Точно ли мы друг друга ненавидим?

      Сон был спокойным и приятным. Всю ночь меня сопровождали тепло и покой, а не лютый холод как вчера. В кое-то веки я смог разомкнуть веки без проблем, не ослепляясь солнцем, не щурясь от света. Я ощущал, что хорошо отдохнул и готов к веселому дню. Уже по привычке я бросил взгляд в сторону кровати Кати, но не увидел там никого. Для четкости картины я нацепил очки, и Кати правда не было дома. Это меня немного раздосадовало, но это было вполне логичным, учитывая что на часах уже два дня. И тут сразу же становится понятна моя бодрость, вот она ранняя пташка, что встает под конец обеда. И кстати о еде, живот издавал гул настойчиво прося о пище. Я повиновался своему внутреннему «зверю» и решил прогуляться до столовой. Для приемлемого вида поверх футболки я нацепил свою любимую толстовку. Она была серо голубых цветов, мягкая на ощупь и очень теплая. Мне ее подарил отец после его командировки в город в прошлом году, кофта тогда была мне «оверсайз», а сейчас идеальна. Расставаться с ней не было никакого желания, выкидывать ее я уж точно не стану в крайнем случае отдам сестре. Для меня данная толстовка реликвия, когда она на мне я ощущаю себя защищенным от всех невзгод и невольно вспоминаю, как в детстве весело проводил время с семьей.       Веселый я быстро умылся и вышел из комнаты закрыв дверь на ключ следуя примеру Кати. Кафельные стены встретили меня еле видным отражением и размытым бликом ламп. Щели между плитками на полу забились пылью и грязью, как и в любом месте где часто проходят люди. Спускаясь по ступеням отдаленно, я слышал разговор с первого этажа. Один голос я узнал, это была Лилия Павловна. Женщина говорила строго и местами срываясь на крик. Атмосферу это нагоняло грустную, так что я старался от этого абстрагироваться и просто пройти мимо, мало ли на кого кричит учительница-истеричка. Но мое мнение быстро поменялось, когда при приближении к первому этажу я услышал до боли знакомый голос. Сейчас снизу спорили Катя с Лилией Павловной. Я знал, что нельзя так поступать, но я остался ожидать на верхнем пролете подслушивая разговор. - Да как ты чертовка можешь говорить э о родной матери!? Не благодарная! Проживи сначала мои года потом пытайся высказывать свое мнение! Ты не представляешь, о чем говоришь! - Я не представляю? Мам, услышь меня! Ты пообещала отцу! Пообещала нам… Почему ты просто не можешь сдержать своего слова? Мне и без этого достаточно горя в жизни, прошу просто позволь мне быть счастливой. - Пошла вон! – с первого этажа до моих ушей донесся сильный шлепок, нутро съежилось. Я почувствовал всю боль, которую пережила Катя в тот момент и хотел выйти, чтобы помочь ей, но все сорвали Рома с Бяшей, чьи голоса приближались из коридора. – И чтоб глаза мои больше тебя не видели. – уже почти шепотом добавила Лилия Павловна, ушедшая в учительскую. Я спустился на первый этаж, но Кати там уже не было. Я хотел сорваться с места и найти ее, но меня отсановили друзья. - Даров Тохич, куда торопишься? – нечего не знающий шатен меня поприветствовал в обычной дружелюбной манере. - Даров, на! – также поступил и Бурят шедший подле Ромы. - Привет ребят, вы не обессудьте дело есть, так что я пойду… - Тут проблема Тох, мы шли как раз для того чтобы забрать тебя. Нам нужно идти подготавливать клубняк для вечеринки завтра вечером. - Серьезно? Нам даже выходных не дадут? Это не может подождать? - Сказали не придем работать, хана, на! - Ага, нам сказали если будем отлынивать то, во-первых, выпнут отсюда, во-вторых родителям доложат об всех провинностях, в которых кстати, и ты