Не смотри ему в глаза

Глава 5 - Злость?

Прошло десять минут, пятнадцать… возбуждение не спадало, лишь тяжело и приятно тянуло внизу живота, заставляя Юнги краснеть, психовать на себя, на Чимина и на этот мир. Но на Чимина злиться сложнее всего. На кофейном столике ещё лежит пакет мандарин, такой милый и невинный жест заботы. Обычно скупое на чувства сердца Юнги болезненно сжалось от воспоминаний о вчерашнем визите объекта своей привязанности и он снова заскулил побитой собакой. Ну не вязались у него эти едва доступные для понимания чувства в груди - подгибающиеся ноги при одном его виде, эта тяжесть внизу живота и этот мальчишка, что живёт напротив. Не должно так быть, да и не было никогда. Это сложно, невероятно сложно принять и Юнги злился. Злился на себя за слабость, за глупость и за то, что продолжает сходить с ума, от одного лишь воспоминания о Чимине. Его запах, пухлые губки, которые он так невинно прикусил вчера, когда задумался о чем-то на пороге его квартиры, этот лёгкий, неосознанный жест просто выбил землю из-под ног Юнги. Он с каждой секундой все сильнее и сильнее сдавал позиции, терял уверенность и хотел буквально утонуть в этих бесконечно красивых глазах, которые так внимательно изучали его вчера вечером, так заботливо смотрели, были такими взволнованными, когда Чимин кормил Юнги мандарином. “Не смотри ему в глаза. Больше не смотри. Ты рискуешь влюбиться в него навсегда. Улыбка у него, может и ангельская, но глаза точно демонические.” - Юнги поднялся с дивана. Напряжение в штанах все ещё присутствовало и ужасно раздражало, нервы просто некуда было деть. Шикнул, сквозь зубы выругался и взял в руки телефон, чтобы проверить рабочую почту, он ещё не в отпуске, хоть и не обязан приходить в офис. Признаться честно, Юнги вообще не обязан появляться в офисе постоянно, он уже заработал достаточно авторитета и доверия, чтобы присутствовать только на еженедельных собраниях, а в остальном - достаточно было лишь присылать материал вовремя и продолжать быть лучшим в этой компании для того, чтобы его не трогали, лишний раз не дёргали и решали вопросы только через рабочую почту. На звонок Юнги все равно, вероятнее всего, не ответит. Зато почту проверяет, обычно, регулярно. Закономерно, первое, что он увидел, это открытая фотография мокрого, полуголого Чимина и в глазах буквально потемнело от нахлынувших с новой силой эмоций. Юнги швырнул телефон на диван и рывком метнулся к входной двери, сам толком не осознавая, что именно он собирается сейчас сделать. Уже схватившись за ручку двери, он застыл на месте. Опустив голову на прохладное дерево, он несколько раз ударился о дверь лбом. - И что? Явишься к нему, и? Что дальше? Нападешь и сожрешь, как голодный волк бедного зайчика? Ты думаешь, вообще, хотя бы иногда?? Отпусти ручку… и иди в душ. Проблему можно решить куда более простым способом. Он почти рычал, стуча кулаком по двери, но затем обессилив просто медленно сполз на колени, уткнувшись лбом во входную дверь. Мысли журналиста метались, жужжали, путались одна в другой. Он злился. Злился на себя за беспомощность перед этим глупым мальчишкой, который впервые за несколько лет заставил его по-настоящему чувствовать что-то, кроме братской любви к Хоби и Джуну. Сложно сказать, насколько невыносима для принятия может быть эта мысль, особенно в таких обстоятельствах. Особенно для Юнги. Ведь в его мире все должно быть правильно, все разложено по полочкам, все должно быть понятным, логичным и не выбиваться из привычного ритма жизни. Юнги и не переехал бы