Seven days a week

-Ты обнаглел? -Не, я у себя дома. -Это кто тебе сказал такую хуйню, псина сутулая? -Если ты ещё раз… - Тэхён хрустнул орешком во рту угрожающе, переключая каналы (ни одного родного), не смотря на Чонгука, что сжался в комок от его непроизвольного рыка, - посмеешь назвать меня сутулым, зайчик, - Ким развернулся всем корпусом, с дивана слыша, как загнанно дышит его человек, клацнув зубами ровными: так и подмывает назвать омежкой, - я буду делать с тобой все твои seven days a week, и никто тебя не спасёт. М-м,у нас даже, - альфа примеряется взглядом, улыбаясь хитро, - seven different angles будут, обещаю. -Ты мерзкий. -Зато- весь твой, зайчик. -Когда ты съебёшься? -Когда поставлю тебе метку. -Правда??? – Чонгук расширил глаза, подбегая к альфе и стягивая с себя футболку, обнажая соблазнительный торс, заставив Тэхёна чуть ли слюной не захлёбываться, когда тот опускается на колени перед ним, садясь к нему спиной и подставляя её услужливо: парень понятия не имеет, что такое метка, явно свои “омегаверсы” не дочитал… - Чего ж ты раньше не сказал-то? Ставь-ставь! -М-м… а ты… уверен? – Тэхён сглатывает ком слюны, подкативший вместе с орешком обратно к горлу, облизываясь и опаляя дыханием нежную, ухоженную кожу со множеством родинок: всё, как он любит. Вселенная не ошиблась. -Конечно, ты чего! – Чонгук обернулся лицом, улыбаясь счастливо и задорно, поигрывая бровками с пирсингом, - Ты ведь съебёшься от меня и все будем счастливы! Давай- давай, я готов! Голос. Мелодичный, такой весёлый и невинный, такой игривый, такой… омежий. Чёрт, Тэхёна кроет с головой от его человека. Он хочет вонзиться клыками в него, присваивая себе, немедленно возвращаясь в свой мир, но он не может так поступить с истинным. Не может заставить его вот так взять и исчезнуть из своего мира. Никак не сможет. Он хочет его уважать, хочет давать ему свободу, он хочет… он хочет его. Прикрывая глаза и приближаясь к его позвоночнику, что так соблазнительно выпирает от принятой человеком позы, Тэхён шепчет тихо и томно: -Я начинаю… В ответ он получает лишь ёрзанье в ожидании, которое распаляет его желание. Альфа стискивает зубы, чтобы не рыкнуть ему в ухо в такой момент, пугая зайчонка, попавшегося к ловушку. Увлажнив губы слюной, он хочет уже прикоснуться ими к его спине, но хмыкает: есть идея и получше. -Чего ты там застрял, блять? Просто поставь её и всё тут. Тэхён улыбнулся, услышав звонкий голосок, слезая с дивана и садясь на колени в классических брюках, которые стянул из чемодана Чонгука утром. Наклонившись, он высовывает влажный язык, проходясь им мокрой, соблазнительной линией вдоль всего позвоночника до самого затылка парня, отмечая, как от соприкосновения с ним у Чона кожа из бархатистой превратилась в гусиную наждачку. Чонгук выдохнул рвано, явно не ожидая, что именно так ставится метка, поглядывая стыдливо за спину: исчез, нет?! -Ты какого хуя всё ещё здесь? – Парень быстро нацепил футболку, садясь ровно на диван, как примерный мальчик, поёжившись от ощущения холодка после влажной линии: девчонки так не делают. Они ставят собственнические засосы на его ногах, потому что шеей ему светить надо всегда и везде. А так было бы приятно, наверно… Встрепенувшись, он ощутил, как румянец заливает его лицо, упираясь взглядом в шоколадные глаза