C’est très difficile de traiter avec vous

✦ ·  ·  ·  · #disson ; «C’est très difficile de traiter avec vous». ───────────── ·  ·  ·  · ✦ ᅠᅠᅠᅠ 𖥻 𖥻 𖥻 Аластор, печально известный надменный грешник с до одури высоким самомнением, всегда считал себя личностью особенной, в корне отличной от других. Считали его таким и остальные несчастные, коим не свезло по жизни столь сильно, раз довелось им услыхать или — горе какое! — повстречать на своем пути радио-демона. Может быть дело было в том, насколько дерзкой была сама его тухлая душа, при том в сути своей до нелепости экстравагантная и яркая ; быть может и в том, насколько бросавшимся в глаза был сам его насмешливый образ — всегда-всегда, где бы только не прошёл Аластор, то из разу в раз умудрялся он привлечь к себе восторженные взгляды вслед каких-то грешников-зевак. Была в нем эдакая нотка игривости, которую бесспорно можно считать ужасно привлекательной, просто до безумия! Но даже не смотря на всю его какую-никакую популярность, грешное сердце оставалось неприкосновенным уже многие-многие годы. Со счета сбиться можно, право, если в цифорки углубляться! ᅠᅠᅠᅠ 𖥻 𖥻 𖥻 Кажется, что все пошло по кривой дорожке сразу после зачастившихся встреч с Люцифером и тем оказываемым в сторону Аластора щедрым вниманием, — что, разумеется, не могло не льстить! —, когда радио-демон внезапно для себя сделал поистине удивительное открытие. Присутствие Люцифера вовсе почему-то не доставляло дискомфорта, совсем-совсем почему-то не вызывало искусно подавляемого раздражения и по какой-то вообще-вообще неясной причине излучало тот покой, по которому Аластор так сильно скучал после момента разлуки с горячо любимой маменькой. Его извечная давящая пустота, казалось бы вовеки веков словно застудившая бурлящую кровь, словно начала потихоньку сходить на второй план. Словно слабее стала ощущаться она. И от этого нового, совсем-совсем неизвестного чувства становилось до безумия страшно, словно загнанному в угол животному — было ли это проявлением своеобразного уважения Самаэлю? Отнюдь, тут кроилось что-то, очевидно, куда большее и доселе неизведанное. Чувства были глубже, они были в разы сложнее простой легкой привязанности, они были чересчур человечными, Господь упаси! Все ощущалось противоречиво, в мыслях то и дело сквозила смесь страха и возбуждения от предвкушения чего-то ранее никогда-никогда не испытываемого. И он был готов сделать первый шаг, переступая свою горделивую властную натуру; он был отчаянно готов узнавать эти новые ощущения и причину легоньких приятных покалываний в области груди при одном лишь мимолетно брошенном взгляде на дьявола. Люцифер был единственным, кому удалось заглянуть в крохотный мирок чужой души, запертый ото всех лишних несносных взоров, и Самаэль был единственным, кто сумел разглядеть в смешливой натуре Аластора не только спесь да напускную надменность, а нечто намного-намного трепетнее, нежное-пренежное — тот тусклый свет чувств, который зажечь ни у кого не получалось. ───────────── ·  ·  ·  · ✦