Ворам отрубают руки

      Сегодня Рюджин вернулась домой из больницы. Йеджи весь день старательно готовилась к её приезду, убиралась, не без помощи Минхо и Чонина. Они вместе приготовили ужин, встретили приёмную маму, которую привёз на машине Чан, и стали ужинать большой и дружной семьёй. Из-за всей этой суеты Йеджи так устала, что начала засыпать уже на диване. Минхо вечером ушёл по делам, Чонин отпросился гулять с друзьями, а их сестра мечтала просто лечь пораньше спать.       Оттягивая неизбежное, она пыталась не заснуть, выжидая сообщения от Хёнджина. Он говорил ей, что вечером пойдёт на какое-то мероприятие, а потом позвонит, однако всё ещё даже в сети не появился. Судя по всему, он до сих пор не освободился, а девушка наивно ждала до самой ночи, пока глаза не стали слипаться.       Положив телефон рядом с собой на кровати, Йеджи легла на подушку и накрылась одеялом. Прикрыла глаза, мысленно всё ещё выжидая звонка или сообщения от Хёнджина, но так и не дождалась. Заснула после тяжёлого дня в напряжённом состоянии, готовая проснуться на любое оповещение, пришедшее на телефон.       Приснился кошмар. Девушка в испуге проснулась, отрывая голову от подушки и пытаясь прийти в себя. Она не помнила, что ей приснилось, а вспоминать уже не было времени, потому что на телефон Йеджи пришло оповещение. Девушка с облегчением потянулась за гаджетом, радуясь, что с Хёнджином всё в порядке, однако сообщение написал не Хван, а совсем незнакомый номер, приславший одну лишь фотографию без подписи.       Разблокировав телефон, Йеджи ткнула на сообщение и стала ожидать, когда телефон загрузит чат мессенджера. Всё внутри оборвалось от увиденной фотографии, на которой Минхо сидел на диване с закрытыми глазами, а с его головы стекали струйки крови. Волосы были мокрые и измазанные алой жидкостью, на губе и подбородке ссадины.       Девушка забыла, как нужно дышать. В груди всё сдавило глухой болью, руки задрожали от страха. Тяжело было смотреть на сводного брата в таком состоянии, но Йеджи никак не могла оторвать взгляд. Её будто притянуло к экрану, загипнотизировало, не позволяя сдвинуться с места. Она искала объяснения, но в чате никто ничего не написал. Незнакомый номер был в сети и уже через пару минут телефон зазвонил.       Отвечать было до безумия страшно. Девушка ткнула на зелёную кнопку, а потом дрожащими руками поднесла телефон к уху:       — Узнала, крошка? — послышался ехидный голос на том конце провода.       Внутри всё оборвалось. Йеджи помнила голос человека, который подсыпал ей снотворное в стакан сока, а потом тот же парень сидел за решёткой вместе с Хёнджином и Минхо. Имени она не помнила, да и не хотела знать. Достаточно было понимать, что Минхо в большой опасности.       — Почему молчишь? — усмехнулся Джихун. — Боишься?       — Что вы сделали с Минхо? — попыталась грозно спросить девушка, но голос предательски дрожал.       — Ударили пару раз битой, ничего страшного.       Внутри всё похолодело. От одной мысли, что они нанесли сводному брату какие-то травмы, Йеджи бросало в дрожь. На глаза стали наворачиваться слёзы. Она понятия не имела, что делать.       — Помнишь, как мы хотели повеселиться с тобой? — снова тот же неприятный голос. — Но нам помешал твой парень, красавица.       — Что вам нужно? — сквозь зубы процедила Йеджи.       Из её глаз покатились слёзы. Она была зла до безумия, но не могла перестать трястись от страха.       — Хочешь перейти сразу к делу? — усмехнулся парень. — Я думал, мы сначала поговорим по душам.       Хотелось послать ко всем чертям, обматерить и засыпать угрозами, но девушка не решилась. Она не знала, насколько они отмороженные, а потому боялась, что чем более бурной будет её реакция, тем сильнее достанется Минхо, который до сих пор был без сознания. Эти гады могли делать с ним всё, что приходило в их отбитые головы.       — Отпустите Минхо, пожалуйста, — произнесла Йеджи. — Я сделаю всё, что захотите.       — Конечно, сделаешь, — посмеялся Джихун. — Вот только сначала сделаешь, а потом мы подумаем, отпускать его или нет.       Йеджи заплакала от безысходности и страха. Она закрыла рот рукой, стараясь не произносить звуков, чтобы на том конце провода не догадались о её слабости.       — Я слышал, вы, воришки, хорошо спелись с Минхо, — продолжил парень неторопливо. — Братец научил тебя воровать тихо и незаметно, так ведь?       — Да, — вполголоса ответила девушка.       — Значит, взамен на Минхо ты своруешь для нас то, что мы скажем?       Не выдержав, Йеджи всхлипнула и расплакалась. Она не могла представить, что именно попросят украсть эти люди, но уже прекрасно понимала, что ей это выйдет боком. Газировку в супермаркете или жвачку на кассе вряд ли прикажут красть, здесь было что-то более масштабное.       — Ох, малышка расплакалась, — посмеялся Джихун на другом конце провода. — Уже готова сдаться?       — Нет, — решительно отозвалась девушка. — Что нужно своровать?       — Какая решительная девочка! Мне такие нравятся!       — Говори уже.       — Я скину тебе адрес, — более серьёзным голосом продолжил парень. — Это спортивный центр, где Минхо занимался боксом. Там сегодня ночью проходит фуршет, а ближе к утру будут награждать победителей. В актовом зале за стендом на столе будет лежать серый чехол. По размеру, примерно, как стандартный кошелёк.       — Что в этом чехле? — отозвалась девушка.       — Золотые медали, — радостно ответил Джихун.       — И на какой чёрт они тебе сдались? — огрызнулась Йеджи.       — Понимаешь ли, твой брат в своё время заработал много медалей, а нас выгнали из спортивного центра меньше, чем через месяц. Мы так и не смогли побороться за призовые места.       Девушка молчала.       — Ну… а ещё, — продолжил парень на том конце провода. — Эти медали коллекционные, и поэтому очень дорогие. Тебе, нищенке, не понять.       — Ладно, я попробую забрать их, — Йеджи не могла ответить ничего другого.       Она уже представила, как позвонит Хёнджину, попросит у него совета или помощи, или же разбудит Чонина, чтобы посоветоваться, однако из телефона снова донёсся голос:       — И только попробуй привести с собой кого-нибудь ещё, — недовольно пробубнил он. — У нас с собой травматический пистолет и две биты. Если приведёшь Хёнджина или кого-то ещё, мы пробьём им головы.       — Мне тоже пробьёте? — огрызнулась девушка, теряя последнюю надежду на возможную помощь.       — Девушек не бьём, дорогуша. Мы с ними занимаемся кое-чем другим.       Звонок сбросился. Йеджи так и осталась сидеть, прижимая телефон к уху, откуда доносились короткие гудки. Её взгляд был устремлён в противоположную стену, а мозг будто пытался перезагрузиться после услышанного. Слёзы продолжали стекать по щекам, капая на одеяло.       Гаджет в руке провибрировал. Девушка вздрогнула и уставилась на экран — ей прислали адрес спортивного центра, а ниже надпись: «позвони, когда всё будет готово».       Понадобилось время, чтобы прийти в себя. Как только Йеджи выплакала все слёзы и успокоилась, решительно поднялась с кровати и стала теплее одеваться. За окном уже было темно, и она понятия не имела, как доехать до места назначения. Тихо, чтобы никто не услышал, она покинула свою комнату и на цыпочках вышла в прихожую. Обула самые удобные кроссовки, надела кепку, чтобы немного скрыть лицо, и покинула дом, бесшумно прикрыв за собой дверь.       Благо, что метро ещё работало. Таким образом девушка и доехала до спортивного центра, постоянно проверяя своё местоположение по карте на телефоне. Внутри всё тряслось от страха — она не имела представления, каким образом будет всё проворачивать, но спасти Минхо хотелось слишком сильно.       