Миллионы лет одиночества

— Во-первых, хочу поблагодарить вас всех за то, что вы здесь сегодня собрались, — торжественно начал Какаши, заняв своё законное место во главе стола в конференц-зале. — Теперь можем начинать. — А во-вторых? — уточнил Генма. — Во-вторых, я особенно рад видеть здесь сегодня тебя. Насколько мне известно, в последнее время у джонинов много работы в период подготовки к новому учебному году в академии. Поразительно, что с такой нагрузкой тебе удалось выкроить время на нас и наши скромные посиделки. Надеюсь, в этот раз у вас всё пройдёт хорошо. Я помню, как минувшей осенью свободных мест в классах оказалось меньше, чем обучающихся, а весь учебный план уже был утверждён. Столько было недовольных родителей… — Я вас понял, Хокаге-сама, — произнёс Генма со всей серьёзностью. — Всё будет сделано в лучшем виде. — Очень надеюсь. В этом году в академию поступает один важный ученик — нам нельзя ударить в грязь лицом. А теперь продолжим… Все присутствующие, коих было не так уж и много, поудобнее устроились на своих местах и приготовились слушать. Шикамару привычно разместился по правую сторону от Хокаге, чтобы запротоколировать все наиболее важные тезисы, которые будут озвучены за этим столом в ближайшие сорок минут. — Что у нас на повестке дня? — задумчиво спросил Какаши у самого себя, а затем вопросительно посмотрел на Шикамару, держащего в руках бумаги с лично им составленным планом совещания. — Тем для обсуждения у нас полно, но некоторые из них важнее всех остальных… Саске давно не появлялся на подобных мероприятиях из-за семейных обстоятельств, являвшихся для него приоритетными, но в этот раз Сай настоял на его присутствии. Судя по собравшимся гостям, которых редко когда можно застать в одном помещении в принципе, беседа и вправду предстояла непростая: у специальных джонинов работы всегда имелось невпроворот, глава клана Хьюга без крайней необходимости в резиденцию не приходил, а Казекаге со своей свитой и вовсе был в Конохе редчайшим гостем. — Импортные поставки сырья из других стран сильно сократились, — сказал Какаши. — Ситуация пока стабильна, однако если в ближайший год объёмы поступающих ресурсов не вернутся к прежним значениям, то наш производственный потенциал достигнет критического минимума. Ничего хорошего это нам не сулит. Рано или поздно у нас не останется товара, который можно будет экспортировать, а это неминуемо повлечёт за собой финансовые потери в виде сокращения государственного бюджета и потери рабочих мест. Мы и так не страдаем от ресурсных излишеств после недавнего разрушения деревни, поэтому никакие дополнительные экономические колебания нам не нужны. — И в чём же заключается проблема? — спросил Хиаши, заинтересованный в грядущем обсуждении. Его правая рука — Масуми Хьюга — только лишь сверлил взглядом своего главного недруга, сидевшего прямо напротив, и ни на кого более внимания не обращал. — Некоторые из стран перестали с нами сотрудничать. Одна половина открыто разорвала соглашения о партнёрстве, а вторая пока просто задерживает выполнение обязательств со своей стороны. Они пришли к этому поочередно в течение последних четырёх месяцев, и мы можем лишь догадываться, что послужило причиной их столь странного поведения. — Говорите прямо, Хокаге-сама, — настоял Гаара. — Никаких доказательств у нас нет, но я со своими советниками пришёл к неутешительному выводу, — Какаши на секунду запнулся, не зная, стоит ли озвучивать предположения вслух. — Мы полагаем, что Деревня Скрытого Тумана, Деревня Скрытого Облака и Деревня Скрытого Камня пытаются нас раздавить. В зале повисла давящая тишина. Никто не пытался задавать вопросы или что-то уточнять. — Эти выводы не безосновательны, — акцентировал внимание Какаши. — Сай, у тебя есть что сказать? Сай подготовился к докладу. Он встал со своего места и уже было открыл рот, чтобы начать, но резкий шум