альфы, который явно наслаждается результатом, рассевшись на диване и сладко чмокая губами после зевка. -Видимо, не сработало, - Тэхён примеряет на себя маску безразличия, хлопая невинно ресничками и забрасывая последний орешек в рот, пожав плечами. -В-врёшь! Ты что- то не так сделал! – Чонгук вспыхнул, приближаясь рефлекторно к альфе, но не посмел замахнуться кулаком: ага, щас! Завтра он сдохнет для всего мира, если посмеет! -Считаешь? – Альфа явно забавляется ситуацией, поглядывая то на свои гладкие ноги, торчащие из-под брюк, то на Чонгука, который нервно сглатывает, явно сдерживая себя. Подавшись ему навстречу, опираясь обеими ладонями о диван, Тэхён выгибает бровь, совершенно не меняясь в лице, серьёзно шепча, - Может, проверим ещё раз? В другом месте. -Ты…Ты врёшь, я не верю тебе! – парень мотает головой, отрицая возможность быть вновь облизанным, и Тэхён незаинтересованно встаёт, зевая: -Да ну и пожалуйста, зайчишка-трусишка. Значит, я тут останусь подольше. – Он уже развернулся вальяжно к двери, когда Чонгук облизнулся, решившись, стараясь не смотреть на упругую задницу, идеально смотрящуюся в его брюках, - Что, нравится мой зад? Я же говорил, можно пялиться, даже потрогать можно, зайка. -Я не смотрел! -А как же ж, - Тэхён улыбается уголком рта, указывая изящным пальцем на зеркальную поверхность шкафа в гостиной, взглядом встречаясь со смущённым парнем, - а это кто у нас тут краснеет так очаровательно? -Не смотрел я, это случайно! -Ладушки, спокойной ночи, - Тэхён пожимает плечами, уходя из комнаты, когда его окликает голос вставшего сразу же Чонгука: -Это куда ты собрался? -К нам в спальню, куда ещё? -Спи тут. На диване. Тэхён закатил глаза, втянув щёки: ох, дайте ему терпения, пожалуйста! Похоже, этот человек туповат, хоть и красив. -Ты хочешь помереть, не дойдя но нашей постели? -Прекрати называть её нашей, извращенец! -Это ты извращенец, зайчик. Сам слышал, о чём поёшь? – Тэхён присвистнул, толкаясь языком в щеку дважды, поигрывая бровями. Чонгук раскраснелся весь, стушевался, пряча взгляд куда-то в пол: -Это…Это вообще не мой текст! Его за меня написали, это контракт! -Но тебе явно нравится об этом петь, зайчишка, - Тэхён приближается медленно, словно пантера, отвлекая свою жертву смущением и разговором, и Чонгук опомниться не успевает, как альфа берёт его за руку, - идём. -Я не пойду! -Ты дурачина? – Тэхён цокает, оборачиваясь устало на парня, который уже успел от страха позеленеть, - минуту назад ты говорил, что там твоя спальня. Доведу тебя до неё. Сам посплю в комнате напротив, если ты не убрал мой кашемировый плед с кушетки, конечно. -ОТКУДА ТЫ… -Я уже сказал тебе: это и мой дом. Ты- мой дом, Чонгук, - альфа притянул за руку человека, дыша ему в шею, чуть склонив голову, чувствуя страх Чонгука: он пахнет чем-то неуловимым. Тэхён никак не может понять, чем. И это распаляет альфу. – Чем же ты пахнешь, зайчонок? -Кремом, идиот. -Подерзи мне тут, - Тэхён хищно оскалился, смотря на пульсирующую венку на соблазнительной бледной шее, так и мечтая впиться в неё клыками и не выпускать, пока Чонгук не застонет от удовольствия, оказавшись в одном доме с ним и скуля, как нуждающийся щеночек. Вот бы он был щеночком… -Я пахну собой, Тэхён, - Чонгук устало выдыхает, понимая, что мужчина ничего с ним не сделает