Ворам отрубают руки

      Хёнджин сам не знал зачем, но вот уже несколько дней подряд после ссоры с Йеджи заезжал в ресторан, где работала Рюджин, чтобы пообедать или заказать любимый кофе. Он не понимал, чего хочет от встречи с приёмной матерью Йеджи, но каждый раз расстраивался, когда другие официанты объявляли, что сегодня у Рюджин выходной. Хван только кивал, а потом опускал голову, будто не зная, что ему делать теперь.       В один из таких же дней, парень приехал, уже не собираясь спрашивать про приёмную маму Йеджи. Он заказал кофе и сел за столик, устремляя взгляд в окно. Настроение было паршивое, а найти объяснение такому состоянию Хёнджин не мог. Что-то после очередной ругани с Йеджи поменялось внутри него, и теперь совсем ничего не радовало.       — Здравствуй, Хёнджин, — послышался знакомый голос со стороны.       Хван моментально повернулся, видя перед собой улыбающуюся Рюджин. После их последней встречи Минхо и Хёнджин подрались, а Йеджи при маме сказала Хвану больше никогда не приходить в их дом. Именно поэтому Рюджин не знала, как вести себя с парнем, которого ненавидело большинство её детей. Сама она к Хёнджину относилась хорошо, вот только до сих пор не могла понять, почему Минхо и Йеджи не могут найти с ним общий язык.       — Здравствуйте, — Хван вышел из-за стола и поклонился.       — Почему такой грустный? — Рюджин поставила на стол перед парнем десертную тарелку с мороженым. — За счёт заведения.       — Спасибо, — растерялся Хёнджин. — Почему Вы так долго не выходили на смену?       — Обследовалась в больнице, — улыбнулась Рю. — А ты откуда знаешь? Приходил сюда часто?       — Каждый день.       — Правда? Ради того, чтобы со мной увидеться?       — Да, — поджал губы Хван. — Если можно.       Видя его расстроенные глаза, Рюджин с грустью вздохнула и села за стол. Хёнджин расположился напротив, всё ещё не сводя взгляда надежды с родительницы Йеджи.       — Что у тебя случилось? — решила напрямую спросить Рю. — Мои дети в последнее время тоже странно себя ведут, но ничего мне не рассказывают. Может, хоть тебе я смогу помочь.       — Ваша дочь сказала мне больше никогда не появляться у вас дома. Мне нужно извиниться перед ней, а на мои звонки она не отвечает. Можно мне с ней как-то встретиться?       — А за что тебе нужно извиниться? — заинтересовалась Рюджин. — Ты ей что-то сделал?       — Лично ей — ничего.       — А Минхо? — вдруг спросила она. — Чан мне обо всём рассказал, так что теперь я знаю, почему вы с Минхо враждуете.       Хёнджин опустил голову, понимая, что влип. После того, как Рюджин обо всём узнала, она ни за что не согласится помогать Хвану. Это парень уже понял, а потому попытался вылезти из-за стола, собираясь уехать из ресторана, в который он шатался почти неделю ради того, чтобы ничего в итоге не добиться.       — Ладно, мне пора, — вполголоса сказал он.       — Куда ты? — Рю схватила его за руку, не пуская встать с дивана. — Я же просто спросила.       — Зачем спрашивать, если Вы всё знаете?       — Я ознакомлена только с точкой зрения своего мужа и сына. Хочу послушать твою версию.       — Она абсолютно такая же.       — И всё-таки?       Сглотнув вязкую слюну, Хван тяжело вздохнул и отвернулся в окно, всё ещё чувствуя хватку Рюджин, что не отпускала его руку.       — Мои родители поступили низко, когда забрали Минхо из детского дома ради ежемесячных выплат, — негромко начал рассказ Хёнджин, боясь, что кто-то посторонний услышит. — Но я не знал об этом. Мне лишь сказали, что теперь у меня будет брат, которого я совсем не хотел. У него была рваная одежда, постоянно чумазое лицо и добрый характер, который сильно нравился моей маме. Меня никто никогда так не раздражал, как Минхо. Я его всей душой ненавидел, потому что видел, как мои родители уделяют ему внимание, а меня оставляют в стороне.       — Поэтому ты над ним издевался?       — Да, — теперь Хёнджин был на сто процентов уверен, что мама Йеджи ему уже не поможет. — Я ревновал. Не хотел, чтобы родители уделяли Минхо так много внимания.       — Вы оба уже выросли. Пора забыть детские обиды и простить друг друга.       