фигурируешь. - Блять… - обреченный вздох выдавился из моих легких вместе с «неправильным французским». Но, у Кати вроде же были подруги, должны быть те, с кем она может поговорить. – Ладно, чтоуж. Пошлите работать. - А че за дело то? - Да не важно уже. - Свиданка что ли, на? - Не неси херни, Бяшь. Скажите лучше, что делать то надо? - Нам аппаратуру устанавливать, гирлянды вешать, навес немного подправить, столы перетащить, стулья там. А! Еще склад сказали разобрать. - В этот раз надеюсь нам дали тоже три дня на которые мы эту работу поделим? - А вот нихуяшечки, из-за того, что вчера за один день справились, на сегодня тоже один день дали. Зато сегодня это последние дела, которые надо выполнить в принципе. - Пиздец, а как мы это все сделаем то!? – негодование переливалось через края моей терпимости, единственное желание которое было это зарядить особе что дала нам это дело арматурой, сломать переносицу, продырявить горло чтобы она захлебывалась кровью. В общем счастья и здоровья. - Потихоньку, если начнем работать сейчас, то успеем за день. Ты ел? – Рому противоположно мне наполняло спокойствие, видимо он то уже успел смириться. Но как? Это же все-таки Рома, он вспыльчивей меня и в перепалки встревать тот еще мастер. Да и вчера он как-то спокойно себя повел при уборке дров, что-то здесь не так. Жопой чую, подвох. - Да… Пошлите. – после подслушанной части разговора аппетит смело рукой, хоть это не лучшая идея идти на пустой желудок работать, но мне нужно проветриться, иначе я сорвусь. – Стойте, а у нас что тут клуб есть? - Как оказалось да, но они решили устроить вечеринку на улице ведь завтра самый теплый день на неделе, так что мы будем все обустраивать под навесом. - Который нужно подлатать? - Ага, у него одна опора треснула, но к ней можно просто пару реек прихуярить, и будет ништяк. - Угу. Ну ведите на страдальню.       Наша троица вышла из общежития. Мои не закрытые ноги обдувал прохладный ветерок в то время как верх согревала кофта. Волосы немного колыхались в порывах воздуха и некоторые попадали в мои зеленые глаза, тухло отражающие солнечный свет. Ноги двинулись по земле в след за моими друзьями, они зашли за кирпичное где я увидел конструкцию из балок у которой крышу заменял прозрачный поликарбонат. Глазами я нашел треснувшую балку о которой говорил Ромка, трещина шла не поперек, а вдоль, так что крепление ее другими рейками было хорошим решением, возиться и заменять ее целиком совсем желания нет. Справа от навеса располагалось небольшое деревянное здание, видимо склад. Его обветшалый вид не внушал доверия и даже отсюда я мог учуять сырость, царящую у склада внутри. - Так, склад вижу, балку тоже, а где аппаратура? - А ее привезут чуть позже. Пока что займемся навесом, потом склад и машину дожидаться будем. Бяшь сгоняй за рейками, мы тут инструменты поищем. - Э, а че я, на? - Иди пока тебя не прибил, чурка. - Че, на!? - Пх, ха-ха-ха. Все Бяшь не рамзи. Раньше начнем работать, раньше закончим. – Рома разрядил ситуацию странной и в обычной ситуации даже оскорбительной шуткой, но с его уст это было скорее, как щекотка для разума. В который уже раз он помогает собраться с мыслями и настроиться на нужный лад.       