Воспоминания

− Единственный человек, которому тебе что-то нужно доказывать, это тот, кого ты каждое утро видишь в зеркале.

Приписывается Шепардам. Обоим.

Цитадель. Объект «Эгида». Эшли провалилась. Ладно бы она просто не нашла ни Зверя, ни Шепарда, но она взяла и… тупо проебала всё задание, порушив свою репутацию в процессе. Слишком топорно. Даже для неё. Хилея проверила отчёты прикреплённые Мирандой Лоусон. Хоть на кого-то можно было положиться. Отчёты касались и Спектра с её вооружением, всеми его плюсами и минусами, характеристиками «крестоносцев», их сильных и слабых сторон, а также анализом действий Уильямс и её характеристикой, как командира. Хилея тяжело вздохнула. Ей не стоило связываться с этой психопаткой. Более того, за то, что она сделала, наказание должно быть более изощрённым, нежели простое разжалование. Её улучшенный мозг уже рассмотрел несколько сотен вариантов, но пока остановился на одном, том, что принесёт Эшли неимоверные психологические страдания. Однако, она завалила не только своё задание, но и сделала невозможным дальнейшее выполнение миссии. Отправить было некого и не смотря на риск, ей придётся пойти самой, в этом довольно хрупком, человеческом теле. Тот факт, что сейчас она могла спокойно завалить крогана-воеводу, ничего не говорил. Она всё ещё слишком сильно горевала по мощи, доступной ей в её оригинальном теле. Оставив позади свой укреплённый бункер, Хилея отправилась в частную, хорошо охраняемую больницу, где содержали Удину. Пройти охрану, когда она предъявила все свои документы, не составило труда, единственной преградой стал Кай Ленг. − Сдай оружие. – приказало это чунибьё, стоящее на входе в палату. − Могу сдать пулю. – Никто даже моргнуть не успел, как её пистолет уже указывал Лену в пах. – Выбирай: левое, правое или чётко по центру? Остальные охранники из группы Лена наставили на неё оружие, однако вот их бравый лидер замер на месте. Знал, паскуда, что если дёрнется – она отстрелит всё хозяйство. Так они и стояли, она – окружённая, но державшая ситуацию, пардон, за яйца, они – с дрожащими пальцами на курках. У самой Хилеи рука не дрожала, а, благодаря некоторым улучшениям, которые она заблаговременно внесла в тело-суррогат на этапе его формирования, она не могла устать. В отличии от её противников. Не смотря на маркировки, которые они носили, искушённому взгляду было понятно, что к спецназу N7, они отношение имели весьма посредственное. Слышали, может хотели попасть, может пробовались, весьма точно – не прошли, но в самом спецназе не служили. Кроме Кай Ленга. Этого вышибли с позором и упекли толи в тюрьму, толи в психушку. Известный факт. − Госпожа Ионика прибыла? – раздался из-за двери, которую охраняла группа Ленга, возбуждённый голос Удины. – Пропустите её! Немедленно! Как есть! К чёрту протокол! Она несёт мне сведения чрезвычайной важности! Под давлением таких аргументов, Ленг был вынужден отступить. Войдя в палату, леди Ионика проводила взглядом выходящую медсестру-азари, хмыкнула, и перевела взгляд на посла. То, что она увидела, ей не понравилось. Доннел сильно сдал. Она понимала, что весь этот план от начала и до конца принадлежал ему, но фальшивое покушение, стресс последних недель… всё это сильно вдарило по нему. Волосы поседели, щёки впали, а кожу избороздили морщины. Она не видела его лишь пару недель и казалось, что за каждый день, Удина старел на год. − Выглядишь, как кусок говна, Доннел. – с ухмылкой сказала Ионика. – Будто вот-вот отдашь Богу душу. − Боюсь, ты ближе к истине, чем мне бы хотелось. – С грустным вздохом ответил Доннел. В груди у Хилеи зашевелилось нечто похожее на страх. Она обратилась ко всем своим чувствам: естественным, усиленным генетикой и сверхъестественными. Однако она не сумела удержать лицо и Доннел всё понял. – Старый трюк. Они «не замечали», проблему, пока она не стала серьёзной, или вообще, взращивали её во мне. А когда я стал неугоден, ограничители убрали. С Гойл поступили также. Потому, я проверялся у дюжины разных докторов. И Призрак подкупил или запугал всех. Клятва Гиппократа, как же! Хилея видела это. Опухоли, что пожирали Советника. Враг, от которого она не могла