Zerstörte Welt

Свет. Он был повсюду. Не тёплый, не обжигающий, а стерильно-белый, словно хирургическая лампа, направленная прямо в лицо. Он резал глаза даже сквозь плотно сжатые веки. Джин поморщился и инстинктивно прикрыл лицо рукой, но свет не исчез. Он просто стал тускнеть, отступая, как приливная волна, и позволяя сознанию вернуться в тело. Вместе со светом начали проявляться и звуки. Сначала это был просто монотонный, давящий гул, но он быстро распадался на составляющие. Далёкий шелест листвы... или это шум в ушах? Чьё-то прерывистое, судорожное дыхание... и плач. Тихий, надрывный плач, от которого что-то больно сжалось в груди. Джин не понимал. Чьи это голоса? О чём они говорят? Слова сливались в неразборчивый гул, но один звук он узнал бы из тысячи. Всхлип. Полный такого отчаяния, что у него самого перехватило дыхание. Он попытался пошевелиться, но тело слушалось с трудом, словно было налито свинцом. Он с трудом разлепил тяжёлые веки. Мир был размытым, не в фокусе. Пятна света и тени. И над ним склонился чей-то силуэт. А затем он почувствовал это. Ощущение было настолько реальным и знакомым, что разом пробило пелену тумана в его голове. В его руку, безвольно лежащую на земле, впились маленькие, но удивительно сильные пальцы. Крошечные ноготки царапали кожу. Это не было больно. Это было... спасением. Сознание вернулось окончательно, пронзив его острой, как игла, ясностью. Он был жив. Он был дома. Сил поднять руку не было, но он слегка пошевелил пальцами, пытаясь ответить на её отчаянную хватку. Из пересохшего горла вырвался хриплый, едва слышный стон: — Джед... — он закашлялся, и на последнем слоге его голос сорвался. Он видел лишь размытый силуэт её головы, прижатой к его груди, и чувствовал, как всё её маленькое тельце сотрясается от рыданий. Она вцепилась в него так, словно боялась, что он снова исчезнет, растворится в воздухе, если она ослабит хватку хотя бы на секунду. И в этот момент Джин понял всё: битва окончена, портал закрыт, а самое страшное — позади. Парень с огромным трудом поднял руку, аккуратно опуская её на голову дочери. Глаза плохо различали что происходит вокруг. Джедина чуть подняла голову, смотря на парня, после чего села, и рука аккуратно упала обратно на мягкую кровать. Он слабо улыбнулся, пытаясь дать ей понять, что всё в порядке. Силы не возвращались. Девочка, вытирая заплаканное лицо, быстро вскочила и выбежала из комнаты. Джин выдохнул, закрывая глаза. -Джин! – крик Руби заставил его вновь открыть глаза и осмотреться. Боль начала уходить. Девушка почти влетела в комнату. Она смотрела с небывалым ужасом. Джин не произнёс ни слова, просто наблюдая. Он видел, как по щекам девушки текли слёзы, видел, как она закрывает рот руками, чтобы не кричать. Она подошла к кровати, едва не падая на неё. Дыхание прерывистое, хриплое. Руби смотрела на него, не прячась, не скрываясь. Он видел её ужас и вместе с тем огромное облегчение, которое появилось в глазах. В темных, пронзительных глазах… любимых. Джин принял это. Проглотит всё, все обиды, что так дёрнули его уйти. В тот самый день, когда он познакомился с дочкой. В тот день, когда вновь увидел её. Когда осознал, что любовь не ушла, а лишь затаилась. Когда грудь прошиб удар, а мозг осознание содеянного. -Руби… - тихо, хрипло, болезненно. -Я боялась. Я боялась, что ты не переживёшь… - всхлип и тишина. Она закрыла глаза, кладя голову на его грудь. Бинты нещадно терли и сковывали тело. Боль уходила, но лишь на мгновения, а после взрывом возвращалась, заставляя тихий стон вырваться из груди парня. Учёный зажмурился, стискивая вложенную в ладонь руку. Руби молчала, не смотря на него, не видя, но чувствуя его боль. Девушка аккуратно приподняла руку парня, сплетая их пальцы. Он не возражал. -Джин… не делай так больше. Умоляю… - тихо, почти