Воспоминания

Воспоминания

Глава 35.

− Один из мудрецов древней Земли утверждал, что наука уничтожит человечество, но не посредством оружия массового уничтожения, а доказательством отсутствия богов. Это знание ожесточит людей, а от сознания, что человечество осталось один на один с равнодушной Вселенной, они могут впасть в безумие.

Имя автора утрачено. Датировано до Ереси Хоруса

− А потом Лоргар нашёл религию и понеслось…

Нелкарион Несломленный, после Ереси.

− Ты всегда винишь этого… Лоргара, во всём?

Джон Шепард.

− Если бы этот размалёванный, лысый идиот, с левой резьбой не нашёл свою чёртову религию, человечество бы наслаждалось новым Золотым Веком!

Нелкарион Несломленный.

Фел Прайм. Тихие Холмы. Цепные клинки, в руках космодесантников, взревели, требуя крови. Шепард и Нелкарион были рады испытать свои силы в бою против возможных «антиподов», разработки Альянса Систем. Надо сказать… они и восхищали и разочаровывали. Их скорость реакции и сила, увеличенные, как специальными операциями, так и технологиями, применёнными для создания их брони, делали их выдающимися бойцами. Однако этого было недостаточно. Они были быстрыми и сильными, однако опыта борьбы с теми, кто был больше, быстрее и сильнее них, у новых бойцов Альянса не было. Они не знали, каково это – сражаться с ожержимыми демонами собратьями или тиранидами, способными вырастить абсолютно любую биоформу, специализированную для любого сражения. В любых условиях и с любым противником. Однако Нелкарион знал. И первая пара солдат совершила лишь одну единственную ошибку, приведшую к их смерти – они вступили с ним в бой. Не смотря на превосходящие показатели, Астартес уступали новому проекту Альянса лишь в одном: в манёвренности. Если бы они использовали свои движки, встроенные в доспехи, чтобы уйти, доложить об Астартес и перегруппироваться, они бы, возможно, смогли бы справиться. Однако, одна из них, рванула вперёд, надеясь вынести того, кто выглядел менее презентабельно, ну, или возможно, Шепарда было приказано взять живьём. Как бы то ни было, девчонка, а кем она ещё могла быть, раз совершила ошибку новичка, такие ошибки совершают лишь зелёные юнцы, бросилась вперёд, вооружённая лишь стандартным боевым ножом, метя ему в сочленение, не защищённое броней. Под шлемом, Нелкарион улыбнулся, это была хорошая тактика, правильная. Девчонка метила в уязвимое место на его ноге, стремясь подрезать сухожилие, надеясь лишить его подвижности и заставить его упасть на колено. Она не учла лишь скорость реакции. Для кажущихся столь неповоротливыми, Астартес, при своих размерах, движутся нечеловечески быстро. Он ставит ногу назад, нож лишь царапает по наколеннику, но броня для этого и нужна, чтобы держать удар. Нелкарион пропускает её перед собой, инерция влечёт её дальше – она вложила слишком много силы в удар. Он поворачивается, его левая рука тисками сжимается вокруг её лодыжки. Повелитель Ночи продолжает поворот, с силой дёргая за собой десантницу Альянса. Её путь оканчивается на земле, Астартес приложил с силой достаточной, чтобы выбить воздух из её лёгких. Не спасли ни генетические улучшения, ни броня. В этот момент, словно бы злые чары, спали с её сокомандников, они разом нацелили винтовки. Град пуль обрушился на Повелителя Ночи, но встроенные генераторы щита исполнили своё дело и поглотили урон. Пока один из десатников пытался оттащить раненую, двое других продолжили подавлять огнём Нелкариона, забыв на время о Шепарде. Ещё одна ошибка. Джон впечатывается плечом в ближайшего десантника, сбивая его с ног. Второй отвлёкся на поединок Шепарда и своего компаньона и не заметил, как Нелкарион преодолел расстояние между ними, отведя назад руку, окольцованную энергиями варпа. Его кулак пробил защитный щиток шлема, превратив голову солдата в кровавое месиво. Между тем, Шепард повалил второго воителя на землю, тому даже увеличенных сил не хватило, чтобы спихнуть с себя Астартес. Более того, он был излишне занят тем, что пытался удержать цепной меч подальше от своей шеи. Однако, вращающиеся лезвия клинка всё ближе и ближе приближались к странному чёрному покрову, на которой