The Last Chance | Последний шанс

— Хорошие… Цветные, конечно, тоже милые. Но только белый цвет совершенен.

— Кориолан Сноу.

«Голодные игры. Сойка-пересмешница. Часть II.»

5 лет назад. Южные земли. Вест-Фоллз.       Хёнджин с улыбкой бежал по аллее вишнёвого сада.       — Ликси! — крикнул он, достигнув моста перед центральным деревом с пышной кроной. — Я тут! Выходи!       Ответом была тишина. И лишь шум ветра нарушал её.       — Если ты снова сидишь в этих вишнёвых ветках, то я…       Позади раздался странный звук. Хван обернулся, но ничего не увидел.       — Ликс?.. Ты тут?..       «Хм, наверное, я рано сюда пришёл…»       Внезапно юноша почувствовал, как что-то коснулось его плеч. То была ветка с вишнёвыми цветами, неестественно склонившаяся вниз. Мгновение — и она вернулась на своё место, явив перед собой довольное лицо веснушчатого парня.       — Ликси! Опять ты за своё? — Хёнджин нахмурил брови. — Нравится, что я каждый раз пугаюсь?       Спрыгнув на землю, Ли отрицательно покачал головой.       — Нет. Но интересно наблюдать, как ты отчаянно пытаешься меня найти. Хотя я под твоим носом. Точнее над головой.       Хван лишь кинулся на блондина с объятиями, сбивая с ног.       — Я соскучился… Лекции по истории та-акие ну-удные.       Феликс улыбнулся, прижимая молодого господина к себе.       — Снова сбежал с занятий? Мать ругаться не будет?       — Поругается — перестанет, — пожал плечами Хёнджин. — Я уже большой мальчик. Сам решаю, где находиться и что мне нужно. Например, гнусавый дед, читающий с учебника, не нужен. Я этот учебник и без него знаю.       — Опять рассказывал про катаклизм и как наши предки восстанавливали мир на земле?       — Угу… Я это еще при сонбэ Намджуне знал…       — А мне поведаешь свои знания?       Играющий с локонами Ликса Хван в удивлении округлил глаза.       — А ты разве не знаешь? Вроде же у вас были такие лекции… История, общее мироустройство…       — Лишь всем известные факты. Про катаклизм, войны и что в семьях не может быть больше двух детей, дабы избежать недостаток ресурсов и продовольствия. Мне лично интересно было спросить кое-что другое…       — Что именно?       — Например, почему зовёшь Чана братом? У вас разные фамилии.       — Ах, это… Всё очень просто. Чан — мой единоутробный брат.       — Аа… Я почему-то думал… Впрочем, не важно.       — М?       — Забудь. Глупости в голове.       Хёнджин состроил жалобную мордашку.       — Прошу, скажи…       Феликс, усмехнувшись, закатил глаза:       — Ла-адно. Когда я впервые услышал твоё имя, мне подумалось, что ты наследный принц династии Хван.       По пустому саду пронёсся задорный смех.       — Даа… Моя мать — тот ещё коллекционер. В первый раз она вышла замуж за отца Чана, который принадлежал к этой династии. А во второй — за носителя редкой в наше время фамилии. Но тоже весьма известного и влиятельного человека.       — В династии же она наследуется только по мужской линии… Как так вышло, что у его высочества другая фамилия?       — Кто-то из предков Чан-хёна решил, что не хочет соприкасаться с такими сложными моментами, как наследование. И взяли фамилию матери, а не отца. Потом по родословной и проверке крови доказали его принадлежность к королевскому роду.       — Понял. Буду знать.       — А теперь у меня к тебе вопрос, Ликси, — В глазах Хёнджина загорелись озорные искорки. — Ты подумал, что я принц… Значит, таким меня видел, да?       «Для меня ты и сейчас принц…» — подумал Ли, отводя взгляд в сторону.       — Что? — Сердце Хвана забилось быстрее. И по этому вопросу Феликс понял, что озвучил свои мысли. К щекам прилил румянец.       — Ну… я хотел сказать… — начал было он, но не смог договорить — его губы накрыл нежный поцелуй Хёнджина.       Сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки. Голова закружилась от переизбытка чувств. Но Ликс решил не упускать момент. И ответил тем же, крепче сжимая в кольце объятий своего принца.       Этот момент единения казался обоим сладким сном. Будущий герцог и слуга, чья задача оберегать его ценой своей жизни. Разве может что-то объединять их? И несмотря на такой факт их жизни, этих двоих тянуло друг к другу. Наверное, ещё с первой встречи. Но истинность этого притяжения раскрылась только сейчас.       — Джини… пора возвращаться, — прошептал Ли, отпуская своё сокровище.       — Пора… — грустным эхом отозвался Хван.       Поднявшись с земли, ребята отряхнулись и, переплетя пальцы рук, направились в сторону поместья.

