Не смотри ему в глаза

Глава вторая – Диагноз.

Написав адрес в общий чат, Юнги, медленно перебирая ногами, ещё раз, зачем-то, обошел кухню.       - Ладно, нужно отвлечься. Включив на телефоне любимый плейлист, он пошел в гостиную, по дороге стягивая с себя вещи. Рубашка отправилась в стирку, а пиджак и штаны были брошены к остальным костюмам. Из чемодана в прихожей был вытащен комплект домашней одежды, простая хлопковая футболка серого цвета и такие же штаны. Закрыв крышку чемодана, он снова вернулся в спальню и аккуратно заправил кровать. Юнги кивнул сам себе и направился на кухню, мыть и нарезать персики. Нервная дрожь в руках, хаотичные мысли и движения - Юнги никак не мог успокоиться. “Ничего, парни скоро приедут и сразу станет спокойнее”, никто не приводил его в чувства лучше, чем рациональный Намджун и понимающий Хосок. Поддержка и логичное объяснение причин его состояния - все что нужно сейчас Юнги. От нарезанных персиков сладко пахло, почти как в цветочном магазине и сердечко болезненно сжалось. «Хочу, чтоб так пахла моя подушка», снова задумался мужчина и улыбнулся какой-то кошачьей улыбкой, оголив аккуратные белые зубки и слегка выступающие клыки. Только сейчас, когда мозг потихоньку включал свет и разгонял туман в сознании, Юнги задумался: “А почему вообще персики? Я и не любил их никогда. Странный пушистый фрукт,” - он посмотрел на персики внимательнее, взял кусочек и принюхался, - “Пахнет приятно”. Юнги вспомнил, как в детстве убегал, закрывая ладошками рот, от гоняющегося за ним Хосоком, который нарочно пытался накормить его этим пушистым безобразием. Воспоминания поднимали настроение. Он тепло улыбнулся им и пожал плечами, - “Может витаминов каких не хватает, надо спросить у Наму”. Персики отправились в глубокую тарелку, а Юнги к коробкам с вещами. Первыми под руку попались рабочие костюмы, раскиданные по полу гостиной после сегодняшних сборов. «И зачем только мне столько?» Он всегда думал, что образ должен подходить к обстановке, глупо было бы прийти на интервью со спортсменом во фраке с бабочкой или притащиться к крупнейшему в городе владельцу ювелирных магазинов в черной оверсайз-худи с милейшим котиком во всю спину (любимая худи Юнги, кстати) и драных голубых джинсах. Все должно быть четко и на своем месте: костюмы подходят ситуации, книги разложены по авторам и в алфавитном порядке, тапочки для гостей разных размеров. А у Хосока свои личные, огромные зелёные лягухи с выпученными глазами. У всего должно быть свое место и время. Юнги перетащил вещи в спальню и приступил к сортировке. Через двадцать минут костюмы аккуратно развешаны в шкафу, рубашки отсортированы по цвету, галстуки и бабочки сложены в специальный ящичек.       - Отлично, надо перекусить. Юнги бережно закрыл дверцы деревянного шкафа в своей спальне и отправился на кухню за персиками, благополучно забыв про коробочку лапши с морепродуктами. Кухонька не большая, но журналисту этого хватало: большое окно впускает много солнечного света, шторы ещё не висят, они аккуратно упакованы в одной из картонных коробок, подписанных и расставленных у стены под глубоким подоконником. Небольшой светлый деревянный стол приставлен к стене. Юнги любил дерево, особенно натуральное. Да, пусть за ним сложно ухаживать, но для Мина это не проблема. По бокам от стола три резных деревянных стула, больше Юнги не нужно. На светлой столешнице из искусственного камня, выполненного под мрамор, стоят пока только кофеварка, белая фарфоровая чашечка под кофе и пара тарелок. Не было времени разбирать кухонную утварь, да и готовить желания тоже не наблюдалось, так что питался Юнги либо на бегу, либо чашкой крепкого кофе. «Да уж, а я ещё удивляюсь, что мотор барахлит. Да я в студенческие годы меньше кофеина в себя заливал.» Распустив хвост, он, запрокидывая голову, зачесал волосы рукой, медленно