крепились металлические части брони. Джон поднажал и его клинок вошёл в шею врага, раздирая и терзая плоть. Вскоре его голова покатилась по земле. Пара оставшихся бойцов спешно ретировалась, Шепард рванулся за ними, однако клинок Нелкариона преградил ему путь. − Лучше поспешим в космопорт. – заметил он. – Времени у твоего отряда почти не осталось, а с прибытием подкреплений Альянса, десантники с «Бури», могут попытаться взять позиции штурмом. − Я уверен в своих людях. – заявил Шепард. − А я – в том, что им ударят в спину. – заметил Нелкарион. – Не забывай, Джон, твоя задача, как лидера группы – в сохранении жизней своих людей, а не в спасении колонии. − А что станет с местными? – спросил Джон. − А ты как думаешь? – развёл руками Нелкарион. – Альянс высадил карательные войска. Колонисты, культисты – им нет разницы, кто перед ним, за несколько дней планету зачистят, и объявят, что произошла атака пиратов, а если понадобиться повод провести военную операцию – виновным назначат предполагаемого противника. Например Доминион. В словах Нелкариона был резон и Шепард, нехотя, последовал за ним к космопорту. Они старались не попадаться на глаза патрулям Альянса и их командам зачистки. Ему было особенно тяжело оставлять позади людей и слышать их крики, когда штурмовики зачищали здания огнемётами. Ни сомнений, ни колебаний. Карательная операция. Всё, как и сказал Нелкарион. Шепард задумывался, что же думал об этом его невольный товарищ? От отца он знал, что Повелители Ночи, сами по себе исполняли функцию карательных сил. Конечно, они завоевывали миры, сражались с ксеносами, но их основное применение было в войне против людей. Необходимые чудовища на службе у режима. Самому Нелкариону не впервой было видеть подобную жестокость. Да и если честно, ему приходилось устраивать и похуже –планетарные правители зачастую начинали мнить себя чересчур важными, чтобы повиноваться приказ с далёкой Терры. Что сказать, даже на Терре находились умники полагавшие себя ловчее Императора, чего уж говорить об окраинах Империума, где никогда не было спокойно. Из таких требовалось делать пример, и… чего греха таить, огнемёты были ещё не самым изощрённым методом. Нелкарион прикрыл их тенями сделав двоих космодесантников незаметными для глаз и сенсоров военнослужащих Альянса. Не раз им приходилось таиться, отходя глубже в тени между зданиями, но крики в эфире подбадривали их: группа Шепарда всё ещё держалась. Конечно, передачи с космопорта подавлялись Альянсом, однако частоты их бойцов были забиты криками раненых и умирающих: Астартес пощады не ведали и не просили. По взломанным частотам Джон и Нелкарион слышали рокот болтеров, крики боли и визг пиломечей. Они оба рвались на помощь группе, но последние несколько сотен метров пути до космопорта, лежали через полностью открытое и простреливаемо пространство. Без всяких теней, чтобы Нелкарион укрыл их, спрятав от любопытных глаз. − Они знают, что мы здесь. – заметил Нелкарион. − Не стоило отпускать тех двоих. – Заметил Джон. – Они наверняка доложили о нас командованию. − Они знали, о нас, Джон. – Парировал Нелкарион. – Они уже давно перекрыли подступы к космопорту и собираются медленно загнать нас, как гончие – дичь. Видишь? – Он указал на бронемашины, из одной из которых высовывалась знакомая фигура в броне. – Они стягивают свои силы в единый кулак, ещё два бойца, один из которых ранен, а второй – вынужден заботиться о первом, погоды не сделают. Более того, я удивлён, что именно ты решился на такой жестокий шаг. И что мне, принадлежавшему к генетической линии Кёрза, пришлось останавливать кого-то из твоей генетической линии. − Что ты имеешь ввиду? – спросил Джон. – Отец рассказывал мне, что Тёмным Ангелам приходилось принимать тяжёлые решения и уничтожать целые виды, чтобы отвоевать место для человечества. − Тёмным Ангелам – возможно. – Кивнул Нелкарион. – Однако… ты – не из их числа. − Что ты имеешь ввиду? –Шепард сощурил глаза, а его рука сжала рукоять меча. – Поясни, а то дальше разговаривать будет мой меч. − Не пытайся угрожать мне, мальчик. – Прошипел Нелкарион в ответ. – Тебе нужно прожить, как минимум