Ради свободы

Продвигаясь по навесным мостам и пытаясь побороть страх высоты у Крэфти, друзья пробирались вглубь пещеры. Только выйдя из-под купола, Догдей почувствовал на себе чей-то чужой взгляд. Осмотревшись по сторонам, он никого не заметил. Это нагнетало, ведь следить за ними мог только один персонаж их истории... Догдей всё же надеялся, что ему показалось, но, как бы невзначай, он пытался поторапливать остальных зверят. Хотелось поскорее уже дойти до нужного туннеля, поднимающегося к внешней фабрике. Никто из зверят там никогда не был, конечно, но почему-то казалось, что там уж точно будет безопаснее, чем здесь. Выйдя на широкую и длинную металлическую платформу, плотно прилегающую к стене пещеры, стало поспокойнее. Намного лучше узких мостов, готовых с секунды на секунду рухнуть вместе с идущими по ним зверятами. Догдей краем глаза взглянул в какое-то углубление в пещере с огромным количеством наростов, свисающих как сверху, так и снизу. Чья-то тень промелькнула между сталактитов и испарилась в темноте каменных стен. По спине пробежали мурашки. Догдей не хотел поднимать панику, поэтому решил промолчать, нервно осматривая остальные тёмные углы пещеры на наличие движений. Догдей вместе с Хоппи шли впереди, Крэфти с Чикеном следовали чуть отдалившись. Догдей слышал, как Чикен рассказывал какие-то несмешные шутки, чтобы отвлечь единорога от страха высоты, и у него, на удивление, получалось. Крэфти и вправду шла куда спокойнее и увереннее, иногда посмеиваясь с шуток цыплёнка. С каждым шагом Догдей всё больше чувствовал постороннее присутствие. Он только вернулся к друзьям, всё было так спокойно, ну почему сейчас всё портится?! Кэтнап где-то здесь. И он очень недоволен побегом своего пленника. Догдей нахмурился. — Хопс, я могу попросить тебя кое о чём? — убавив тон голоса, чтобы двое отстающих друзей не услышали его, спросил Догдей. Хоппи заинтересованно повернула голову в сторону друга, ожидая, что дальше скажет Дей. Глубоко вздохнув, Догдей отвёл глаза в сторону. — Пообещай, что сможешь вывести Чикена, Крэфти и себя отсюда. Я очень хочу вашей свободы. — Почему ты говоришь так, будто собираешься бросить нас?.. — Конечно, я не собираюсь. Просто... Здесь происходят страшные, жестокие вещи. Я не хочу, чтобы они распространялись на вас. Ты можешь это пообещать мне? Пожалуйста. — Ну... Я обещаю. Ты думаешь, зачем мы всё это делаем? Ради свободы, конечно, и я её нам всем обеспечу, — уверено сказала Хопс, недоверчиво прищурившись к другу, идущему рядом. Догдей, услышав эти слова, улыбнулся подруге именно той улыбкой, которая была свойственна только ему – такая тёплая и непринуждённая, способная в считанные секунды согреть душу. Хопс не заметила, как сама в ответ улыбнулась, хоть и в глубине души она переживала за Догдея. Уж слишком подозрительна была его просьба. — О, вот здесь нужно повернуть! — Сказала погромче Хоппи, чтобы все её услышали. Впереди зверятам предстала как будто другая часть пещеры. Потолки здесь висели гораздо ниже, освещения стало меньше, а с правой стороны располагалось ущелье с огромным количеством острых сталактитов внизу. Им нужно было пройти вдоль ущелья по прямой до туннеля, который прямиком вёл наверх. Кстати, этот туннель отсюда было даже видно, все воодушевились. Пока остальные зверята что-то возбуждённо обсуждали, Догдей чувствовал дискомфорт. Он же видел кого-то в темноте, не может быть такого, что сейчас они просто смогут уйти. — Догдей, всё хорошо? — встревоженно спросила Крэфти, заметив, что друг как-то нервно себя ведёт. — Да, просто мне кажется... Не дав договорить Догдею, Хоппи, первая услышав сзади шаги, сказала всем умолкнуть, указывая на проход, через который они только что зашли сюда. Как предвестник всего плохого, из ниоткуда по низу начал сгущаться красный дым. О нет. Теперь из прохода было видно и того, кто пускал этот дым. Кэтнап устрашающе стоял, пуская всё больше и больше газа. Всех накрыла паника. Долго не думая, все быстро, без оглядки побежали к желанному туннелю, ведущему к свободе. За спинами послышался устрашающий рев. Всё-таки Догдей был прав – они здесь были не одни.

