Ворам отрубают руки

      — Выпьете со мной? — с надеждой спросил Минчоль, поставив на стол бутылку соджу. — Хотя бы немного, ради компании. Обещаю, что сразу после этого свалю с глаз долой.       Несмотря на раннее утро, Черён уже успела принять все водные процедуры и даже немного позавтракала. Чанбин стоял рядом с ней, недовольно осматривая старого друга, который после ночёвки в его доме выглядел донельзя помятым. В этом, конечно, не было чьей-то вины — Минчоль сам виноват, что бухает, не просыхая.       — С самого утра? — послышался недовольный голос Чанбина.       Черён перевела на него взгляд, замечая недружелюбное выражение лица и напряжённые мышцы в плечах и руках. Они отлично проглядывались благодаря футболке, у которой не было рукавов. Все мускулы можно было внимательно рассмотреть, их хотелось коснуться, чтобы убедиться, что такая красота реальна.       — Ну, пожалуйста, — надул губы Минчоль.       Девушке показалось, что он уже с утра был пьян. Это точно не похмелье, он еле языком ворочал.       — Я ведь никогда ни о чём не просил тебя, Чанбин, — продолжил Минчоль.       — Вообще-то просил, — отозвался Со. — И о многом.       — Ну, значит больше никогда ни о чём не попрошу, — фыркнул мужчина. — Только об этом.       Чанбин глубоко вздохнул и повернулся к Черён, пытаясь понять, как она настроена к незваному гостю. Она растерянно взглянула на хозяина дома, ожидая вопроса в свой адрес, но Со просто рассматривал её, будто сканируя и выведывая что-то без слов. Чувствуя на себе слишком долгое внимание, девушка поджала губы, смущаясь тёмных бездонных глаз, что смотрели лишь на неё.       — Хочешь с ним выпить? — спокойно спросил Чанбин, совсем не таким тоном, которым разговаривал со своим бывшим приятелем.       — А ты? — растерялась Черён.       — Если ты будешь, то и я немного выпью.       — Хорошо, я не против.       Девушке не хотелось обижать гостя, и она видела, что Чанбин тоже не решался ему отказать — видимо, замечал его подавленное состояние, хоть во всех проблемах Минчоля был виноват сам Минчоль. Он наломал дров, а теперь страдал и пил, хотя даже не вынес для себя после всего случившегося жизненный урок.       — Если бы не ты, милая дама, он бы меня давно выгнал, — усмехнулся гость, наливая в рюмки алкоголь.       Черён села за стол и растерянно взглянула на Чанбина, который покосился на Минчоля. Ему не нравились эти шутки в сторону Черён, а гость травил их ещё со вчерашнего дня.       — За что выпьем? — спросил Минчоль, осматривая всех с улыбкой.       — За твоё благополучие, — пробубнил Чанбин и чокнулся рюмками.       Он выпил алкоголь и посмотрел на гостя — тот явно бухал уже с самого утра. Чанбин понимал, что если он продолжит в том же ключе, в итоге начнёт свои пьяные выступления и концерты, которые Черён не стоило видеть.       Она пригубила содержимое своей рюмки, пробуя напиток на вкус, а потом смело допила, повторяя действия Чанбина. Со посмотрел на неё и глубоко вздохнул, прекрасно понимая, что Черён было не особо приятно сидеть за одним столом с малознакомым человеком, однако она всё равно находилась в одной компании с Чанбином и даже не уходила в другую комнату.       — Какова вероятность, что жена согласится принять меня обратно? — спросил Минчоль, не поднимая глаз.       Чанбин глубоко вздохнул, и это не осталось без внимания Черён.       — Ты хочешь вернуться к жене, потому что любишь её, или потому что тебе жить негде? — задал вопрос Со.       — Потому что… Что? — гость нахмурился. — Что за вопросы у тебя такие?       — Обычные вопросы, — пожал плечами Чанбин. — Сними квартиру. Не еби мозги ни себе, ни жене.       — Чтобы дом достался ей?!       — Это не твой дом. Вы его тоже снимаете.       — И что? Почему именно я должен искать новую квартиру, пока она будет спокойно продолжать жить в том же доме?       — Потому что ты изменил, идиотина, — не выдержал Чанбин. — Хочешь, чтобы я пожалел тебя? Бедному Минчолю негде жить. Посмотрите, как он страдает! Любимая жена больше не станет стирать ему носки и готовить с собой обед на работу!       Минчоль обиженно поджал губы, а Черён, заметив это, коснулась бедра Чанбина, привлекая его внимание.       — Перестань, — попросила она тихо.       — Прости, — ответил Со. — Взбесил меня.       — Тогда выпьем за то, чтобы я нашёл себе квартиру, — гость снова разлил алкоголь по рюмкам и сразу выпил из своей.       Чанбин хотел бы добавить что-то колкое, но после просьбы девушки не стал. Выпил соджу залпом и продолжил слушать.       — Я ведь не хотел, чтобы так всё обернулось, — вздохнул Минчоль. — Пусть и искал связи на стороне, но я её любил.       — Какой уже смысл это обсуждать? — спросила Черён. — Ты наломал дров, жена тебя выгнала — история закончена.       — Как же она может закончиться, если мы любим друг друга?       — Иногда это совсем неважно, — уверенно утвердила Ли. — Люди, у которых есть собственное достоинство, никогда не вернутся к изменщику.       Минчоль уставши выдохнул. Он всё ещё не мог принять чужую точку зрения и, судя по всему, уже устал всем доказывать свою. Ни бывший приятель, ни его девушка не поддерживали взгляды гостя, и он был вынужден тонуть в этом море в одиночку.       — Знаете, я, наверное, пойду, — Минчоль вышел из-за стола и направился на выход.       Чанбин пошёл следом за ним, чтобы проводить обидевшегося и пьяного мужчину. Черён за ними не пошла, но вышла в гостиную и села на спинку дивана, поставив ноги на место для сидения. В груди слегка грело после алкоголя, хоть девушка много не пила. Она с интересом ждала Чанбина, гадая, не начнёт ли он ругаться с гостем, однако тот вернулся, как ни в чём не бывало.       — Порядок? — спросила Ли. — Он на нас обиделся?       — Без разницы, — отмахнулся Чанбин. — Я вообще не планировал с ним когда-либо видеться после ссоры.       — Видимо, он соскучился, — с губ девушки сорвалась усмешка.       — Ему просто негде жить. Ты же слышала.              — Всё равно он выглядит грустным. Так же, как ты.       Чанбин уставился на Черён, не совсем понимая, что именно она имеет в виду, но девушка сама поспешила объясниться, замечая его замешательство:       — Ты со вчерашнего вечера немного грустный.       — Не люблю незваных гостей, — ответил Со.       — Я для тебя тоже когда-то была незваным гостем, — улыбнулась Черён.       — Не сравнивай с собой.       — Почему? — удивилась Ли. — Разве не похожие ситуации? Мне тоже было негде жить, и я…       — Ты мне нравилась, — пояснил Чанбин. — Когда тебе понадобилась помощь, мне даже думать не пришлось.       Черён почувствовала, как покраснели щёки от смущения. Она поджала губы, глядя на Чанбина в упор и наблюдая, как он медленно подходит к ней.       — Я тебе нравилась? — вдруг спросила она вполголоса.       — С тех пор, как мы познакомились, — Чанбин коснулся женских коленей.       — Давно же это было.       — Да, давненько.       Он был так близко, смущал своим откровенным взглядом и мягко массировал выступающие косточки на коленках. Парень с девушкой молчали, прожигая друг друга глазами. В тишине было слышно два дыхания, и оба из них взволнованные.       — Черён, я буду для тебя тем, кем ты пожелаешь. Просто скажи, нужен ли я тебе.       Черён почувствовала, как в груди затрепетали бабочки. Она придвинулась чуть ближе и, ничего не ответив, поцеловала парня в губы, нежно погладив по его щеке.       