блуждать в царство мертвых, в надежде найти свою дочь, пока совсем не отчаявшись блуждать в лабиринтах мертвых истерзанных душ, она вернулась на землю и обернувшись смертной стала скитаться среди людей. Пока она горевала, земля перестала плодоносить: растения увядали, поля пустели, начался голод. Жизнь на земле оказалась под угрозой. В итоге Деметра пришла в Элевсин, где её приютили царские дочери. Там она повелела построить храм и установила свои таинства. *** Аид увидел Персефону, когда та собирала цветы на лугу. Девушка была столь прекрасна, что ему было не оторвать взор. Луга Нисейской долины были столь же прекрасно усыпаны цветами, как и красивая Персефона. Ее подтянутое округлое тело, красиво скрывали нежные ткани, очерчивая формы. Ровный профиль, высокая переносица, разрезали пространство. В янтарных завитках волос, запутался венок цветов. Зеленые глаза, играли бликами луговых цветений. Зевс был бы в ярости, если бы Аид посягнул на его дочь. Девушка казалась чуткой и ранимой. Ранее он видывал ее лишь маленькой, чудесной девочкой что получилась к сожалению от похотливой ярости Зевса. Правитель мертвых сам виноват, что его братец якшался со всем что движется, и всем было плевать. Зевс плодился как земные кролики. Его связям не было предела. Их расхождение в понимании, доверии и верности были главным колом в взаимоотношениях. Аид давно не видовал более богов и людей, кроме тех, которым суждено отдаться в объятья смерти. Беспорядочность Зевса обижала, саднила и ранила. Отпустить их отношения было болезненно, но хвататься за прошлое еще более безумно, когда впереди бесконечность. У каждого была своя правда, и открыть на действительность не представлялось возможным. Тогда Аид обратился к Богине земли Гее. Она одна из немногих знала о Аиде, и придерживала благосклонно его сторону. Она почувствовала желания Бога мертвых, и решила выручить того. Ей казалось из Аида и Персефоны вышла бы чудесная пара. К тому же, Аиду так не хватало любви и принятия. Это чувствовалось. Гея словно знала, что Персефона сможет понять ужасающего Бога смерти. Аид попросил Гею вырастить самый прекрасный цветок в Нисейской долине, где обитала его богиня плодородия. Что бы он был так же сказочно прекрасен как и сама дева, и источал невероятный запах, что увлечет ее к нему в руки. Бог стал поджидать, когда же этот цветок созреет как и их взаимопонимание. Терпения Аиду было не занимать. Он преданно ждал когда цветок послужит их встречей, чтобы предстать перед девушкой в лучшем виде и забрать к себе. И когда настал момент, Персефона, очарованная, потянулась к нему - и в этот миг земля разверзлась. Из провала на золотой колеснице, запряженной черными конями, вырвался Аид, схватил девушку и унёс в своё царство прежде, чем кто-либо успел прийти на помощь. Персефона длительно плакала по матери. Их отношения были близки, и ее не столько пугало похищение, сколько ей больше не представлялось бы возможным видеть мать и собирать луговые цветы. Она была уверена что Зевс, ее отец так поступил с ней. Лишив ее свободы и попечения Деметры. Однако Аиду это не нравилось. Он расценил свой поступок слишком подлым, о чем вовремя не задумался. Он думал что смог бы быть так жесток как и его известность о жестокости идет по губам шепчущихся. — Я принес Вам гранат, моя Персефона — проговорил Аид, склонившись над несчастно сидящей девушкой, что смотрела на просторы пещерных глубин из своих комнат. Поставив тарелку с наполовину очищенным гранатом, Бог вздохнул, положив руку своей племянницы на плечо. — Вы, Аид, так желаете меня в жены? — Девушка подняла оскорбленный взгляд на Правителя. Ее зеленые глаза были влажные от недавних слез. — Верно. Гранат плод замужества, ваш символ венчания со мной — Мужчина погладил юную девушку по голове. Его взгляд был печален и влюблен. — Мне жаль, что я так неосторожно испугал вас. Сорвав мой цветок, я стало быть решил что вы приняли мои ухаживания. — Вы мне приятны Аид. Но мой отец настоящий деспот. Я не желаю быть с вами, не лишаясь его контроля — девушка питала влюбленность к Аиду с детства. Их неоднозначные переглядывания, танцы, игры, были для нее ранней любовью. Но казалось что Аид был слишком недоступен. А сейчас, под властью Аида что как ей казалось будет ее мучить как распоряжался бы Зевс, не видать ей свободы. — Не думайте что я, буду вас подвергать влиянию Зевса. — пройдясь по комнате, Аид задумчиво словил взгляд наполненный надежды — Я лишь желаю что бы ты стала моей царицей. Я отстаю Вас, дарую ту свободу какую смогу, лишь прошу в ответ верности и понимания. — Что вы именно хотите? — не такая наивная Персефона, уселась поудобнее, задавая верный вопрос — Я подумаю о том, чтобы у Вас был выбор. Я довольно одинок, ведь мое сердце принадлежить кому то другому с кем я не мог бы быть. Но вас я не обделю, моя Богиня — Аид протянул руку с гранатом к Персефоне. — Лишь Ваша честность и верность. Я хочу чтобы ты, моя дорогая, отвечала мне тем же. На других дев я и смотреть не стану, не нарушу Вашу честь. .