Хван в ответ кивнул, наблюдая, как Рюджин вылезает из-за стола и поправляет рабочую униформу. Она забрала поднос, но не уходила, продолжая сверху вниз наблюдать за парнем. Она колебалась, но когда встретилась с его расстроенным взглядом, больше не раздумывала:       — Приходи сегодня к нам на барбекю, — нежно улыбнулась Рю.       — Правда? — удивился Хёнджин. — Но ведь Йеджи запретила мне приходить.       — Скажешь, что я тебя пригласила. Только ты должен пообещать, что будешь вести себя хорошо. Не провоцируй больше Минхо и не ругайся с Йеджи.       — Хорошо, я обещаю, — улыбнулся Хван. — Во сколько мне можно приехать?       — Вечером. Часов в семь.       Рюджин улыбнулась и пошла обслуживать столики, а Хёнджин поджал губы, кое-как пытаясь сдержать улыбку. Он даже и представить не мог, что после того, как расскажет правду о своём ужасном характере, его ещё решат пустить в свой дом. За это он был безгранично благодарен Рюджин, но даже представить не мог, примет ли его Йеджи или выставит за порог, как только увидит.

***

      Пока Минхо подготавливал мясо, Чан нарезал закуску, толкаясь с сыном на тесном столе. Из-за еды там было слишком мало места, и поэтому Чан и Минхо стукались друг об друга или нечаянно задевали. В конце концов обоих это уже достало, и они рассмеялись, на удивление Йеджи, что вошла на кухню, чтобы забрать овощи.       — Черён сегодня придёт? — спросил Чан, обращая внимание на улыбающуюся дочь.       — Да, — Йеджи взяла блюдо с закусками. — Готовы к очередной драке Чанбина и Черён?       — Я напьюсь и забуду обо всём, — усмехнулся Минхо. — Чур я не буду их разнимать. А то она в порыве злости и с меня кожу сдерёт.       — Не так уж она страшна, — насупилась Хван. — Ты любишь приукрашивать.       — А кто ещё придёт? — Чан нахмурился, поднимая взгляд на старшего сына. — Вроде, ты о ком-то ещё говорил.       — Шин Юна, — кивнул Минхо. — Одноклассница Чонина.       — Отлично, — обрадовался отец, доставая из ящика мешок с разными сладостями. — Йеджи, это тоже вынеси, пожалуйста.       Девушка забрала сладкое и направилась во двор. Не успела она выложить на стол еду, как увидела пришедшую Черён за воротами. Пробежалась с заднего двора и отворила перед подругой калитку. После приветственных объятий девушки вошли в дом. Они относили во двор еду, соки, алкогольные напитки, пока не столкнулись с удивлённой Рюджин, что принимала ванную после работы. Мама планировала сервировать стол сама, но Йеджи и Черён уже опередили её.       Чуть позже пришёл Чанбин. Он поклонился представительницам прекрасного женского пола и от каждой услышал приветствие в ответ, однако от Черён, как обычно, не было ни звука. То ли в детстве её не научили здороваться, то ли Чанбин был единственным, кого ей совсем не хотелось приветствовать, несмотря на то, что их последняя встреча оказалась неплохой.       Минхо пришёл на задний двор и занялся жаркой мяса. Чан и Чанбин чокнулись бутылками пива и сели за стол, разговаривая о работе и потягивая закуски. Черён уставилась на алкоголь, не решаясь подойти и забрать у мужчин из-под носа хоть одну бутылку, но Йеджи заметила её интерес и сама достала подруге пиво. Чан внимательно проследил, передаст ли дочь кому-то бутылку или решит выпить сама, а потом продолжил беседу с другом, видя, что пиво забрала совершеннолетняя Черён.       — Всем привет! — воскликнул Чонин, что, наконец, привёл девочку, которая ему нравилась. — Знакомьтесь, это моя одноклассница Юна. Юна, это моя мама Рюджин, мой отец Чан, это моя сестра Йеджи, вон там старший брат Минхо, а это наши друзья: Чанбин и Черён.       — Здравствуйте, — стеснительная девочка поклонилась, смущённо улыбаясь.       Вся компания её дружно поприветствовала. Юна села на лавку за стол, а Чонин первым делом налил однокласснице сок. Он видел, что она стесняется, но надеялся, что со временем ей станет комфортно. Чонин ради этого был готов сделать всё, что угодно, но, благо, остальные в комфорте гостьи тоже были заинтересованы.       — У тебя очень красивый кулон, — улыбнулась Йеджи. — Он подчёркивает твои глаза.       — Спасибо, — улыбнулась Юна, касаясь подвески на своей шее. — Этот кулон парный. Вторая часть у моей лучшей подруги.       — Очень мило, — оценила Хван. — У нас с подругой тоже есть такие — в форме пазлов.       — Те, которые цвет от температуры меняют? — изменилась в лице девочка. — Я видела такие на сайте! Очень крутые!       Чонин повернулся к Юне и не смог сдержать улыбки. Она так светилась, что казалась какой-то внеземной. Радостный блеск в её глазах отражал целую вселенную, а от её смеха распускались цветы. Ян до безумия сильно хотел хотя бы немного обнять её, но боялся отпугнуть. Поэтому любовался со стороны, изо всех сил пытаясь сделать вид, что не влюбился по уши.       — Что тебе наложить? — спросил сидящий рядом Чан, отставляя пиво и бросая взгляд на девочку. — Геран-мари любишь?       — Очень, — кивнула Юна, наблюдая, как отец Чонина накладывает ей в тарелку еду. — Спасибо большое.       — Сильно не налегайте на закуски, — предупредила Рюджин. — Скоро мясо будет готово.       — Минхо, тебе помочь с готовкой? — крикнул Чанбин.       — Справлюсь, — усмехнулся Ли, оборачиваясь к остальным. — Принеси мне лучше пиво.       Поднявшись с лавки, Чанбин вытащил бутылку из палетки, открыл её и поднёс Минхо. Уставший от готовки парень сразу сделал несколько глотков, а потом поймал на себе взгляд Рюджин, что сдержанно улыбнулась, без слов говоря: «На спиртные напитки не налегай». Увидев испуг на лице сына, мама рассмеялась и похлопала Минхо по плечу.       — Хочешь? — Минхо протянул свою бутылку Рюджин.       — Я больше не пью, — с радостью сказала мама.       — Прости, я забыл, — Ли опустил взгляд на живот Рю, где уже зародилась новая жизнь. — Хорошо себя чувствуешь?       — Прекрасно, — мама бросила взгляд на ворота, слыша шум автомобильного мотора. — Я сейчас вернусь.       Чанбин отошёл от Минхо, направляясь к столу. Взгляд привязался к Черён, что вытащила из палетки ещё одну бутылку. Она сняла крышку и залпом выпила почти половину, чем напрягла Чанбина. У него внутри закралось предчувствие, что в семье Черён не всё в порядке, и поэтому она решила напиться. Тем не менее никаких вопросов он задавать не стал, ведь девушка с ним даже здороваться брезговала. Вряд ли она вдруг решит откровенничать.       Йеджи, сидящая рядом с Черён, тоже заметила её странное поведение. Она и так прекрасно знала о причинах, поэтому уточнять при всех не стала. Вместо этого отпила сок и повернулась к Чонину, который показывал Юне что-то в телефоне и негромко рассказывал о чём-то. Йеджи ещё никогда не видела младшего брата таким счастливым, так что сразу поняла — это не просто одноклассница. Чонин в неё влюбился.       Рюджин ушла к воротам и открыла калитку Хёнджину, который только вышел из автомобиля. Он поклонился ей, хотя сегодня уже здоровался, а потом бросил взгляд на наручные часы:       — Я не опоздал?       — Нет, заходи, — Рю пропустила парня во двор, после чего заперла ворота. — Иди, чего стоишь?       — Волнуюсь, — честно ответил Хван, набираясь смелости.       Парень боялся, что Йеджи устроит скандал, когда его увидит. Переживал, что выставит его за дверь, не позволив даже извиниться. Тем более, что сделать это могла не только Йеджи. В прошлый визит в этот дом он повёл себя плохо, и каждый присутствующий помнил эту ошибку. Кто угодно мог выгнать его взашей, не дав и слова сказать. Но отступать было некуда, и раз уж Хёнджин решился приехать сюда, то должен был перебороть своё волнение.       Он вышел из-за дома и остановился, осматривая каждого в компании. Минхо готовил барбекю, остальные сидели за столом: кто-то ел, кто-то пил, а кто-то разговаривал. Нарушать идиллию не хотелось, поэтому Хёнджин просто встал, даже боясь привлечь к себе внимание. Рюджин, что находилась позади, тяжело вздохнула, прекрасно понимая, чего парень боялся. Поэтому она похлопала его по плечу и громко объявила:       — Ребята, у нас гость.       Все одновременно повернулись и замолчали. Хёнджин от этого напрягся ещё сильнее, бросая взгляд сначала на Минхо, а потом переводя на удивлённую Йеджи. Он поклонился, одновременно здороваясь со всеми и искренне надеясь, что в него не полетят гнилые помидоры и тумаки.       — Садись, чего стоишь? — сказал Чан, хлопая по свободному месту на лавке.       Хван послушно сел, опять взглянув на Минхо и проверяя, не решит ли он снова лезть в драку. Ли молча отвернулся, продолжая готовить мясо. После этого Хёнджин прошёлся взглядом по всем, кто сидел за столом, натыкаясь на незнакомую девочку, которая сидела рядом с Чонином. Не заострив на ней внимания, парень посмотрел на Йеджи, сидящую рядом. Она опустила взгляд и взяла из вазы конфету, желая занять рот чем-то помимо разговоров.       — Как у тебя дела? — улыбнулась Рюджин, откусывая яблоко.       — Всё в порядке, — растерянно ответил Хёнджин, всё ещё не сводя взгляда с Йеджи. — А у вас?       — Тоже хорошо. Будешь пиво?       — Я за рулём, — парень поджал губы, понимая, что Йеджи в его сторону даже не смотрит.       Ну, хоть скандал не устроила.       — Тогда сок, — кивнула Рюджин, наливая гостю напиток в стакан.       Минхо дожарил мясо и принёс всё на большой тарелке. Все взяли себе по куску и принялись есть. Чонин сначала положил в тарелку Юны, и только потом себе. Хёнджин ничего не взял, а потом обнаружил, что барбекю ему положил Чан и указал взглядом на тарелку — чтобы съел всё. Хван кивнул и принялся ужинать.       Хёнджин не поддерживал разговоры за столом, потому что всё его внимание было устремлено на Йеджи, что тоже молча ела и не поднимала головы. Минхо заметил странное поведение сестры — нужно быть полным дураком, чтобы не догадаться, что её снова обидел чёртов Хёнджин. Ли сжал от злости кулаки, а потом почувствовал руку матери, что провела по спине, молча прося умерить пыл. Глубоко вздохнув, Минхо расслабился и попытался успокоиться.       Отпив сок, Хёнджин положил руку рядом с Йеджи. Она продолжала не обращать на него внимания, а потом почувствовала, как он провёл пальцем по тыльной стороне её ладони. Отдёрнув руку, девушка убрала её под стол, не желая, чтобы Хван прикасался. На этом моменте Хёнджин потерял последнюю надежду на примирение и откинулся на спинку лавки, громко вздыхая.       — Темно становится, — прокомментировал Чан. — Нужно фонарь включить.       — Я включу, — опередила отца Йеджи, мечтая поскорее скрыться со двора и хоть минуту побыть без Хёнджина.       Она вышла из-за стола и направилась в дом. Хёнджин уставился ей вслед, понимая, что наконец сможет остаться с Йеджи наедине и спокойно поговорить. Подорвавшись с места, он направился за девушкой. Забежал в дом и огляделся, пытаясь понять, где она находится. Йеджи в этот момент уже вышла в прихожую, собираясь вернуться во двор, но остановилась и уставилась на парня, что перекрыл ей путь.       — Йеджи, можно с тобой поговорить? — нерешительно спросил Хван, пытаясь высмотреть эмоции девушки в темноте.       — Нельзя, — пробубнила Йеджи и попыталась обойти парня.       — Пожалуйста, — Хёнджин отшагнул в сторону, снова перекрывая дорогу и не позволяя выйти из дома. — Просто выслушай.       — Что тебе от меня нужно? — нахмурилась девушка. — Зачем ты снова к нам приехал?       — Чтобы поговорить с тобой.       — Я не планировала никакого разговора, — упрямилась Йеджи. — Можешь сесть в свою машину и ехать ко всем чертям.       — Зачем ты так? — поморщился Хёнджин. — Я же извиниться приехал.       — А какой смысл? — усмехнулась девушка. — Ты потом снова вытворишь какую-нибудь херню. Сам сказал, что тебе от меня не нужны больше деньги, так какого хрена ты продолжаешь ездить сюда и изводить меня? Зачем мы продолжаем видеться, если тебе ничего не нужно?       — Не хочу, чтобы ты злилась на меня, — поджал губы Хёнджин. — И спасибо тебе за помощь. Наён очень понравился подарок.       — Я рада, — Йеджи поправила волосы, отступая от парня, потому что выпускать он её всё ещё не собирался. — Хочешь ещё что-то сказать?       Хёнджин молчал. Своими возмущениями девушка сбила все заготовленные реплики. Хван не ожидал, что Йеджи будет настолько обижена, что даже не позволит извиниться.       — Йеджи, ты чего так долго? — раздался раздражённый голос Минхо.       