Этого было достаточно, чтобы Чанбин принял ответ. Он взял инициативу в свои руки, более жадно впиваясь в губы Черён и позволяя рукам проскользнуть по женским бёдрам. Девушка ахнула в поцелуй, когда чужие пальцы сжали её ягодицы сквозь шорты. Черён замерла, словно хрупкая статуэтка, но в её взгляде читалось нескрываемое волнение. Она прикрыла глаза, позволяя Чанбину полностью завладеть моментом. Его дыхание участилось, и она чувствовала его тепло на своей коже. Мир вокруг перестал существовать, остались только они двое, пленники взаимного притяжения.       В этом мгновении была целая вечность — предвкушение, робкая надежда и безграничное желание. Касания по коже были невесомыми, едва ощутимыми, но эта искра, вспыхнувшая между ними, зажгла огонь, который они так долго сдерживали.       Поцелуй углубился, став более требовательным и чувственным. Чанбин нежно обнял Черён, прижимая её к себе, словно боясь, что она исчезнет. Её руки обвились вокруг его шеи, и она ответила на поцелуй со всей страстью, на которую была способна. Языки сплелись, вкус её губ был сладок, как запретный плод, опьяняющий и манящий. Чанбин ощущал, как его тело горит от желания, и он не мог остановиться. Он хотел большего, хотел слиться с ней воедино, стать с ней одним целым.       Черён отвечала на его ласки с такой же интенсивностью, её тело дрожало от предвкушения. Она чувствовала, как её разум затуманивается, и она теряет контроль над собой. В этом поцелуе была вся их история, все невысказанные слова и подавленные чувства. Это был поцелуй, который говорил громче тысячи слов.       Время остановилось. Мир перестал существовать. Остались только они и эти чувственные касания, которые связали их невидимой нитью. В этот момент они принадлежали только друг другу, и ничто не могло их разлучить.       Чанбин подхватил её под бёдра и усадил на свою талию. Черён не успела даже ничего сообразить, оказавшись вплотную прижатой к парню. Он продолжал целовать её, влажно и требовательно, но теперь его разгоряченные губы начинали спускаться ниже, к шее. Они прокладывали дорожку к ключицам и плечам, которые были прикрыты майкой, но это не мешало Чанбину их оцеловывать.       Руки парня лежали на её талии и стали медленно спускаться к упругим ягодицам, спрятанным под шортами. Девушка почувствовала чужую руку, но та соскользнула с бёдер и оказалась в промежности, слегка надавливая на чувствительную зону. Черён тихо простонала, размыкая поцелуй и упираясь лбом в лоб Чанбина, который смотрел на неё с неподдельным вниманием.       — Давай, подай голосок ещё раз, — прошептал парень, целуя девушку в шею и снова надавливая на промежность сквозь одежду.       Черён не сдержалась, крепче хватаясь за плечи парня и простанывая в его ухо. Он вновь впился в её губы, продолжая движения пальцами, но в этот раз славливая все женские стоны своим ртом. Впервые за долгое время он делал то, о чём так давно мечтал.       — Вот так, умница, — похвалил парень, оценивая стоны Черён, а потом поднял на неё возбуждённый взгляд. — Хочешь продолжить?       — Только в спальне, — прошептала она.       Чанбин направился в указанную комнату. Он занёс туда Черён и прикрыл дверь, хотя дома они остались лишь вдвоём. Положил девушку на кровать и навис над ней сверху, подаваясь пахом в её промежность. Она снова застонала, реагируя на каждое движение Чанбина, а у него от этого сносило крышу. Он был готов слушать её голос вечно, готов был повторять одно и то же движение, лишь бы оно нравилось Черён и вызывало в ней такие же горячие эмоции, как в нём.       