в дальнем углу зала его прервал. Он нахмурился, даже морщина недовольства прорезалась у него между бровей. — Ты когда-нибудь перестанешь водить детей на собрания? — сдержанно спросил он, обратившись к Саске, сидевшему на соседнем стуле. — Конечно, — отпарировал тот без заминки. Здесь не поспоришь — претензия имела место быть. — Сразу после того, как ты начнёшь уведомлять меня о них заранее, а не за полчаса до начала. Не просто из вредности Саске притащил в резиденцию двоих детей. Не так давно Сакура захотела выйти на работу и вернуться к любимому делу, так что в её отсутствие именно он выполнял обязанности старшего по дому. В остальные же дни на работу ходил уже он, один и без маленькой компании. Обращаться за помощью к родителям Сакуры было выше его сил, поэтому он сам справлялся как мог. Не так уж сильно дети и шумели. Да, Наруто порой трудно было себя сдержать во время активной игры с машинками, да и общение с Курамой нередко выводило его на эмоции, но ведь практически всегда он вёл себя прилично и никому не мешал. Сарада, которая и так почти всегда держалась тише воды ниже травы, и вовсе предпочитала спокойный досуг активным догонялкам, так что иногда даже приходилось проверять, никуда ли она не пропала. — Начинай, — Саске снисходительно подтолкнул сконфуженного Сая к его докладу. — Что ж, — Сай издал странный звук, словно попытался прочистить горло, и наконец приступил к делу: — К счастью, большая часть наших партнёров не перестала сотрудничать с нами. До недавнего времени поставки сырья, медикаментов и провизии из других стран прибывали в Страну Огня по установленному графику. Теперь же ситуация выглядит совсем иначе. Четыре месяца назад до Конохи не добралось целых пять караванов из Страны Чая: они исчезли на подходе к нашей границе, а их обломки были обнаружены лишь через несколько недель в двух километрах от главной логистической дороги. Спустя ещё месяц группа разбойников напала на два каравана из Страны Луны, двигавшихся по тому же самому пути. Все ценные ресурсы были украдены, а сопровождающие их шиноби — убиты. На миссии подобного рода обычно не отправляют никого ниже ранга С, поэтому у нас есть основания полагать, что конкретно эти «разбойники» оказались не такими уж бестолковыми варварами, какими мы привыкли их считать. Буду прямолинеен: я практически полностью уверен в том, что за этим стоят три Великих Деревни, которым выгодно уничтожить нас изнутри. — Это крайне серьёзное обвинение, — задумчиво произнёс Гаара, преждевременно относясь ко всему скептически и не делая поспешных выводов. — У вас есть явные доказательства? — Более чем явные, — коротко ответил Сай и сел обратно за стол. — Чтобы не быть голословным… — Какаши забрал у Шикамару конверт, который тот ему протянул, и открыл его. — У меня в руках письмо, присланное из Страны Молний. Официальной подписи здесь нет, но, думаю, вы сами понимаете, кто его написал. — Не томите, — Масуми едва не заёрзал на месте от нетерпения. — Что в письме? — Если вкратце… — Какаши быстро пробежал глазами по строчкам на бумаге. Его усталый взгляд говорил сам за себя. — То группа неизвестных лиц, называющая себя «Альянсом», требует выдать им в руки Учиха Саске. Чем быстрее, тем лучше. Саске, который всё это время лениво рассматривал пейзаж за окном, вдруг пришёл в себя, услышав своё имя. Внимание всех присутствующих мгновенно переключилось на него. — Вас что-то удивляет? — поинтересовался Эбису. — Они всегда точили зуб на Учиха. Разве что-то изменилось? — Шесть лет назад, когда события только начали набирать обороты, у меня и в мыслях не было подозревать тройку Каге в стремлении взять ситуацию в мире исключительно в свои руки, — Какаши устало вздохнул и покачал головой. — Я надеялся, что они не перейдут к активным действиям и не станут подбивать нас встать с ними на тропу очередной войны. — В чём суть их претензий? — развил