Арман

Кардинал Его бледное восковое лицо выделяется на темном фоне гобеленов. Глаза бесцельно смотрят перед собой и сейчас будто нарочно дополняют его неестественную траурную красоту. Рошфор задержался в дверях, не решаясь потревожить своего господина, который, кажется, слишком глубоко погрузился в раздумья. — Ну, что Вы там застряли, Рошфор? Входите же! Надтреснутый голос, словно из потустороннего мира, заставил графа вздрогнуть. Переведя дыхание, он шагнул в комнату. Встал перед герцогом на колени, ожидая бледную руку с перстнем для поцелуя. Но голубые глаза смотрели на него с дымкой рассянности с налетом несвойственной Ришелье романтичности, и это… смущало. Но прикусил язык Рошфор не от этого, а когда холодная ладонь коснулась его лица, отодвинув прядь каштановых волос за ухо. Теперь кардинал смотрел именно на него — задумчиво и романтично, нагоняя непрошенную скованность и робость. Граф отчаянно думал, чтобы такого сказать, чтобы выплыть из этого молчания. Может, о проклятом гасконце?.. — Монсеньор… — начал было Рошфор, и забыл, как дышать. Ришелье качнулся в его сторону и… поцеловал. Мягким поцелуем плотно сжатых уст — так целуют покойников в последний путь. По крайней мере так пытался унять граф свое бешенно колотящееся сердце. Но запретная близость с лицом кардинала буквально приказывала выбросить из головы все возможные оправдания. И даже тот факт, что герцог, возможно, его просто проверял. На что-нибудь… чем бы оно там ни было! Но Ришелье не позволил ему окончить ход роящихся мыслей. Этот поцелуй получился более личным — с ладонями Ришелье на его лице, с его собственными неспешными ответам. Но Рошфор все же не решался коснуться герцога в ответ. И его руки в кожанных перчатках так и зависли неуверенно в воздухе. Наконец, кардинал отпустил его губы, и с лёгким но несколько хищным интересом, стал рассматривать замлевшее лицо графа. Пушистые ресницы тот час же отворились и смущенный взор устремился на Ришелье. Пунцовый румянец мгновенно залил смуглые скулы графа, не смеющего перевести дыханье. — Ну, что Вы такой зажатый, Рошфор?.. — недовольно, но очень нежно поинтересовался мужчина в рубиновой мантии. — Я… я… — Вы, Рошфор, Вы… И встаньте уже с колен. Полно пыль подметать! Рошфор вскочил с колен даже резвее, чем собирался изначально. Гул в голове наконец утих, позволяя цепко ухватиться за мысль, с которой он пришёл сюда. Он открыл было рот, дабы повествовать о тайном сговоре королевы с английскии герцогом… Но кардинал уже решительно тянул его к себе за атласный ворот, и граф падал, пытаясь ухватиться за что-нибудь, дабы не столкнуться лбом с ажурной спинкой деревянной скамьи, на которой восседал Его высокопреосвященство. Изящная, словно у женщины, рука настойчиво прижимала Рошфора за талию, а тихий голос ядом вливался в уши, опутывая сознание. — Какой же Вы сегодня нерасторопный, Рошфор! Соберитесь уже… Сладкая дрожь раскатилась по телу, концентрируясь непосредственно в отдельных местах. Граф закусил губу, пытаясь сосредоточиться. — Виноват, Ваше… Но герцог остановил его, прижимая свой указательный палец к приоткрытым губам замершего мужчины. — Арман… прошу Вас.