Парень снял с неё шортики, стянул следом бежевые кружевные трусики и устроился между ног, впервые видя девушку обнажённой. Она смущенно покраснела и устремила взгляд в потолок, а Чанбин прильнул к её промежности и провёл языком между половых губ, заставляя их немного раздвинуться и оголить более чувствительные зоны.       — О, Боже, что ты делаешь? — прошептала девушка, прикрывая изящными пальцами свою промежность и пряча свои смущённые глаза.              Чанбин нежно поцеловал её в тыльную сторону ладони, спустился языком к указательному и среднему пальцам, забирая их в рот и слегка прикусывая. Девушка ахнула, устремляя на парня взгляд. Их глаза встретились, и Черён с неподдельным интересом смотрела, как он ласкает её пальчики языком, специально дразня и доводя до тянущих спазмов внизу живота. Между ног всё сжалось от возбуждения, и Чанбин, будто чувствуя это, вновь прильнул к чувствительной зоне, несмотря на тщетную попытку Черён закрыть её рукой.       — Ты так возбудилась, — произнёс парень, после чего коснулся языком клитора, медленно вырисовывая маленькие узоры.       — Это из-за тебя, — организм девушки охотно реагировал на Чанбина, несмотря на то, что всю свою осознанную жизнь она боялась мужчин.       Но его, почему-то, нет. Чанбин другой. Он не причинит ей вреда.       — Я ведь ничего не делаю, — еле заметно улыбнулся парень, медленно и верно работая языком.       Черён застонала, роняя свою голову на подушку. Перед глазами всё плыло от новых ощущений, которых хотелось получить ещё и ещё. Чанбин делал невероятное, доводил её до сумасшествия, которого прежде девушка никогда не ощущала. Он словно знал, как сделать ей приятно, чувствовал её каждой клеточкой тела и двигал языком именно в том темпе, который требовался. Девушка извивалась на постели, не веря, что всё это происходит с ней в реальной жизни. Она ещё никогда не ощущала такого жара между ног, который только сильнее разгорался от каждого касания.       Она ещё никогда не позволяла себе довериться мужчине.       Чанбин ласкал её языком, а его сильные руки гладили бёдра и талию, пробираясь под кофту и касаясь тёплой кожи. Черён подавалась ему навстречу, закрывала глаза от удовольствия и постанывала, накручивая этим парня ещё сильнее. Эти новые ощущения для девушки были совсем новыми, неизведанными, но такими приятными, что совладать с собственными эмоциями было просто невозможно. Движения мужского языка в промежности становились всё более уверенными, и Черён совсем забыла о рамках приличия, за которые старалась никогда не переступать.       Её кожа горела от желания, между ног всё было влажным и просило продолжения. Своими стонами Черён словно вымаливала продолжения удовольствия, желая ощутить всю прелесть оргазма, до которого её доведёт Чанбин. Тот, с кем несколько недель назад она была готова подраться, а теперь послушно раздвигала ножки, прося о большем.       Черён была уже на грани, простанывая невнятные фразы, но не прося остановиться. Чанбин периодически поглядывал на неё, считывая эмоции и рассматривая губки, которые размыкались от несдержанных стонов и блестели влагой после поцелуев мужских губ. Девушка прогнулась в пояснице и громко простонала. Чанбин на миг отодвинулся, а она свела колени вместе и перекатилась на бок, утыкаясь лицом в подушку. Всё её тело подрагивало от удовольствия, Черён не могла поверить, что это настолько приятно.       — Черён? — тихо позвал Чанбин, целуя девушку в бедро.       Он лёг рядом с ней, прислоняясь к её спине и нежно обнимая. Парень откинул прядь волос, что загораживала женское лицо, и притянулся, целуя Черён в ушко. От этого жеста она покрылась мурашками, всё ещё не прийдя в себя после удовольствия.       — Да? — прошептала она, чувствуя крепкие объятия, в которые её заключил Чанбин.       — Тебе хорошо?       Черён повернулась, вглядываясь в карие глаза парня.       — Очень, — прошептала она, а потом опустила взгляд на его губы.       Вот бы он снова её поцеловал. Вот бы коснулся во всех местах, к которым Черён никого не подпускала.       — Почему не продолжаешь? — спросила девушка, не переставая смотреть на пухлые губы.       — Разве я должен? — Чанбин замечал её внимание, но не двигался с места.       — Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо, — хлопая ресницами, произнесла Черён, всё ещё не восстановив дыхание.       — Главное, чтобы тебе было приятно, — еле заметно улыбнулся Со, хотя и сам был возбуждён.       Черён подалась вперёд и напористо поцеловала его в губы. Погладила по затылку рукой и притянула к себе, заставляя навалиться сверху. Чанбин придавил её своим телом, уже не сдерживаясь и целуя мокро и развратно, чтобы у обоих слетела крыша. Девушка прижимала его к себе так крепко, как только могла, больше не желая отпускать даже на секунду. Она никогда не встречала таких парней, и потому готова была броситься за ним даже в огонь, потому что он за ней бросался туда неоднократно. Потому что он был настоящим мужчиной, рядом с которым все проблемы становились решаемыми, а все страхи растворялись. Ведь он защитит. Он всегда будет рядом, даже если окажется далеко.       Чанбин скомкал в руке подол майки Черён и задрал её, оголяя грудь, которая сразу предстала перед ним без лифчика. От вида набухших сосков у парня стали выделяться слюни. Он прильнул к груди губами, а его рука скользнула к влажной промежности. Изучая женские соски, Чанбин оцеловывал их и медленно обводил языком, смакуя во рту и позволяя себе насладиться девушкой, которой так давно любовался. Со и представить не мог, что однажды она будет лежать в его кровати.       Его пальцы скользнули по клитору и спустились ниже. Черён немного напряглась, а потом ахнула в поцелуй, чувствуя, как Чанбин ввёл в неё два пальца.       — Постарайся расслабиться, — прошептал на ухо парень, обжигая мочку горячим дыханием. — Не нужно бояться.       — У меня этого… никогда не было, — стыдясь смотреть в глаза, произнесла Черён.       — Я помню, солнышко, — он поцеловал её в висок. — Я не сделаю ничего, что тебе не понравится.       Чанбин снова начал целовать её шею, спустился к груди и принялся ласкать соски. Девушка сняла с себя майку и откинула её в сторону, оставаясь перед парнем полностью голой. Со осмотрел её с жадностью и желанием, уже расстраиваясь, что не увидел всю эту красоту раньше.       Его пальцы по-свойски двигались внутри девушки, готовя её к продолжению. Терпеть Чанбину было уже тяжело, внизу живота всё напряглось, а возбуждённый член неприятно потирался об штаны.       Женские пальцы коснулись его паха. Осторожно расстегнули пуговицу, потом плавно замочек, высвобождая член, который уже долгое время просился наружу. Чанбин не выдержал и простонал в шею Черён, переставая двигаться и без слов умоляя, чтобы она снова прикоснулась.       Пальцы Черён проскользнули под ткань трусов и коснулись влажной головки. С губ парня снова сорвался хриплый и несдержанный стон, который попал девушке прямо в ухо и запечатлелся в голове на долгое время.       — Спусти штаны, — прошептала девушка, целуя в горячую шею.       Чанбин послушно стянул с бёдер джинсы, а вместе с ними и боксеры. Его возбужденное дыхание обжигало кожу Черён, но она хотела чувствовать его. Целиком и полностью. Слышать его стоны и знать, что ему хорошо.       