***

Дело плохо – Кэтнап не отстаёт. Если они ничего не сделают, он точно их догонит и убьёт. Хоппи бежала первая, пытаясь далеко не отбегать, и вместе с Крэфти пытаться подталкивать Чикена, который слабее переносил бег и уже еле как держался на ногах. Догдей замыкал строй, слыша, как за его спиной разносился противный скрежет когтей о каменный пол. Впереди Догдей заметил деревянные каркасы длиной около восьми метров, держащие на себе огромные булыжники. Конструкция не вызывала доверия, так как была хлипкая и старая, но если ничего не трогать, то она не рухнет. А что, если... — Бегите, не останавливаясь! — прокричал Догдей своим недоумевающим друзьям, сам убавляя скорость. Развернувшись лицом к бегущему на него Кэтнапу, пёс, казалось, немного удивил противника. Кэтнап притормозил, встав напротив Догдея. — Н€БЛ@ГОДА₱Н#Й €РЕТIК. — Со всей злобой прорычал Кэтнап своим сильно искажённым голосом. — Я СД€ЛАЮ Т@К ЧТО ТЫ Б0ЛЬ#Е НИК0ГД∆ НЕ СМ0Ж€ШЬ QТ МЕHЯ €БЕЖ∆ТЬ. Кэтнап набросился на Догдей, но тот в последний момент успел отскочить от удара. Пригнувшись, пёс собирался опрокинуть кота, но тот, как будто предугадав его следующее движение, смог увернуться и откинуть пса к стене. Нарастающая паника пробирала до костей. Кэтнап с жуткой улыбкой, медленной, уверенной походкой приближался всё ближе и ближе. Но вдруг за спиной Кэтнапа Догдей увидел мчавшуюся на помощь Хоппи. Она замахнулась топором, собираясь ударить кота по лапам. Один точный удар – и Кэтнап, потеряв равновесие, повалился на землю, катясь к обрыву. Возле утёса кот всё-таки успел зацепиться за край, скребя лапами в попытке выбраться. Догдей хотел поблагодарить свою спасительницу, но решил, что успеет сделать это позже. Хоппи хотела подойти и окончательно сбросить кота вниз, чтобы он разбился об острые скалы, умирая мучительной смертью. Догдей поспешил оставить её. Ему не хотелось, чтобы его хоть и бывший, но всё-таки друг умирал. — Нам нужно скорее бежать. Доверься мне. Я буду бежать за тобой. В глазах Хоппи промелькнула неуверенность. Кивнув, без лишних слов Хопс помчалась к остальным двум зверятам. Догдей поспешил за ней, у него был план, и сейчас ему нужно поспешить! На одном дыхании подбежав к одной из деревянных опор, державшей навес с огромными булыжниками, Догдей, собрав руку в кулак, со всей силы ударил по опоре так, что от неё во все стороны полетели щепки. По длинной деревянной опоре пошла щель до самого верха, вся конструкция предупреждающе заскрипела. Теперь осталось просто бежать и не останавливаться. Пара секунд, и все камни начнут обрушиваться прямо в проход, заваливая пещеру и перекрывая Догдею путь к друзьям. Времени, чтобы убежать, должно хватить. Только Догдей хотел сделать первый рывок вперёд, как неожиданно что-то потянуло его назад за хвост. Кэтнап смог выкарабкаться быстрее, чем предполагал пёс. Догдей, потеряв равновесие, повалился на живот, а когти Кэтнапа, впившиеся в его спину, прижали его к холодному полу. Подняв голову, он увидел, как впереди бежит Хоппи, а за ней с оглушительным грохотом уже начали падать первые булыжники. Поднялась пыль, что стало невозможно увидеть даже свои передние лапы. Догдею показалось, что он сейчас задохнётся от количества песка и грязи, попадающей в лёгкие. Когда все камни уже были обрушены, облака пыли опустились, а туннель был завален, Догдей измученно посмотрел на каменную стену, выросшую перед ним там, где только что был проход. С другой стороны, он услышал крики своих друзей, они звали его, надеясь, что он всё-таки смог спастись. Они целы. Облегчённо улыбнувшись, Дей закрыл глаза. У него получилось. Теперь дело в руках Хоппи. За спиной Догдея раздалось грозное рычание...

