Сердце Дракона

По ощущениям холодильник жужжал и тихонько трясся каждые минут пятнадцать, чем сильно раздражал Гарри. Он даже встал и выдернул шнур питания из сети, чтобы это зеленое назойливое чудовище угомонилось наконец. Но не тут-то было. Конечно, сначала наступила блаженная тишина. Но вот уже минут через пять холодильник загудел вновь, причем на пару тонов выше, чем обычно. Мало того, гудение увеличивалось и нарастало, становясь грохотом, бьющим по ушам. Гарри вскочил. Холодильник, явно издеваясь, тоже начал подпрыгивать и ходить ходуном по крошечной кухоньке. Вдруг все стихло. Холодильник замер прямо напротив Гарри. Понимая, что ничем хорошим это явно не закончится, тот схватил картофельную толкушку — самую тяжелую утварь, которая попалась на глаза. Вооружившись и приняв боевую стойку, Гарри с ужасом наблюдал, как медленно, с противным скрипом, открывается зеленая дверь. Из ледяной утробы маггловского изобретения, выпуская холодные пары, к Гарри вышел профессор Снейп. На черной мантии застыли снежинки, которые щепетильный профессор тут же принялся отряхивать с брезгливым лицом. — Мистер Поттер, и почему я не удивлен, — молвил Снейп, буравя Гарри таким взглядом, что у бедняги забегали мурашки, прямо как на первом курсе. Он явно где-то напортачил, но никак не мог понять, где именно. — Ваша способность влипать в неприятности обусловлена вашей непроходимой тупостью и привычкой полагаться на случай, мистер Поттер, — прошипел Снейп. Он, не отворачиваясь, принялся шарить рукой в холодильнике, и с каждым мгновением становился все злее и злее, — получите же то, что вы всегда заслуживали! В руке профессора возник шланг. Обычный садовый шланг. Гарри не видел таких уже тысячу лет. Кажется, у тети Петунии был похожий. Она часто заставляла Гарри поливать из него свои цветы у дома. Правда, у снейповского были еще приделаны вертушки с красным и синим круглешками. Но Гарри и не удивился — у такого великого волшебника, как Снейп, и шланг должен быть особенным, правда? — Чего вы пялитесь, открыв рот?! Шлангов не видели? — очень злой Снейп прошипел это почти на змеином. Хотя, если так подумать, возможно и впрям на змеином. Гарри редко замечал разницу в языках. Тем временем, зеленый от злости Снейп резко крутанул вертушок с красным круглешком. Из шланга тут же полилась горячая коричневая жижа. Запахло кофе. Гарри подумал, что сейчас профессор направит свой шланг прямо ему в лицо, чтобы он захлебнулся, но этого не произошло. Кофе лился прямо на пол и очень быстро его уровень в комнате повышался. — Вы это заслужили, Поттер! Что вы теперь будете делать? — кричал Снейп, бешено вращая глазами. Похоже, что он сошел с ума. Кофейный потоп уже доставал до подбородка. Еще чуть-чуть и ноги оторвутся от пола. Но Гарри нежился в теплом напитке, представляя себя легкой, мягкой зефиркой. И искренне не понимал, что же такого он сделал Снейпу, ведь тот уже мертв кучу лет, а Гарри давно не школьник. — Вам никуда не убежать, никуда не уйти. Я буду преследовать вас до конца! — верещал Снейп не своим голосом, — Я дам вам все, что вы захотите, вы будете счастливы здесь. Такие вкусные, полные магии, очнись, Поттер, очнись! Снейп сел верхом на шланг, как на метлу, и взлетел. Он метался по комнате, подлетал к потолку и нырял прямо в кофе. И тут же выныривал, каждый раз оказываясь в новом месте. Он был везде. Его громкий голос ни разу не прервался. — Я знаю ваши секреты, проснись, шрам, я знаю ваши желания. Не сопротипросыпайсяидиотвляйтесь мне! Очнись, Гарри! Гарри резко открыл глаза. Холодильник стоял на месте, а Снейпа и след простыл. Зато над ним возвышался недовольный Малфой с дымящейся кружкой в руке. По запаху там был кофе. — Храпишь как медведь, и слюней напускал на стол, — скривился хорек и бросил Гарри тряпку. — Мне снился странный сон. Мне снился Снейп, — пробормотал Гарри, рассеянно поправляя очки. Они больно впились в лицо, пока он спал, и теперь переносица ныла. Он пытался вспомнить еще что-то, очень важное, но сон все дальше ускользал из памяти, оставляя после себя только грубые штрихи. Снейп, кофе, холодильник. — Он говорил