защитить. Маленький. Незаметный. Поселившийся в том, кого она должна была защищать и жравший его, всё то время. Пока она защищала его от врагов явных. Позор. Какой позор. Если кто-то из Десяти Тысяч когда-нибудь прознает об этом унизительном моменте, её выпрут со службы, как пить дать, выпрут. Никакие прошлые заслуги не помогут. Она могла почувствовать что-то, как почувствовала сейчас. Могла. Но не стала проверять, веря в своё превосходство и узколобость местных. Непростительная ошибка для кого-то с её навыками и опытом. Ей следовало помнить, что её главный враг, Джек Харпер, больше напоминал безжалостных инквизиторов из её родной вселенной, нежели дитя местного «просвещённого» века. Кто-то с его извращённым рассудком мог придумать что-то подобное тому, что медленно пожирало Доннела. Более того, в последнее время, Доннел стал невыгоден Харперу. Возможно он захотел «слить» актив, с которого больше ничего не мог поиметь. − Ну? Что? Не томи? – Какой-то части её было немного больно разочаровывать подопечного, но она знала, что это лишь из-за того, что она принесёт страдание тому, о ком должна заботиться. – Она справилась? − Как я и говорила, она не подходит для подобных заданий. – Ответила Хилея. – Это был полный провал. Я не знаю, каким боком там оказался целый флот Альянса, но я подозреваю, что на эйфории от волны успеха, Эшли решила сдать вас Харперу. − Они взяли их? – слабо спросил Доннел, откинувшись на мягкие подушки. – Шепард и Зверь в плену? − Нет. – помотала головой Ионика. – Они оставили позади горы трупов, сбежали с планеты и, после аварийной посадки на другую, сумели подать аварийный сигнал. − Думаешь они сумеют уйти? – едва слышно спросил Доннел, еле двигая губами. – За ними охотится целый флот Альянса. − Когда туда прибудет корабль Нелкариона, а он туда прибудет, − начала отвечать Хилея. – Флот маленьких посудин Альянсу не поможет. Более того, сама планета, на которой остались Астартес, надёжно укрывает космодесантников. Планета, покрытая опасными джунглями… сложно сказать, где солдат Альянса настигнут когти зверя, а где – цепные мечи Астартес. − Хорошо. Пусть ублюдки побегают. – заявил Удина. – К несчастью, я не могу повлиять на ситуацию из больничной палаты. Что с другим проектом? Тем, за которым присматривала Лоусон, думая, что он для Призрака? − Вполне успешно. – Заметила Ионика. – мы можем воспользоваться им, чтобы спасти вашу жизнь… − она обеспокоенно посмотрела на исхудавшего подопечного. – Если вы конечно, готовы использовать эту экспериментальную операцию. − Сначала придётся полечится современными методами. – заметил советник. – Однако помни: если придётся, я всё же имплантировал себе необходимое устройство… В следующий момент дверь слетела с петель, выбитая телом одного из охранников Лэнга, а внутрь ввалились пришельцы в форме Службы Безопасности Цитадели. Они моментально наставили своё оружие на советника, прикованного к кровати. Энергетический щит принял первые выстрелы. Хилея оказалась рядом с ними быстрее чем они смогли моргнуть. Азарийский клинок, который она носила при себе в качестве оружия ближнего боя, отсёк обе ладони турианцу, перед этим, как бумагу, разрезав его дробовик. Мгновение спустя её меч оказался в груди саларианца, а тяжёлый пистолет в руках Ионики стал плеваться вольфрамовой смертью. Положив нескольких, она вернулась ко своей второй жертве, вытащив клинок из его груди, попутно сломав позвоночник турианцу оставшемуся без рук – ей нужно было допросить кого-нибудь, когда набег окончиться. Выйдя в коридор, она натолкнулась на Ленга, который боролся с какой-то азари. Лениво взмахнув мечом, словно отгоняя мошку, она отделила голову синекожой шлюхи от тела. Рядом, кряхтя, поднялся Ленг. Помогать ему Ионика не стала – она знала, сколь горд был личный убийца Джека Харпера, и играть с его хрупким эго и гипертрофированным чувством собственного величия не входило в её планы. Она вложила свой клинок в ножны и достала свою штурмовую винтовку М-15 «Защитник», с прикреплённым лезвием инструментрона, в качестве штыка. Её щит раздался в размерах, коснувшись земли, в выемку она просунула свою винтовку. Рядом с ней стали Ленг и его оставшиеся