одними губами, произнесла она, - я боялась. Я не позволю тебе так делать… не оставляй нас… -Не оставлю… - так же тихо шепчет, и еле видная улыбка коснулась его лица. – простите меня. -Ты был придурком, и ты им остался… - также улыбается она. – ненавижу… но… прошу, умоляю, не делай так. Не рискуй. Тебе это не нужно… -Портал закрыт, вы в безопасности… это всё, что меня волновало… - выдыхает. – прости. Девушка молчит, она не верит, но в тоже время верит даже слишком сильно. Она слабо кивает, после чего обнимает его. Тело болело, но Джин уже свыкся с этой мыслью. Стоит переждать. Перетерпеть. Он выдохнул, рука аккуратно прижалась к спине девушки, и он мягко провел по красному сюртуку. -Джин, - шелест, а не шепот. – я люблю тебя… прости за всё. Прости за то, что натворили… нам не следовало вести себя так. Мы… я… я отвратительная… - она ткнулась ему в грудь лицом, жмурясь и ожидая. -Я вас не виню, милая, - такой же тихий голос. – вы были правы. Мне нужно было… думать о вас, а не о себе. Ты не отвратительна, Руби… Я сделал не правильный выбор… - он выдохнул, прикрывая глаза и чуть запрокидывая голову на подушке, - я должен был остаться с вами… а я решил всё бросить. Из-за собственного страха… Простите. -Мы тебя не винили. Я думала, что тебе нет до нас дела. Я поступила как дура, когда поняла, что ошиблась. Джедина оказалась умней…если бы тебе было плевать, ты бы не помогал нам, ведь эти твари не могли добраться до города… - она поднялась на руках, смотря на него. Учёный открыл глаза. -Я любил тебя всегда, Руби. Я пытался тебя забыть. Забыть вас. Нас. Нашу дружбу, нашу жизнь… Но без вас я не мог. Я бы не сделал ничего. – он смотрел в её глаза, после чего аккуратно переместил руку ей на щеку. – я люблю тебя, малышка. Я не мог вас бросить. Кроме вас у меня никого нет. Мне следовало выбрать вас, а не себя. -Джин… тебе важен город. Мы это понимали… ты там вырос, там жил… Доктор Икс… Он хотел, чтобы ты стал тем, кто нужен городу… -Но у меня был выбор, и сделал я неправильно… Он отвел взгляд в сторону. Руби понимала, что ему и правда стыдно. Больно. Тяжело. Ведь он не стал думать, он решил изменить себе. Сделал выбор в пользу того, что не приносит счастья. Он страдал. Она видела и чувствовала это. Рана была душевной, а не физической. Она мягко улыбнулась, наклоняясь к нему и заметила ту же слабую улыбку, когда их глаза встретились. Она медленно коснулась его губ своими, закрывая глаза. *** Джин сидел, разбирая свои бумаги. Он думал. Мягкий солнечный свет пробивался в кабинет, освещая всё. Думал, что сейчас предпринять. Мусор в кабинете собирали роботы. Монотонно говоря про бардак. Парень же потянулся, выгибая спину и слегка ей хрустя. Время ещё было. Немного, но оно есть. Надо провести его с пользой. Он осмотрел светлую комнату своего кабинета. Огромные окна выходили на площадь, где бродили ученые. Джин слегка улыбнулся, переводя взгляд на фотографию. Руби обнимала его за шею, Джедина сидела на руках Алекса, а Твинкл создала радугу над их головами. Парень тихо вздохнул. Его мысли прервало сообщение. Парень нажал кнопку и полупрозрачный экран резко возник перед глазами. -Джин! – Алекс смеялся, - ну, где ты, бестолочь? – парень выглядел интересно, с растрепанными волосами и яркой улыбкой. -Привет. Скоро буду. – спокойно, но всё также улыбаясь, произнёс учёный. -Давай уже. Руби ж с ума сойдёт, Твинкл сказала, что устала её развлекать. -Скоро буду, не переживай, - хмыкнул парень, - пусть подождут ещё чуть-чуть. -Давай скорее, дуралей. – и вызов закончился. Экран скрылся. -Плохо на тебя повлияло всё же общение с пиратами, Алекс, - снисходительно прошептал агент. Встав из-за стола, он взял пиджак, накинув его на плечи. Застегнет по дороге. После чего вышел из квартиры и отправился к «Хамелеону». Дорога до замка