Обернувшись, Хёнджин понял, что поговорить с Йеджи больше не сможет. Ли испепелял его взглядом, а потом посмотрел на Йеджи, что с облегчением смогла, наконец, пройти мимо Хёнджина. Она обошла старшего брата и направилась обратно к компании, а парни так и остались стоять и смотреть друг на друга.       — Прекращай сюда ездить, — пробубнил Минхо.       — Я же не к тебе приехал, — тяжело вздохнул Хёнджин, выходя из дома на крыльцо.       — Это я уже понял. Что тебе от Йеджи нужно?       — Хотел извиниться, — Хван опустил взгляд, понимая, что пора ему уже ехать домой — всё равно ничего не получилось.       — Извинился? — усмехнулся Минхо.       — Нет, — Хёнджин дошёл до калитки, но остановился и обернулся. — Поехали со мной? Напьёмся где-нибудь.       — Я и ты? — опешил Ли. — Это даже звучит смешно.       — Даже с врагом можно выпить по рюмке, — пожал плечами Хван.       Минхо выгнул бровь, пытаясь просканировать Хёнджина и понять, что с ним произошло. Ли не собирался никуда с ним ехать, а отпускать в таком состоянии было страшно — Минхо будто чувствовал, что если Хван выйдет за ворота, поедет в ближайший бар и напьётся там до слюней, а потом ещё и за руль решит сесть. Хоть парни никогда не были дружны, друг о друге знали слишком много, и это осознание не давало Минхо покоя. Если с Хёнджином что-то случится, винить Ли будет себя.       — Поехали в магазин за соджу, — согласился Минхо. — Но пить будем здесь.       — А твои родители разрешат? — удивился Хван.       — Уж точно не запретят, — Ли вышел на улицу следом за гостем. — Чур платишь ты.       — Окей.       Парни сели в машину и уехали. Йеджи услышала шум автомобильного мотора и пошла в дом за Минхо, но брата там не обнаружила. Она обошла территорию двора, а потом вышла на улицу, хлопая глазами и не понимая, куда мог подеваться Минхо. От мысли, что он снова повздорил с Хёнджином, заломило сердце. Тревога стала подниматься по грудной клетке, а потом ударила в голову. Йеджи вернулась за стол, даже не зная, с кем поделиться своими переживаниями.       Благо, что до этого не дошло. Минут через двадцать Йеджи подскочила с лавки, слыша, как открывается замок. Она уставилась на Хёнджина и Минхо, которые вернулись с пакетами. Оба были не в настроении, но хотя бы не огрызались друг на друга и не дрались. Они вернулись за стол, вытаскивая из мешков снэки к алкоголю и бутылки с соджу, которые, судя по всему, брали на всю компанию — ибо к чему так много?       — Где вы это всё взяли? — удивилась Рюджин.       — В магазине, — ответил Хёнджин. — Угощайтесь все.       — Пойду рюмки принесу, — сказал Минхо.       Йеджи растерялась, но не рискнула задавать никаких вопросов. Всё-таки её старший брат был намного лучше знаком с Хёнджином, и раз не позволил ему уехать — так было нужно.       Когда Минхо вернулся с рюмками, Хёнджин разлил первую бутылку, предлагая брать всем желающим. Черён взяла первой, а Чанбин на неё покосился, уже на сто процентов понимая, что её планом на сегодня являлось напиться в дрова. Не желая отставать, Со тоже прибрал к рукам рюмку. Чан усмехнулся и взял себе.       — Можно мне тоже? — улыбнулся Чонин.       — Нельзя, — пригрозил ему пальцем отец.       Хёнджин перевёл взгляд на Йеджи, что с растерянностью наблюдала за всеми.       — Будешь? — негромко спросил парень, улыбаясь уголками губ.       — Не хочу, — ответила Йеджи.       На другое Хван и не рассчитывал. Он кивнул, взял рюмку и чокнулся с остальными, хотя никакой тост так и не прозвучал. Выпил и сразу же налил добавку, пока остальные не осушили ещё первую стопку. Выпил вторую рюмку и вытер влажные губы. Посмотрел на остальных и налил всем, кто попросил. Чан больше пить не стал, а остальные были не против расслабиться.       Дальше в ход пошли тосты. Их произносили, не думая — просто ради того, чтобы не так скучно было напиваться. Пьющие опрокидывали рюмки, уже потеряв им счет. Даже Йеджи не успевала реагировать. Она только отворачивалась от стола после очередного тоста, как через короткое время уже слышала следующий и округляла глаза от изумления. Ближе всех к ней сидел Хёнджин, и он уже давно опьянел, но продолжал пить, хотя пора было остановиться.       