Девушка двигала рукой по его члену, имитируя поступающие движения, а Чанбин сдерживал свои эмоции как мог, уткнувшись носом в женские ключицы. В тот момент он выглядел послушным котом, который потакал любым прихотям хозяйки и был очень благодарен, что она решила сделать ему приятно в ответ.       — Черён, я не смогу долго сдерживаться, — предупредил он, пытаясь выровнять дыхание. — Я слишком возбуждён.       — Тогда раздевайся.       Они встретились взглядами и поцеловались. Уже более страстно и глубоко. Так, чтобы показать, что принадлежат только друг другу и никому больше. Так, чтобы окончательно сойти с ума.       Чанбин смог набраться сил, чтобы ненадолго отстраниться. Он снял с себя всю одежду и достал презерватив из ящика комода.       Черён сгорала от его взгляда, слегка подрагивая от возбуждения. Она хотела, чтобы парень поскорее вернулся к ней в постель и согрел своим теплом.       — Перевернись на животик, — попросил Со, надевая презерватив. — В этой позе не будет больно.       Девушка перевернулась, как и было сказано. Она снова напряглась, но расслабилась сразу, как только почувствовала тело Чанбина, что придавило её к кровати. Его руки вновь стали оглаживать её тело, а губы целовать в плечи и шею. Черён вцепилась в подушку пальцами, ахая от удовольствия.       — Можно войду? — спросил Со, приставляя головку к промежности.       Он уже не мог терпеть.       — Да, — пролепетала в ответ девушка.       Чанбин подался бёдрами вперёд, медленно входя в Черён. Чем глубже он продвигался, тем громче становились её стоны, эхом отражающиеся от стен.       — Не больно? — он поцеловал девушку в ухо.       — Не-ет, — протянула Ли, цепляясь ногтями за одеяло.       Парень толкнулся глубже и сам застонал. С Черён он не мог сдерживаться, хотя очень старался. Это оказалось выше его сил.       Его рука пролезла под животом девушки и снова коснулась промежности, подстраиваясь под темп своих толчков. Черён не сдерживалась, она уже кричала от удовольствия, которое доставлял ей самый лучший на свете парень. Девушка слышала его возбуждённое дыхание, его будоражащий душу шёпот, вызывающий мурашки по всему телу. Ей хотелось большего, и Чанбин, словно чувствуя это, или же ощущая такое же желание, стал наращивать темп. Он увеличивал скорость, чаще делая более глубокие толчки, потом вытаскивая член на полную и снова вставляя на всю глубину, чтобы вновь и вновь чувствовать эту невероятную феерию.       Ему было восхитительно, до потемнения в глазах и головокружения, но он и представить не мог, насколько было хорошо его возлюбленной.       Их стоны сливались в унисон: её женственный и такой развратный, и его — хриплый и мужественный. Они были друг для друга самой сладкой прикормкой, самым вкусным десертом. Их запахи оставались на телах, будто помечая, что теперь парень с девушкой принадлежат только лишь друг другу.       Черён стала извиваться, отвечая на настырные толчки Чанбина. Его пальцы ласкали её клитор, снова и снова заставляя кричать, но девушка уже дошла до пика. Она застонала сорванным голосом, а всё её тело задрожало под Чанбином. Лицом девушка уткнулась в подушку, видя перед глазами цветные круги от удовольствия, а Со кончил следом за ней в презерватив, наваливаясь сверху.       Они долго лежали, стараясь прийти в себя. Парень крепко обнял Черён, прижимая её спиной к своему голому торсу и целуя в затылок. Оба лежали на боку, не в силах шевелиться после пережитой страсти.       — Не могу тебя отпустить, — сорвалось с губ Чанбина прямо в ухо Черён.       — Не нужно меня отпускать, — улыбнулась девушка, поглаживая руку парня, которой он её обнимал.       — Хорошо, не буду.       Снова поцелуй в затылок. Черён закрыла глаза и сама не заметила, как уснула на плече Чанбина, несмотря на то, что время ещё даже не перевалило за обед.