Змея

Когда на следующее утро, когда все завтракали, из коридора донеслись знакомые звуки — почтальон просунут почту в специально сделанную в двери щель, и она упала на лежавший в коридоре коврик. — Я принесу, — радостно вызвался Поттер. — Не стоит, я сам, — тут же подхватился Вернон. Пару лет назад паршивец выбросил важное письмо из банка и это доставило фирме Вернона много проблем. На коврике лежали открытка от Мардж, отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в котором, судя по всему, лежал счет, и письмо для Поттера. Вернона прошиб холодный пот. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» Дрожащей рукой Вернон перевернул конверт и увидел, что он запечатан пурпурной восковой печатью, украшенной гербом, на гербе были изображены лев, орел, барсук и змея, а в середине — большая буква «X». Все как рассказывала Петуния. Этот жуткий мальчишка действительно один из ненормальных. У Вернона закололо в сердце, на что будет способен Поттер, если научится настоящей магии? — В чем дело дядя? — крикнул из кухни источник проблем. — Проверяете, нет ли в письмах взрывчатки? Вернон фальшиво засмеялся. Он скомкал письмо (что было непросто) и засунул в карман. Он сожжет его в камине. Мальчишка пойдет в обычную школу, а после совершеннолетия исчезнет из их жизни навсегда. Они вытерпели десять лет, вытерпят ещё семь. Все будет хорошо. Он вернулся на кухню, стараясь выглядеть непринужденно, сел за стол. Письмо жгло ему карман. — Дорогой, все в порядке? — в глазах Петуньи была тревога. — Да, все отлично, — Вернон зачем-то снова фальшиво засмеялся и набросился на еду. Еда стояла комом в горле и глотать удавалось с большим трудом. Петуния отложила приборы и пристально наблюдала за ним. Дадли заметил напряжение, повисшее в воздухе, тоже перестал есть и переводил взгляд с отца на мать. Вернон продолжал давиться яичницей. — Пап? — протянул Дадли. Вернону казалось, что его вот-вот стошнит. Он потер грудную клетку. Почему в кухне так жарко? Поттер наклонился к уху Дадли и театральным шепотом сообщил, что лишний вес вызывает проблемы с сердцем, что, в свою очередь, является самой частой причиной смерти у мужчин среднего возраста. — Пап? — на этот раз в голосе Дадли звучала настоящая паника. — Вон отсюда оба! — внезапно рявкнула Петуния. — Папа! — закричал Дадли. Петунья вытолкала обоих мальчишек из кухни, Дадли плакал, Поттер тоже выглядел расстроенно, но по другой причине, вероятно, хотел стать свидетелем смерти Вернона. Петуния распахнула окно настежь, заставила мужа взять под язык таблетку нитроглицерина и принялась мерить ему давление. Вернон показал ей письмо. Они сожгли его вместе. Еще пару таблеток спустя Вернон лежал на диване в гостиной и чувствовал, как боль отступает и, вместе с ней, отступает тревога. Они справятся. Все будет хорошо. Когда на следующее утро за дверью послышались шаги почтальона, Вернон бросился к двери бегом. Да, там было второе письмо, оно сгорит, как и предыдущее. Вернон сел за стол и продолжил завтракать, но его руки дрожали. Поттер не сводил с него глаз. Следующую ночь Вернон провел на полу у входной двери, но это того стоило: мальчишка о чем-то догадался и пытался прокрасться первым к двери. То, что он, якобы, случайно наступил на Вернона, конечно неприятно, зато новое письмо тоже отправилось в огонь. В тот день Вернон не пошел на работу. Он остался дома и намертво заколотил щель для писем. В пятницу принесли не меньше дюжины писем для Поттера. Так как они не пролезали в заколоченную щель для писем, их просунули под входную дверь, а несколько штук протолкнули сквозь маленькое окошко в туалете на первом этаже. Вернон снова остался дома. Он сжег все письма, а потом достал молоток и гвозди и заколотил парадную и заднюю двери, чтобы никто не смог выйти из дома. Дадли нервничал все сильнее. А вот Поттер наблюдал за разворачивающейся драмой с нескрываемым удовольствием. В субботу ситуация начала выходить из-под контроля. Несмотря на усилия Вернона, в дом попали целых двадцать четыре письма — кто-то свернул их и засунул в две дюжины яиц, которые молочник передал Петунье через окно гостиной. Поттер задыхался со смеху, наблюдая как тетя разбивает каждое новое яйцо и с ужасом находит там новое письмо. Пока Вернон судорожно звонил на почту и в молочный магазин и искал того, кому можно пожаловаться на случившееся, Петуния засунула письма в кухонный комбайн и перемолола их на мелкие кусочки. Поттер заметил, что ситуация с весом Дадли, должно быть, дошла даже до фермеров и они решили посадить его кузена на диету. Но Дадли пропустил колкость мимо ушей, он испуганно наблюдал за родителями. Воскресное утро Вернон встретил утомленным и немного больным, но зато счастливым. — По воскресеньям — никакой почты, — громко заявил он с довольной улыбкой, намазывая джемом свою газету. — Сегодня — никаких чертовых писем… Он не успел договорить, как что-то засвистело в дымоходе и ударило Вернона по затылку. В следующую секунду из камина со скоростью пули вылетели тридцать или даже сорок писем. Дурсли инстинктивно пригнулись, и письма просвистели у них над головами, а Поттер подпрыгнул, пытаясь ухватить хотя бы одно из них. — Вон! ВОН! — Вернон поймал мальчишку в воздухе, потащил к двери и вышвырнул в коридор. Затем из комнаты выбежали Петуния и Дадли, закрывая руками лица, Вернон выскочил за ними, захлопнув за собой дверь. Слышно было, как в комнату продолжают падать письма, они стучали по полу и стенам, отлетая от них рикошетом. Поттер хохотал во все горло. — Ну все, — значимо и весомо произнес Вернон. Он старался говорить спокойно, хотя на самом деле нервно выщипывал из усов целые пучки волос. — Через пять минут я жду вас здесь — готовыми к отъезду. Мы уезжаем, так что быстро соберите необходимые вещи — и никаких возражений! Они ехали. Ехали все дальше и дальше. Вернон сам не знал, куда он едет, он петлял и кружил, в надежде сбить ненормальных со следа. В конце концов, он сам не понял, как оказался в Коукворте, родном городе Петуньи. Но предаваться воспоминаниям было некогда, они все были измотаны, даже Поттер. Они переночевали в мрачной гостиницы на окраине. Во время завтрака к столу подошла хозяйка гостиницы и сообщила что для мистера Г. Поттера принесли целую сотню писем. Вернон провел час сжигая все эти письма. Наконец, после долгих блужданий, Вернон нашел идеальное место: огромную скалу посреди моря с хижиной на вершине. Попасть туда можно было только на лодке, а к вечеру обещали шторм. До хижины они добрались с большим трудом, но это того стоило, ненормальные не смогут доставить сюда почту и, наконец, сдадутся. Изнуренный волнением и дорогой, Вернон уснул.