Инцидент ли?

Эбардо валялся в кровати, сейчас это его максимум, боль была сильной, хотя, если верить словам мироходца, он был нежен с ним. Правда, верилось в эти слова слабо, если конечно вообще верилось. Сейчас он снова будет пытаться заснуть, пока Лололошка не вернется с прогулки по лесу и не удосужится принести ему обед, в его случае завтрак.

***

Мироходец блуждал по лесу, в поиске чего-нибудь съестного, желательно ягод или какой-нибудь дичи. Если бы ему попались ягоды, то кто-то приготовил бы пирог, а в случае с дичью бы мясо с гарниром из того, что есть на кухне и кладовке особняка, хотелось картошки, но он не откажется и от крупы или супа сваренного на мясном бульоне. Так, сейчас нужно сконцентрироваться и издавать как можно меньше звуков, дабы не спугнуть потенциальный обед или ужин, зависит от того, когда он вернется. Обходя деревья, он услышал тихий скулеж, иногда переходящий в рычание. Это его привлекло и он направился на источник звука, достав из инвентаря меч. Подойдя ближе, Лололошка увидел такую картину, пес лежал на земле, под деревом, сжавшись в комок, рыча на любого, кто хотел к нему подойти. Видимо, он был ранен, это Лололошка понял, по тому, как собака пыталась скрыть и вылизать этот участок кожи. Он спокойно подошел к псине и швырнул к нему кусок мяса. Пес быстро схватил его, тем самым выпустив Лололошку из поля зрения, а он в этот момент взял в руки собаку, не обращая внимание на сопротивление, решил отнести его в дом, дабы излечить и брать с собой в лес в будущем. В инвентаре также были кости, которыми он мог приручить животное. Было прохладно, он забыл шарф в комнате с Эбардо.

***

Кавински скучал, было до ужаса скучно, дни нудно тянулись и напоминали серую массу. Лишь изредка он разбавлял их разговорами с Калебом, но тот не всегда желал выйти с бывшим наблюдателем на контак. Сейчас он шел по коридору и заметил приоткрытую дверь, она бы не привлекла его внимания вчера, но сегодня он решил заглянуть в нее. Увидел в комнате он Эбардо, закутанного в одеяло, явно обнаженного. Это было понятно даже идиоту. Вряд ли он был бы одет, если Лололошка ушел от него под утро, толком не выспавший, по его словам конечно. Пройдя в комнату, он заметил на одной из полок бутыль алкоголя, выглядела она дорого, и Кавински был уверен, что на вкус она божественна. Не обращая внимания на спящее тело, он прошел в глубь помещения и достал бутылку и находящийся рядом штопор. Открыв ее, он выпил из горла, прикрыв глаза от наслаждения, он сел на чужую кровать. Пока он садился «поудобнее», одеяло успело немного сползти, открывая бывшему наблюдателю вид на стройные ножки преступника, который, откровенно говоря, раздражал Кавински, да и многих в этом доме тоже. Захотелось сделать ему что-нибудь, чтобы утихомирить его эго хоть на пару дней. Только как? Бутылка уже была пуста на две трети, что сильно било по голове. Алкоголь тек по венам, разнося приятное чувство легкости по крови. Хмм, а он довольно стройный, хотя, нет, он действительно стройный, красивый и некая элегантность в его движениях присутствует. Если смотреть на него со спины, не зная его, то можно и с девушкой его спутать. Кавински вдруг пришла в голову интересная идея, хоть Эбардо как Человек его не привлекал, но если думать только головкойо, то он ничего такой, его и сексуальным назвать… нужно. Так почему бы оно опробовать его? Чего это только Лололошка получает весь кайф, получаемый благодаря этому мудаку? Не дело. Кавински тоже хочет. Он медленно раздвинул стройные ноги, удобно усаживаясь посередине. Взгляд обвел узкую талию, зацепился за ухоженное личико, обгладил бедра. Все казалось красивым, все было потрогано, пока не им, да и не важно кем. Лололошкой или любым другим парнем, а может и девушкой. Просто сейчас вместо них будет Кавински. Да, пожалуй так. Чужие пальцы аккуратно прошлись по всему телу Эбардо, трогая там где можно и там где нельзя. На удивление, сам Эбардо не проснулся, что только сильнее раззадоривало. Рука спустилась вниз. Кавински спал с многими девушками, но не с парнями, поэтому это, если так можно сказать, его первый опыт. На полке он нашел открытый тюбик смазки, явно использованный вчера. Свободной рукой он взял его и выдавил на пальцы и аккуратно ввел один. Эбардо немного нахмурился, тяжело задышал, это Кавински насторожило, поэтому он свободной рукой взял шарф Лололошки и привязал кисти рук Эбардо к изголовью кровати, а то мало ли что. После этих махинаций он продолжил сие действо, только уже торопился, но, как бы это странно не звучало, тот стал меньше двигаться, позволяя Кавински делать все более спокойно. В этот момент ему показалось, что Эбардо и не Эбардо вовсе, потому что он не позволил бы никому так свободно трогать его везде, отсалютовал везде! В голове это не укладывалось, но какая ему-то разница? И ведь действительно, он то просто пользуется, это Лололошке стоит задуматься, что его секс-кукла ломается, зачем Кавински это нужно? Расстегнув свою, уже такую ненавистную, ширинку, Кавински немного смазал член, аккуратно вводя его в чужое тело. И вот тут то все и началось, Эбардо стал просыпаться. Не понятно почему именно, точнее все понятно, но разве он не должен был проснуться раньше, вместо того, чтобы злобно выстанывать «Лололошка.!»? Хах, тут начался довольной странный диалог —Какого черта ты творишь?!— Громко прокричал Эбардо, судорожно дергая руками, в попытках высвободить плотно связанные руки. Кавински же почти весело произнес: —Отсутствие девушек дает о себе знать, а что?— Эбардо посмотрел на него как-то странно для него чтоли? Ну не свойственно для Эбардо быть напуганным, нет, таким напуганным. Ну вот честно, он дрожал как осиновый лист на ветру в прохладный осенний денек, идиотское сравнение конечно, но и Кавински не писатель. —Это я заметил, но, черт возьми, с каких таких пор я стал местной шлюхой?!— Голос его дрожал, в некоторых моментах он и вовсе заикался, нервно сглатывал или делал паузы. Хотя… Кавински ведь не останавливался, поэтому ему наверно сложно связно говорить. Да, пожалуй именно так. —Тогда я получается второй твой посетитель? Поздравляю, ты популярен!— Смеясь, промурлыкал Кавински, пристально всматриваясь в чужое, немного побледневшее от страха, лицо. Сейчас Эбардо казался таким беспомощным и, блять, это чертовски возбуждало, он не смог бы остановиться сейчас, даже если бы захотел. Уж слишком это приятно. —«А это все же лучше чем я думал.»— Промелькнуло в голове у Винса, а после этого он ускорил темп толчков.