никогда, если бы на самом деле просто не устал от постоянного шума, гула машин за окном, ярких огней и кучи пьяной молодежи, шатающейся по улочкам центра всю ночь напролет. Нет, он не то, чтобы слишком стар для этого, просто и не любил никогда тусовки, большие сборища людей и лишний шум. Что может быть лучше, чем пролежать весь свой выходной бревном на диване, покрываясь мхом? Правильно - ничего. Поэтому и переехал в местечко потише и поспокойнее, купил квартиру и надеялся провести в ней остаток жизни, спокойно наслаждаясь чашечкой кофе с круассаном, за столиком в очаровательной, уютной кондитерской. Покупать овощи у добродушного старичка, который любит рассказывать истории своей молодости и носить смешные кепки. Заходить в книжную лавку, чтобы присмотреть очередную историю на вечер или два. Купить, наконец, гитару и научиться играть на ней. А однажды, когда он найдет девушку, которая сможет остаться с ним несмотря на нелюдимость и сложный характер, купит ей очаровательное кольцо и сделает предложение, на крыше дома, оборудованной для летних посиделок небольшой верандой, лавочками и огороженной по всему периметру довольно высокими ограждениями. Сделает предложение, в окружении цветов на закате и станет самым счастливым человеком на этой земле. Спокойная жизнь, семейное счастье и успешная работа. Много ли надо для счастья? Ну, а что теперь? Теперь он плавится, как шоколад на солнце, от одной только улыбки парня, живущего напротив, работающего в цветочной лавке и танцующего как бог. Юнги выдохнул и лег на пол прихожей, закрыв руками лицо. - Я не справляюсь. Спустя какое-то время в чувства его привел зазвонивший телефон. Он лениво встал с пола и пошел искать мобильный в недрах дивана. Занятие много времени не отняло, жужжалка быстро была найдена. На экране светилась фотография Намджуна, спящего и широко раскрывшего рот. “Лучшая фотка Джуна”, - подумал Юнги и ответил на звонок: - Слушаю, - мужчина сел на диван. В штанах уже не давило, так что сел вполне спокойно, попутно обратив внимание на лежащие на столе мандарины: “Жалко будет, если испортятся, да и хуже уж точно не будет, верно?” - взяв парочку, он поставил звонок на громкую связь и начал чистить маленькие мандаринки. - До дня рождения два дня, ты придумал, чем заняться? - Намджун был как всегда спокоен. Он чаще всего звонил по делу. Это Хосок может позвонить в три часа ночи потому что ему скучно, и он не может уснуть, а Наму, если звонит лично, скорее всего хочет что-то спросить или рассказать нечто важное. “Странно, что он спрашивает про день рождения, договаривались же созвониться через пару дней”. - Честно говоря нет. Вчера весь день я работал, страдал, психовал… сегодня тоже психовал, бился головой о стену, ненавидел себя за то, что поплыл и за то, что не могу решить эту проблему. А я пытался, Джун, - он вздохнул и зажмурился, предвкушая ужасно неловкий диалог, но поговорить с кем-то было нужно. По душам поговорить. Он действительно не справляется. - У тебя выпить дома есть? - так же серьезно и без тени подкола спросил друг. - Я приеду минут через сорок, если что-то нужно купить, напиши. Тебе необходимо с кем-то поговорить, я знаю. - Джун-а, я... - Юнги на секунду замялся.        - Поговорим, когда приеду, хорошо? - Джун прервал звонок, а Юнги ещё какое-то время смотрел в экран телефона и сглатывал подступающий к горлу ком. Намджун все понимал, он и сам проходил через подобное, а теперь хочет помочь другу справиться и договориться с самим собой. Все же у Юнги лучшие друзья, каких только можно желать. Мужчина написал Намджуну сообщение с небольшим списком покупок: виски, немного закусок и пару бутылок красного-полусладкого - что именно будут пить они определятся уже в процессе разговора. У него ещё есть время, нужно использовать его правильно. Юнги сходил в душ, наконец-то почистил зубы и в одних трусах прошел на кухню, решать, чем сегодня он будет питаться. Именно питаться, потому что этот прием пищи уже ни обедом, ни завтраком назвать язык не поворачивается. В холодильнике ничего, кроме молока и взбитых сливок, не наблюдалось. Расстроенный Юнги закрыл его, убрал упавшие на глаза мокрые волосы и снова написал Джуну. От кого: @Suga Привези, пожалуйста, удон с говядиной из нашего китайского ресторанчика. И себе что-нибудь возьми. Повесившаяся в холодильнике мышь могла бы принести себя в жертву, во благо моего нормального питания, но здесь даже мышей нет От кого: @Джун Я уже там, жду заказ и еду Так и знал, что ты ничего, кроме кофе, в себя ещё не заливал От кого: @Suga Честно говоря, кофе во мне еще не было Только мандарины От кого: @Джун Любопытно Скоро буду Журналист улыбнулся и пошел одеваться. Заниматься чем-то полезным до прихода Джуна настроения совершенно не было, так что шторы так и остались в коробке, кровать в спальне не заправлена, а Юнги, голодный и потерянный сам в себе, забрался на диван, обнял подушку и включил телевизор. Что там показывали не имело значения, ему просто нужен был шум на фоне, чтобы не сойти сума от своих мыслей в полной тишине. Джун приехал быстро. Юнги понял это по звуку дергания входной двери, шуму за ней, а затем стуку. Мин сначала вздрогнул и испугался, но, поняв причину шума громко засмеялся и согнувшись пополам почти подполз к двери, чтобы открыть ее. - Я смотрю, дверь ты теперь закрываешь, - Джун неловко улыбнулся, передавая Юнги пакеты. - Проходи, я ждал тебя, - журналист взял пакеты и понес их на кухню. Алкоголь убрал пока в отдельный ящик, который изначально планировался под минибар, кола - в холодильник, коробочки с лапшой - на стол, а закуски просто оставил на столешнице кухни, так и не придумал, нужно ли их убирать куда-то. - Да, брат, видок у тебя знатно потрёпанный, - Наму прошел на кухню, сел за стол и начал распаковывать свою еду. - Не, не, не, не, стоять! Руки прочь, - Юнги вытянул руки перед собой, глядя то на Джуна, то на его коробочку с едой, - ты сейчас загадишь мне всю кухню. Медленно убери руки от хрупкого предмета и положи их на стол. - Ты серьезно? Я не настолько неловкий, - Намджун засмеялся, но руки, всё-таки убрал. Иногда, этот смех можно было перепутать со скрипом дворников о лобовое стекло машины, но Юнги любит этот смех, он всегда искренний и поднимает настроение. Хозяин дома переложил еду Намджуна в тарелку и они, наконец, начали есть. Юнги не спешил разговорить, и Намджун не давил на него. За едой они болтали о работе, о том, как прошел день врача, журналист показал другу отрывок из почти законченного интервью, на что получил вагон одобрения, как и каждый раз, когда показывал работы парням. Это здорово, когда твой труд могут оценить по достоинству. - Знаешь, Юнги, а здесь так приятно, - Джун взглянул в большое окно кухни и задумался. - О чем ты? - Юнги поднял бровь, продолжая жевать кусочек говядины. Намджун задумчиво смотрел в окно, подперев голову ладонью. - Мне нравится район. Он тихий и уютный, отзывчивые люди, да и от работы ехать не далеко. - Хочешь маячить перед моими глазами ежедневно, Ким Намджун? - хихикнул Юнги, убирая в посудомойку пустую тарелку и столовые