что-то… — не сдавался Гарри, все больше хмурясь. — Да? Что ты выиграл кубок придурков? — Нет, конечно нет… — Поттер даже не обратил внимания на колкость. Его чутье подсказывало, что жизненно необходимо вспомнить слова Снейпа. Он вскочил, размял затекшее за ночь тело и тут, наконец, обратил внимание на Малфоя. Хорек стоял на своих двоих довольно уверенно и крепко. Неужели костерост справился за ночь? — Как нога? — спросил Гарри. — Какая? Поттер уставился на него как на полного осла. Что значит “какая”? Именно это он и повторил вслух, опасаясь, что хорек за ночь свихнулся и все забыл. — Ну, ты помнишь какую ногу я сломал? — ехидно прищурившись спросил Малфой. Теперь Гарри уставился уже на его ноги. Худые, довольно длинные. Чуть кривоваты, по мнению Гарри, но это легко скрыть хорошими брюками. На правой ноге болтался кусок штанины, который Гарри не смог срезать из-за шины. Палки тоже были там, и ослабший бинт. Рана, еле заметная, розовая, рассекала голень поперек. Неплохо для костероста, обычно для такого результата нужна пара дней и полный покой. Счастливчик хорек. — Очевидно же. Правую, — чуть раздраженно ответил Гарри, для наглядности указав пальцем на нужную конечность. — Не-а, левую, — Малфой улыбнулся так, будто выиграл в споре с самим Сфинксом. — Ты точно спятил. — Слушай, шрамомордый. Мне лучше знать, это мои ноги и они растут из меня! — Малфой, похоже, и в самом деле очень веселился. — Но… — Ага, странно, да? — Боюсь, “странно” не совсем то слово, Малфой, — Гарри хмурился. Неестественный лес, без единого звука и ветерка. Ни одной букашки, птички или следов диких животных. Причудливые деревья, меняющие свой вид, и которых наверняка не видел даже Невилл. Гроза, начавшаяся как по щелчку, и удары молний, они словно подгоняли их. И дом. Дом! Гарри сразу вспомнил кое-что. — Слушай, Малфой, — начал он, смотря как хорек явно привычным жестом открыл холодильник и начал там шарить. Присутствие Гарри его ничуть не смущало, — ты вчера сказал, что это твой дом. — Я был в бреду, не бери в свою шрамоголовую башку, — фыркнул Малфой, но от Гарри не утаилось, как забегали его глазки. Он строго посмотрел на хорька, сел на хлипенький стул, и жестом пригласил Драко сесть на противоположный. Тот нехотя подчинился. Видимо, даже в его белобрысой кочерыжке возникло понимание, что они оказались черт возьми где и, чтобы выбраться, нужно действовать сообща. — Это мой дом, но не совсем, — начал Малфой, оглядываясь по сторонам, — как будто во сне. Вроде похоже, а когда начинаешь приглядываться — видишь несоответствия. Обои не с тем рисунком, полотенца не того размера и все такое. — Погоди, а как ты живешь один в поле? — решился Гарри спросить вопрос, мучавший его пол ночи. — Да не в поле я живу. Мой дом стоит в одном ряду с такими же, в пригороде Лондона. От информации, что Драко Малфой, сын Люциуса Малфоя и представитель древнейшего рода аристократов, живет в обычной крошечной лачуге в маггловском пригороде Лондона, у Гарри поползли вверх брови. Затем пришло полное разочарование собой. Он искал его во всех уголках мира. Но нюанс состоял в том, что то был мир магический. Гарри и предположить не мог, что Малфой может спокойно существовать среди магглов! А это умно! Спрятаться на виду, да еще и будучи довольно известным человеком магической Англии. Но все же, Гарри мог догадаться. Мог проверить, но не стал. Будет уроком на будущее. — И как тебе магглы? — Оказались гораздо лучше, чем я предполагал, — хмыкнул Малфой, явно улавливая иронию в вопросе. Но, вроде бы, не обиделся, все так же спокойно рассматривал кухню, — главный их плюс — они не знают обо мне абсолютно ничего. Гарри невольно поджал губы. Да уж, хорька хоть и оправдали, отношение к нему не особо-то поменялось. Никто больше не хотел иметь дел с бывшим пожирателем смерти, пусть и обращенным против своей воли. Даже Рон иногда высказывался, что лучше бы Малфою не попадаться ему на глаза. Правда, говорил он так обычно после хорошей порции пива, а в ясном уме никогда имя Драко не упоминал. Но, что у пьяного на языке, так ведь говорится? Поттеру было очень интересно узнать про