четыреста лет, прежде чем начать хотя бы думать об этом. Что касается твоего генетического наследия… Всё довольно просто: я был тем, кто убил Астсртес, одержимого духом древнего Несущего Слово. Я извлёк геносемя, и именно оно было использовано при твоем «Вознесении» или как там Лютер назвал свой проект? Рука Джона невольно коснулась его шеи, где находилась одна из прогеноидных желез. Он знал, что его отец придавал огромное значение превращению своего собственного сына в Астартес. Однако он никогда не думал, что он будет рисковать настолько, что использует прогеноиды, забранные у десантника, тронутого Варпом. Однако разум твердил ему, что отец пошёл бы на всё, чтобы обеспечить себе преимущество в войне с остальной галактикой. Он дернул щекой. Это было неважно. Миссия – вот, что имело значение. − Это ничего не значит. − заявил Джон. – Кем бы я ни был, из какой бы генетической линии не происходил, я часть великого плана, я делаю великое дело. − Да? – спросил Нелкарион. – И какое же? − Помогаю сковать государство людей, которое простоит сотни лет! – горделиво вскинул подбородок Шепард. – Бессмертная империя, после строительства которой человечество займёт причитающееся ему место. − Где-то я это уже слышал. – заметил Нелкарион. – Тоже самое говорил парень повыше, поумнее, посильнее, помогущественнее… Чёрт побери, тоже самое говорил Император Человечества! − Что тем более, делает эту идею более праведной. – ухмыльнувшись заметил Шепард. − Ультрамарин из тебя, прёт изо всех щелей. – Ухмыльнулся Нелкарион. – А ещё в моих словах сомневаешься. Однако, к делу, видишь ли, в твои рассуждения, закралась одна критическая ошибка. − Это какая же? – набычился Джон, а Нелкарион ухмыльнулся. Он напоминал Ультрамарина тем больше, чем сильнее выходил из себя. И если честно, воины-короли Ультрамара, тоже терпеть не могли, когда им указывали на критические просчёты в их планах. − Лютер – не Император. – напомнил Нелкарион. – Он даже на Малкадора не тянет. Это когда рядом был Лев, их дуэт мог пародировать Императора и Верховного Лорда Терры, как Хорус с Малогорстом делали. Более того, как ты вообще думаешь, новая империя, которую вы строите, будет контролироваться? Вы мечтаете захватить всю галактику, но Пространство Цитадели, Аттический Травёрс и Системы Сарабарик – это меньше четырех процентов галактики, и вот вопрос – как вы удержите галактику, если даже сейчас, удерживая половину территорий Альянса, только половину, вы уже подошли довольно близко к гражданской войне? Шепард скрипнул зубами – он верил в то, за что сражался, однако его разум не был слеп к тому, что происходило внутри их маленькой империи – Астральные Когти, влившиеся в ряды Серого Легиона, уже мутили воду, надеясь устранить текущее командование и повторить то, что они построили в зоне Мальстрима, только без последующего падения их режима. Единственным, кто стоял на их пути был Лютер, однако они не могли устранить его, по крайней мере сейчас. Он должен был создать свой шедевр, взрастить тёмный урожай, который собрали бы Астральные Когти. Однако они стали действовать слишком поспешно, позволив Лютеру раскусить их стратегию. Исходящие пакеты данных, странные экспедиции, поиски различной информации по проекту «Врата»… Кажется, эти засранцы решили связаться с кем-то с «той» стороны, скорее всего с Красными Корсарами. Тем не менее, сейчас было не время для политической дискуссии. Джон, повернулся спиной к Повелителю Ночи, что многие посчитали бы ошибкой, и прихватив с собой трофейный передатчик одного из поверженных космодесантников врага, оставил его на земле, недалеко от их позиции, включив сигнал бедствия. Один из бронетранспортёров сделал крутой вираж, отделившись от остальной колонны и отправился прямиком ни их позицию. − Ловко. – похвалил Нелкарион. – Никто не ожидает, что мы приедем на попутке. Пользуемся моими дарами или ты придумал что-то ещё неординарное? − Я собирался воспользоваться отсеком для топлива… − вздохнул Шепард, - Но они делают его меньше, чем в нас роста. Более того, он чересчур узкий, мы туда не залезем. Значит придётся воспользоваться твоим способом, Нелкарион. Тихие