Спортивный центр, носивший гордое имя «Удар», возвышался над районом, словно гранитный кулак. Серые бетонные стены, вытянутые панорамные окна, из которых доносился яркий свет, и яркая вывеска с названием спортивного центра над входом. Парковка была переполнена перед фуршетом, который проходил на первом этаже здания.       Внутри спортивного центра присутствовал запах старой кожи, дезинфицирующих средств и слегка затхлого воздуха. Стены холла были увешаны плакатами с изображением легендарных боксеров. Здесь же, под стеклом, красовались пожелтевшие от времени фотографии местных чемпионов, чьи имена, возможно, не были известны широкой публике, но чьи достижения заслуживали не меньшего уважения.       Йеджи вошла, опустив голову, чтобы не красоваться лицом перед охранниками. Вписываясь в толпу, девушка внимательно осматривалась, пытаясь выяснить, в каком месте здесь располагается актовый зал. На посторонних ей было наплевать, чужих разговоров она не слушала, лишь иногда поглядывала на людей, чтобы проверить, не заподозрили ли её в чём-нибудь. Никто не обращал на Йеджи внимания, и она была только рада этому.       Девушка ничего не пила и не ела, в отличие от остальных гостей. Она поглядывала на охранников и организаторов, выслеживая их поведения и действия. Они наблюдали за порядком и чистотой, иногда общались с гостями, чтобы никому не было скучно.       Увидев, что один из охранников отдалился, Йеджи медленно пошла за ним, стараясь соблюдать расстояние. Он вышел в широкий и освещённый коридор, но девушка не рискнула туда пройти, однако заподозрила, что именно там находится актовый зал. Смешавшись с толпой, она следила, когда охранник вернётся, и через десять минут он вновь показался в основном зале. Миновал людей и двинулся на выход, а Йеджи пошла в коридор, куда сначала не рискнула пройти.       Проскользнув по нему, Йеджи увидела дверь актового зала, где должно было проходить награждение. Зашла внутрь и увидела мужчину в костюме — он, наверное, был среди организаторов или один из ведущих. Девушка дёрнулась от его вида и резко села на пол, заползая под стол, накрытый тканной скатертью, что свисала до пола. Сердце от страха отбивало быстрый ритм. Йеджи была уверена, что оказалась замеченной, слыша шаги в свою сторону, однако мужчина прошёл мимо и вышел из актового зала.       Посидев под столом ещё немного, Йеджи нагнулась и открыла щёлку, выглядывая в зал. Людей там больше не было, поэтому она вылезла из-под стола, отряхнула джинсы и огляделась, убеждаясь, что осталась одна. Взглядом вычислила ширмы, скрывающие часть сцены от будущих зрителей, и направилась туда.       Взобралась по ступеням и зашла за ограждение, беглым взглядом осматривая столы. Ей сказали, что медали будут лежать в сером чехле, однако таких Йеджи не отыскала. Из-за этого к горлу подкатила паника, ведь иного плана у девушки не было. Она растерянно стала разгребать всё барахло на столах, отодвигать технику и провода, чтобы отыскать нужное. Чехол с медалями лежал на офисном стуле, что был задвинут под стол. Девушка схватила его, расстегнула замочек и уставилась на пять медалей, что блестели внутри. Вновь застегнула чехол и отступила, собираясь бежать отсюда со всех ног, но вдруг кто-то схватил её за кисть руки, в которой она держала сумочку с медалями. Вскрикнув от испуга, Йеджи дёрнулась, резко поворачиваясь к человеку, который посмел её коснуться, и увидела перед собой Хван Хёнджина.       — Что ты делаешь? — опешил он, собираясь выхватить из рук возлюбленной чехол.       — Кто тут? — послышался голос охранника.       — Твою мать, — пробубнил парень.       