Когда совсем стемнело, Юна попрощалась со всеми, а Чонин пошёл провожать её до дома. Йеджи закрыла за ними калитку, а потом проводила взглядом Рюджин, что уставши поплелась в дом. Ей уже было пора отдыхать, мама и так устала после работы, так еще и на ногах после этого долго была.       Йеджи была одной из немногих, кто остался за столом трезвым. Вторым был Чан, но он тоже немного выпил за компанию, а сейчас перешёл на сок.       — Нет, скажи мне честно: что я плохого тебе сделал? — еле произнося слова, обратился Хёнджин к Минхо.       — Сломал мне ключицу, — фыркнул в ответ Ли, чуть не падая с лавки.       — А ты мне челюсть, — усмехнулся Хван. — Разве мы не в расчете?       — Я не твой должник, чтобы рассчитываться, — отозвался Минхо. — Лучше рот закрой и налей ещё.       — Может, вам уже хватит? — возмутилась Йеджи.       Хёнджин раскрыл рот, поворачиваясь к девушке, голос которой, кажется, успел забыть. Она была явно недовольной, но сделать с этим парень ничего не мог — Йеджи ведь даже извинения не принимала. Она забрала открытую бутылку, понимая, что если хоть кто-то выпьет ещё рюмку, то упадёт на землю и уснет прямо тут.       — Ты злишься на меня? — спросил Хёнджин, упираясь головой на шатающуюся руку.       — Да, — Йеджи стала собирать мусор со стола в отдельный пакет, чтобы не забыть потом выбросить.       — Прости меня, — Хван состроил жалостливое лицо, забывая, что, кроме девушки, на него смотрит еще её брат, отец, сосед и подруга. — Я не хотел, чтобы ты злилась.       — Какое это сейчас имеет значение? — вздохнула девушка. — Ты пьян.       Хёнджин поджал губы и замолчал. Повернувшись к столу, отметил, что на него как-то странно смотрел Чан, словно пытаясь понять, что на этот раз Хван натворил. У парня не было для себя никаких оправданий, он лишь отвлёл взгляд, прерывая зрительный контакт с Чаном. Открыл очередную бутылку и разлил всем желающим. Йеджи раздражённо за этим наблюдала, но уследить не успевала, да и не видела смысла — все, кроме неё здесь были взрослые и совершеннолетние, а значит могли отвечать за свои действия и поступки.       — Как ты собираешься домой ехать? — огрызнулась Йеджи.       — На машине, — улыбнулся ей в ответ Хёнджин.       — Ты сумасшедший?! — вскрикнула она в ответ.       Хван ни то что за рулём сидеть, на лавке-то с трудом усиживался. У него хватало трезвости только лишь для того, чтобы удержать очередную рюмку и вылить её содержимое себе в рот.       — У нас останешься, — сказал Чан, взволнованно осматривая Хёнджина. — До дивана бы хоть смог дойти.       Все удивленно посмотрели на главу семейства, и сам Хёнджин в том числе. Он всё ещё не мог понять, почему в этом доме к нему продолжали хорошо относиться, переживать и помогать, в то время как любые другие люди давно бы отвернулись. Хван не привык к такому тёплому приёму, в особенности от Минхо и Йеджи, с которыми конфликтовал. Даже они, несмотря на негативное отношение к Хёнджину, продолжали помогать в трудных ситуациях и сопереживали его чувствам.       — Не нужно, я могу доехать до дома на такси, — с грустью улыбнулся Хёнджин.       — Тогда тебе придётся завтра тратить время и деньги, чтобы вернуться за своей машиной, — махнул рукой Чан. — У нас дома хватит для тебя места, не беспокойся.       Хван промолчал, переводя взгляд на Йеджи, словно без слов спрашивая у неё разрешения. Девушка была согласна с приёмным отцом, но виду не подала. Она собрала грязную посуду со стола и отнесла в дом.       Уже стемнело. Двор освещал лишь одинокий фонарь. Минхо прикрыл глаза, облокачиваясь головой на стену дома, а Хёнджин хлопнул его по плечу, вновь желая вызвать на разговор:       — Ты ещё будешь? — спросил Хван, указывая взглядом на бутылку соджу.       — Не будет, — отозвалась за него Йеджи. — И тебе тоже хватит.       — Как скажешь, — кивнул Хёнджин.       