заняла чуть меньше 40 минут. А на пороге его уже ждали. Таких пышных украшений он давно не видел. Замок сверкал яркими цветами, белоснежные цветы яркими бликами распростёрлись вдоль входа. Алекс первый подошёл к агенту. Тот обнял его. Казалось, всё уже стало хорошо, что может быть лучше? -Опоздать на собственную свадьбу надо ещё умудриться, - рассмеялся король Алекс, слегка толкая парня в плечо. -Отстань, зануда, - хмыкнул агент, чуть закатывая глаза. Алекс рассмеялся, после чего они отправились внутрь замка. Богатое убранство которого заставляло впадать в восторг. Яркие цветы в вазах, прекрасные гобелены, золотые украшения, яркий красный ковер, что вёл в самый центр. Джин с Алексом подошли к массивным дверям. Джин прикрыл глаза, делая глубокий вдох и выдох. Он чувствует, как на его плечо мягко опускается рука друга. Агент смотрит на него и улыбается. Тревога уходит. Двери открываются и Джин видит её. Прелестное создание. Он на секунду замирает. Синие волосы собраны в аккуратную косу, на теле длинное, ярко-красное платье с золотой отделкой, что расширяется к самому низу и уходит назад. Девушка чуть поворачивает голову и улыбается. Она не злится, лишь ждёт. Все ждут. Джин хмыкает, после чего проходит к ней, заглядывая в глаза. В них предвкушение, радость и любовь. То, что он так давно не видел, то, что он так давно прятал. И она тоже видит те же чувства. Он замечает Джедину. Дочка сидит на стульчике прямо перед ними, она одета в ярко- синее платье, с золотыми узорами. Явно позаимствованное у сестры Алекса. Джин выдыхает. Он знал, что к этому придётся идти долго. Знал, каких жертв стоило это. Но жизнь меняется, течёт дальше, п это главное. Он мельком осматривает собравшихся. Много учёных, оборотней, фей, людей. Удивительно, но он не чувствует страха, только радость. Он дожил до этого. Они дожили. Парень вновь обращает взор на Руби. Вилит её улыбку, счастье в глазах. Это было важно. Это было главное. Он выдыхает и слегка кивает. Церемония начинается. *** Руби потягивается, проваливаясь глубже в мягких перинах кровати. Она зевает и открывает глаза. Джин лежит рядом. Аккуратно обнимает её. Мягкие руки зарылись в волосы. Он тихо сопит, и воздух аккуратно треплет её волосы, разбросанные по подушке. Его вид, столь умиротворенный и спокойный вызывал радость и нежность. Она улыбается, чуть подаваясь вперёд и целуя его. Пробуждая ото сна. Это их ритуал. Парень открывает глаза и сонно смотрит на неё, после чего хмыкает. Прижимает к себе и утыкается в её волосы. Дверь спальни открывается и через мгновение на них обрушивается Джедина с криком и смехом. Выводя их из сна уже окончательно. Джин отпрянул и схватил дочь, повалив её между ними. Он посмотрел в глаза девочки и рассмеялся, обняв её. Руби улыбалась. Было понятно, всё кончилось, всё стало снова тем, каким было… почти всё. *** Цветы узором легли на мягкую землю. Джин выдохнул, прикрыв глаза. Надгробия серыми исполинами возвышались рядами. Он же сидел на коленях, думая о своём. Но боль уже ушла. Года берут своё, время мягко изменяет боль на спокойствие. Кровь, пролитая в тот год, была не напрасна. Эти жертвы были ради мира, ради жизни новых поколений, ради тех, кто будет жить дальше. Парень посмотрел на изваяние безумного учёного и улыбнулся. Он помог. Позволил жить ему. Парень аккуратно встал, стряхивая грязь со штанов. Он обернулся, улыбаясь подходящей Руби с маленьким мальчиком на руках. Джедина шла рядом. *** Кровь, пролитая тогда, уже впиталась в землю. Стала её частью. Оставила воспоминания и шрамы. Но они горели мягким, успокаивающим огнём. Пробуждая память и вызывая гордость, за то, что было сделано. Спасти мир, друзей, родных. Вот, что главное. Все, кто остался в земле, были вознесены и стали героями. Их души остались, питая сердца живых теплом.