Он выхватил из рук девушки сумку с медалями и побежал в сторону гримёрки. В тот миг ему было наплевать, по какой причине Йеджи решила украсть. Он принял удар на себя, надеясь, что девушка побежит в другую сторону и сделает вид, что не пыталась ничего украсть, потому что эту инициативу перенял Хёнджин, не желая доставлять неприятности возлюбленной. Однако девушка бросилась бежать за ним, не понимая, зачем он выхватил из её рук чехол.       Хёнджин ненавидел воров, но ради Йеджи украл и сам.       Охранник гнался за ними. Парень выбежал в коридор и взглядом стал искать путь отступления. Подбежал к окну и настежь открыл его, выпрыгивая на улицу. Убегать не стал, оборачиваясь и видя, что Йеджи уже залезла на подоконник, собираясь прыгать. Парень поймал её, поставил на землю, а потом схватил за руку, убегая прочь от спортивного центра. Охранник что-то кричал им в спину, вылезая из окна, но Хёнджин и Йеджи его уже не слышали.       Они бежали долго и слишком быстро. Парень был более высоким, скорость ему давалась намного легче, чем девушке. В конце концов, отбежав достаточно далеко и убедившись, что нет хвоста, они остановились, сгибаясь пополам и пытаясь отдышаться. Хёнджин смотрел на Йеджи с раздражением, ожидая, когда нахватается немного воздуха, чтобы спросить её, зачем она всё это творит.       Девушка кое-как отдышалась, подошла к Хёнджину и выхватила у него чехол с медалями.       — Зачем ты украла это? — сдерживая злость, попытался спросить парень.       — Нужно, — не собираясь раскрывать свою миссию, ответила Йеджи, беспокоясь и за голову Хёнджина, в том числе — угрозы парней её насторожили.       — Нужно? — опешил парень. — Что ты творишь, Йеджи? Хочешь нажить дополнительных проблем?       — Какая тебе разница?       — Какая мне разница? — у Хёнджина округлились глаза от удивления. — Ты вот так просто пошла воровать медали, ничего при этом мне не сказав?       — Да, вот так просто, — огрызнулась девушка, уже устав слушать возмущения в свой адрес.       — Тебе деньги нужны? — продолжил заваливать вопросами парень. — Почему ты мне об этом не сказала? Зачем пошла воровать, когда у тебя есть близкий человек, к которому ты можешь обратиться за помощью?       — Потому что мне не нужны твои деньги! — вскрикнула Йеджи. — Я справлюсь со всем сама, понятно?       Она развернулась, направляясь в противоположную сторону, но Хёнджин последовал за ней. Схватил за руку и развернул к себе:       — Ты можешь нормально объяснить, что случилось? — спросил он, заглядывая в глаза. — Зачем тебе эти чёртовы медали? Зачем тебе деньги?       — Ничего не случилось, Хёнджин! — Йеджи оттолкнула его от себя и отступила, не желая, чтобы он узнал обо всём, что происходит. — Не ходи за мной!       Парень стоял с открытым ртом, не в силах подобрать слов для сложившейся ситуации. Йеджи ушла, больше не обернувшись, а потом перешла на бег, желая поскорее скрыться с глаз. Всё внутри бушевало, на глаза наливались новые слёзы, и девушке понадобилось время, чтобы успокоиться. Она спряталась за одноэтажным магазином и проплакала несколько минут.       Её переполняла обида, недопонимание и страх. Йеджи лишь должна была украсть медали и отдать их обидчикам Минхо, и никоим образом не должна была сталкиваться с Хёнджином. У неё не было иного выбора, кроме как оттолкнуть его, чтобы не лез не в своё дело, но сердце от этого нещадно разрывалось. Девушка ненавидела ругаться с близкими людьми, и никогда не собиралась кричать на Хёнджина, но иначе она не смогла бы его от себя оттолкнуть. Парень увязался бы вместе с ней, а Йеджи должна была сделать всё, чтобы этого не произошло.       Вытерев слёзы, девушка достала из кармана телефон и вошла в чат с Джихуном. Сфотографировала ему чехол в руке и отправила, после чего дописала: «где встретимся?». Не сводя взгляда с экрана, Йеджи дрожала, выжидая, когда её сообщение окажется прочитанным, однако планам не суждено было сбыться. Кто-то подошёл сзади и выхватил из рук девушки телефон. Она вскрикнула от неожиданности и обернулась, видя перед собой Хёнджина, который с шоком уставился в экран.       — Отдай! — вскрикнула девушка, пытаясь отобрать у парня телефон, но тот был выше и сильнее.       Хван за миг прочитал немногочисленные сообщения в чате и уставился на Йеджи, не в силах понять, почему она обо всём ему не рассказала. Теперь он прекрасно понял, зачем она украла эти чёртовы медали.       — Верни мне телефон, Хёнджин! — плача в истерике, девушка ухватилась за ткань толстовки в районе груди парня. — Не смей ему ничего писать!       — Почему ты ничего мне не рассказала?       — Я не обязана ничего тебе рассказывать!       — Зачем пошла воровать, если прекрасно знаешь, что я могу дать тебе любые деньги? — не унимался Хёнджин.       — Потому что я нищенка из приёмной семьи! — Йеджи вновь попыталась выхватить у него телефон, но не удалось. — Я привыкла делать всё сама, ясно тебе? Я привыкла воровать! Вот такая я, Хёнджин! Тебе этого не понять!       Хёнджин молча притянул девушку к себе, прижимая ближе и крепко обнимая. Она продолжала возмущаться, но всё это глушилось толстой кофтой Хвана, в которую она уткнулась. Ткань намочилась от слёз, потому что Йеджи снова расплакалась от безысходности. Она жутко злилась, что Хёнджин лезет не в своё дело, потому что переживала и за него, в том числе. Теперь она была почти уверена, что он увяжется на встречу вместе с ней, а значит подвергнет опасности и себя.       — Успокойся, — не отпуская из объятий, сказал парень.       Он продолжал смотреть в экран чужого телефона, видя фотографию избитого Минхо, а после отправленный девушкой чехол с медалями. Абонент долго что-то набирал, после чего прислал адрес и напоминание: «приходи одна». Внутри всё перевернулось, но Хван не отошёл от Йеджи, продолжая гладить её по голове.       — Кто тебе пишет? — попытался спокойно спросить Хёнджин.       — Это не твоё дело! — глухо вскрикнула куда-то в грудь девушка, пытаясь отстраниться. — Я же сказала…       — Отвечай, — перебил Хван более напористым голосом.       Кое-как Йеджи смогла выпутаться из его крепких объятий. Все её волосы были взлохмачены, глаза заплаканные, а лицо опухшее после слёз. Она отступила на пару шагов, не сводя взгляда с Хёнджина, а он смотрел на неё в ответ.       — Я знаю адрес встречи, Йеджи, — сообщил Хван. — Твой секрет раскрыт.       — Тебе нельзя туда ходить, — дрожащими губами произнесла девушка.       — А тебе, значит, можно?       — Я отдам им медали и заберу Минхо, — объяснила Йеджи.       — Это те козлы, да? — догадался Хёнджин. — Только они могли попросить украсть медали из спортивного центра.       — Какая разница? — вполголоса произнесла девушка. — Я же сказала, что это не твоё дело.       Парень молчал.       — Иди домой, пожалуйста, — попросила Йеджи.       — Ты сейчас серьёзно об этом просишь? — Хёнджин был в шоке.       — Да.       — Что они тебе сказали?       — Ничего, — продолжала упёрто отвечать девушка.       — Йеджи, я должен знать.       — Нет, не должен.       Хван подошёл на шаг ближе, желая показать возлюбленной, что она может ему доверять.       — Прошу тебя, расскажи мне обо всём, — попросил он. — Я не сделаю ничего без твоего ведома.       Девушка молчала, не решаясь начать. Ей было страшно, до сих пор трясло от волнения, но переживать это одной было слишком ужасно. Она всего лишь семнадцатилетняя девушка, и, к сожалению, не настолько сильная, чтобы справляться со всеми невзгодами в одиночку, несмотря на то, что безумно этого хотелось.       — Они сказали, если я приведу с собой кого-то, они пробьют всем головы, — дрожащими губами произнесла она.       — Понятно, угрозы, — теперь Хёнджин догадался, почему Йеджи не стала ему рассказывать. — Одна туда ты точно не пойдёшь. Мы что-нибудь придумаем.