***

      Не успев переступить порог дома, Хёнджин заметил приближающуюся к нему темноволосую женщину в классическом костюме цвета неба. Её и без того не отличающееся миловидностью лицо искажала гримаса гнева. Холодные серые глаза метали заряженные молнии.       — Матушка, рад вас видеть! — с улыбкой произнес Джини и тут же получил звонкую пощёчину.       Сердце Феликса пропустило удар. Он дёрнулся было вперед, но блондин жестом приказал ему оставаться на месте.       — Хван Хёнджин, сколько ты будешь меня позорить? Я лучших преподавателей приглашаю! Ради чего?!       — Чтобы я стал достойной опорой для брата… — прошептал тот, прижав прохладную ладонь к пылающему месту. — Помог ему стать лучшим правителем…       — Именно. Или ты этого не хочешь?       — Хочу…       — Тогда веди себя достойно! Ты будущий герцог Южных земель! Правая рука короля. Почему Чан старается, а ты даже палец о палец ударить не можешь?! Ты знаешь, что он лучший в Академии?       — Знаю…       — Даже Ким Тэхён, наследный принц северо-восточных земель, ему уступает. А что ты? Шатаешься неизвестно где со своей бандой и сбегаешь с занятий вместо того, чтобы как твой брат развивать таланты.       Нижняя губа предательски задрожала. Вокруг собиралось всё больше людей, которым было интересно узнать, кого так чихвостят.       — Прошу, перестаньте… — еле слышно произнес Хёнжин, но его никто не слушал.       — А у тебя даже талантов нет… Бездарь! Только и можешь по городу шастать со своими дружками. Как хорошо, что Чан уехал. Теперь будет серьёзно относиться к собственному будущему! В отличие от тебя. А ведь раньше был старательнее… Это всё влияние плохой компании. Более чем уверена, — Женщина перевела взгляд на Ликса. — А ты куда смотрел? Сказано было оберегать его! В том числе и от дурного общества.       — Простите, госпожа, — опустив голову, ответил он. — Это моя вина.       — Хватит! — воскликнул Хёнджин, сжав руки в кулаки. — Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о моей компании! У вас нет права так говорить!       В горле комом встала обида. Глаза защипало от подступающих слёз.       — Почему вы так стали холодны и грубы со мной? — сдавленно произнёс он. — Что я вам сделал, матушка?       — Ничего. Ты ничего не сделал и не делаешь. В этом вся проблема. В отличие от…       — Перестаньте сравнивать меня с братом! Вы знаете, как я его люблю… как восхищаюсь им! Но поймите уже, наконец… Я — не он.       — Да, я знаю. Ты гораздо хуже. Такая жалость…       Слёзы брызнули из глаз. Но Хван не хотел, чтобы кто-либо их видел. Поэтому, растолкав прислугу, бросился по лестнице наверх и скрылся в коридоре, ведущем в его комнату.       — А теперь ты, — Суровый тон голоса коснулся ушей Феликса. — За невыполнение своих обязанностей будешь наказан.       — Да, госпожа.       — Впредь следи за ним внимательнее. Где бы он ни находился. И докладывай мне.       Ли скривил губу, но из-за непослушных локонов, скрывающих лицо, это осталось незамеченным.       — Слушаюсь…       — Что касается наказания… Тебя ждёт работа в зимнем саду. Подробную информацию посмотри на своём датападе, как только подгрузишь данные. А теперь ступай.

