Тогда почему?..

Ты не хочешь обучать мальчишку, потому что это неправильно. Он уже слишком стар, он уже видел немногую жизнь, у него уже поселились демоны в голове. И что выйдет из него — непонятно. Но юный Кеноби смотрит — ему кажется, что решительно, но на самом деле прямо жалобно — и ты волей-неволей соглашаешься, потому что вы в Совете считаете слишком опасным оставлять Скайуокера без контроля. Ты учил всех джедаев в Храме, и тех, что были до них, и ещё раньше. Ты любишь их всех всеобъемлющей джедайской любовью, как любишь природу, и каждую травинку, и букашку на ней. Ты не выделяешь кого-то даже из своих многочисленных падаванов… но почему-то Скайуокер бывает в Зале Совета как будто чаще, чем любой другой ученик. К начинающему дёргаться глазу Мейса Винду. Джедаю не положено вздыхать, или закатывать глаза, или шлёпать себя по лбу. Но ты понимаешь Кеноби, когда тот так делает. Молодой учитель изматывается, но держится, и ты сам, к своему удивлению, поражаешься его терпению — если бы ты был на его месте — только выпустившимся рыцарем, — ты бы сдался и передал бы падавана опытным мастерам. Правда, он же обещал. Из Залов Обучения доносится взрыв, и вы с магистрами просто ждёте, пока к вам за руку приведут непутёвого ученика, — за Скайуокера отчитываются прямо Высшему Совету, да… Когда Кеноби и Скайуокер возвращаются, весь Храм обречённо вздыхает. Ты словно и не надеешься, что падаван когда-нибудь повзрослеет и образумится. С таким-то учителем. Рыцарем Скайуокер, пообвыкшийся на «свободе», доставляет вовсе не меньше проблем. И ты, и так замотавшийся в этих бесконечных сражениях, уже устаёшь присутствовать на заседаниях, касающихся его своеволия и непослушания. А когда к нему присоединяется с виду благоразумный, но на самом деле та ещё сорвиголова падаван… Ты приходишь в Залы Исцеления по своей воле. Впервые в жизни. Ты смотришь, как Скайуокер убивается по «почившему» Кеноби. Зря вы, конечно, послушали Оби-Вана — мальчишка явно не собирается сидеть сложа руки. Он, разумеется, джедай, он должен принять смерть учителя стоически, но ты прекрасно понимаешь, что речь идёт о Скайуокере, и всерьёз беспокоишься за жизнь вашего шпиона под прикрытием. Скайуокер вполне мог убить Кеноби. Вы допустили уход юной Тано, вы сами её исключили — а ты говорил ей, что она станет рыцарем-джедаем. Скайуокер, конечно, держится, но ты чувствуешь, что он очень сильно недоволен Советом. Ты учил их всех, и для них ты мудрейшее существо в Галактике. Он сомневается в вашей мудрости. В твоей мудрости. Скайуокер — самый ненадёжный джедай из всех. Ты успокаиваешь возмущённого Кеноби, мол, человек-то он хороший, но как джедаю к нему полного доверия нет. Скайуокер — тот, кто вытаскивает тебя из медпалаты. Никому другому из джедаев ты не доверишься в таком деле. Скайуокер обезглавливает Дуку, Скайуокер бросается на второго ситха, Скайуокер только мешает, и, когда его оглушают, ты закатываешь глаза. Сидиус прямо перед тобой, только протяни руку, а платформа разваливается, ты можешь заглянуть под копюшон, ты можешь узнать всю правду, а Скайуокер падает, падает, судьба Республики, исход войны в твоих руках, ты можешь решить всё сейчас… Тогда почему ты подставляешь свою спину смертельным молниям, лишь бы вытащить эту несносную горячую голову из опасности и засунуть куда-нибудь подальше, где до неё не достанут?.. Сам говорил, что пожертвовал бы любым из джедаев, тогда почему ты сейчас его спасаешь?.. Ты не осознаёшь. Ты не знаешь. А ситх понимает. И вот почему смеётся, когда исчезает.