мысль Хиаши. — По их мнению, самый разыскиваемый международный преступник не имеет права беспрепятственно передвигаться по миру без сопровождения полицейского конвоя. Это явная угроза их безопасности и прямое посягательство на территории, находящиеся вне юрисдикции Хокаге и даймё Огня. — В письме так и написано? — Отчасти. — Если так, — предположил Гаара, — то это практически прямое обвинение в соучастии. Лишь Коноха и Суна сняли с Учиха Саске все обвинения и вычеркнули его из Книги Бинго. Все остальные страны по-прежнему либо придерживаются нейтралитета, либо рьяно выступают против такого решения. — Мы высоко ценим ваше участие в этом деле, господин Казекаге. Сейчас мы нуждаемся в вашей поддержке как никогда ранее, и речь идет не только о военной кампании. Я искренне уверен, что укрепление союза Страны Огня и Страны Ветра — это необходимость, учитывающая интересы обоих государств. Пока мы держимся вместе, тройке Великих Деревень будет непросто задавить нас числом. — Не могу сказать, что решение отказаться от преследования в отношении Учиха Саске было принято моими советниками единогласно, — продолжил Гаара. — Более того, некоторые из них посчитали это безрассудством, ведь нет никаких гарантий, что события прошлых лет не повторятся снова. Но всё же благополучие моей страны для меня в приоритете. Мы можем заключить с вами новые экономические соглашения, не расторгнув старые, если они устраивают вас в полной мере. Но в случае повышенной опасности, когда существование Страны Ветра окажется под угрозой, мы будем вынуждены отступить и не вступать в открытую военную конфронтацию. Я бы рекомендовал вам не прыгать с места в карьер. Постарайтесь не доводить ситуацию до точки невозврата. — Благодарю вас, Казекаге-сама. Гаара преследовал личные цели и, как это принято у всех мудрых лидеров, не распалялся на всё вокруг, сдерживал свои амбиции и не предпринимал ничего, что могло бы пошатнуть стойкость его страны в нынешние времена. Он мог бы бросить все силы на поддержку Конохи и открыто вступиться за неё в этом конфликте, но это не означало, что Саске — или кто-либо другой из высшего руководства Страны Огня — однозначно сделает то же самое для него. В вопросах международной политики, когда на кону стояли такие сложные и шаткие вещи, как государственная независимость, нельзя было рисковать. Саске не занимал однозначную позицию даже в вопросах защиты Конохи и прямо ни с кем никогда это не обсуждал. Он преследовал исключительно свои личные цели и сотрудничал с Хокаге лишь потому, что некоторые из их целей пересекались. В политике друзей нет — есть только союзники. — Хокаге-сама, — отозвался Масуми, и Саске вдруг почувствовал укол раздражения, вошедший ему прямо под рёбра, — я хотел бы высказаться, если вы не против. — Прошу вас. — Я бы хотел обсудить перспективы, — вкрадчиво сказал Масуми, готовясь произнести речь. — Знаю, вы можете сказать, что не стоит гнать лошадей и решать ещё не существующие проблемы, но наше попустительство в будущем дорого нам обойдётся, если мы не решим всё здесь и сейчас. И вот в чём заключается главный вопрос: что мы как народ Страны Огня, получим в конечном счёте, когда ситуация накалится до предела? — В каком смысле? — недоуменно переспросил Какаши, едва улавливая суть. — Что мы скажем простым людям, когда экономическое положение нашей страны станет столь бедственным, что её неминуемый крах уже нельзя будет предотвратить? — Масуми в задумчивости развёл руками, задавая вопрос всем и никому одновременно. — Не буду вдаваться в подробности экономического кризиса. В этом вы осведомлены гораздо лучше меня. Я лишь хочу акцентировать внимание на том, что в нашей власти это не допустить. Пролетариат надеется на нас, ведь кто, если не мы, приведёт их в светлое будущее? — Говорите прямо, — настоял Саске, упрекнув в медлительности оппонента, сидевшего прямо напротив