уже, раз даже и не пытался весь день. -Именно это “собой” меня и интересует, Чонгукки. -Я Чонгук. Чон-гук-к-к. – Чонгук смешно вытягивает губки, произнося с выражением окончание своего имени, чтобы мужчина не искажал его, вызывая лишь умиленную улыбку на его лице. Альфа прикусил губу, стараясь не поддаваться соблазну: будь Чонгук-к-к-к-к-к ( и сколько бы он -к не добавил на конце) омегой, у него бы уже не было шансов: он бы уже полностью принадлежал ему. Но альфа сдерживается, поднимая руку и плавно ведя по внезапно притихшему дерзкому ротику своего человека двумя длинными, тонкими пальцами, шепча: -Ты- мой дом, Чонгукки. Как и я- твой. Мы умрём друг без друга. Дай мне спать в нашей спальне сегодня, зайчик, - Тэхён гипнотизирует парнишку взглядом, распуская свой феромон, который тот учуял в воздухе, щурясь и подёргивая сладким носиком, - я хочу поспать в спальне, зайчик… -Ты чего кондёром так воняешь? – Чонгук приходит в себя, хмурясь: блять. Не вышло. -Это мой природный запах, Чонгукки. – Альфа явно не доволен результатом, поджимая губы в плотную розовую линию, которая Чонгуку отчего-то кажется… мягкой. Кусабельной. Внезапно и парню хочется притронуться пальцами к его губам, поддаваясь какому-то новому, неизведанному ранее чувству. Тэхён чувствует это, замирая на месте, словно гусеница в коконе, распуская пуще прежнего феромон, обволакивающий его человека, который сглотнул тяжело от концентрации запаха. -Зачем я это делаю… - Чонгук прикусывает губу, беспомощно заламывая брови, большим пальцем прорисовывая линию по мягким губам мужчины, удивляясь их шелковистости. Он раньше считал, что такие идеально мягкие губы, почти что плюшевые, могут быть только у девчонок. – Мягкие… Тэхён успокоил своего альфу, сглатывая и кивая тихо, отпуская свой феромон и позволяя парню задышать спокойно, когда Чонугк осознал, что натворил, глядя на свою руку стыдливо и паникующе смотря на мужчину перед собой: -Какого хрена я сейчас делал?! -Познавал своего альфу, зайчик. Не паникуй. Ты прекрасен, - Тэхён мурлычет, разворачиваясь и поднимаясь, утягивая за собой Чонгука, что смотрит осоловело то ему в спину, то себе на палец, незаметно для альфы облизывая его и ощущая вкус орешков, сладость льна и приторность мыльной чистоты. -Ты, блять, выпил мой кондёр для белья?! -Нет, Чонгукки, - голос снисходительный и немного насмешливый: Тэхён отлично понимает, откуда у вопроса… пальцы растут, поднимаясь по лестнице и идя по коридору к спальне. – Это мой природный запах. Он всегда будет окутывать тебя, захотеть большего, захотеть, - Ким открыл дверь в спальню, поглядывая на любимую постель, - меня. -Вот ещё, придурка кусок! – Чонгук вошёл в спальню с целью выпихнуть мужчину, но тот и бровью не повёл, входя следом и запирая её на ключ. – Выйди. Я не буду спать с тобой. -Я и не собираюсь спать с тобой. Ты сам меня умолять будешь однажды. Я посплю на том диване. – Тэхён подмигнул парню, усаживаясь на диван и поглаживая его по обивке, - Cогласись, ты тоже думал, что на нём будет приятно кого-нибудь отодрать однажды, но так никого и не привёл, м? Сколько лет прошло, четыре? Чонгук уже устал спрашивать, откуда альфа всё знает о его доме, и просто залился краской смущённо, взбивая свою подушку раздражённо, вымещая на ней злость: альфа чертовски прав. -А