маггловский быт Малфоя. У него даже кожа зачесалась от любопытства. — Чего ты ерзаешь, Потти? До туалета проводить? — не удержался Малфой. — Расскажи мне все, — не выдержал Гарри. Он почувствовал, что если не сделает этого, то может лопнуть. Драко Малфой живет среди магглов! Гермиона со смеху упадет. — Что все? — не понял сначала Малфой, а потом в его глазах прояснилось, — а-а-а, а это не твоего ума дело, тупица! Резкая перемена настроения была настолько неожиданной, что Гарри слегка опешил. Малфой вскочил со своего стула и вылетел с кухни. Хлопнула дверь. Поттер подумал, не додумается же хорек дать от него деру? Это место, хоть и спокойное, но явно не безопасное. Чего только вчерашняя гроза с ливнем стоят. Дождь, кстати, перестал. За окном, занавешенным сероватым от пыли тюлем, сияло солнце. Гарри тоже захотелось подышать свежим воздухом. Он осторожно приоткрыл входную дверь и высунул нос, разведывая обстановку. Хорька нигде не было видно, ну и черт с ним. Теплый, успокаивающий ветерок ласково трепал волосы. Уже ничего не опасаясь, Гарри шагнул на улицу. Стоя на крылечке, он оглядывал окрестности. Все то же поле, но кое-что изменилось. Он слышал звуки. Где-то пела птица, справа сидел и стрекотал кузнечик. По деревянному перилу неторопливо ползла жирная мохнатая гусеница. Гарри прикрыл глаза от наслаждения, слушая дыхание дикого мира природы. Вдруг его отвлек какой-то неприятный звук. То была отборная брань. Звук приближался все ближе, и можно было бы расслышать еле заметные плаксивые нотки в голосе. Прямо как в Хогвартсе, Малфой совсем не поменялся. Ну, может, чуть-чуть. — Сраный дом на сраном поле… — пронеслось мимо Гарри и вновь стало удаляться. Неописуемое спокойствие накрыло Поттера, когда он начал догадываться, в чем дело. Спустя примерно минут десять, брань вновь стала приближаться, уже с правой стороны. — Сраный Поттер со своим сраным Сердцем… — верещал Малфой, удаляясь в левую сторону. — Что, хорек, не получается? — хихикнул Гарри, как он думал негромко, но ответ все же не заставил себя ждать. — Катись к черту, уродец! А Гермиона говорила, что у Гарри характер вспыльчивый. Хотя, если бы и он очень сильно хотел убежать подальше от чего-то, а это что-то каждый раз вновь и вновь оказывалось впереди на его пути… — Это бесполезно, — Малфой плюхнулся рядом на скамейку. Он устал, вспотел и запыхался, — я постоянно возвращаюсь сюда, куда бы ни шел. — Придется терпеть мою компанию и отвечать на вопросы, Драко. Малфой закрыл глаза и глубоко вздохнул. Всем своим видом он показывал полную обреченность. Но пластырь лучше отрывать резко, верно? — После суда, когда я вышел, то не стал аппарировать. Мне хотелось поглядеть на людей, что они думают обо мне и как принимают, — начал Драко бесцветным тихим голосом, — и знаешь, меня хватило только до конца улицы. Они кричали, бросались обвинениями. По их мнению, я был повинен в смерти их детей, мужей, матерей. У каждого нашлось по претензии ко мне. Вначале, у суда, от толпы гневных зевак, меня даже пришлось охранять патрульным мракоборцам. Да и они делали это крайне неохотно, хотя я и был официально оправдан. Для них я оставался тем же убийцей, злобной пиявкой, символом смерти. — Ну, насколько я помню, та улица вполне себе длинная, тебя надолго хватило, — Гарри захотелось подбодрить Драко, но только сказав фразу вслух, он понял как неловко это прозвучало. Малфой недовольно глянул на него, но продолжил: — И вот, почти забежав за угол, я аппарировал. К нашему поместью. Там есть холм, с которого видно все здание, вместе с садами. Когда я был маленький, меня отпускали гулять за хорошее поведение и я мог часами любоваться своим домом. Я простоял там около часа. Просто смотрел. Поместье нехило пострадало: кое-где обрушились стены, пустые окна, сгоревший сад. Его разрушили разгневанные люди уже после войны, пока шло судебное разбирательство. Я подумал тогда — “Мерлин, моя жизнь так же почти разрушена”. А потом аппарировал снова. Без точного адреса. Просто туда, где мне будет спокойнее. — Что? С ума сошел?! — воскликнул Гарри, — Тебя же могло расщепить! — Ну, как видишь, — хмыкнул