него. — Очень многое в этой ситуации зависит от нас, — продолжил Масуми, впившись в Саске ненавистным взглядом. — Хокаге-сама, разве вы не считаете, что интересы страны должны стоять выше желаний и потребностей одного человека? — Это непреложная истина, и я не понимаю, почему вы решили акцентировать на этом внимание именно сейчас, — ответил Какаши. — Капитан, — Масуми обратился к Саю, чем немало его удивил, — думаю, вы меня поддержите. Скажите, не слишком ли дорого нам обходятся… привилегии отступника, который не уважает ни вас, ни любого другого человека, сидящего прямо сейчас в этом зале? Саске молчал и в диалог не вступал, зато очень внимательно слушал. — Мы идём против воли всего остального континента, закрывая своими спинами нукенина ранга S, а взамен не получаем никаких гарантий или весомых обещаний. Наши лишения того не стоят. По сути, в глазах других стран мы выступаем в роли пособников, поддерживающих хаос и беззаконие, которые в наши дома принёс этот международный преступник. Наверняка вы все считаете, что это должно объединить нас перед лицом общего врага, но парадокс в том, что, если нечто непоправимое всё же произойдёт, Учиха с лёгкостью откажется от Конохи в угоду личным… семейным обстоятельствам. — Этот вопрос давно закрыт, — коротко и бескомпромиссно отрезал Сай, пресекая всякие попытки продолжить каверзную тему. — Нет смысла разглагольствовать. — Если память мне не изменяет, то вы, капитан, изначально не были столь благоприятно настроены на сотрудничество с вашим нынешним командиром. Что заставило вас изменить своё мнение? Только не говорите, что это дело показалось вам перспективным. Учиха выгодно быть здесь, пока мы все потакаем его амбициям и выполняем то, чего он от нас хочет. А что случится потом, когда наши возможности — по его же вине — резко сократятся? Былое величие Конохи сгинет в анналах истории вместе со всеми нами, а ваш защитник растворится в воздухе, будто бы его никогда и не было. — Это меня ещё называют демагогом? — Саске фыркнул. Он страшно устал от этого нескончаемого потока бессмысленной речи. — Ваши претензии смешны и необоснованны. — Вы считаете, что я смешон? — Не вы, а ваши доводы, — Саске не сдавал позиции и не велся на дешевые провокации, которыми Масуми пытался его продавить. — Вам нечего сказать по существу, поэтому я не буду спрашивать, чего вы пытаетесь добиться этим спектаклем. — Хотите по существу? Как скажете. Чем вы занимались три месяца назад, когда вопрос с разграбленными караванами достиг своего апогея? С тех пор вы ничего не предприняли, но сейчас всех нас заверяете, что на вас можно положиться. — А я должен курировать передвижение каждого шиноби в этой деревне? А без меня что, ничего… — Саске резко замолчал прямо посреди возмущённой речи и отвлекся на Сараду, подошедшую к его стулу. — Что? Он склонился к дочери в надежде услышать ответ. Она пристально смотрела на него, хлопала маленькими чёрными глазками в обрамлении пушистых ресниц, но не пыталась произнести и звука. — Я скоро освобожусь, и мы пойдём домой. А пока проследи за тем, чтобы Наруто не изрисовал стены. Ладно? — мягко попросил Саске и кивком головы указал на мальчишку, резвившегося в углу в самодостаточном одиночестве. Маленькая девочка, словно вняв его ответственному указанию, молча ушла, не чувствуя ни неловкости, ни страха перед толпой взрослых, находившихся в этой комнате. Если Саске понадобится поговорить с дочерью прямо здесь и сейчас, то он это сделает и без зазрения совести заставит всех важных шишек дожидаться своей очереди. — На чём мы остановились? — уточнил он без толики неловкости в голосе. — На ваших семейных обстоятельствах, — напомнил Масуми. Раздражение крупной крошкой скрипело у него на зубах. — Какаши, я придумал, где взять новые рабочие руки, — заключил Саске на правах единственного человека в этом зале, кто мог позволить себе обращаться