знаешь почему? -Что “почему”? – Чонгук закатывает глаза, входя в ванную при спальне, запираясь в ней и переодеваясь в домашние шорты и белую футболку, выходя обратно босиком. -Потому что на этом диване ты однажды сам будешь сладко постанывать на узле. -На чём? Ты, дебил, что там привязал к моему дивану?! – Чонгук наивно решил, что извращенец- альфа связал в узел простыню из шёлка, подбегая к драгоценной мебели, когда Тэхён глухо посмеялся, подхватывая его под коленками и поднимаясь на ноги, - Отпусти! -Не истери, зайчик. Просто донесу до постели. – Тэхён донёс его до постели, укладывая бережно и укрывая одеялом, возвращаясь обратно на диван, пока Чонгук провожал его испуганным взглядом: рядом с альфой действительно подозрительно легко дышать. Чем ближе, тем легче. – Не ходи босиком, простудишься. -Ты сам босиком. -Я-альфа, Чонгукки, у меня тело горячей нормы по природе, мне это не мешает. -А я тогда по-твоему кто, барышня кисейная? – Чонгук насупился, бурча себе под нос, укрываясь с головой одеялом, но всё равно чувствуя прожигающий взгляд альфы на себе. -Что, так и будешь пялиться на меня? -А что, ты хочешь, чтобы я выл на луну? -Ну, ты же псина. -И что, может, я ещё и завтракать завтра с мусорника пойду? – Тэхён фыркает, укладываясь на диван и любуясь силуэтом под тонким одеялом: ему и этого достаточно. Природа наконец наградила его истинным, и, похоже, когда-нибудь у них что-то и выйдет, если чей-то язык научится себя контролировать. -А почему бы и нет? -А знаешь, что ещё делают псины, Чонгукки? – Ким зевает сладко, громко, укрываясь шёлковой простынёй, недовольно опуская уголки губ: кощунство это- спать на диване, как щеночек-брошенка, когда твой истинный на постели.- Если не найти им суку под стать, они трахают ногу хозяина. Может, попробуем поиграть в собачек, раз ты так зациклился на моём происхождении? -Ты извращенец. Спи. -Спи сладенько, Чонгукки. Я запомню эту ночь навсегда. -Встань. -Ещё минуту… -Встань, у меня пробежка по расписанию! – Чонгук пнул Тэхёна в бок, заставляя проснуться, и альфа нехотя приоткрыл один глаз, улыбаясь сонно: -Ах вот оно что… мой зайчик боится ходить без меня на улицу? -Без тебя моё сердце сдохнет, придурок. -У меня тоже от тебя рыбки плавают в животе, Чонгукки, - Тэхён облизывается, вставая: никаких пробежек у него отродясь не было. Альфа любит нежность, комфорт и покой. А не вот это вот всё. -Ты понял, о чём я. Не романтизируй. -Как же мне не романтизировать, если ты в… - Ким приподнял в отвращении верхнюю губу, искривляясь в лице, - в шесть утра?! Зайчик, пощади своего альфу-уу… -Полай мне тут ещё, тоже мне, альфа выискался. Побегать не может. -Чонгукки, - Тэхён встаёт с дивана, - мы сегодня никуда не пойдём. Кроме спортзала внизу. Я не собираюсь марафоны бегать. -Мне нужен свежий воздух!- Чонгук кричит из ванной, переодеваясь в спортивки, выходя с соблазнительным хвостиком на голове, и альфа улыбается нежно, облизываясь и доставая из шкафа его домашние спортивки, нацепив их. -Мы откроем окошко, и будет тебе свежий воздух в лицо, Чонгукки. Если ты отправишь меня на пробежку, твоё сердце сдохнет, не успев отбежать на десять метров от моего. Окстись, зайчик, не убивай меня, - Тэхён состроил щенячьи глазки, падая драматично на колени и выпячивая нижнюю губу, а Чонгук… Чонгук лишь