приборы. Задумался на секунду: - А знаешь, это даже неплохо, будешь в старости спасать меня от инсульта прямо дома. - Мне правда здесь нравится. Приятное место, ты выбрал хороший райончик для спокойной жизни, - Юнги замер на пару мгновений, вздохнул и полез в кухонный ящик за виски. - Да уж, спокойной. Вином не обойдёмся, извини уж, придется немного накидаться, - он поставил бутылку на стол, разложил по тарелкам закуски: орешки, сыр, нарезал фрукты, поломал на кусочки горький шоколад. Из верхнего ящика достал два бокала Олд Фэшн (да, специальные бокалы под виски. Да, мы уже поняли: порядок должен быть во всем). - Разбавить? Лёд или кола? - Ну, - задумался Джун, потёр переносицу и посмотрел на друга, - лёд, пожалуй, сегодня только лёд. Прошло около получаса и пару бокалов с момента открытия бутылки. Потягивали они медленно, наслаждаясь напитком, вдыхая аромат дуба и сухофруктов, но разговор был не самый простой. - Поговори со мной, Юнги. Я знаю, что тебе сейчас это нужно, - Намджун смотрел на друга взволнованно, чуть пьяными глазами, но абсолютно искренне готовый помочь ему разобраться в себе и обстоятельствах. - Я знаю, как тебя сейчас кидает из стороны в сторону, поверь мне, знаю. - Да. Кидает, - алкоголь сильно развязывал Юнги язык, - меня кидает как лодку в шторм! Я злюсь, раздражаюсь сильнее обычного, я стал меньше есть, мысли об этом мальчишке будоражат до мурашек. Я правда пытался! Ездил в бар, подцепил девчонку, мы приехали ко мне… - Джун заинтересованно поднял бровь. - И? Как прошло? - Да никак! В смысле… секс был, она оставила свой номер, просила перезвонить, но… - журналист замялся, залпом осушил пол бокала виски, чем немного встревожил друга, - секс был, но я совершенно ничего не почувствовал. Ни мурашек по коже, ни даже минутной эйфории после того, как мы закончили. Зато, блять, сон, который мне снился, с пацаном в главных ролях я помню уже вторые сутки и каждый блядский раз я.. - он не закончил, налил себе ещё, в попытках хоть немного заглушить ту бурю, что творилась в его сознании. - Сон? Тебе снился Чимин? Оу... - у Джуна не сильно получилось скрыть заинтересованность. Юнги поднял на него уставшие глаза и злобно клацнул зубами. - Только попробуй и я откушу тебе нос! - Юнги точно планировал накидаться и высказать все, что наболело, пока процессор в его голове не решил, что он снова несёт чушь, что это не важно, что никому не нужно это знать. Осушив ещё один бокал залпом, он шумно поставил его на стол и откинулся на спинку стула, запрокинув голову назад, закрыл лицо руками. - Слушай, давай полегче? Не нужно напиваться, это не поможет, - врач отодвинул бутылку подальше от Юнги. Ещё бокал и этот комок психоза превратится в Хосока, начнет лезть обниматься и вспоминать детские годы, тогда с ним точно нормально не поговорить. - Ой, Джун-а, брось, все в порядке. Иди, лучше сюда, - Юнги поднялся, шатаясь, обнял сидящего за столом Джуна за голову и поцеловал макушку, - я так люблю тебя, братишка. Ты самый умный и логичный из нас. Просто скажи, что делать глупому Юнги? - Ох, друг… - Намджун вздохнул, понимая, на сколько близок к провалу разговора. - Я тоже тебя люблю, но послушай, - он отлепил Юнги от себя и усадил на место, - послушай меня. Попробуй с чего-то простого, поговори с ним, попробуй подружиться, наладить контакт. Чуть больше общения и ты привыкаешь к ощущениям, поймёшь, что с этим делать. То, что ты чувствуешь - не плохо, это чувства и они у тебя искренние. Искренние на столько, что даже твой не глупый мозг с ними не справляется. Пойми, чувствовать - это нормально. Да, странно, но нормально. Не понимать эти чувства - тоже нормально. Просто пойми, что с тобой все хорошо, нужно прислушаться к себе. Никто, кроме тебя, не найдет эту тропинку к принятию. У всех разный путь. - Он посмотрел в мутные, но, кажется, понимающие глаза друга и чуть улыбнулся. - Я был на твоём месте, мне тоже нужно было время, но, в конце концов, никто не умер, вы продолжаете любить меня, я остался самим собой, и ты тоже не станешь другим человеком. Все это: кого любить, как любить и когда понимать, что это любовь - дело каждого отдельного человека. Ты не станешь кем-то другим, и мы не станем по-другому относиться к тебе. Ты продолжишь быть великолепным журналистом и чудесным другом, а какого пола человек, идущий с тобой бок о бок, не имеет значение. Главное, чтобы вы понимали друг друга, любили и поддерживали. Понимаешь? – Джун правда надеялся, что его речь дотянется до глубин сознания Юнги, но, на всякий случай записал ее в голосовом сообщении и сразу же отправил в их личную переписку. Так будет надёжнее. Возможно, когда Юнги снова полезет на стенку, от распирающих его чувств и противоречий, это голосовое поможет ему снова встать на ноги. - Да, Джун, - Юнги посмотрел в глаза друга абсолютно искренне, полными благодарности глазами. Кажется, ещё немного, и его пьяный мозг расплакался бы, но… Стук в дверь. Джун дернулся, а Юнги расплылся в довольной кошачьей улыбке. - Кто это? Позвал Хосока? - Юнги икнул, поднялся и вприпрыжку поскакал открывать дверь. - Не, иди сюда, смотри, что покажу! - И пьяный в дрын журналист открыл дверь, озаряя гостя невероятно счастливой улыбкой.

***

Чимин мялся у входной двери. В руках он держал букет весенних ландышей. Да, букет не шикарный, но это и не было необходимо, он просто хотел проявить внимание и заботу. Что-то зацепило его в этом беснующемся комке. Паку было интересно узнать его поближе, но перед его дверью ручки юноши немного дрожали. - Так, спокойно. Просто спрошу, как он себя чувствует. Ну и что, что он натурал, я и не подкатываю к нему, верно? - Чимин прикусил губу и выдохнул, - так, соберись. Он зажмурился, как вчера, стоя перед этой дверью, и постучался. Почти сразу послышался шум в квартире и Чимин насторожился, сделав шаг назад. Как оказалось, не зря. Из открывшейся двери на него вывалился пьяный Юнги, совершенно счастливый, схватил его за запястья своими тонкими, холодными пальцами и затащил в дом. Чимин даже ойкнуть не успел, как оказался в объятиях мужчины, пахнущего мускатным орехом, горьким шоколадом и крепким виски. Оказался в объятиях и замер, не в силах оторвать свой носик от влажных волос этого странного мужчины. - Чимин, персик мой цветущий, я так рад, что ты пришел! - мужчина уткнулся в грудь Пака носом и начал водить головой из стороны в сторону. Чимин залип. Он не знал, как реагировать и что делать. Боялся даже обнять в ответ. В груди все ухнуло и перевернулось. В чувства привел только знакомый голос из глубины квартиры. - А чего тут у нас происходит? - высокая фигура показалась из-за угла коридора и остановилась, облокотившись на стену и сложив руки на груди. “Как же его зовут?” - лихорадочно вспоминал Чимин, пытаясь отлепить от себя Юнги, который тёрся об него, как скучавший по хозяину кот. “Ким… Ким… да как же!?! Пак Чимин!! Соберись!”