к Хокаге панибратски. — Нас с тобой всего двое, специальные джонины заняты другим, а в клане Хьюга полно подготовленных шиноби, из которых получатся отличные сопровождающие для караванов. Что думаешь? — Это прекрасная идея, — вмешался Хиаши, пока его правая рука не успел ничего сказать и навесить на плечи их клана новые непомерные обязанности, — но позвольте мне внести ясность. Часть моих людей служит в военной полиции, ещё часть патрулирует границы Страны Огня. Я готов поддержать вас и принять участие в защите главной логистической дороги, но не в моих силах взять эту задачу полностью под свой контроль. — Пары человек будет достаточно, — отмахнулся Саске. — Хватит и двух шиноби на караван. — Я согласен, что на данный момент возобновление поставок — наша главная задача, — отметил Масуми со знанием дела. — Ведь речь идёт не только о сырье для производства, но и о провизии и даже медикаментах. Если не ошибаюсь, ваша жена работает в госпитале. Она точно не понаслышке знает, каково это — не иметь под рукой ни жизненно необходимых препаратов, ни бинтов для перевязки. — Довольно, — прервал его Какаши. — На наших складах достаточно и провизии, и медикаментов, тем более что их значительную часть мы производим сами из тех ресурсов, которые добываем на территории Страны Огня. Саске промолчал и, наградив Масуми последним угрожающим взглядом, вновь отвернулся к окну. Его глаза говорили красноречивее любых слов. Если ещё хоть слово о Сакуре вылетит изо рта этого напыщенного индюка, то он может и не сдержаться. В последних минутах совещания он не участвовал, да и не нуждались Генма и Эбису в помощи с решением организационных вопросов технического отдела. Для него было важнее прийти в себя прежде, чем придёт время ему лично переговорить с Хокаге о насущных делах. — На этом прошу считать собрание оконченным. Благодарю вас за участие, — Какаши поднялся со своего места. Он простоял так до тех пор, пока все собравшиеся, за исключением Саске, Сая, Шикамару и его самого, не покинули зал. Только Ибики ненадолго задержался, посчитав правильным обсудить свой вопрос без посторонних. — Я вас надолго не задержу, — уверил он, а затем с уже более грозным настроем обратился к Саске, что так и не отвернул голову от окна. — Учиха, куда мне девать твоего пленника? — Оставь его там, где он есть, — равнодушно парировал Саске, не понимая, зачем вообще куда-то кого-то девать. — Он уже больше двух лет сидит на нашей кормёжке без суда, следствия и приговора. Долго он будет занимать место? Придумай уже, что с ним делать. — Он тебе мешает? — Если бы каждый здесь разбирался только с тем, что ему мешает, то не было бы здесь давно ни тебя, ни меня. Так что не затягивай. Либо найди применение этому доходяге, либо отдай распоряжение его казнить. Ибики ушёл, не дождавшись ответа — всё равно никто ничего дельного ему сейчас не скажет. Саске скривился и зло сжал кулаки под столом. Когда в зале вновь стало тихо, Какаши позволил себе короткий перерыв перед очередным разговорным марафоном. Ни Сай, ни Шикамару, ни тем более Саске не решались начать первыми. Только Наруто в углу за низким столиком, который предоставили сотрудники резиденции, учил Сараду рисовать деревья с пушистыми зелёными кронами. — На самом деле, я слегка… поражён, — признался Какаши, наконец собравшись с мыслями. — Я тоже, — коротко отозвался Сай, сразу поняв, о чём зашла речь. — В хорошем смысле. — Да, конечно, — кивнул Какаши в лёгкой задумчивости, переваривая всё, что он только услышал на собрании. — Хьюга не так глуп, как может показаться. Он тщательно следит за языком и свои тирады на ходу не придумывает. Я не уверен, что Хиаши имеет к этому отношение, однако открыто выступать против своего преемника он точно не станет. — Не надо за меня заступаться, — огрызнулся Саске, повернувшись к Саю вполоборота так, чтобы только едва видеть его лицо. — Я не