Уведи меня за собой...

— Аматерасу! До боли знакомый голос вывел Какаши из транса. Распахнул глаза, он смутно увидел силует мужчины в чёрном плаще. От удара в голову мир в глазах плыло. Хокаге не сразу заметил фиолетовую чакру вокруг себя. Его взгляд был прикован к незнакомцу. Стараясь разглядеть своего спасителя, Какаши нервно дрожал. Он хотел верить, что это не галлюцинации и парень, стоящий в переди — Саске. Неужели он пришёл? Именно в тот момент, когда Какаши утратил веру? Чувства смешались в душе шиноби. Он не знал, что делать: радоваться, плакать или бояться. — Саске... Это ты? — спросил наконец дрожащим голосом Какаши. Оперевшись рукой об окровавленный валун, парень пытался встать. Ребра нещадно ныли, а противоположная рука продолжала истекать кровью. Ноги тряслись и подгибались. Боль новым разряд пронеслась по телу Хатаке. Короткий, сдавленный стон вырвался из губ шиноби, перед тем как снова припасть к валуну, морщась от боли. — Сиди смирно. — небрежно бросил незнакомец. Сомнения исчезли. Это точно был Саске. Его аматерасу стремительно прожигал каменный шар. Бомба Тонери распалась на меленькие булыжники, от удара которых шиноби защищал Сусаноо. Удивление и злость смешались на лице Ооцуцуки. Учиха обладал внушительный силой, поэтому сражаться с ним весьма проблематично. Порыв ветра хлынул в точенное лицо Саске, обнажая ринеган. Глаза Учихи ввели захватчика в ступор. Сражаться с потомком Хогоромо, имеющего часть его сил не улыбалось Ооцуцуки. Но сейчас гнев Тонери был слишком силен, чтобы мыслить здраво. Хоть Ооцуцуки и потерял один глаз, но он все же мог использовать половину силы тенсенгана. Пронзительно крик вырвался из груди Тонери. Его тело стремительно начало менять свой облик. Луна вспыхнула холодным светом. Невооружённым взглядом можно было увидеть, как странная трещина быстро рассекла месяц ровно по середине. Осколки от двух половин медленно посыпались на землю. Из оставшегося глаза Тонери потекла струя крови. Ему было тяжело контролировать луну лишь одним тенсенганом. Но все же, и этой силы будет достаточно, чтобы уничтожить Землю. — Вот черт... — прошептал Саске. Хоть ему и не было дела до этого мира, но если этот озабоченный пришелец уничтожит планету, то и он сам погибнет вместе с ней. Этого он не мог допустить. Учиха только-только смог прийти к своему сенсею, чтобы забрать с собой. Он только собирался начать жить, поэтому, во что бы то не стало, он не позволит никому снова отнять то, что так дорого его сердцу. Если уничтожить второй глаз, то умолишенный явно не сможет больше контролировать луну. Но сила Ооцуцуки возросла и просто так подобраться к нему было практически невозможно. В голове Саске стремительно мелькали различные исходы боя, маневры и ответные реакции Тонери. Также Учиха понимал, что будет крайне проблематично сражаться в полную силу и остаться не замеченным шиноби Конохи. Но... Что ещё сильнее волновало Учиху, так это то, что за его спиной сидел истекающий кровью Какаши. Он мог задеть его одной из своих атак, а учитывая нынешнее состояние сенсея, шиноби точно не переживёт ни одного удара. Саске не может этого допустить. Только Учиха собрался атаковать Тонери с помощью своих катаны и шарингана, как до его ушей донеся знакомый крик бывшего товарища. Он никогда не был так сильно рад появлению Наруто. Какими бы натянутыми не были между ними отношения, Учиха мог только ему доверить сохранность мира. — Расенсюрикен! — и тут же тела Тонери коснулся мощный удар Наруто. Под завессой пыли Саске успел поймать момент, чтобы сбежать, оставаясь незамеченным. Рассеив сусаноо, парень подхватил Какаши и испарился в воздухе. Хатаке не сразу понял, что происходит. Придя в себя, он поднял взгляд на Учиху. Шиноби бросило в жар. Его, как принцессу, нёс повзрослевший Саске. Чёрные, как смоль волосы заметно отросли, прикрывая левый глаз. Точенные черты лица и фарфоровая кожа притягивали взгляд Какаши. В глазах читались уверенность и решимость. Он сильно возмужал и вырос за эти два года. Вместо худощавого подростка Хатаке нёс высокий, молодой человек с твердыми, упругими мышцами. Саске крепко прижимал Какаши к себе, и тот чувствовал его сильные, рельефные руки. Всё внимание Учихи было устремлено вперёд. Он пытался проскользнуть незамеченным сквозь спешащих на поле боя анбу. Какаши не мог оторвать глаз от лица холодного принца. Несмотря на ситуацию в мире, его сердце трепетало, а в душе разливалось тёплое чувство. Голова тяжелела, и Хатаке прижался к Саске, как котенок, слушая мерный стук его живого сердца. Возможно, из-за сильной потёри крови он бредит. Будь Какаши в своём уме, возможно реагировал бы по-другому. Но сейчас сердце заглушало голос разума. Стиснув неповрежденной рукой черную рубашку Саске, касаясь его груди, Какаши потерял сознание. Он потерял слишком много крови. Почувствовав руку сенсея на своей груди, Учиха оторвал взгляд от дороги и наконец посмотрел на Хатаке. Теперь сенсей не казался таким большим и высоким, каким Саске видел его раньше. Вероятно, он слишком сильно похудел за два года... Или, может быть, это просто Саске вырос? В любом случае, ему нравилось вот так обнимать хрупкое тело Какаши. Учиха дошёл до горного хребта в глубине леса. Ещё никто не мог пробраться живым через обрывы и резкие склоны. Поэтому здесь никогда не ступала нога человека. Да и в принципе, зачем шиноби туда идти? Спустившись с дерева, он медленно пошёл по узкой, горной тропе. Осторожно пробираясь, Учиха старался быстро и аккуратно дойти да места, не потревожив Какаши лишний раз. Через минут 15-20 Саске наконец услышал приятный шум воды. Пройдя чуть дальше и обогнув густые, кудрявые дебри, шиноби дошёл до небольшого, горного озера, в которое шумно проливались холодные струи водопада. В его прозрачных водах отражались звезды и белые вершины гор. Нетронутая человеком природа расцветала, а нежные лепестки сакуры, грациозно возвышающей над водной гладью, вальсировали с лёгким ветром, плавно опускаясь на поверхность озера. Рассекая лёгкой походкой озеро, Саске дошёл до шумного водопада. Держа Какаши, Учиха сложил пальцами левой руки несколько незамысловатых печатей. Режущие струи послушно разделись на двое перед Учихой, пропуская внутрь неглубокой пещеры. Пара ледяных капель упали на тёмные волосы, резво скатываясь по бледной коже и, наконец, опускаясь на покрытое маской, лицо Какаши.