***

Хоппи бежала, не оборачиваясь. Она слышала, как с потолка камни начали обрушаться. Прекрасная идея – завалить проход, чтобы Кэтнап не смог до них добраться. Булыжники с огромной скоростью полетели вниз. Всю пещеру заполонил грохот и туман пыли. Если Хопс сейчас остановится – она труп. Добежав до места, куда не доходил камнепад, она остановилась, пытаясь отдышаться и откашляться от пыли. Подбежавшие друзья с ужасом смотрели то на неё, то на завал за её спиной. — Ха-ха, это было круто! Классно я этого котяру, да, Доги? — Хоппи повернулась, ожидая увидеть за спиной такого же уставшего и радостного от победы друга, но его не было. Что?! Она же была уверена, что он бежит точно за ней, и они вместе успели проскочить через падающие камни. Вместе с остальными она ошарашенно уставилась на место, где теперь всё было завалено. Теперь перед ней не было туннеля, ведущего к куполу Приюта, была только каменная стена. Догдей... Он остался на другой стороне... — ДОГДЕЙ, ТЫ СЛЫШИШЬ НАС? МЫ СПАСЕМ ТЕБЯ, ТЫ ТОЛЬКО ДЕРЖИСЬ. — Все зверята звали Догдея, надеясь услышать с другой стороны его голос. Чикен, оттолкнув Крэфти, спотыкаясь, подбежал к завалу в ничтожных попытках одной рукой его расчистить. Даже если здесь был весь состав улыбающихся зверят, у них бы всё равно не вышло растащить такую груду камней – булыжники слишком большие и тяжелые. С другой стороны было слышно только шорохи падения оставшихся маленьких камешков. Крэфти села, облокотившись о пыльную каменную стену, и, понурив голову, тихо что-то шептала. Неожиданно за преградой послышался какой-то шум. Зверята уставились на завал, ожидая, будто Догдей сейчас магическим образом появится перед ними, живой и невредимый. Но нет... О Господи, это был крик. Крик Догдея... Настоящий вопль ужаса, отчаянья и нетерпимой боли эхом поглотил всю пещеру. Казалось, звук разрывающейся плоти отскакивал от одной каменной стены к другой и так тысячи раз. Было слышно, как их друг захлёбывался своей же кровью, отчего крик иногда становился глухим. Он кричал в агонии настолько громко, что даже завал камней не мог заглушить его страдания. В воздухе почувствовался металлический запах крови. Крики не прекращались на протяжении пары минут, перед тем как всё снова погрузилось в мёртвую тишину. ... Никто не мог сдержать слёз. У всех шерсть встала дыбом, а всё тело дрожало. — НЕТ! ВОТ ЖЕ ГАДСТВО! — Во всю глотку выругался Чикен. От отчаянья он повалился на землю, опирая свою голову дрожащей рукой. Хоппи пыталась связать слова и что-то сказать, но из-за приступа слёз она не смогла издать и звука. Ни за что в жизни она бы не хотела услышать такой истошный крик ещё раз. Можно только догадываться, что эта фиолетовая тварь сделала с Догдеем. — Если мы не выберемся, его смерть была напрасна... — Тише, чем обычно, сказала Крэфти, её глаза были красными от слёз, а лицо скривила натянутая лёгкая улыбка, настолько фальшивая, что становилось тошно. Она поднялась, посмотрев на друзей. — Да... Ты права, нам нужно идти. Я выведу нас из этого поганого места. Догдей хотел бы этого. — сказала Хопс, просверливая каменный завал взглядом. Догдей перед своей смертью взял с Хопс обещание, и она обязана его исполнить любой ценой. Набрав в грудь побольше воздуха, Хоппи ненадолго задержала дыхание, затем сделала глубокий выдох. Более-менее взяв себя в руки, она жестом позвала друзей следовать за собой. Крэфти подошла к Чикену, до сих пор сидевшему на полу, взяла его под руку и, аккуратно ведя, повела следом за крольчихой. Пройдя приличное расстояние вверх, уставшие, уже ничего не ожидая увидеть, зверята просто молча шли. Хопс вдруг заметила, что впереди стало гораздо светлее, откуда-то исходил свет. — Вы тоже это видите? — спросила Хоппи. — Там мигает свет, мы почти дошли! — пытаясь скрыть свою дрожь в голосе, на позитиве пыталась приободрить друзей Хоппи. На самом деле внутри неё всё совсем было не радостно. Она была уверена, что у остальных точно такое же чувство. С каждым шагом свет становился всё ярче и ярче, а воздух был уже не таким тяжёлым. Также Хоппи заметила, что на стенах стало подозрительно много паутины, хотя самих пауков она не видела. Странно. Ещё пара шагов, и они окажутся на внешней части завода, а оттуда не составит труда выбраться и в сам открытый мир. Оглянувшись на своих друзей, шедших вплотную друг к дружке, на мордочке Хопс появилась еле заметная улыбка. Хоть эта улыбка выглядела со стороны, наверно, очень жалкой и натянутой, Хоппи искренне пыталась улыбнуться. Всё закончилось, они смогли пройти через это...