заступался, — ответил Сай без задней мысли. — Я не хотел, чтобы тирада затянулась ещё на полдня. У нас бы времени на всё не хватило. — Хорошо, что ты вмешался, — уверил его Какаши. — Я сам не могу его заткнуть — должность не позволяет, — но кому-то нужно… скажем так, следить за порядком. Откуда вообще Хьюга знают, что ты капитан? — Не знаю. Я никому ни о чём не говорил. Сам Какаши, да и не только он, в какой-то момент побоялся, что Саске вот-вот сорвётся с цепи и порвёт безмозглого Масуми на куски прямо здесь, не побоявшись присутствия главы клана Хьюга. Он весьма остро относился ко всему, что касалось его семьи, и предпочитал не заводить о ней разговор даже с доверенными людьми, не говоря уже о ком-то более отдалённом, чужом и враждебном. Масуми прошёлся по очень тонкому льду. — Как Сарада? — осторожно поинтересовался Какаши, думая, как бы самому не нарваться на неприятности. — Нормально, — буркнул Саске, не став делиться подробностями. И так было видно, что Сарада не страдала от высокой температуры, которую не сбивал ни один из разрешенных для детей жаропонижающих препаратов. Да, страшная болезнь всё-таки отступила, но не прошла для маленького неокрепшего организма бесследно. Сарада почти совсем перестала разговаривать. Саске часто и настойчиво пытался вытянуть из неё хотя бы пару слов — хотя бы простое «да» или «нет», — но лишь изредка ему удавалось добиться нужного результата. И даже безудержные детские желания, ради исполнения которых Наруто заговорил бы даже без языка, не подталкивали её к попыткам прервать молчание. С момента выздоровления прошло уже несколько месяцев, но Сакура так и не выяснила причину странного поведения своей дочери. Она исключила как явные повреждения мозга, так и заболевания аутического спектра, ибо имеющиеся симптомы не подходили ни под одно ныне известное неврологическое заболевание. «Нет исследований» — именно так она и объясняла своё бессилие в этой ситуации. На протяжении многих лет развития медицины врачи больше интересовались новыми эффективными возможностями сохранить жизнь смертельно раненным шиноби, дабы те как можно скорее вновь встали на защиту родного дома, поэтому дети — да и взрослые — с их ментальными и неврологическими проблемами остались ждать в стороне. Более или менее мирные времена всё-таки наступили, но лечением заболеваний головного мозга по-прежнему никто не занялся. Саске довольствовался тем, что Сарада проявляла заинтересованность к окружающему миру, контактировала с другими людьми и абсолютно точно понимала всё, что он ей говорил. Со всем остальным им поможет только время. — Хорошо. Тогда перейдем к насущным делам. — Какаши расслабленно откинулся на спинку кресла. — Наруто уже скоро исполнится семь лет. Ты отправишь его в академию в этом году? — Я этим ещё не занимался, — честно ответил Саске. Сперва у него не было на это времени, а потом — настроения. — А пора бы. До начала учебного года осталась пара недель. Все классы давно сформированы, но я договорюсь, чтобы его приняли. Помни, что обязанности родителя я выполнять не могу. — Опекуна, а не родителя. — Хорошо, как скажешь. И всё-таки? — Не вижу смысла торопиться. Он может пойти учиться и в следующем году. — Зачем ему терять целый год? — Посмотри на него, — Саске махнул рукой в сторону Наруто, корчившего рожицы перед мало что понимающей Сарадой. — Он ещё слишком мал. Какая ему академия? — Ты преувеличиваешь, — вступил в беседу Шикамару. — Он и в прошлый раз не был готов к учёбе в том плане, в котором ты от него это требуешь. Академия поможет ему социализироваться. — Он повзрослеет гораздо быстрее, чем ты думаешь, — добавил Какаши. — Тебя что-то останавливает? Саске всё заметнее кривился с каждым новым словом. Он терпеть не мог, когда на него давили, особенно целой толпой. Особенно уполномоченные люди. Особенно в тех вопросах, в которых он считал себя вправе принимать