Дары Лилит

      Из-за выходок Сирены я потратил слишком много времени. А сейчас каждая секунда была на счету. То, что рассказал мне Берни, никак нельзя было игнорировать, поэтому прямо сейчас я вез Сирену к ней домой. После нашей вынужденной сделки она вела себя смирно и беспрекословно выполняла все, что я ей говорил. Плевать, что потом мне придется заплатить за это спокойствие. Тем более я не думаю, что Сирена попросит что-то выходящее за рамки разумного. Но я очень надеялся на то, что мне не придется готовить для нее год. Ведь это было первое, что приходило на ум, исходя из ее постоянных просьб. Хотя… думаю, месяц я выдержать смогу. Если другие будут спрашивать, скажу, что проиграл ей в карты.       После того, как я отправил Сирену к себе, я направился в гильдию. Сильду, как и всегда, нашел в кабинете. Даже не знаю, как она отреагирует на то, что я ей сейчас скажу. Поднимет ли скандал, либо же смирится и послушает меня. Я не знал.       — Отлично выглядишь, — поприветствовала она меня.       — Оставим это, — сказал, закрыв за собой дверь. — У нас нет времени на любезности.       Сильда поняла все моментально. Я облегченно вздохнул.       — В чем дело, Калеб?       — Нужно все уничтожить, — затем повторил: — Все. Вообще все.       — Я не сделаю ничего, пока ты мне все не объяснишь, — спустя минуту раздумья ответила Сильда.       Как же я не хотел, чтобы она со мной спорила. Но Сильда не была бы собой, если бы не начала все выяснять. Однако я был готов к этому. Я подошел к стеллажу с документами и начал доставать оттуда папки, одну за другой, и бросал их на стол.       — Мы выходим из дела, — произнес между делом, — если хочешь, чтобы мы все остались живы.       — Калеб, остановись! — пыталась помешать мне Сильда, схватив меня за руку. Даже зная, что я сильнее, пыталась получить ответы несмотря ни на что. — Черт побери, объясни мне, наконец, в чем дело!       С легкостью выдернув руку, я продолжал отбирать опасные для гильдии бумаги.       — Если не собираешься помогать, — сказал, сдерживая злость, — уходи домой. Уходи и возвращайся завтра, словно ничего не произошло. Забудь о беженцах, обо всем остальном. Обо всем, чем мы занимались все эти годы. С завтрашнего дня мы становимся простой гильдией волшебников, законопослушной и богобоязненной. Я сам все уничтожу и предупрежу Дека. Рик будет на тебе. Забирай его, и уходите домой. Больше и слова никому не говори об этом. В особенности Тому. Считай, что его больше нет. Ты поняла меня?       — Но, Калеб…       — Ты меня поняла?! — рявкнул я, оборачиваясь.       Сильда отпрянула в страхе. Мне было плевать на это, лишь бы только она поняла, насколько серьезной была ситуация. Собравшись с духом, она предприняла последнюю попытку:       — Если есть хоть единственный шанс, то…       — Это конец, Сильда. Ничего нельзя сделать.       Не дожидаясь ответа, я перешел ко второму стеллажу. Сильда продолжала молча наблюдать за моими действиями. Когда я уже почти закончил, она села за стол и принялась проворно сортировать содержимое папок. Я следил за ней краем глаза, но все, что она складывала в отдельную стопку, являлось договорами найма людей в гильдию, «белыми» налоговыми декларациями и всем прочим, что не могло пустить тень на чистоту репутации.       Когда на столе не осталось места, я встал рядом и стал ей помогать. Иногда мы совещались, стоило ли оставлять тот или иной документ, но в итоге все из этого спорного списка уходило в утиль.       Мы проверили все оставшиеся бумаги еще раза три, прежде чем убедились в их чистоте и безопасности. Все остальное сложили в коробки и отставили на пол. Затем Сильда стала вытаскивать все, что лежало у нее в столе, в том числе чернильницы, бланки удостоверений и свидетельств о регистрации. Отставив первое в сторону, Сильда без раздумий сложила в коробки остальное.       С этого момента мы — простая волшебная гильдия. Мы не торговали с Пустошами. Не помогали их людям, бежавшим в Эдельвейс за лучшей жизнью. Мы не делали ничего, что подставило бы нас под удар Церкви. Мы чисты.       Сильда бросила в коробку амулеты, отводящие глаз случайного посетителя от истины. Хоть я и понимал, что они были пустышками, спрятанными лишь для спокойствия Сильды, нельзя, чтобы их обнаружили. Слишком подозрительно.       — Иди и скажи всем, кто остался, чтобы расходились по домам, — произнес я, — А Дек пусть поднимется и поможет нам.       — Я поняла, — отозвалась Сильда и вышла из кабинета.       Пока она закрывала гильдию, я укладывал отобранные документы по папкам, сортируя их так, как нужно. Стирал с обложек надписи и наклеивал на них небольшие куски из бумаги, аккуратно подписывая новые названия для архива.       Сильда вернулась через полчаса вместе с Деком и своим сыном. Я не стал спрашивать, зачем она притащила сюда Рика, а не отправила его вместе со всеми. Он уже не был ребенком и понимал ответственность за незаконную деятельность. В его глазах была решимость и желание помочь. Кто я такой, чтобы лишать его возможности проявить себя?       Посовещавшись, мы решили сжечь все прямо на кухне. Чтобы не оставлять лишних следов, для этого был выбран огромный казан, где обычно готовили еду на всех членов гильдии. Мы в несколько заходов сожгли все. Крышка предотвращала любую попытку сажи и пепла взлететь в воздух, чтобы мы не тратили время на лишнюю уборку. В конце я аккуратно залил все водой и, подняв казан в воздух с помощью клинков, слил все в раковину. И так несколько раз, пока тара не оказалась такой же чистой, как и в начале.       — Думайте, что мы могли упустить, — распорядился я, — Библиотека, бар, туалет. Любые места, где могло что-то остаться. Эти служаки и в унитаз голову засунут, если захотят.       — Бар чист, — тут же отозвался Дек, — как и зал.       — В библиотеке хранятся только разрешенные книги, — заверила Сильда, — никакой контрабанды. Голову даю на отсечение.       Рик почесал затылок.       — Туалет не так чист, как хотелось бы, — скривился он.       Все уставились на него, вынуждая заткнуться. Попытка разрядить обстановку провалилась.       — Калеб, — повернулся ко мне Дек, — ты расскажешь нам, в чем дело? Это временная мера, либо же мы уходим на покой? Я хотел сказать, — запнулся и поспешил исправиться, — забываем о том, чем занимались и все в этом духе.       Все повернулись в мою сторону, ожидая ответа.       — Это не временная мера, — тихо произнесла Сильда, — так ведь?       — Да, — ответил я, — И мне не нужно объяснять причину. Скоро вы поймете все сами, — вздохнул я, — Так даже лучше.       — Почему лучше? — не понял Рик.       Дек понял все первым.       — Все из-за нашей реакции? Чтобы все выглядело правдоподобнее?       — Именно.       Никто не стал спорить со мной. Как бы хорошо они не играли свои роли, лишний раз рисковать не стоило.       — Мам, — подал голос Рик, лицо его побледнело, — А как же отец? Если мы прекратим помогать им, то…       Сильда взяла его за руки, не давая закончить фразу.       — Это никак не связано, — говорила она убедительно, — Наши действия никак не повлияют на ситуацию с твоим отцом. Клянусь.       Рик хотел спросить что-то еще, но, поняв, что Сильда говорила ему правду, кивнул. Эдриан был ей дорог так же, как Рику. И если бы она врала, эмоции выдали бы ее моментально.       — Значит, расходимся? — спросил Дек. — А завтра притворяемся, будто живем нормальной жизнью?       — Мы не будем притворяться, — возразил я.       Я окинул всех взглядом, убеждаясь, что все поняли суть моих слов.       Когда утром я вернулся в гильдию, все было как прежде. Группа магов стояла у доски с объявлениями, выбирая, на какое задание отправиться сегодня. Другая сидела в углу и играла в азартные игры. То тут, то там возгорались споры, в любой момент грозясь перейти в дружеский мордобой. Самый обычный день для самой обычной волшебной гильдии.       За исключением того, что теперь все было по-настоящему. Для меня. Для Сильды. Для Дека с Риком.       Но я знал, что идиллия не продлится навечно. Я понятия не имел, в каком часу все начнется. И сегодня ли вообще. «Ближайшие два дня». Так он мне сказал.       Я сидел за барной стойкой и размышлял, пока рядом со мной не села Сирена. Взглянув на нее краем глаза, заметил, что лицо ее сияло так, словно не она вчера выпила в одно горло литров пять шампанского. Мысленно окрестив ее прирожденной алкоголичкой, я попросил Дека налить себе стакан пива.       — На твоем месте я бы думал быстрее, — тихо окликнул я Сирену, пока Дек относил другой заказ в зал.       — Ты о чем? — переспросила Сирена, подвинув к себе стеклянную миску с орешками.       — Не тупи, — беззлобно огрызнулся, — я о вчерашнем.       Поднося очередной орешек ко рту, Сирена опустила руку и нахмурилась. Беру свои слова назад. Похмелье у нее все же было. Да такое, что отбивало всю память напрочь.       — А! Ты о сделке! — заговорщицким шепотом произнесла Сирена. Вспомнила, наконец.       — Да, — кивнул, — Говори, чего хочешь. Хочу разделаться с этим как можно быстрее.       Ожидая, чего же попросит у меня Сирена, я разглядывал стеллаж с алкоголем. Хоть Дек и уверял, что все чисто, я хотел убедиться в этом лично. Как бы здесь не оказалось выпивки с Пустошей. Хотя Дек был далеко не кретином, чтобы хранить такое на виду у всех. Да и тем более мы всю ее выпили месяца четыре назад, празднуя чей-то день рождения.       В это время Сирена подманила меня ладонью. Со стороны могло показаться, что она хотела рассказать мне какой-то секрет. Я чуть склонился вправо, окидывая в последний раз барную стойку взглядом.       — Переспи со мной.       Мне на глаза попалась бутылка. Просто охренительная бутылка. Захотелось взять ее и разбить о чью-то голову.       Я так и замер на месте, не понимая, послышалось мне или нет. Смотрел вперед на эту гребаную бутылку, пытаясь осознать, какого хрена сейчас произошло.       — Ну? — вывел меня из оцепенения голос Сирены, — Сам меня поторопил, а теперь сидишь и молчишь. Да и вообще, — воскликнула недовольно, — мне надоело ходить вокруг да около. Жди меня сегодня вечером. Приду часам к восьми. Запомнил?       От такого напора я весь вспотел.       — Да. Ладно, — прочертил в воздухе что-то неопределенное, — Хорошо.       — Вот и славно.       Сказав это, Сирена поднялась с места и куда-то ушла.       В моей голове образовался вакуум. Все мысли испарились. Я даже не понял, как осушил стакан с пивом.       — Ты чего такой прибитый? — окликнул меня Дек, — Может, налить чего покрепче?       Я медленно поднял на него глаза. Сокрушенно вздохнул.       — Это пиз…       — Дек! — заглушила мою ругань Кендра, — Принеси нам еще два пива!