Оковы греха

Белокурый юноша стиснул зубы и прижался щекой к мягкой подушке с позолоченным родовым гербом знатного рода своего хозяина. Его руки ломило от неудобного положения, а на запястьях алели следы от металлических наручников. Ноги тоже были скованны браслетами и надёжно зафиксированы в разведённом положении. Парень грудью лежал на кровати, а зад был высоко и призывно приподнят. Поза, мягко говоря, возбуждающая. Мужчина обошёл свою игрушку по кругу, рассматривая и оценивая, затянул кожаный ошейник на тонкой шейке юнца потуже и довольно кивнул, мысленно соглашаясь с собой. Мальчишка покусывал свои губы от нетерпения, вызывающе виляя бёдрами, а его хозяин только смеялся и гладил округлую попу мальца. — Тише, тише, — ворковал он, чуть сжимая ягодицу парня. — Сэм готовится. Блондина это успокоило, он вздохнул и дёрнул руками, но действие это было весьма опрометчивое, потому что боль тут же пронзила скованные конечности. Приглушённо заскулив, он собрался что-то сказать, но в это время в его ротик втолкнули шарик кляпа. Парень смирился со своим положением. Подойдя к двери, мужчина ещё раз обвёл взором гостевую спальню, заострив взгляд на обнажённом юнце. Улыбнувшись собственной затее, хозяин открыл дверь и впустил ротвейлера в помещение. Пёс вошёл неторопливо, но с гордо поднятой головой, шумно втянул носом воздух и сразу же запрыгнул на постель. Юноша вздрогнул. — Тише, малыш, ты же сам хотел встретиться с ним, — мурлыкнул мужчина и удобно устроился в кресле, откуда открывался замечательный вид. Освещение было тусклым, за окном темнело. Юное тело в лучах заходящего солнца особенно красиво смотрелось, контрастируя с безграничной чернотой подтянутого и мускулистого туловища собаки. Сэм обнюхал свою жертву, обошёл мальчишку со всех сторон и попытался на него запрыгнуть, в результате чего только поцарапал бархатную кожу. Блондин задрожал, но вырываться не стал. Вполне освоившись, ротвейлер принялся облизывать ягодицы юноши. Прохладный язык скользил по коже, закрадывался в ложбинку между ягодиц и касался подготовленного прохода. Парню нравилась эта мимолётная ласка, но наслаждение вмиг разбавила острая боль от клыков, которыми Сэм вцепился в плечо мальчишки и взгромоздился на него. Конвульсивно задёргавшись, пёс попытался попасть в нутро подростка, но смог достигнуть желаемого лишь при помощи хозяина, любезно направившего член в искомое русло. Несколько мощных толчков, во время которых парень так и не смог привыкнуть, а следом череда глубоких, нетерпеливых и стремительных вторжений в доступное тело. Когти всё так же оставляли царапины на боках и спине, кровь стекала по предплечью, а собаку и его хозяина это только заводило, чего нельзя сказать о юноше. Парень мычал и подмахивал ротвейлеру задом, надеясь, что четвероногий любовник отыщет чувствительную точку, но пёс упорно долбился так, как хотелось ему, не считаясь с желаниями своей «самки». Мужчина, тяжело дыша, наблюдал за разгорающимся действом, поглаживая свой ствол и стараясь запомнить каждое движение страстных любовников, каждый изгиб на телах человека и собаки. Сэм же порыкивал над самым ушком блондина, переступая с лапы на лапу и с той же небывалой силой и жаждой толкаясь в глубину тесного ануса. Близился момент, когда ротвейлер достигнет своего пика, когда узел на его члене набухнет, сцепляя их с парнишкой, дрожащим под увесистой тушей. Юноша под конец начал возбуждаться, его собственный ствол стал твёрдым, почти прижался к плоскому животу и сочился жемчужными капельками спермы. Зверь рычал над своей сучкой, капли слюны стекали на изящно изогнутую спину парнишки. Это было незабываемое зрелище. Мужчина приблизился к совокупляющейся парочке, сорвал с