***

Лололошка спокойно зашел в дом, сейчас ему нужно подлатать собаку в его руках, а после наведаться к Эбардо, ему уж больно понравилось ощущать его присутствие рядом. Кажется, он стал Эбардо более приятен за последние несколько дней, это было удивительно, наблюдать как упертый козел меняется-всегда интересно и занимательно, особенно если это его упертый козел. За лекарствами он пошел к Калебу, он вроде разбирается в подобном, а если нет, то ему прижаться научиться. Через минут пятнадцать он был свободен, а пес вылечен. Микки, так решил назвать собаку Дилан, был вылечен, а значит теперь можно идти к Эбардо! Когда он поднялся на нужный этаж, то стал слышать чей-то разговор, один из голосов явно принадлежал Кавински, а второй был тихим, он ели его расслышал, и принадлежал он.. Эбардо? Что блять они там делают?! Он тихо подошел к двери, предварительно постучав, он все же открыл ее, и его взору предстала такая картина: Эбардо, зареванный, частично привязанный к кровати, пытался как-нибудь пнуть Кавински, чтобы тот.. вытащил из него свой член..? Что, простите? —Что. Блять. Тут. Происходит?— Выделяя каждое слово, громко проговорил Лололошка. Кавински застыл, но лишь на мгновение, в следующий миг он уже стоял у выхода и заслушивал ширинку своих джинс. Лололошка не сдержался. Он правда пытался, но не выдержал и заехал кулаком Кавински прямо по лицу, тот тихо прохрипел и увернувшись от следующего удара, удалился из комнаты. Лололошка осторожно подошел к кровати, Эбардо выглядел ужасно, в нем не было его привычного «наглого огонька», которым были полностью наполнены его глаза. Нет, он не сломался эмоционально, он сильный, и сам Лололошка это понимает, но сейчас на него смотрит абсолютно другой человек. Напуганный, зареванный, нуждающийся в помощи, но не просящий ее. Таким был этот незнакомец…