решения самостоятельно. — Я не считаю, что он готов. — Даже если так, — тяжело вздохнул Какаши, — всё равно нет времени ждать. Ты же сам видишь, что происходит. На уровне эмоций Саске противился, но в голове прекрасно всё понимал. И оттого чувствовал себя ещё хуже. Теперь на него давили не только окружающие, но и его собственное здравомыслие. — Вот и отлично, — Какаши обратился к Шикамару сам, завидев, каким уничтожающе недовольным взглядом Саске на него посмотрел. — Напомни мне на следующей неделе подать документы в академию. К тому же я считаю, что мы сможем покрыть стоимость обучения за счёт государственного бюджета. Слегка увеличившиеся расходы погоды не сделают. Саске был весьма состоятельным человеком в Конохе и на своё нескромное жалование содержал в достатке всю семью, поэтому даже недешевое обучение в академии потянул бы без труда. Но Какаши считал своим долгом позаботиться о своём пусть и бывшем, но всё-таки ученике, и внести посильный вклад в его будущее развитие. — Итак, последний незакрытый вопрос на сегодня, — Какаши сделал короткую паузу, раздумывая, с чего правильно начать. — Знаешь ли, Саске, я уже не так молод, как шесть лет назад. — Не прибедняйся, — фыркнул Саске с прежним недовольством. — Я помирать пока не собираюсь. Не в этом дело. Видишь ли, я планирую уйти на пенсию. Шикамару и Сай, услышавшие об этом впервые, напряженно переглянулись, а затем синхронно посмотрели на Саске, который совершенно не понял, к чему всё шло. — Какая тебе пенсия? — гнул Саске свою линию, не чувствуя надвигающейся катастрофы. — Посмотри на себя. На тебе ещё лет двадцать пахать. — Я тоже устаю, если что. — Так иди в отпуск. Кто тебе не даёт? — Скажу прямо: я не спрашивал, что мне делать, а что — нет. Через полгода я официально признаю тебя своим преемником, и пост Хокаге наконец станет твоим. Саске опешил — не внешне, но внутреннее. В голове у него разом всё перевернулось. И как он сразу не понял, к чему вся эта прелюдия? — Я отказываюсь, — он ответил твёрдо и однозначно в надежде, что Какаши не станет уговаривать его изменить своё мнение. — Я не принимаю твой отказ. — Не хочу вмешиваться, — и всё же вмешался Сай, — но позвольте спросить, насколько это необходимо в текущий момент? — Весьма необходимо. Саске, я сделал для этой деревни даже больше, чем планировал изначально, взяв на себя роль прослойки между тобой и внешним миром. Ничего нового я предложить уже не могу. Теперь твоя очередь трудиться на благо Конохи. Более того, ты сам когда-то поставил мне такое условие. Что с тех пор изменилось? Много чего изменилось. Саске как следует обосновался в ненавистной ему деревне, женился, нажил семью с двумя детьми, навёл порядок в верхушке власти, избавился от наиболее ярых противников своего мировоззрения и… превратился в совершенно другого человека. — Тебе уже исполнилось двадцать три? Отличный возраст, — со знанием дела отметил Какаши. — Для нашего случая подходит. — Три года, — ответил Саске. — Мне нужно ещё три года. — Никаких трёх лет, Саске. В наших с тобой договорённостях у меня долгов нет: я долго шёл у тебя на поводу и выполнял все твои поручения, хотя это ты должен был подчиняться моим приказам. С меня хватит. Тебе пора научиться принимать решения самому и также самому за них отвечать. Ты сам когда-то навесил на себя ответственность за эту деревню, вот и неси её теперь до конца, — Какаши жёстко отсёк всякие попытки ему воспротивиться. — Один год, Саске. Через год мы снова вернёмся к этому вопросу, и никаких отмазок я тогда уже не приму. Саске встал из-за стола и направился к выходу из зала. Хватит с него — наработался. — Сарада, Наруто, — позвал он, и двое детей тут же повернулись к нему. — Собирайтесь, мы уходим. Когда Наруто закинул все свои принадлежности для рисования в портфель, Саске взял Сараду на руки и вышел вместе с ними в коридор. Аж дышать легче стало.