Пока Йеджи прибиралась, Черён молча продолжала пить алкоголь. Она не знала меры, потому что душу тревожили семейные проблемы. Хотелось поскорее отключиться и забыть хотя бы часть из всего, что волновало Черён. В какой-то момент на неё уже начал коситься Чанбин. Он не решался отобрать у девушки алкоголь и молча следил за каждым её движением.       Последняя рюмка была уже лишней. Черён залпом выпила её, но тут же почувствовала себя хуже. Голова закружилась, конечности ослабли. Девушка оперла голову на свою руку, боясь упасть, но слабый кулачок соскочил со щеки. Черён прикрыла веки, а её голова упала на плечо Чанбина, от чего тот вздрогнул. Девушка промычала что-то несвязное, а парень даже не попытался разобраться — всё равно понятнее бы не стало.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Со, придерживая девушке голову и откидывая волосы ей за плечи. — Черён?       Йеджи глубоко вздохнула, подходя к подруге и помогая ей подняться с лавки. Она хотела отвести Черён в дом и уложить спать, но Чанбин тоже подскочил со своего места, беря шатающуюся девушку на руки. Черён вновь что-то пробубнила и даже не открыла глаза. Парень понёс её в дом под руководством Йеджи, что сказала уложить подругу на свою кровать — больше-то и некуда.       — Я хочу ещё соджу, — пробубнила Черён, когда Чанбин уже занёс её в комнату. — Давайте напьёмся.       — Ты уже готова, — усмехнулся Чанбин. — В тебя больше не влезет.       — Ерунду не говори! — огрызнулась девушка.       Парень усадил Черён на кровать, а та вскочила на ноги и хотела пойти обратно. Она кое-как двигалась и чудом стояла на ногах — и то только благодаря Чанбину, за которого девушка продолжала держаться. Несмотря на это, она попыталась оттолкнуть его, чтобы не перегораживал дорогу. Черён хотела вернуться за стол и продолжить пить алкоголь, а единственный, кто хотел ей помешать, аккуратно придерживал её за руки, чтобы не упала, и молча реагировал на все её толчки и попытки вырваться.       — Что тебе от меня нужно? — огрызнулась девушка. — Ты кем себя возомнил?       — Хочешь напиться до беспамятства и уснуть на лавочке? — Чанбин заглянул в её глаза, пытаясь найти хоть толику разума. — Пора отдыхать, все уже расходятся.       — Хватит врать! Никто ещё не ушёл!       — Успокойся, — нахмурился Чанбин. — Ты уже на ногах не стоишь.       — Пропусти меня немедленно!       Черён попыталась вырваться из хватки парня, но зацепилась ногтями на его футболку. Та с треском порвалась, а девушка на секунду застыла, осматривая оголённое плечо Чанбина. Парень прикрыл веки, чтобы успокоиться, но не успел даже ничего сообразить, как девушка влепила ему пощечину. Вытаращив глаза, Чанбин уставился на Черён таким злобным взглядом, что та от испуга отшатнулась. Она уже пожалела о содеянном, даже немного протрезвела, но извиниться духу не хватало. Девушка была готова визжать и звать на помощь, если Чанбин на неё накинется, но тот молча развернулся и ушел. От растерянности Черён села на кровать, всё ещё боясь, что разозлённый парень вернётся и даст ей сдачи.       — Чанбин, что случилось? — воскликнула Йеджи, догоняя соседа. — Ты порвал футболку?       — Да, так получилось, — в голосе парня слышались нотки нервозности, но Чанбин попытался это скрыть. — Я пойду домой.       — Вы с Черён поругались? — поняла девушка.       — Нет, всё нормально.       Парень ушел, а Йеджи продолжила непонимающе хлопать глазами. Она не знала, вернуться ей ко столу или пойти проверить подругу, но в итоге решила сделать все по очереди. Оказавшись в доме, Хван прошла в свою спальню и обнаружила там Черён, что с испугом взглянула на вошедшего.       — Всё хорошо? — напряженно произнесла Йеджи. — Вы с Чанбином не подрались?       — Он ушёл? — тихо спросила Черён, будто Чанбин за дверью стоял и подслушивал.       — Да.       Черён облегченно выдохнула и прилегла на кровать. После такого сильного испуга ей вовсе не хотелось алкоголя. Она ведь действительно успела представить, как Чанбин бьёт её в ответ. Девушка считала, что рано или поздно поплатится за своё скверное поведение, ведь все мужчины одинаковые — такие же, как её отчим, который время от времени лупил её ремнём или мокрым полотенцем, зажимая в углу на кухне. Именно поэтому Черён ненавидела мужчин. Ей не хотелось однажды проснуться избитой, как её мать, а потом плакать всю неделю из-за того, что разгульный муж не возвращался домой и шлялся неизвестно где. Уж лучше всю жизнь быть одинокой, чем с таким мужчиной.       — Можно тут поспать? — надула губы Черён, укладываясь на подушку. — Я уеду домой попозже, не беспокойся.       — Оставайся, — вздохнула Йеджи. — Не нужно тебе никуда на ночь глядя ехать.       Хван вышла из комнаты и аккуратно прикрыла дверь. Подошла к шкафу в коридоре и вытащила чистое постельное бельё. Чан разложил диван в гостиной, а Йеджи заправила его, чтобы Хёнджину было приятнее спать. После этого вернулась во двор, где уже совсем стемнело, и озадаченно вздохнула, видя, что парни распили на двоих ещё половину бутылки.       — Не надоело ещё? — строгим голосом спросила Йеджи. — Идите в дом.       — Уже? — удивился Хёнджин, кое-как фокусируя взгляд на девушке. — Уложишь нас спать, как воспитательница в детском саду?       — Только если обоссышься во сне, подгузники сам себе будешь менять, — пробубнил Минхо.       Парни переглянулись и засмеялись. Йеджи закатила глаза, но всё равно терпеливо дождалась, пока они успокоятся.       — Всё еще бухаете? — улыбнулся вернувшийся Чонин. — Ох, да вы уже в говно.       — Что мне с ними делать? — вздохнула Йеджи. — Они не хотят идти в дом.       — Да пусть тут спят, — отмахнулся младший брат. — Нам в доме кислорода больше будет.       — Нельзя же так, — опешила девушка.       — Нельзя, Йеджи, — повторил Хёнджин, пытаясь скрыть еле заметную улыбку. — Ты такая добрая и понимающая.       — Заткнись, — огрызнулся на него Минхо. — С тобой пьяным лучше вообще не разговаривать. Такую ересь несёшь.       — Да? — вскинул брови Хёнджин. — Вроде, всё по делу говорю.       — Всё, хватит, — перебила их девушка. — Пошлите домой, тут уже холодно.       — Хорошо, — Хван вышел из-за стола, опираясь на стену дома. — Можно будет попросить стакан воды?       — Сначала внуков вырасти, чтобы они тебе стакан воды приносили! — воскликнул Минхо, следуя за ним. — Только если тебя будет тошнить — на ковёр не блюй.       — Перестань, — прервала старшего брата Йеджи. — С гостями так нельзя.       — С Хёнджином можно, — махнул рукой Минхо. — Он заслужил.       Йеджи подтолкнула старшего брата в спину, замечая, что Чонин поплёлся следом за ним, чтобы подстраховать в случае чего. Девушка повернулась к Хёнджину, что до сих пор опирался на стену дома и не сводил с неё взгляда. Выглядел он не особо хорошо, но виной тому являлась пьянка, неудовлетворительное настроение или плохое самочувствие — понять было невозможно.       — Тошнит? — сразу решила спросить Йеджи.       Хенджин отрицательно качнул головой.       — Тогда почему в дом не идёшь? — Йеджи пошла вперед, но парень схватил её за руку и потянул к себе.       Девушка растерялась. Она не знала, чего ожидать от пьяного Хёнджина, а потому нервно обернулась, проверяя, далеко ли ушли братья.       — Я, как редкостный долбоёб, почти неделю ходил в ресторан, где работает твоя мама, — с грустью усмехнулся парень. — Мне правда было стыдно, и я искренне хотел извиниться перед тобой. Хоть ты и против разговоров, я все равно прошу у тебя прощения за своё поведение. Мне ничего от тебя не нужно. Я уйду завтра и больше никогда не появлюсь в твоей жизни, — Хёнджин тяжело вздохнул и пошатнулся. — Не хочу, чтобы ты и дальше таила на меня обиду.       Йеджи внимательно слушала парня. Она не знала, что отвечать на раскаяния, которые Хёнджин плёл на пьяную голову, а тот ждал хоть какой-то реакции.       — Простишь? — улыбнулся он.       — Хорошо, — кивнула девушка, указывая в сторону входной двери. — Пойдём уже.       Хёнджин хотел поговорить с ней ещё немного, но был вынужден пойти в дом. Йеджи проводила его до гостиной и указала на разложенный диван. Сама ушла на кухню и налила стакан воды, прекрасно понимая, что после большого количества алкоголя захочется пить. Не успела она вернуться в гостиную, как обнаружила Хёнджина спящим. Поставила стакан на тумбу рядом и ушла, потушив в комнате свет.