Холмы. Космопорт. Эшли Уильямс выпрыгнула из «Мако» и оглядела диспозицию. «Буря» всё ещё находилась в своем доке, однако бои в космопорте опалили её краску чёрными росчерками, а броня её – пестрела выбоинами. Впрочем, это делало «Бурю» лишь более прекрасной в глазах Эшли. Её верная спутница прошла боевое крещение. Скоро её подлатают, и она вновь поднимется в небо, а затем – понесёт свой экипаж через космические пространства. Великолепной корабль, для великолепного Спектра. Чего она не могла сказать об остальных войсках Альянса. Издали она разглядела небольшой корабль, который принёс сюда группу Шепарда. Когда план только разрабатывался, многие сомневались, что он сработает, более того, дороговизна проекта – де-факто, требовалось принести в жертву целый мир, отпугивал многих. Однако генерал Харпер привык делать сложные и тяжёлые решения. Он всё подготовил, позволил враждебным силам оказаться на планете, а «Зверю Омеги» − явить себя. Однако, в капкан попалась рыбка покрупнее, сам Джон Шепард, сын Лютера. И вот – они здесь. Группа Шепарда заперта в космопорте, и уже должна была капитулировать, а он сам и та тварь с Омеги, должны были быть загнаны в городе, подобно зверям, но что она видит? Мерцающий энергией кинетический щит, множество убитых солдат Альянса вокруг и внутри него, направленные на них тяжёлые оружия и огромного десантника, который проламывает череп этим новомодным «суперсолдатам» Альянса. Этим их «крестоносцам». Хотя почему они их так назвали, Эшли понять не могла – те крестов не носили. Эшли их терпеть не могла – слишком уж сильно, эти так называемые «суперсолдаты», напоминали ей Астартес Доминиона. Само их существование претило ей, той, кто, как она сама считала, добивался всего своими способностями и трудом. Более того, проект можно было признать неудачным, она отправила на штурм несколько групп и ни одна не вернулась. Дорогостоящий и абсолютно пустой проект. Потрачены миллионы кредитов, искалечены сотни детей, а результата – пшик. Конечно, они великолепно показали себя против меньших угроз: азари, турианцы и саларианцы были им больше не ровней. Однако вот сражения против орков и Астартес… нет, к подобному они не были готовы. Астаратес были быстрее и сильнее, а их элитные силы – ещё и опытнее. Оркам тупо было накласть на потери, они брали грубой силой и численностью. Для сравнения, в подобной войне для Альянса, потеря даже одного опытного бойца была тяжёлой, а оркам – и тысяча не в счёт. Теперь, подняли голову какие-то другие твари. Неизвестные культы, что поклоняются существам, которые выглядят, как какие-то гибриды ксеноморфов и жуков из «Звёздного Десанта». Альянс загибался, от усилий врагов внешних и внутренних, а правительство тратило время и деньги на создание этих… тварей. Они могли построить флот, создать какие-то новые пушки для обычных солдат, но зачем? Наклепаем армию генетических суперуродов. Попилим кучу кредитов на государственном, военном заказе, как же без этого. Эшли ненавидела это. Воровство, в смысле. Гарнизоны на окраинах страдали от различных «умников», среди интендантов, которые пытались припрятать и перепродать столь необходимые солдатам расходники, оставляя их на подножном корму. Грохоча по бетону массивными сабатонами своего СБК, Эшли подошла к границам кинетического барьера, сделав знак своим людям не стрелять. Если все эти суперуроды пытаются играть в рыцарей… она поиграет в по их правилам, пока ей это выгодно. С другой стороны барьера к ней шёл воитель облачённый в чёрную броню. Вся группа носила либо чёрные, либо серые доспехи, отметила Эшли. К поясу у него был прикреплён силовой топор, а в кобуре находился болт-пистолет. Шлем он держал на сгибе локтя, оставляя лицо открытым. У него были грубоватые черты лица, жёсткого, будто высеченного из камня, каштановые волосы и карие глаза. Он также носил усы и бороду, за которыми усиленно ухаживал, судя по опрятному виду бороды и лихо закрученным усам, не потерявшим своего лоска, даже после часов тяжёлой битвы. − Я – Бор. – Представился Астартес. – Заместитель командующего. С кем имею честь? − Эшли Мэдлин Уильямс. – Полностью, как