пропуская сквозь пальцы мягкие черные пряди. Юнги снова вздохнув, взял со стола тарелку с персиками и пошел в спальню, расставлять по полкам книги и рабочие папки. Через пол часа входная дверь с грохотом открылась и в нее влетел растрёпанный Хосок, вопя что-то о скорой помощь и бегая своими испуганными глазищами, цвета горького шоколада, по квартире, в поисках умирающего Юнги. Его каштановые, с чуть рыжеватым отблеском волосы, топорщились во все стороны, светло-серая кофта с длинным рукавом съехала с одного плеча, голубые рваные джинсы подчеркивали накаченные ноги, а конверсы улетели в разные стороны прихожей, когда больной был замечен в спальне, забравшимся на письменный стол, со стопкой книг в руках и полным ртом персиков. Найти его было несложно: из прихожей, через довольно широкий коридор, просматривалась почти вся квартирка, кроме, разве что, кухни, находившейся за поворотом от просторной гостиной, расположенной прямо напротив от входной двери. Спальня хозяина дома виднелась слева от входа и, если не закрыть в нее дверь, так же давала возможность внимательно рассмотреть большую её часть.       - Фривет, – выдал Юнги, глупо хлопая глазами. За это время его снова отпустило, тревога ушла, сердечный ритм восстановлен, любимые песни грели душу и приятной волной разносили по каждой клеточке тела спокойствие и умиротворение.       - Что ты делаешь? – Хосок сощурил глаза, пристально разглядывая друга. Поправив кофту, он угрожающе двинулся к Юнги, нервно сглотнувшему плохо пережеванный персик, – а ну слез оттуда, тебе совсем жить надоело? А если бы ты свалился с этого стола, пока нас нет? Слезай сейчас же, пока я не забрался к тебе и не стащил оттуда твою тощую задницу! – Хосок уже тянулся к обнимающему стопку книг Юнги, нервно мотающему головой, но в комнату зашёл Намджун с небольшим кожаным чемоданчиком в руках.       - Хосок, отойди от него. Юнги, медленно слезь со стола и сядь на кровать, – спокойный голос Джуна привлек внимание, и парни без лишних слов выполнили команды. Книги, предварительно, Юнги все же успел сунуть на свое законное место. Джун подошёл к Юнги и забрал тарелку с… персиками? Удивлённо вскинув бровь, поставил ее на стол. Он окинул взглядом чуть бледное лицо Юнги, опустил изучающий взгляд ниже, к плечам, грудной клетке, рукам и, заметив едва уловимо трясущиеся руки, приложил ко лбу тыльную сторону ладони, – температуры, вроде, нет, но нужно проверить, рассказывай, что произошло? Юнги медленно начал свой рассказ: как проснулся, душ, кофе, цветочная лавка – первый приступ, затем машина, работа, дорога домой – второй приступ. Пытался вспомнить подробности, во сколько проснулся, на каком повороте полегчало, после чего второй раз случилась аритмия, но про ангельскую улыбку Пак Чимина, почему-то, промолчал, решив, что это глюк, предсмертная галлюцинация и не имеет значения. Карие глаза Джуна внимательно изучали пациента, придирчиво подмечая все изменения в поведении, цвете кожи, тембре приятного, хрипловатого голоса, дыхании, появившиеся сосуды в белках глаз, придававшие им уставший, болезненный вид, покусанные губы. Намджун зачесал рукой свои серые волосы, вздохнул, снял пиджак и повесил его на спинку стула, задвинутого под письменный стол. Расстегнув две верхние пуговицы белой хлопковой рубашки и проделав то же самое с рукавами, он закатал их по локоть, оголяя рельефные руки. Строгая рубашка не скрывала крепкое телосложение, не смотря на загруженный график в отделении кардиологии, Джун всегда находил время на спортзал и пристально следил за своим питанием. Но поскольку Джун и приготовление хоть сколько-нибудь съедобной пиши вещи, мягко говоря, не совместимые, он уже пару лет был подписан на доставку правильного питания на дом. Очень удобно. Врач все ещё внимательно изучал Юнги взглядом, Хосок нервно теребил полы кофты, ходя позади Джуна вперёд и назад, а Мин нервно сглотнул, когда длинные пальцы друга коснулись его щеки.       - Хоби, чемодан, – Хосок почти мгновенно подал ему кожаный чемоданчик, попутно открыв его. Намджун достал оттуда маленький фонарик, очки, без которых почти не появлялся на работе, градусник, фонендоскоп и тонометр. «Мне конец», промелькнуло в голове у Юнги, а Джун уже нацепил на нос очки и сунул пациенту градусник в подмышку. – Открой рот, – Юнги без колебаний последовал указаниям. Спорить с Наму в режиме врача, все равно, что кусок мяса у цербера отобрать, как минимум останешься без необходимых конечностей. Щёлкнула кнопка фонарика, Намджун внимательно осмотрел открывшееся ему зрелище и качнул утвердительно головой, сам себе что-то подтверждая. – Закрывай, – градусник пиликнул и доктор быстро вытянул его из чужой подмышки своими длинными пальцами. – 36,7, – заключил он задумчивым голосом, откладывая его в сторону и цепляя на руку пациента тонометр. Юнги наблюдал за происходящим, глупо хлопая глазами и попутно слушая причитания Хосока на заднем плане. «Не помню, чтоб он хоть когда-нибудь молчал дольше минуты», мысленно улыбнулся Юнги. Он был благодарен парням. Они всегда были рядом, смеялись вместе с ним, плакали, особенно Хосок, он с детства был человеком эмпатичным. Они знакомы уже целую вечность и Юнги жизни не представлял без их созвонов по видеосвязи, дурацких смсок от Хосока и ещё более дурацких шуток Намджуна. Не представлял жизни без их постоянных встреч и скучнейших просмотров документалок, когда очередь выбирать фильм на вечер доходит до Наму. Он любил этих парней, они его семья. Тонометр неприятно сдавливал руку, а Джун, внимательно всматривавшийся в плавно спускающуюся вниз стрелочку на приборе, с фонендоскопом в ушах выглядел очень серьезным и уверенным.       - Порядок, – заключил Джун, снимая тонометр с тонкой руки Юнги. Он потёр переносицу и вздохнул, предвкушая детскую истерику. Юнги, почему-то, ненавидит, когда его прослушивают фонендоскопом, – Подними футболку.       - Джун, может не надо? Мне, вроде легче. Я схожу в больницу, только не трогай меня этой холоднющей штуковиной! – взмолился Юнги, отползая по кровати дальше от друга.       - Боже, тебе скоро двадцать шесть, а ведёшь себя как ребенок! Хоби, хватай, у меня нет желания с ним возиться. Если он помрёт в мою смену, я его убью, – устало заявил Намджун.       - Но мы же друзья. Получается, что твоя смена всегда, - хихикнул Хосок, хватая удирающего Юнги за подмышки. Пациент вырывался, брыкался и шипел, но железная хватка друга быстро погасила все попытки к побегу.       - Об этом и речь, – улыбнулся в ответ Джун, задирая футболку Юнги и, поправив в ушах фонендоскоп, приложил прохладную мембрану к груди съежившегося друга. Послышался стук в дверь, и парни синхронно обернулись в ее сторону. В открытых настежь дверях стоял невысокий, светловолосый, стройный парень в длинном зелёном фартуке, на котором ровненько был прицеплен достаточно крупный бейдж с именем: «Пак Чимин». В руке гость держал маленький букетик ромашек, аккуратно перевязанный атласной ленточкой персикового цвета. Сердце Юнги запнулось, а сам он побледнел и совсем обмяк в руках Хосока. Тот, в свою очередь, поворачивал голову то на парнишку, то на друга. Джун загадочно улыбнулся и приподнял бровь, слушая происходящие в груди друга танцы без правил и сопоставляя симптомы с происходящими событиями.       - Кажется, я забыл закрыть дверь, - спокойно выдохнул Джун, все ещё вслушиваясь в прерывистое сердцебиение Юнги.       - Какого хуя?! - взревел Мин, и парень в дверях сжался, от наблюдаемой картины, в секунду покраснел, как роза в его магазинчике, закрыл глаза крохотной ладошкой и опустил голову.       - Простите, дверь была открыта, а эти юноши, – он поднял ручку с букетом, указывая им на парней, пленивших несчастного Мин Юнги, – спрашивали, как пройти на этот адрес. Они были так напуганы, и я решил узнать, не нужна ли помощь. Соседи должны помогать друг другу, – Чимин положил букетик на полку в прихожей и попятился назад, споткнулся о порог, шлепнулся на пятую точку, болезненно пикнув. Но руку с глаз так и не убрал. Джун метнулся к парнишке в дверях, но тот уже вскочил на ноги и убегал по лестнице вниз с криками:       - Видимо все в порядке, простите! – звонкий голос эхом отразился от стен, а спустя секунду его заглушил грохот тяжёлой входной двери в подъезд. Джун стоял в дверях, наблюдал за удирающим парнишкой, когда в нос ударил запах персика. Мужчина задумался на секунду и вернулся в квартиру, закрывая, наконец, входную дверь, но снова наткнулся глазами на тарелку свежих персиков. Снова вскинул бровь и улыбнулся. Над ним, разве что только лампочка не загорелась. Хосок громогласно ржал на всю квартиру, все ещё удерживая друга в своей мертвой хватке, но Юнги не сопротивлялся, он просто лежал, облокотившись на друга и закрыв глаза медленно краснел, осознавая, что только что увидел совершенно посторонний ему человек.       - Ну что ж, – снимая с себя фонендоскоп, Намджун прокашлялся и улыбнулся, – у меня есть диагноз.       - Что с ним? Что-то серьезное? – Хосок пленил Юнги в душащих объятиях, поглаживал его волосы, картинно вздыхал и удивлённо ахал, когда Юнги шипя и изрыгая проклятия пытался выкарабкаться из цепкой любовной хватки друга.       - Пизда котенку, – выдал Джун улыбаясь. Хосок опустил руки, что дало Юнги шанс выковырять себя из неудобного положения и вскочить на ноги.       - Я так и знал! Я знал, что помру молодым, что не доживу даже до тридцати! Я знал, что мой образ жизни, рано или поздно, убьет меня, – он обхватил лицо руками. Встревоженный Хосок так и продолжил сидеть на кровати, переводя взгляд с Юнги на Джуна и обратно. Намджун, кстати, был на удивление спокоен, и улыбаясь подошёл к больному другу и ободряюще похлопал его по плечу, подмигивая Хосоку. Тот заинтересованно приподнял бровь, когда Наму показал большим пальцем на дверь, одними губами произнес:       - Парнишка, – и у Хоби отпала челюсть. Он помотал отрицательно головой, но Джун настаивал и кивнул, в знак полной уверенности в диагнозе. Хосок не сдавался, он не мог поверить, что его друг, ни разу не замеченный в поползновениях на мужские попки мог просто взять и втрескаться в рандомного паренька с улицы, которого видел впервые в жизни. Он нахмурил брови. Было практически слышно, как шевелятся его извилины, когда он снова поднял глаза на Джуна и вопросительно поднял бровь. Намджун закатил глаза и снова утвердительно кивнул. Хосок верил другу, он крайне редко ошибался, но чтоб такое, да с Юнги. Он же точно помрёт, если это действительно так. Хоби сдавленно хихикнул в кулак и тут же откашлялся, усаживаясь на кровати поудобнее, чтобы из первых рядов наблюдать, как трескается и расползается на части мир Юнги.       - Юнги, присядь. Со здоровьем твоим все в порядке: сердце здорово, лёгкие чистые. Ты несомненно устал, накопленный стресс и переутомление, но это лечится хорошим сном и отпуском. Так что насчёт этого не волнуйся, – Джун подвёл его к кровати и усадив сел рядом. Поглаживая его по плечу, он взял руку Юнги в свою и заглянул в уставшие, полные отчаяния глаза.       - Но ты сам только что сказал, что...       - А вот это нам нужно с тобой обсудить, – многозначительно посмотрев на Хосока Джун взглядом подозвал его сесть поближе. Но Хоби отрицательно затряс головой, не хотелось ему получить с локтя по рёбрам, когда Мин начнет брыкаться и орать. – А ну подошёл и обнял друга, бессовестный.       - Боже, только не обнимашки! Давай ближе к сути. Со здоровьем все хорошо, тогда что не так? – Юнги закрыл глаза и запрокинул голову назад. “Если все хорошо, то зачем голову мне морочить?”       - Где, говоришь, тебя первый раз накрыло? - Намджун ехидно улыбнулся.       - В цветочном магазине. Аллергии на пыльцу у меня нет, так что вряд ли дело в этом.       - Хорошо, а второй раз?       - Когда вернулся после работы, купил персики и прошел мимо...       - Цветочного магазина, умничка, улавливаешь связь? – Джун заглянул Юнги в глаза, в надежде найти там признаки работы мозга, но нет.       - У меня аллергия на магазин? – поднял бровь Юнги, а Хоби с Джуном почти синхронно впечатали ладони себе в лоб.       - Хорошо, друг мой, когда вошёл парнишка у тебя сердце сначала встало, потом забилось как бешеное. Когда малец заговорил, оно пропустило два удара, потом снова забилось. Когда он упал, ты дернулся в его сторону, а сердце снова пропустило удар. Теперь есть мысли?       - Аллергия на Чимина? Джун, не вяжи из меня узлы, говори нормально. Я при смерти или нет? – «На кой черт ты помнишь его имя, Мин мать твою Юнги?!» Мин закатил глаза, а Хосок заржал, но быстро закрыл рот ладонью. Джун вздернул бровь, когда друг произнес имя парнишки - ещё один плюсик в копилку. С этой догадкой он хитренько улыбнулся одной стороной губ и сдул с глаз мешающую челку.       - Нет, друг, ты не при смерти, очень многие с этим живут и даже счастливы. Я когда-то тоже с этим столкнулся, даже Хоби… – он поднял глаза на друга, задумался на секунду, – Не, у Хоби другое.       - Хватит тянуть кота за причиндалы, Ким Намджун! – Юнги злобно зыркнул, приподнимаясь с кровать, но Джун усадил его на место.       - Просто, ну... просто ты немного влюбился, – выдавил из себя Джун и прикрыл рот ладонью.       - Это прикол? Не прикольно, – прошипел Юнги сквозь зубы. – Я у вас помощи просил, а вы хернёй страдаете! – Мин вырвался из рук Джуна и злобно потопал на кухню.       - Юнги, ну послушай...       - Хорош, ребят, я понял, со мной все в порядке, я зря переживал, зря дёрнул вас и зря заставил нервничать, – он упёрся прямыми руками в столешницу из холодного камня и опустил голову. – Спасибо, что приехали. Без вас я точно бы придумал себе инсульт и на нервах его же себе и заработал бЫ, – он повернул голову в сторону ребят, стоящих у входа в кухню. – Может кофе?       - Точно? – Хосок внимательно посмотрел на Намджуна, пытаясь что-то прочитать в его глазах. Друг кивнул и улыбнулся самой мягкой своей улыбкой. Хоби утвердительно кивнул головой. – Да, кофе, через пять минут, окей? Сейчас пошли что клёвое покажу, – призывно поманил Юнги с кухни в сторону выхода. – Пойдем-пойдем, давай, раньше сядем, раньше выйдем, бука–злюка моя сладкая, – Хосок схватил Юнги за руку и потащил к выходу. – Ботинки надень, ага, хорошо, пойдем.       - Ты что, совсем уже здравого смысла лишился, – хохочет Юнги с абсурдности ситуации. - Я в домашнем, куда ты меня тащишь? Снова в тачку купил «Ну божечки-кошечки какую чудную штуковинку»? – Джун, идя следом, взял с тумбочки ключи и закрыл дверь квартиры.       - Только не ори, окей?       - Да что ты придумал?! – парни вышли из дома и встали рядом с цветочным магазином. Юнги вздохнул. – Ну и что? – Хосок окинул его взглядом, повернулся к Джуну, тот снова только кивнул, потирая переносицу.       - Давай, зови, – Хосок схватил Юнги за подмышки, сгибом локтей зажал плечи, завел ладони за голову несчастному другу и зафиксировал голову. – Держу. Быстрее.       - Вы что там, совсем с ума посходили? – Юнги шипел и вырывался, но не орал, поднимать на уши квартал, тем более когда он в таком нелепом виде, совсем не хотелось. Он пытался вырываться, наступать Хоби на ноги, но Хоби сотню лет знает Юнги, Хоби занимается танцами, даже после той аварии и операции, и долгого периода восстановления, он все ещё танцует и даже держит свою школу, в нескольких кварталах отсюда. Из цепких лап Хоби просто так не вырваться.       - Ну-ну, потерпи ещё три минуты, и мы пойдем пить кофе.