— Я могу лишь просить Вас о том, чтобы вы позволили мне видеться с моей матерью — Девушка в последний раз кинула взгляд на гранат, ухватив за руку Аида. Этот жест дал ему понять что Персефона не зла на него, и была почти готова дать свое согласие править с ним. — Я позволю. — кивнул мужчина ощутив теплоту рук Богини — Вас не пугает участь Богини плодородия и правительницы царства мертвых? — Я считаю это отличным дуэтом, мой правитель Девушка потянулась, как заколдованная и отведала сочный плод заключив их сделку венчанием. Сок растекся по ее губам, и Аид отведав зерна граната, впился в чужие губы поцелуем. Процветание их союза стало разлетаться сплетнями. Когда стало ясно, что гибель грозит всему человечеству, от потери плодородного урожая, Зевс решил вмешаться. Он послал к Аиду Гермеса с требованием вернуть Персефону. Тот согласился, но не просто так. Персефона должна была часть года проводить с матерью. В то время когда природа расцветает сообщая о возвращении Персефоны, а часть - с мужем в подземном мире. Тогда все знали что Богиня в подземном царстве при правлении, и тогда когда земля и плодородие замирает. Аид заручился поддержкой Деметры за свою уступчивость, и хорошие отношения с ее дочерью. А та действительно расцвета, ощущая себя гораздо свободнее под попечительством то Аида, то матери. Как Бог мертвых и обещал, Зевс не имел на нее никакого влияния. Громовержец к тому времени ужесточил свои правления. Гром и молнии били беспрерывно, узнав о плане Аида браке с его дочерью Персефоной. Ревность сжирала Бога. Он не мог все так оставить и отправился к Аиду. — Так… ты жив? — ошарашено воскликнул Зевс, увидев своими глазами расслабленно развалившегося на троне Аида — Так ты все же дошел? — усмехнулся царь мертвых — Твои волосы. Подожди так это все не слухи, моя дочь твоя жена. Смена плодородия все из-за тебя? Ты, ты… как ты вообще жив? — Растерянный громовержец не мог сдвинуться с места, застыв тянущей болью в сердце — Ах да, все это правда. Но ты братец так не осмотрителен. — Аид поднялся с трона, подходя тихой поступью ближе — Я не умер, а ты не отрезал мои волосы. Как тебе мои фокусы. Достаточно поучительно для такого идиота как ты? — старший начинал горячиться, пока по ту сторону была застывшая статуя от шока с кучей опросов — Быть не может, я видел предзнамение о том что должно было случиться — перехватывающее дыхание, сбилось выдавая панику — Ах эти твои лживые предзнаменования. Как ты посмел убить меня!? — Глаза озарились красным пламенем, в кулаках Аида возник огонь. Царство окрасилось в красный свет, и души завопили.Но Зевс тут же кинулся на Аида. Не с кулаками или оружием, он его обнял. Утянув в поцелуй, такой страстный и скучающий. — Мне так жаль, я был глуп. Я был полон ярости — тихо выдохнул Зевс Пламя тут же успокоилось, сменяясь обыденным синим — Ты и сейчас глуп Зевс-и. Ты довел все до того, что готов был обрести меня на бесконечное скитание по моему же царству как эти души что ты так щедро присылаешь мне же. — Но как ты выжил? — осматривая брата как наваждение, лишь образ во сне, тот не мог еще поверить своим глазам. Вся земля знала о возвращении Аида, только громовержец принял это последним. — Твое предсказание было правдиво. Только оно не учло, что я был лишь образом, подосланным клоном, которого мог контролировать. Ты превратил его в пепел. Дал сгореть мне. — С долей горечи, обиды и разочарования сказал Аид — Тебя не так просто должно было убить — осознал Зевс то, что все время его так смущало, давая лишний раз усомниться в потери брата — Именно, ты глуп — констатировал Аид, тяжко выдохнув — Я не глуп… я знал. Ты собираешься отнять мой Олимп. — Мне плевать Зевс-и на твой Олимп. Мне не плевать на тебя. Мы могли бы быть вместе, править, и не заставлять страдать друг друга. Но ты обрек нас своей игрой, вечность быть кем то другим — истерично всплеснув руками, Аид ткнул своим коготком в крепкую грудь Зевса — Нет, я правлю на Олимпе, и я могу… я хочу все