на официальном приёме, ответила она. – Спектр Совета. Ваше присутствие здесь противоречит всем заключённым соглашениям, заместитель командующего Бор. Я здесь, чтобы принять вашу капитуляцию и провести честный суд. − Ха! – засмеялся Бор. – А говорят, что у шавок Альянса нет чувства юмора. Девочка, когда ты встречала нас у трапа вот этого самого челнока, − он махнул рукой себе за спину, где окопались его воины. – Ты в последнюю очередь думала о какой-то там дипломатии, нет, ты хотела спасти свою собственную шкуру и шкуры своих людей. Но что такое? Прибыло подкрепление, и Эшли Мэдлин Уильямс кладёт болт на все договорённости и стремиться откреститься от всех слов, что давали другие офицеры? Возможно тебя не просто так принижали, не давая подняться выше сержанта? Возможно из-за чего-то большего, чем дед-предатель? − Мой дед не был предателем!!! – голос Спектра звенел от ярости, в то время как лицо Бора напоминало лик античного изваяния. Бесстрастный. Спокойный. В некоем роде… умиротворённый. Он, в отличии от Спектра, находился в своей стихии, ибо был создан для войны и никакие личные проблемы его не волновали. − Что бы вы там не думали, деваться вам некуда. – Пригрозила Уильямс. – Ваших лидеров с минуты на минуту поймают, и притащат сюда в цепях. Я предлагаю вам почётную сдачу в плен – сложите оружие, и никто больше не пострадает. − Да ну? – Бор указал на груды изломанных и разорванных тел, некогда бывших солдатами Альянса. – Спешу уведомить вас, Спектр. Приказ о сдаче позиции и капитуляции, мне может отдать лишь мой капитан. А я его здесь не вижу. − Скоро он будет здесь. – уверенно сказала Эшли. − Тогда и поговорим. – заметил Бор. − Тогда говорить будем по-другому. – прищурилась Уильямс. – Вы должны понимать, в сколь щекотливой ситуации вы оказались из-за глупости вашего командира. − Мы ответили на призыв о помощи, Спектр. – заметил Бор. – Более того, не странно ли, что флот Альянса ждал у ретранслятора? Не пытайся отмазаться. Вы принесли этот мир в жертву, превратили его в ловушку и попытались захлопнуть крышку. Вот только силёнок не хватило. − Да ну? – ухмыльнулась Эшли. – С моей точки зрения, именно ты окружён со всех сторон, Бор. − Я окружён лишь мертвецами и трусами. – заметил Астартес, указав на тела вокруг него, и солдат Альянса спрятавшихся за броневиками. – И очень скоро они поймут, что броня их не спасёт. − Да ну? – чутьё кричало Эшли, что что-то было не так, Астартес был слишком уверен в своих силах, а ведь у Альянса было полное превосходство в воздухе. – Чего же мне ждать? Откровения? − Криков. Они тебя поимели. Голос этой надоедливой женщины вновь раздался в мозгу Эшли, когда частоты Альянса наполнили мольбы о помощи и истошные вопли боли. Затем люк одного из «Мако» вылетел наружу, смяв нескольких десантников, а других, сбила волна крови, вырвавшаяся из вездехода. Следом за волной оттуда вынесся кровавый вихрь – Нелкарион, пользуясь своими дарами, смешал кровь и тени, обратившись в нечто, что смертному разуму сложно было понять, а глазам – узреть. Подобно окровавленному древнему идолу, из недр «Мако», за ним шагнул Шепард. Если Нелкарион казался чем-то сверхъестественным, демоном из древних легенд, о котором предки людей говорили у костров, ночью, предупреждая молодёжь не доверять тьме, с которой тот приходил, то Шепард казался аватаром божества, которому они приносили молитвы. Суровый. Карающий. Он был Гневом и Мечом Божьим и не нашёлся никто, кто был бы достаточно смел, чтобы встать на пути этого окровавленного колосса. Нелкарион пролетел через ряды солдат Альянса, подобно кровавому урагану, калеча и убивая подвернувшихся под руку солдат, ему некогда было играть в игры: флот Альянса мог начать бомбардировку космопорта, чтобы не дать Астартес уйти. Шепард расстреливал убегающих, отложив в сторону меч. Его мораль сейчас ни черта не стоила, пока жизни его воинов находились под угрозой. Ничего этого Эшли не видела, когда раздались первые крики, силовой топор пробил её нагрудник. Задыхаясь от крови, и теряя сознание от боли, последнее, что она услышала был чудовищный рёв – истребительная команда пошла на прорыв.