десантники, создав стену щитов с ними в центре. Хилея прицелилась в поднимающийся лифт, кто бы ни пришёл, они его встретят. Туманность Песочные часы. Осан. «Чистилище». Проникнуть на станцию было довольно просто: в целой части станции отсутствовала подача энергии, их даже не заметили. Проникнуть туда, а там – немного ухищрений и готово. Они внутри. Группа Тита проверила близлежащие помещения, найдя там трупы заключённых, Синих Светил и солдат «Цербера». − Солдаты «Цербера» проникли на станцию. – Тит взвёл затвор своего болтера и оглядел команду. С собой он взял четверых: Шепард, воровку Касуми, наёмника Заида и ксеноса Лиару. Последняя сменила свою броню и надела лёгкий плащ, что делало её ещё более похожим на псайкера или варлока эльдар. Ещё два ксеноса, Гаррус и Мордин, остались в резерве, на борту. Их навыки пока не понадобиться, а Мордин был нужен в апотекарионе, для наблюдения за пациентами Нелкариона. – И устроили диверсию, выпустив заключённых. − Синие Светила не смогли их сдержать. – Заметил Заид, презрительно сплюнув. – Вот к чему приводит якшание с батарианцами. − Звучит, как история. – заинтересовалась Шепард. – Ты состоял в Светилах? − Я основал Светила. – ответил Заид, не отрываясь от проверки помещений. – Контакт! Одно из помещений оказалось нихрена не заброшенным, Несколько дюжих оперативников «Цербера», тащили оглушённую жертву в форме заключённого к ещё одному оперативнику, со странным устройством в руках. Оно напоминало шлем, но от него тянулось множество проводом к какому-то аппарату. Оперативники держали упирающуюся жертву, пока техник настраивал устройство. Он выкрутил что-то, а затем запустил машину. Крики заключённого наполнили комнату. Именно этот момент выбрал Заид, чтобы зайти в комнату. Абордажная группа не мешкая открыла огонь. Кинетические щиты даже не мигнули, они не сумели замедлить вихрь выстрелов, обрушенный на них командой Деметрия. Лазерные росчерки превратили в решето и оперативников, и заложника, и странный аппарат. Жалеть преступников и террористов, коими оперативники «Цербера» быть так и не перестали, никто не собирался. Тит присел рядом с развороченной машиной, пока остальные перезаряжали свои лазганы, винтовки и лазпистолеты. Астартес внимательно рассмотрел всё, что осталось от машины. Та показалась ему странно знакомой. Однако времени рассмотреть остатки машины ему не дали: по стене загрохотали пули, и его компаньоны поспешили искать укрытие. Фыркнув, Тит схватился за рукоять своего цепного меча, пальцем ища руну активации. Меч довольно быстро откликнулся, зубья цепи задвигались, приведённые в движение внутренним мотором. Он врезался в толу оперативников, раскидав их в стороны, как кегли. Его клинок замелькал в воздухе, раня, калеча и убивая врагов своего хозяина. Вооружение и защита бывших и фактических солдат «Цербера», была высшего качества, однако посоревноваться в ближнем бою с Астартес они не могли. − Итак. – Шепард, аккуратно перешагнула вывалившиеся внутренности одного из растерзанных штурмовиков, стараясь не поскользнуться в вывалившихся внутренностях и подала руку Лиаре, чтобы помочь той перейти эту же преграду. – Никогда не слышала о Синем Светиле с твоим именем, Заид. − Ублюдки стёрли все напоминания обо мне. – Старый наёмник тяжело вздохнул. – А ведь когда-то они чего-то стоили. − Напоминания? – Вопросительно поднял бровь Тит. − Светила. – Вздох наёмника был ещё более тяжёлым. – Когда-то они чего-то стоили. Были боевым братством, а не очередной бандой наёмников. Когда-то в нас были честь, достоинство… верность идее. − Что изменилось? – спросил Тит. Шрамы, оставленные предательством его бойца заныли, напоминая к чему привело обоюдное недоверие. Сто лет пыток и сто лет службы Чёрным Щитом. − Видо. – сплюнул Заид. – Маленький поганец решил поиграть в большого белого господина и захотел торговать рабами. Связался с батарианцами. Я был против. Однако он подговорил многих капитанов, а старая гвардия, что поддерживала меня, поредела в боях. Один на один он против меня не вышел. Появился только когда группа его прихлебателей прижала меня к полу и всадил мне пулю в голову. − Как ты выжил? – Спросила Шепард и