***

Намджун зашёл в цветочную лавку. Здесь приятно. В первый раз сюда они буквально залетели и рассматривать обстановку времени не было. Вокруг чисто и аккуратно, цветы словно наполнены энергией, светло-серый кафель пола приятно контрастировал с темно-зеленой и темно-серыми стенами, а за прилавком стоял виновник концерта.       - Здравствуйте, – выдавил из себя Чимин, немного испуганно, схватившись своими коротенькими пальчиками за прилавок. Джун поднял руки в примирительном жесте и медленно подошел к прилавку.       - Здравствуйте. Мы с друзьями очень извиняемся за то, что смутили вас и напугали, а ещё мы благодарны вам за букет, это очень мило. И спасибо за беспокойство о нашем Юнги. Он бывает странным, но на самом деле он очень хороший человек, – приятный голос Джуна успокаивал и Чимин как-то подозрительно быстро расслабился и отпустил столешницу. Джун уловил смену настроения, подошёл к прилавку и медленно опустил руки. – Чимин, верно ведь? Пак Чимин? Меня зовут Ким Намджун, я друг этих двух придурошных на улице, – указал рукой на огромные окна, за которыми Юнги пытался выбраться из пут Хосока, пока тот стоял и, видимо, смеялся над попытками друга. Чимин хихикнул и совсем перестал чувствовать напряжение. – Нужна помощь, займет буквально пятнадцать секунд твоего времени. Наш Юнги совсем расклеился в последнее время, работа, переезд и как-то он слишком нервничает. Не спрашивай, я сам толком не понял, что у него в голове твориться, – Наму закатил глаза и зачесал волосы рукой. Взглянул на Чимина, тот, улыбаясь, изучал парочку на улице. – Так вот, можешь выйти и поздороваться с парнем, который пытается выбраться? – Чимин повернулся к Джуну и моргнул.       - Чего сделать? – поднял бровь и наклонил голову к левому плечу, – простите, но я, кажется, не понял.       - Все в порядке, сейчас даже я себя бы не понял бы. Просто выйди, поздоровайся и зайди обратно. Пожалуйста, – сложил руки в молитве.       - Ну, ладно. Это точно все? – Джун утвердительно кивнул, – хорошо. Странные вы, парни, но, вроде веселые, – улыбнулся Чимин, – надеюсь меня эта беснующаяся штука не сожрёт. Пак направился к выходу, а Намджун заржал скрипучим смехом.       - Не боись, из рук Хосока он не вырвется, – «Да и как тебя увидит, сил на это у него не хватит физически.» Оба вышли из магазина.

***

Звон колокольчика отвлёк Юнги от попыток вырваться. Он обернулся в сторону двери и увидел Чимина, лучезарно улыбающегося, идущего в их с Хосоком сторону. Мин сглотнул, глаза нервно забегали в разные стороны, а Пак подошёл к ним уже на расстояние вытянутой руки.       - Здравствуйте, – его голос, едва ощутимый из-за ветра аромат персиков, пухлые, аккуратные губы. Сердце Юнги пустилось в отрыв, ноги задрожали и стали ватными, но Хоби держал крепко. Парнишка напротив снова улыбнулся, глядя Юнги в глаза, который снова и снова заканчивался, как человек, врастал в землю и забывал, как и зачем вообще дышать. А Чимин развернулся и пошел в лавку, скрывшись за дверью через пару мгновений. Во рту у Юнги пересохло, он слегка потерялся и начал искать глазами Джуна.       - Я здесь, – голос друга раздался из-за спины и Юнги вздрогнул.       - Как ты..?       - Все, бука, пойдем пить кофе, ты обещал сделать нам по чашечке.