☾ 달빛 속의 사랑 ☽

☽ мир оборотней, 2024 год, лето☾ Тихая ночь. Не слышно даже трепыхания ветра. На поляне, освещенной луной, два сердца, два безумно любящих сердца собираются воссоединиться и связать свои жизни навеки. Прекрасная белая арка, вся опутанная лианой и сияющая из-за ночных светлячков.Притихли в ожидании гости и луна, чувствуя, что станут свидетелями чего-то прекрасного, неземного и волшебного. Свадьба истинных, самое редкое событие в мире. Истинные с истинными чувствами, пара. Как научно объяснить истинность? Одно иллюзорно большое сердце бьется в двух грудных клетках одновременно. Запах второй половинки притягивает, захватывает в искусное сплетение нот, манит сладостью. Любовная клятва истинных при Луне — обет, обет вечных чувств. Священная и нерушимая связь. Высокий альфа стоит у арки и в нетерпении смотрит на белую дорожку. Он ждёт, ждет свою любовь, ждет свое счастье. В эту ночь он навсегда присвоит себе сахарную фею, с невероятно тонкими чертами. Фею-иллюзию, ибо таких людей на свете не рождается. Омегу с солнечной улыбкой и милыми веснушками. Омегу, коротого он никогда не отдаст, не потеряет, искупает в любви и доверии. Омегу по имени Ли Феликс. В переплетении лиан слышен тихий шепот гостей, в городе листьев слышно одобрение духов. Вожак и его нежность, вожак и его ангел. Пара, способная спасти мир своей связью, своей любовью. Дитем, что незаметно для родителей растет в утробе. Нежный пересвист флейты оглушает начало торжества. Молодой шаман в заметном волнении поднимается с места и подходит к алтарю. — Поздравляю, Хëнджин, — тихо и серо кидает он альфе. — Поздравляю, что выбрал ничтожество и обрек меня на муки. Бессильна ярость, бессильна злость, они ничтожны по сравнению с истинными чувствами. Названный не обижается, лишь с братской нежностью гладит юную голову: — Манни, милый. Ты найдешь своё счастье. Поверь мне, им буду не я. Шаман опускает голову, скрывая колючие слезы. — Милый, я не подхожу тебе по статусу. Я знаю, Джинни, что на тебя надавили старейшины. Но, умоляю, спаси себя, не бери в мужья ничтожество из-за его денег, статуса и внешности. Джин… Хенджин тихо кладет на вишневые губы ладонь, пересекая жаркую мольбу: — Люблю. Его. Не тебя. Мы с ним — пара. Для всех, для духов, для нас самих в первую очередь . Нарастает мелодия арф, люди оживляются, оборачиваются к закрытому лианами проходу. Альфа, забыв о проблемах, устремляет туда же горящий взор, жаждет видеть своë. Свою омегу. Под нежную музыку открываются нежные стебли, ведомый лесными духами, под тишину полей и ветерок лугов, выплывает омега. Самый прекрасный и единственный для любящего сердца. Хранящийся в глубине души как несравненный алмаз. Омега мягко ступает по дорожке, нежно улыбается гостям, выискивая единственный дорогой взгляд. Он. Альфа. Его любовь. Феликс неприлично ускоряет шаг, не противится велению души, велению волка, нашедшего Дом. Под восхищенный вздох на поляне встречаются двое. Альфа и омега. Две половинки одного целого, две части одной вселенной. Их вселенной. В любовании парой застыли все, застыла поляна, застыло время, дав молодым драгоценные секунды воспоминаний. Лишь молодой шаман, тихо стирая слезы, шептал губами одно единственное слово. — Я клянусь тебе в любви, Хван Хенджин. Я умру за тебя, я отдам тебе последнее, что у меня есть. Я отдаю тебе самое драгоценное, что у меня есть — мою жизнь. Так прими её в дар, сделай меня своей омегой. Позволь пройти с тобой по этому временному пути, пути любви. Я клянусь… Хенджин, затаивший дыхание, смотрел только на него. Только в эти глаза. Его омега говорил от сердца, не заучивал серые шаблоны. Он прилюдно признаётся в любви, преодолевая природную стеснительность, ради него, ради своего сердца. Смотреть в нежные и наивные глаза — жизненно необходимо, необходимо пережить этот миг только так, глаза в глаза, душа в душу. Поэтому секундное движение за спиной не привлекает внимание, поэтому не отвлекает смутно знакомый, приторный запах вишни. Мелодичный голос прерывается Судьбой в виде неприятного хруста. Хруста ломающегося ангела. Феликс не договорил клятву, луна не успела закрепить их брак. В их судьбе неожиданно оказалось слишком много Но. Настал черёд одного из них. Никто сперва не понял, что произошло. Омега, секундой до этого благоухающий и свежий, резко побледнел и затрясся. Конец клятвы комом застрял в горле, а мир поплыл странными волнами. Под наполненным ужасом взглядом Хвана, Феликс в беззвучной мольбе открывает рот, умоляет продолжить. Но все мысли перебивают они. Боль в рёбрах, яд в позвоночнике. Сгорбленная старуха с косой, непреклонно забираются душу падшего ангела, неуспевшего стать чьим-то. Этой душе в этом мире пришёл конец. Хенджин быстро подхватил падающего жениха за талию. Руки обхватили металл, немилосердно реальность ударила по лицу наотмашь, послала смертельную судорогу по юному телу. Спину омеги пронзил самый страшный, проклятый металлический клинок, напитанный магическим ядом, грозящим вырвать душу из застывшего изваянием жениха. Почти муж, Альфа мёртвого омеги. Навеки один, лишённый счастья и аромата ромашки. Запаха Дома. Корабль, потерявший свою гавань. Тело Феликса расстаяло в окаменевших объятьях альфы. Украли. Душу омеги нагло забрали, забрали его фею, его свет. Осознание накатывало волнами, загоняло в пучину горя. Тишину поляны пронзил ужасный крик, крик человека, потерявшего безумно важную часть себя. Крик Хенджина, навечно поломанного из-за проклятого клинка в спине сахарной феи, поразившего их большое общее сердце. Клинок, отправивший душу омеги в другой мир. В ужасе застыли гости, плакали подбежавшие родственники и друзья, плакал неродившийся ребёнок, покинувший мир вместе с папой. Лишь молодой шаман, тихо стирая слезы, шептал губами одно единственное слово. Прости. Прости за искромсанное сердце. Прости. Но так будет лучше. Со мной будет лучше.