. Он паникующе посмотрел на фигуру в коридоре, потом на своего пленителя, затем снова на фигуру. Ситуацию спас, на удивление, отлипший, всё-таки, Юнги. - Намджун, смотри какая лапушка! Он вчера мандаринок мне принес, сегодня цветочки. За мной ухаживают, Джун-а! - Так странно видеть этого мужчину в таком… амплуа? Чимин замялся. - Здравствуйте, - Чимин протянул цветы, - вот, я… я просто хотел узнать, как он… как он… - Хосок про мандарины сказал? - Намджун как-то очень уж коварно улыбнулся и подошёл к нему, оттаскивая сопротивляющегося Юнги за шиворот обратно на кухню. А Пак только покраснел до ушей, опустил глаза и сдавленно угукнул. - Иди сюда, выпьешь с нами немного. Тебе ведь больше двадцати одного? - Намджун усадил брыкающегося друга на стул и посмотрел на Чимина, смущенного и немного потерянного. - Мне двадцать три, - он положил цветы на стол и сел на свободный стул, едва с него не свалившись. - Ооо, Чимин-и тоже пьяный! - Радостно заявил Юнги и полез к парнишке обниматься. Снова. - Ты такой сладкий, боже, Чимин, зачем ты такой сладкий?!? - Пьяное бормотание Юнги смущало, сильно смущало, и Чимин снова мимикрировал под алую розу, вжимаясь в стул и паникуя. Он глянул на Намджуна, тот только улыбался, хихикал в кулак и наблюдал. “Что мне делать?!?”, вопило сознание, бегая и истерично крича. - Вы мне поможете? - взмолился Чимин, глядя на Джуна, но тот лишь отрицательно покачал головой. - Что мне делать? - Чимин правда не знал, как быть. - Пять минут, Чимин, и он уснет. Перенесем его в кровать, и ты можешь идти домой. Прости, это я виноват, не нужно было привозить в этот дом виски. Пьяный Юнги совсем как Хосок. И правда, чем-то похож. Чимин улыбнулся и погладил Мина по голове. Тот довольно мурлыкнул что-то и стал заметно спокойнее. Спустя пару минут тишины и разглядывания Юнги, Чимин вдруг осознал, что как-то слишком долго и неприлично пялится, и резко перевел глаза на Джуна. Тот же спокойно наблюдал за картиной, без тени негодования на лице. - Понравился? - Его добрая улыбка не отталкивала, вопрос не показался грубым, а скорее, взволнованным. “Интересно, почему?” на секунду Чимин задумался, затем робко улыбнулся и погладил спящего Юнги по голове. - Наверное, но… это не важно, Хосок-хен сказал, что Юнги не по мальчикам, - расстроенно и виновато опустил глаза. - Дай ему время, Чимин, - Намджун поднялся с места. - Давай, перетащим его на кровать и по домам, идёт? - Чимин только кивнул, так и не поняв, что хотел донести до него Намджун. Вдвоем они управились быстро, хоть Джун и оказался неловким куском дерева и то и дело запинался о собственные ноги. Но, к счастью, Юнги не пострадал. Вроде бы. И был доставлен на кровать. - Помоги раздеть, - Намджун серьёзен. Да ну, нет? - Я? Я не... - Чимин нервно сглотнул и посмотрел на мирно сопящего Юнги: он улыбался краешками губ и что-то бормотал. - Быстрее, ничего сложного. Ты мужиков в трусах не видел? - тут не поспоришь. Чимин стянул с Юнги футболку и прилип взглядом к мерно вздымающийся груди, аккуратным плечам, венам, заметным на довольно тонких руках и невероятно красивых кистях рук. Его пальцы такие длинные и изящные, словно пальцы музыканта. Чимин чуть коснулся своими пальчиками лица Юнги, чтобы убрать с него растрёпанные волосы. - Чимин-и, перестань, - прошептал Юнги и причмокнул во сне. Пак отскочил от спящего и понёсся к входной двери. - Простите, я не могу, - впрыгнул в кроссовки и быстро закрыл за собой дверь. Со скоростью ветра он влетел в свою квартиру и дрожащими пальцами набрал номер друга. - Тэ!! Приезжай, срочно! Код красный! - Чимин едва дышал, стоя в своей прихожей. - Отлично, теперь Гуки должен мне сотку баксов. Люблю тебя, Чимин! Он так и стоял в прихожей до приезда друга, просто смотря в пол, моргая через раз.