исправить — было слышно как искренне он желал бы все вернуть назад. — Уже поздно. Я пообещал себя Персифоне — Аиду было странно слышать то, что Зевс наконец услышал его. Но слишком поздно. — Еще не поздно — Зевс утянул Аида в поцелуй. Мужчины страстно вожделея друг друга, хватались за тела, нежно прижавшись лбами. Их дыхания переплетались, энергии соединялись. Зевс напористо подтолкнул Аида к трону, нависая сверху не разрывая поцелуй. Руки забрались под ткань одежд, задирая их выше. Бог мертвых страстно мычал в чужие губы, которые так давно не касались его. Зевс спускался ниже. Эта холодная бледная кожа, угловатые плечи, длинные ноги - сводили сума. Откинув тряпки скрывающие сокровенные места, Зевс ухватил брата за бедра стянув ближе к своему возбуждению. Громовержец готов был задохнуться, тот юноша внутри вырывался изнутри. Тот непорочный, наивный, влюбленный, и не раненный в бою. Зевс с наслаждением терся меж двух половинок своим напряжением. Он дышал как взбешенный бык. А пещера словно дышала вместе с ним. Нарастающее возбуждение выплескивающей энергией то сгущалась, то развевалась выдавая неуверенность Аида. Его член стоял, а сердце саднило. Брюнет провел своими ноготочками по груди Бога молний, оставляя кровавые полосы. Он прикусил нижнюю губу клыками, с легкой улыбкой смотря как же возбужденный орган Зевса пульсировал при каждом проскальзывании. Все будоражащие сердце моменты отходили на задний план, горечь расставания пропала с губ, оставляя сладкий поцелуй. Как давно они ждали чтобы воссоединиться. Младший вогнал в Аида пару пальцев, и царь мира мертвых протяжно простонал. Как давно он не ощущал кого то в себе. — А ты теснее чем я помню — прошептал Зевс — Плохо помнишь — страстно ахнул Аид Мужчина старательно работал пальцами, вбирая в рот член брата. Он был слаще, чем любая награда. Спустя столько времени, его накрывала эйфория вперемешку с энергией Аида, которую он даровал сейчас только ему. Горло распирало, легко проскальзывая по глотке. Тесно, горячо и влажно. Аид скулил прося больше пальцев. Хватаясь за острые камни, они его резали окрашиваясь в алый цвет, и тут же регенирируя он опять разрезал ладони, натруженно дыша. Его спина выгибалась, а волосы изящно распластались по спинке трона, на котором он так непристойно отдавался Зевсу. Младший выпустил дрожащий от возбуждения член, который кончил ему на лицо. Капелька белой жидкости стекла к губам, и язык быстро ее перехватил с наслаждением облизываясь. Аид пыхтел от наслаждения, с наслаждением наблюдая как его сперма покрыло мужественное лицо Зевса. — Я хочу большего — прошептал бог подземного царства И Зевс дал ему больше. Развернувшись, Аид поставил колено на сидушку, уперевшись руками в спинку трона. Зевс задрав ткани, впился в чужие крепкие бедра, входя сзади. Наполненность внутри заставила сбить дыхание, внизу все сжалось, и Аид стиснув зубы процедил — А ты больше чем я помню… — Плохо помнишь — ответил Бог молний Легкие покачивания бедер будоражили разум Зевса, не давая ему сдержаться. Возбужденный орган то выскальзывал, то вбивался вглубь, наполняя снова своей твердостью. Аид вжался в спинку трона, лицом и грудью ощущая прохладных контраст с разгоряченным телом сзади. По обе стороны от его головы, крепкие руки брата сжимали окантовку скалистого престола. Аид процедил сквозь клыки воздух, распирающий легкие. И укусил руку Зевса, который от болезненности стал сильней вбиваться в него. Кровь скатывалась к уголкам губ, красной дорожкой стекая к подбородку, шее и груди. Внутри все заискрилось, словно множество разрядов щекотали его и будоражили, заставляя скулить от возбуждения. Громовержец откинул голову, ускоряя темп, сжимал трон настолько сильно, что по скалам прошлись трещины. Его словно обволакивало быстрое течение воды. В ушах гул, и безмерная свобода ощущалась в энергии Аида. Взглянув на брата, он осознал что его глаза горели фиолетовым огнем. Все подземное царство окрасилось в этот цвет. Их энергии объединились в страсти, давая прочувствовать друг друга больше. Чувства кипели и бурлили внутри словно горячие источники на земле. Бурный спектр эмоций завладел каждым, даря такую ожидаемую разрядку и долгожданную связь. Девушка стоящая все это время неподалеку, следила за разыгравшийся перед ней трагедией двух влюбленных сердец. Персефона поняла как все было на самом деле. Ее это не обижало, и ее это не касалось. Лишь теперь она осознала кому же принадлежало сердце Аида. И она была не против этого даже такой ценой.