***

Лучше бы Догдей умер в тот день. Прошел не один год с того рокового дня, как он, спасая друзей, сам подставился под удар. Он четко помнил, как, сломав опоры, он должен был успеть убежать к друзьям, к свободе, к желанному солнцу... Но он не успел. Догдей помнил, как Кэтнап в порыве гнева медленно когтями проходился по нижней части туловища пса, отсекая ему задние конечности чуть ли не по пояс. Помнил звук рвущейся плоти, хруст своих же костей, выпадающие внутренние органы и реками льющуюся из него кровь. Помнил всю боль и отчаянье, выходившее из него вместе с криком. Тогда весь мир для Догдея погрузился во тьму. Воспоминания о прошлом — единственное, что осталось у Догдея. В настоящем же он висит в том же самом месте, откуда когда-то смог выбраться, но сейчас у него не было ни шансов на побег, ни желания. Он был подвешен за две руки к стене. Весь ободранный, изуродованный, в ссадинах и испачканный в крови. От ног остался только обрубок туловища, перевязанный ремнём. Кстати, о ремнях – их стало куда больше, по два на каждую руку, один на шею, ну и на талию один, естественно. Охотник не хотел, чтобы его жертва имела даже один шанс на побег. Каждый вздох давался с трудом. Догдей не знал, сколько он ещё так протянет, хотелось умереть. К нему в камеру зашёл Кэтнап, но Догдею было плевать, он давно перестал обращать внимание на иногда приходящего кота. — У меня для тебя кое-что есть. — Подозрительно спокойно сказал Кэтнап. Дей услышал звук падения о кафель каких-то небольших вещей. Он взглянул в место, откуда издался звук. Перед ним на полу лежали уже заржавевшие, испачканные кулоны. Молния, звезда и цветок. Долгое время Догдей просто сверлил кулоны взглядом, надеясь на то, что все его домыслы ложные. Он почувствовал, как последняя нить надежды в нём оборвалась. Надежды, что хотя бы его друзья смогли выбраться. — Откуда это у тебя?.. — Голос Догдея за столько времени уже охрип и огрубел, даже близко не звуча так же звонко, как раньше. — Мне передал это Прототип откуда-то сверху. Видимо, не так уж и далеко они смогли уйти. — Посмеиваясь в подобии мурлыканья, сказал Кэтнап. Догдей молча продолжал смотреть на кулоны. Неужели это всё, что от них осталось? Вздохнув, Дей полностью опустил голову, прикрыв глаза, не желая больше ничего видеть. — Этого можно было бы избежать, если бы ты сразу присоединился ко мне. Что, кстати, ещё не поздно. Кэтнап подошёл почти вплотную к Догдею, приподнимая голову того за подбородок. Рука переместилась на щёку пса, грубые поглаживания оставляли небольшие царапины. — Твои жалкие попытки меня переубедить... Уже слишком поздно. Я говорил и буду говорить, мне мерзок Прототип так же, как и ты сам. — Не разбрасывайся словами. Ты жив только по моей воле. Ты должен быть благодарен мне и Прототипу, что он ещё не приказал мне убить тебя. – Озлобленно прошипел кот прямо над ухом Догдея. Кэтнап знал что никогда не смог бы убить Догдея, даже если бы это был приказ его бога... Он просто не смог бы... Отойдя, Кэтнап бросил прищуренный взгляд на совершенно никак не отреагировавшего пса. Кот не видел смысла уже как то калечить своего пленника, ведь тот и так страдает, так что единственное что Кэтнап может сделать, это уйти и оставить пса в одиночестве. Что-то прошипев себе под нос, кот покинул камеру Догдея. Дей облегчённо вздохнул. Догдей чувствовал, что скоро его страдания закончатся. Чувствовал приближение кого-то, кто может избавить это место от страданий. Приближение ангела. Нужно просто дождаться этого часа спасения. Склонив голову и закрыв глаза, пёс попытался уснуть.

***

Сквозь могильную тишину Догдей слышал приближение чьих-то лёгких шагов. Походка ровная и уверенная. Это... Человек. Увидев его, пёс впервые за очень долгое время искренне улыбнулся. Казалось, что от силуэта человека исходило по-теплому согревающее золотое свечение, способное всё исправить. Это был он. ... — Ты... Ты ангел Поппи. — Пришедший спасти нас...