Touch me (like you do) / Прикоснись ко мне (как ты это делаешь)

Достаточно нескольких совместных обедов, чтобы заметить это. Лена не видела этого раньше, во время первых интервью — они сидели слишком далеко друг от друга и между ними стоял стол. Она даже не заметила этого, когда они в первый раз разговаривали на диване: Кара всегда уважительно относилась к её личному пространству. Но когда они начинают встречаться за пределами её офиса, когда Кара начинает писать ей сообщения в те дни, когда они не могут видеться, когда Кара начинает ей звонить, Лена также начинает показывать свою истинную натуру. Кара тактильна. Поначалу она ведёт себя осторожно. Это нежная рука на спине Лены, направляющая её внутрь ресторана, это мимолётное прикосновение пальцев к её рукам, когда она страстно рассказывает о своей работе. Лена старается не смотреть на круги, которые рисует большой палец на её руке в попытке казаться не столь очевидным. Правда в том, что жесты Кары всегда застают её врасплох: ей требуется несколько мгновений, чтобы расслабиться. Ей нравятся прикосновения – да. Но она настолько не привыкла к этому, что её тело реагирует так, будто это угроза. Лене нравится думать, что она была бы другой, если бы Лилиан не была такой холодной, такой манипулятивной и жестокой. Возможно, сейчас она могла бы инициировать контакт, как это делает Кара. Если Кара и замечает, то не подаёт виду. Она лишь добродушно улыбается, когда видит, как глаза Лены скользят по участку кожи, который ласкает её рука. В конце обеда Кара медленно переходит к полуобъятиям — Лена благодарна, что отсутствие реакции её не останавливает. Лена отвечает на объятия, слегка обхватив рукой спину Кары, и — возможно, это впечатление, конечно, — улыбка Кары становится ещё ярче, когда она машет на прощание. Лена воспроизводит ощущение её твёрдой спины, сопротивляющейся давлению, и тепла, просачивающегося сквозь слои одежды. Они переходят от встреч за обедом к поздним ночным звонкам и вечерам, проведённым в квартире Кары за просмотром фильмов. Их быстрые лёгкие объятия перерастают в сокрушительные, захватывающие дух — до и после совместных вечеров. Прощальные жесты превращаются в поцелуи в обе щеки. Лена начинает возвращать внимание — это просто рука, поглаживающая бедро Кары, когда они встают с дивана, круги, ласкающие её спину, когда они обнимаются, сжатие рук, чтобы удержать её. Это уже что-то особенное, и это делает Кару счастливой и заставляет их обеих трепетать, поэтому Лена продолжает. Она старается, чтобы жесты выглядели непринуждённо, но они всё равно её смущают. Теперь Кара то и дело зовёт её своей лучшей подругой, и глаза Лены блестят в темноте гостиной. Лена задаётся вопросом, что она сделала, чтобы заслужить, чтобы её считали таковой: она не слишком дружелюбна, не умеет давать советы, она просто делает то, на что способна. Она слушает, она приглашает её куда-нибудь, как только у неё появляется свободное время, она обязательно уходит с работы в пятницу пораньше, чтобы посмотреть фильм вместе, она спрашивает, в порядке ли она, когда её улыбка гаснет. Возможно, именно это и есть дружба. Просто находиться рядом друг с другом. Лена по-прежнему называет Кару своей лучшей подругой. В её сердце она занимает так много места, что кажется, что слова не могут описать это в полной мере, однако слова просто не приходят. Лена надеется, что Кара понимает её достаточно хорошо, чтобы понять то, что она пока не может сказать. Кара, похоже, не осознаёт отсутствия реакции. Однако во время вечеров кино они садятся ближе, их бёдра трутся друг о друга. Голова Кары небрежно опускается ей на плечо, и Лена замирает, слишком хорошо осознавая характер своего дыхания. Она старается держаться ровно, старается не позволять своим плечам слишком сильно двигаться, старается не заставлять Кару поднимать голову. Она знает, что этот жест означает доверие. Через несколько минут у Лены получается расслабиться, и её беспокойство постепенно рассеивается. Но Кара провожает её прямо до входа в её офис, и их руки касаются друг друга, когда они идут по улице. Лене тяжело удержаться от желания взять её за руку и переплести их пальцы, но они на публике, и это не то, что принято между друзьями, а они друзья. Она начинает сомневаться, что то, что они делают, — это то, что должны делать друзья. Дружба ли то, что вызывает покалывание в животе? Лена задаётся вопросом, должен ли поцелуй, который она набралась смелости оставить на щеке Кары, на самом деле заставить их покраснеть (как это происходит). Кара укладывает её на диван, пока они смотрят какой-то романтический фильм, который нравится Каре. Она берет её за запястье и тянет вниз, и Лена позволяет ей, потому что она устала и потому что Кара тёплая. Кара играет с её волосами и тихо напевает, и Лена засыпает. Утром Кара по-прежнему лежит позади неё. Прикосновения Кары больше не удивляют Лену, и она иногда называет её солнышком. Каким-то образом ей удаётся не называть её любимой. «Ты моя лучшая подруга» поздно ночью превращается в «Я люблю тебя». Лена тоже шепчет это, и Кара обнимает её. Они прижимаются ближе, чаще, теперь Каре остаётся только раскрыть объятия, чтобы Лена легла рядом с ней. Лена поворачивается, обнимает Кару за талию, когда фильм заканчивается, и наблюдает, как на губах Кары появляется лёгкая улыбка. Именно Лена касается кончиком носа кожи на её ключице и оставляет поцелуй на шее. Она не знает, откуда взялась смелость, но, по правде говоря, это легко, и она счастлива. Их следующий поцелуй — в губы. Ни одна из них не удивляется.