Малфой, указывая на себя, — все обошлось. Я попал в какой-то переулок. Как раз в тот момент, когда какой-то бродяга, пьяный в стельку, мочился на дохлую крысу. Он был настолько пьян, что не заметил моего появления, хотя я почти свалился на него. Хороший парень, кстати, Джош. Я частенько выносил потом для его еду. Малфой замолчал и взгляд его потеплел. Будто тот бездомный и правда был для него хорошим воспоминанием. Пауза затягивалась, а Гарри не терпелось узнать, что же дальше. — Что значит “выносил для него еду”? Ты кормил его? Драко еле вздрогнул, словно очнувшись, и кивнул. — Да, переулок оказался около круглосуточной маггловской забегаловки. Я зашел туда, чтобы попросить воды. За прилавком стоял сам хозяин — его помощник то ли пропал, то ли уволился без причины…В общем, он хорошо подставил Билла, а я оказался, как говорится, в нужном месте и в нужное время. — Ты получил работу? — глаза Гарри расширились, — Спустя всего пару часов после заседания? Ну ты и изворотлив как уж, хорек! — Выходит, что так, — Малфой хохотнул, не отреагировав на сравнения аж с двумя зверями сразу. По нему было видно, что мыслями он находился прямо в той закусочной, — вот так я и оказался среди маглов. Билл — хороший парень, сначала не доверял мне, поставил за мойку. Но уже через пару недель я стоял у плиты. Он научил готовить пару простых блюд. “Дьявол! Сюда все равно ходят одни пьяницы и попрошайки, они даже и не заметят, если что-то подгорит!” Последнюю фразу Драко проговорил низким недовольным голосом, явно передразнивая своего начальника, а потом расхохотался. Да так заразительно, что Гарри невольно начал ему вторить. Кто бы мог подумать, что однажды два заклятых школьных врага будут сидеть на крылечке и от души смеяться над байками. — Ну, а потом пришел Уилл. Он учился на Слизерине, на курс младше, — отсмеявшись, продолжил Драко, — и предложил мне то, от чего я просто не мог отказаться… Тут Малфой снова замолчал, погруженный теперь уже не в очень радостные думы. Глаза подозрительно блестели, а губы шевелились, он еле слышно шептал что-то. Гарри терпеливо ждал. Он понял, что рассказ подошел к очень важному, переломному моменту, разделившему жизнь Драко надвое. Еще раз. Собирался ли хорек с духом или просто решал, рассказывать информацию мракоборцу — Гарри даже не думал об этом. Он получил хорошую возможность разглядеть повзрослевшего Малфоя и воспользовался ею сполна. Кожа лица осталась такой же бледной, хотя у уголков глаз и рта наметились морщинки. Еле заметные, но все же. Волосы прилично отрасли. Малфой постоянно заправлял за ухо непослушную прядку, отчего делался похожим на девчонку. Очень мужественную, широкоплечую девчонку. Возможно, и Гарри изменился, но Драко об этом ему точно не расскажет. — Мне нужно было сказать нет! — вдруг нарушил тишину Малфой, вскакивая на ноги, — поступил как кретин. Я ошибся. Мерлин, как же я налажал. Страдания хорька были настоящими. Он искренне жалел о содеянном, о чем Гарри только еще предстояло узнать. Как можно ласковее и спокойней он попытался утешить Драко, но тот лишь мотал головой, закрыв лицо ладонями. Вид безутешного Малфоя тронул Гарри до глубины души. Внутри все сжалось, закрутилось в тугой комок, и, казалось, что чувство отчаяния теперь и его тоже. Как он мог помочь Драко? Что нужно сделать, чтобы ему стало легче? Действуя скорее по наитию, чем осознанно, Гарри осторожно, еле слышно, приблизился к Драко и легонько обнял. Сначала просто прикоснулся к плечам. Не встретив сопротивления, руки скользнули ниже по спине, обвили талию. Гарри прижал к себе Драко, нежно поглаживая по спине. Он ощущал его дыхание — оно приятно щекотало шею. Слышал, как бьется его сердце — быстро, неровно и очень-очень громко. И тепло. Вопреки всем предрассудкам о слизеринцах, Малфой был таким горячим! Гарри прикрыл глаза от удовольствия. И тут на лоб ему что-то капнуло. Холодная капля противно сползла по лбу и затекла в левый глаз. Что за дела? Хмурясь, он разомкнул веки и оцепенел. Гарри Поттер видел перед собой каменистый свод пещеры, на котором отблесками переливалось ярко-бордовое сияние.