всем, включая Тита, был интересен ответ на этот вопрос. Пережить выстрел из пистолета, такого, которые использовали местные, было возможно для Астартес. Однако обычному смертному? Звучало, как вмешательство тёмных сил. – Я падала с орбиты, в повреждённом скафандре, это было весьма болезненно, однако воскресить меня смогли, из-за того, что мой мозг был цел. − Намекаешь, что у меня нехватка серого вещества? – ухмыльнулся Заид, дотронувшись до уродливого шрама, начинающегося над бровью и тянущимся до виска. – Может быть. Как я выжил? Ну, как ты уже испытала на себе, ненависть и ярость – великолепные обезболивающие. Тит был согласен со старым наёмником. Сколько раз лишь ненависть поддерживала его на пути? Он сбился со счёта. До возращения в Орден, до возрождения его веры в братьев, он был подобен мрачному призраку, что восстал из могилы и колебался между миром живых и мёртвых. Им двигал лишь гнев, лишь жажда убийства врагов Императора, ибо Император был единственным, во что он мог верить. Единственным, что ему осталось. Их путь лежал дальше – во внутренности тюремной станции. Стены пестрели выбоинами и подпалинами. Коридор был усеян трупами, как бойцов «Цербера», так и Синих Светил и заключённых. Население станции сокращалось просто с астрономической быстротой. Судя по всему, «Цербер» и Светила перебьют друг друга до того, как какая либо из сторон конфликта добьётся своей цели. Однако Тит собирался вытащить цель их миссии, до того, как на станцию ступят генокрады. Ему хватило столкновений с тиранидами в пылающих джунглях Кадаку, он не собирался сражаться с генокрадами в тесных коридорах «Чистилища». Секционное строение станции, играло на руку обороняющимся, они могли просто отсоединить захваченные отсеки, зачастую убивая и своих и чужих. Надзиратель Курил не особо следил за потерями, пока самые ценные узники оставались в его руках, а мощные внутренние укрепления и оборонительные системы – работали. Он мог держаться против превосходящих сил противника покуда ему хватит термоклипс. Хотя «Цербер» медленно, но верно выдавливал Светил из других секций станции, забирая пленных оперативников и заключённых, как только дело дошло до обороны ключевых позиций, инициатива перешла к наёмникам, сгрудившимся около турелей, щитов, созданных генераторами и баррикад. Штурмовики «Цербера» наступали сплошной белой волной, которая раз за разом разбивалось об эту скалу. В очередной раз откатившись после неудачной атаки, воины Призрака засели в укрытиях, ожидая пока подойдёт тяжёлая техника. Между тем, в отсеке за Курилом бесновались заключённые выпущенные «Цербером», все стражи уже были мертвы, и заключённые методично убивали друг друга. Джек в этом хаосе была в своей стихии, разрывая врагов на части биотикой. Покрытая кровью с ног до головы, миниатюрная женщина напоминала демона, врывающегося из преисподней. Именно подобное изображение видел Тит на дисплее омнитула Касуми. Изначально он планировал выйти в космос и по обшивке станции добраться до хранилища с Джек. Благо, она находилась в специальной камере, даже в случае повреждения самой станции, она должна была остаться в безопасности… теоретически. Манёвр Цербера испортил этот план. Пока Джек бесновалась вместе с остальными зэками внутри, единственный безопасный способ изъятия был заблокирован войсками Курила, так как не находясь в камере, она, скорее всего, станет жертвой космического вакуума, который высосет воздух из внутренних помещений темницы, если кто-то попытается нарушить периметр с другой стороны. Ранее Тита это не волновало, сопутствующие потери среди обречённых на смерть его не волновали, однако жизнь Джек – цели их миссии, была в приоритете. Следовало что-то предпринять, и быстро. Окинув взглядом поле боя. Тит нашёл слабое место: редут с повреждёнными турелями. В голове у него возник дерзкий план: с помощью «Цербера» прорвать оборону противника, ворваться во внутреннее помещения, забрать Джек и свалить. Однако для этого надо было подождать пока «Цербер» прорвётся, что не могло случиться без осадных орудий или диверсии. Тит критически осмотрел свой отряд. Из всех, вывести что-то из строя и незаметно вернуться могла