нахмурился, набрасывая на плечо полотенце: -Не стану я…окстас…окта…окастиваться. -Чего, блять? – Тэхён состроил непонятливое лицо, вставая с колен,- Ты что, не знаешь, что значит это слово? -Всё я знаю! – Чонгук помахал полотенцем перед ним, краснея, отпугивая его от себя, словно муху, - Я пошёл! -Н-ну -ну. -Что значит “н-ну-ну”? – Чонгук остановился в дверях, смотря на будильник: уже везде, где можно опоздал. – Ты идёшь или нет? -Не, - Ким облизнулся, плюхнувшись на диван и скрестив гладкие ноги, - я отдохну. -Да что ты за кровопийца такой! – Чонгук нависает над ним, как туча, заставляя улыбнуться: -О да, зайчик, и это будет. На более позднем этапе. А сейчас, - мужчина посмотрел на парнишку оценивающим взглядом, любуясь его телом, - хочешь, чтобы я пошёл с тобой вниз, попроси меня вежливо. -Вот ещё. Ворвался в мою жизнь с хуй какой ноги дверь выбив, а теперь в моём доме ещё командовать будешь?! -В нашем, Чонгукки. Ну-ка, скажи мне…. Мм-ммм…- альфа поиграл пальцами по своим надутым губам, раздумывая, - скажи “любимый, идём вниз, и сможешь любоваться мной, пока я бегаю”. -Ты с дуба рухнул? – Чонгук усмехается, садясь на постель сонно. Он себя знает: сядет один раз- уснёт. -Нет, почему же, - гладкие ноги опускаются на паркетный пол, подходя вплотную к Чонгуку и опускаясь на колени между его широко раздвинутых ног, - я просто приучаю своего человека. -Да ты вконец охренел, Ким! -Х-ха. Даже фамилию мою знаешь. А я не говорил, - Тэхён подмигнул парню, распуская свой феромон, подчиняя его себе, но дерзкий язычок Чона всё равно успел сказать рвано: -Подумаешь… У половины Кореи фами… ох… - Чонгук нахмурил брови, подчиняясь своему альфе, который смотрит на него пытливо, терпеливо, не срываясь и не отрываясь. Есть в этом Ким Тэхёне что-то загадочное… или припизднутое. Чонгук ещё не понял, но обязательно разберётся. Позже. А сейчас… - Ты… -Чувствуешь моё сердцебиение, человечек? – Тэхён мурлычет, так и мечтая щекой потереться о его коленку, но сдерживаясь от лишних прикосновений, чтобы не пугать парня. -К-как ты это… -У истинности свои причуды, зайчик. Я поделюсь с тобой всеми, когда ты примешь меня. -Почему так…так медленно… - Чонгук прикладывает руку к груди своего альфы, слушая сердцебиение спокойное, размеренное, когда тот добродушно улыбается ему, положив свою тёплую ладонь на его ладонь, усыпанную татуировками. -Это твоё бьётся часто, зайчик, потому что ты меня боишься. А я тебя не боюсь. Я тебя интуитивно люблю. -П-пойдём вниз? -Попросишь ещё нежней, Чонгукки? – Тэхён смотрит заискивающе на него, сглатывая тихо и облизываясь: до чего же хорошенький… Такие милые щёчки, так и тянет затискать! Ни один омега его так не привлекал. Только этот человек, которого он чувствует сердцем. -Тэтэ… пожалуйста… Тэхён засветился от счастья, услышав нежное прозвище, сказанное с милым, очаровательным придыханием, глядя в огромные глазки, которые сияют загипнотизировано. Встав, альфа отошёл на приличное расстояние, чтобы не смущать парня, отпуская свой феромон и улыбаясь ласково, идя к двери: -Идёшь? -А? Куда? -Чонгук смотрит на него, не понимая, как он там оказался так быстро, на что получает нахмуренный взгляд и приглашение в открытую дверь грациозным жестом руки: -Изучать просторы твоей дыхательной системы, зайчик, прошу в спортзал.