мальчишки кляп и попытался оттащить ротвейлера от парня, но безуспешно. Блондин засмеялся, демонстративно вильнув бёдрами, а пёс расценил это как попытку к бегству и впился челюстью в израненное плечо. - Ненасытный, — пропел брюнет, всё же оттащив собаку и отстегнув мальчишку от кровати. Юнец перевернулся на спину и широко раздвинул ноги. Из его порванного отверстия сочилась кровь, но он получал от всего этого извращённое удовольствие. Ему просто хотелось подчиняться. Сэм зарычал, навалился на свою двуногую сучку и стал активно тыкаться членом в живот мальчишки. Юноша бережно взял в руку внушительный красноватый член, направил его в себя и застонал, когда псу удалось проникнуть в него. Вновь возобновилось грубое движение. Теперь юнец смотрел в лихорадочно блестящие глаза животного, обнимал его бёдра коленями, позволяя использовать себя. Парня это заводило, он одной рукой ласкал свой твёрдый ствол, а второй гладил Сэма по голове. Кобелю понравилась и такая поза, он продолжал насиловать подростка, вбиваться в его тело безжалостно и жёстко, пока внутри узкого и порванного ануса не начал набухать узел. Ротвейлер замер, точно каменное изваяние, опасное и прекрасное своей кровожадностью. Острые ровные клыки истинного хищника были отлично видны из открытой пасти, кобель всё ещё судорожно дёргал бёдрами, по инерции продолжая совокупляться с юношей, но вскоре окончательно застыл. Парень откинул голову назад, приглушённо застонав, провёл ладонью от макушки до мощной шеи зверя, а сам качнул задом, проверяя крепость их сцепки. Член засел основательно. Какое-то время они лежали неподвижно, лишь блондин целовал морду пса и тёрся об него щекой, забавляя своего хозяина. Мужчина одобрительно кивал своей зверушке, резко и бесстыдно надрачивая свой член. Сэму уже начало надоедать однообразие, он стал шевелиться, чем причинял своему любовнику сильнейшую боль. Пришлось обхватить собаку всеми конечностями и прижать к себе. Это помогло, а вскоре и узел спал. Член ротвейлера с громким хлюпающим звуком выскользнул из растянутой дырочки, а следом потекла собачья сперма. Юноша откинул голову назад и, совершив пару манипуляций со своей разгорячённой плотью, кончил себе на живот. Мужчина тихо усмехнулся, заметив в конце коридора приближающегося Чарли. Сэм в это время лениво сполз на пол и устроился возле ног брюнета. Стоило ротвейлеру пару раз лизнуть член своего хозяина, как тот кончил, забрызгав морду пса своей спермой. — Оу, смотри, кто к нам наведался, — усмехнулся мужчина, кивнув в сторону добермана и застегнув свои штаны. — Чарли? — удивился блондин, поднявшись на локтях, но пребывать в таком положении ему не позволили — доберман завалил его на кровать и стал облизывать измученное тело, от которого за версту разило стойким запахом секса и вязки. Чарли не был настолько возбуждённым, чтобы поиграть с мальчишкой по-взрослому, поэтому лишь старательно слизывал ещё не запёкшуюся кровь с бледной плоти, скользил гибким языком между ног подростка, вызывая сдавленные охи и стоны. Хозяин с удовольствием наблюдал за проявлением внимания со стороны Чарли к его игрушке. Пёс сочувствовал парню, ласкал его порванную дырочку, понемногу скрашивая боль приятным ощущением нарастающего тепла внизу живота. - Ладно-ладно, в следующий раз твоя очередь, — блондин отпихнул от себя добермана, обнял его и потрепал за ушком, довольно улыбнувшись. Чарли недовольно посмотрел в сторону Сэма, оскалился, но не отстранился от мальчишки, а только завалил его обратно на кровать и устроился сверху, уткнувшись носом в искусанное плечо юноши. Всё-таки доберман по праву считал этого паренька своей сучкой, а всем остальным просто позволял пользоваться этой прелестью.