только Касуми, но её могли достать случайные пули: провести диверсию прямо под огнём противника, это не тоже самое, что украсть редкость из сейфа богача. Потери на рядовой спасательной миссии – это то ещё удовольствие. Однако взорвавшаяся ракета разметала защитников и превратила турели в дымящиеся остовы. Войска «Цербера» ринулись на приступ, наперерез им двинулись «Синие Светила». Завязалась перестрелка, а в некоторых местах, бойцы сошлись в ближнем бою. В последнем случае, более подготовленные и лучше экипированные бойцы «Цербера» быстро одерживали верх: у большинства наемников нет даже ножей. Резотроны и другие боевые модификации омни-инструментов встречались повсеместно, однако на активацию требовалось время, в то время как дубинки штурмовиков и центурионов всегда были у них под рукой, с легкостью снося полчерепа их оппонентам из «Синих Светил». Тит всё это видел. Видел, как ломалась оборона наёмников, видел, как солдаты в бело-чёрной броне брали баррикаду за баррикадой. Деметриан также видел, что «Атласы» оставленные в тылу, были открыты для его атаки. Сделав своим спутникам сигнал подождать, он стремительной тенью устремился в проход, ведущий в тыл войскам «Цербера». Пока монохромные ублюдки убивали или брали в плен наёмников, Тит оказался в их тылу, и немедленно прикрепил к боевым машинам взрывчатку, а затем, отойдя на безопасное расстояние, взорвал. Чего штурмовики «Цербера» не ожидали на этой миссии, так это огромного воителя, закованного в синюю силовую броню, врезавшегося в их ряды, подобно шару для боулинга. Тит прошёл через обе стороны, как нож сквозь масло. Он проделал огромную прореху, в которую устремился его отряд. Укрытый технической бронёй, наперерез им бросился Курил. Никто не знал, на что он рассчитывал. Возможно, взрывом технической брони снять щиты с Тита, чтобы гиганта ранили, и он истёк кровью или Курил просто обезумел, видя крах своего детища. Как бы тони было, очередь из болт-пистолета сняла его щиты и отправила гололикого на суд к Духам. Деморализованные «Светила», почти не оказывали сопротивления «Церберу», но штурмовики последнего решили перегруппироваться перед финальным рывком. Тит, между тем, повёл свою группу внутрь, вглубь тюрьмы, где содержались самые опасные и «дорогостоящие» преступники. Именно здесь находилась Джек. Именно отсюда её надо было вытащить. Эта часть тюрьмы была усеяна лишь трупами заключённых: представленные самим себе, маньяки и убийцы довольно быстро разошлись, решив выпустить пар на своих бывших сокамерниках и захваченных в плен стражниках. Особо неудачливых Тит нашёл прибитыми к потолку, освежёванными и выпотрошенными. Кровь таких, капала с потолка на пол. Только из-за этого они и обнаружили трупы. − Это… как? – спросила Шепард, глядя на жуткую картину. Следует сказать, что проняло даже чёрствого Заида. − Как их туда засунули? − Биотика, скорее всего. – Во все глаза гляда на жуткое зрелище, сказала Лиара. − Кем вообще надо быть, чтобы сотворить такое? – продолжила Шепард, и все мысленно согласились с ней. Кроме Тита. Он знал, какие силы обычно обозначали так своё присутствие. Нелкарион предупреждал его, что Шепард и её люди уже встречались со сверхъестественным, однако их разумы придумали рациональное объяснения, а Шепард, хотя и была в шаге от совращения Магусом генокрадов, не могла принять всё, что случилось, до конца, считала всё это кошмаром, сном. Так ей жилось проще. Ей тяжело придётся при встрече с Хаосом. Её вера и разум воюют между собой, оставляя душу уязвимой. Скорее всего, Джейн ждёт безумие. Тем не менее, Тит знал вонь Хаоса, здесь её не было. Лишь бессмысленное, кровавое насилие. Как раз то, что обожают Нерождённые. Они отравились глубже, и Тит стал замечать, что в страданиях людей, в останках, метках на трупах… стала появляться странная система. Он чувствовал что-то отвратительное, мерзостное. Потом они нашли обескровленные трупы и знаки. Титу, как и всем присевающим было больно на них смотреть. Однако, в отличии от своих сокомандников, Ультрадесантник, знал, что он значат. Хаос. Скверна. Порча. Восьмиконечная Звезда словно насмехалась над ним, снова бросая вызов порядку на его дежурстве.