***

      Закончив с выполнением задания, Ликс решил навестить Хёнджина. Время было уже позднее, но он надеялся, что Хван ещё не спит. Взяв в руки белую розу, срезанную еще до поцелуя в парке, Ли направился в западное крыло. Там находилась нужная ему комната. Спрятав нежный цветок за спиной, он постучал в дверь и услышал родной сердцу голос.       — Ликси? Это ты? Проходи скорее.       Войдя внутрь, взору Феликса открылся заваленный разными книгами и технологичными приборами стол. Джини лежал на огромной кровати, глядя на выставленные перед ним шахматные фигуры. Обычно он так делал, когда его разум занимали не самые радостные мысли.       — Не отвлекаю? — поинтересовался Ли, расположившись напротив него.       — Вовсе нет, — устало ответил Хёнджин. — Я просто думал о том, почему со мной стала так жестока собственная мать. Она и раньше не так уж была рада моему обществу, а сейчас… Чем ближе коронация Чана, тем сильнее она давит на меня. Это... так изматывает.       — Я понимаю… Тоже заметил, что раньше она себя так не вела. Совсем другая теперь.       — Тебя ещё наверняка наказали из-за моих выходок… Прости… Впредь буду осмотрительнее.       — Ничего, — Ликс помотал головой. — Зато я тебе кое-что принёс.       Хван в заинтересованности приподнялся, заглядывая его за спину.       — Это тебе, — улыбнулся юноша, протягивая Хёнджину розу.       — Белая… красивая такая. Цвет совершенства.       — Совсем как ты…       Хмурое лицо озарила лёгкая улыбка.       — Хотел бы я думать, также…       Хван посмотрел на часы — стрелки показывали два часа ночи. Тяжело вздохнув, он убрал шахматы в прикроватную тумбочку. Поставив цветок в маленькую вазочку, провел кончиками пальцев по лепесткам и вернулся к Феликсу.       — Ликси… — прошептал Хёнджин. — Спой мне.       — Твою любимую?       Ответом был довольный кивок.       — Хорошо. Тогда слушай внимательно…

«Позволь мне рассказать короткую историю

О звезде, что не могла ни сиять, ни мерцать.

Среди миллионов, среди миллиардов,

Она чужой ощущала себя.

Той звёздочке, несомненно,

Начертан был путь особенной стать.

И семью свою создать —

Галактику прекрасную.»

      Устроившись поудобнее в постели, Джини задумчиво посмотрел в окно.

«Поэтому ты тоже

Не просто красив, а в своём роде единственный.

Ты пойми, что с тобой я рядом всегда.»

      Пульс Хвана участился.

«Знаешь, появится шанс,

Скажу, что ты удивителен.

Лишь посмотри на меня,

И я увижу Вселенную в твоих глазах.»

      Не скрывая улыбки, Ликс продолжал петь.

«Никогда не говори себе, что недостаточно в чём-то хорош,

Ты великолепный, точно это знаю.

Чудо, настоящее чудо,

Как же ты прекрасен.»

      «Он поёт про… меня?» — Затаив дыхание, Хёнджин бросил удивлённый взгляд на Феликса. Его сияющие глаза стали подтверждением. И от осознания этого факта по телу прошлась волна приятных мурашек.       — Мне кажется, ты изменил слова песни, — еле слышно произнёс Хван, попытавшись начать диалог.       — Нет, она всегда такой была.       — Разве?..       — Когда тебе было грустно и одиноко, ты так же как сейчас просил меня спеть. Честно говоря, я тогда хотел заменить пару строк, чтобы это не звучало так…       — Романтично? — с улыбкой поинтересовался Джини.       — Да… наверное, это слово лучше подходит. Просто… я хотел сказать, что всегда готов быть рядом с тобой. Насколько это возможно… Не слушай госпожу. Я знаю, что ты делаешь всё, что в твоих силах. А теперь… закрывай глаза. Завтра рано вставать.       Мягкие губы коснулись щеки Феликса, оставив невесомый поцелуй.       — Спасибо, Ликси… За всё. И… спокойной ночи.       Погладив Хвана по белым волосам, Ли встал с кровати и направился к выходу. Задержавшись в дверях, он бросил нежный взгляд на своего возлюбленного и тихо произнёс:       — Сладких снов, мой принц.