Мы с Ромой пропуская недовольства Бурята мимо ушей ушли к складу. С каждым шагом запах сырости все сильнее одолевал нос иногда заставляя морщиться. Глаза недоверчиво оглядывали каждую гниющую доску, даже мой слабый удар смог бы переломить их пополам. Мы в плотную подошли к дверям склада на котором весел замок, но висел он все на том же сгнившем дереве, ну отношение к сохранности предметов такое же, как и у учителей к морали. Неожиданно Рома с ноги вдарил по замку, от чего он вылетел, вырывая деревянную палочку, на которой и был закреплен. - Чего? Разве тебе не должны были дать ключ? – действие Ромы заставило меня немного вздрогнуть, опять какие-то темки из-за которых нам всем может прилететь, и как на зло я всегда ведусь на столь глупые авантюры. Что же в этом складе нужно Роме? - Да мы сюда не за этим, будь паинькой и просто помогай. – Рома сунулся в глубь склада откуда через секунду вышел с ящиком алкоголя. – Вот бери эту, я возьму еще одну. - А куда нести-то? - Ща выйду покажу. – Рома снова скрылся во тьме оставляя меня одного с ящиком на руках. Из дали послышались голоса, и я экстренно забежал внутрь склада и закрыл дверь, предварительно пнув замок в траву. Из-за быстрых движений и отсутствия света я врезался лбом в лоб Ромы. – Ай! Ты че ебнулся, Тох? - Да тише ты! Там пришел кто-то. – я перешел на шепот, и Рома последовал моему примеру. - Там бы и сказал, шухер! Нахера в меня врезаться то!?       В домике стояла жуткая вонь, ни черта не видно так и душно как в аду. Держа ящик в неудобной позе руки забивались, а тело уставало. - Я те че эти бутылки в задницу засунуть должен? Еслиб я сюда не забежал нам бы обоим конец пришел. - Согласен, че делать то в итоге. - Ждать и молиться. - Я атеист. - Ты пиздабол, сам нам крест давал что не будешь больше подобные вещи делать. - Ну на то я и атеист, что кресты даю и потом не выполняю. Умно же? – даже без света я мог видеть улыбку Ромы во все 32, для него это было игрой, соглашусь мне тоже было весело, но еще помимо этого я ссал за свою жизнь. Если мама узнает о том, что я краду алкашку, мне бошку открутят. - Все, тихо.       Голоса снаружи становились все более громкими, к нам приближались двое учителей. По голосу это была не Лилия Павловна, какие-то двое мужчин. - Так а где ребята? Разве ты их работать не отправил? - Отправил Пал Палыч. Эти бездельники наверняка просто прогуливают. Медленным, но уверенным шагом двое учителей приближались к нам. На лбу выступили капли пота. - Здрасте, на. – пришел голос нашего спасителя, но зная Бяшу он скорее всего нас не спасет, а по уши в говно закопает. - Здравствуй Игорь. Где другие ребята? Неужели они тебя одного оставили работать? - Да нет, они на склад отправились за инструментами, на! - Хм, понятно. Ну тогда можешь им сказать, чтоб потом пошли машину разгружать? Аппаратура приехала. - Ага, на! Скажу. – Бяша глянул на обветшалый домик, в котором сидели мы. – Они че там, ебутся, на?       Когда проблема миновала мы вышли из деревянного склада. Мы были потные и красные, от вони внутри наши глаза немного слезились. Дыхание было тяжелым и тело немного тряслось. Бяша все это воспринял, с кардинально не верной стороны. - Пацана вы чего… Ром, на! Тыж с Полиной. А ты Антон? У тебя ведь мутки с Катей были! Как мне в глаза им смотреть, на! А Вам, на? - Ты о чем, Бяшь? - Да, в-в-выж, еба… - Ты че меня ща за педика принял? Я тя бля ща в гараж засуну, тупоголовый. - Не-не Ром, я пошутил, на! Я как минимум сохраню это в секрете. О! А откуда у вас алкашка, на? – бурят быстро перестроился на новую тему в надежде избежать кары Ромей. - Ха-ха-ха. – ситуация меня сильно рассмешила. Из стресса в смех, из смеха в стресс. Такая жизнь мне вполне себе нравится. – Ладно, хватит, мы с Ромой не геи. Пошли ящики прятать, иначе все страдания напрасны. - Я тебя еще потом прибью Бяша. Пошли за мной, в лесу за кустиком оставим, туда все равно никто не суется. – не намереваясь еще дольше держать «ящики счастья» мы ушли в лес где под густой куст смородины засунули алкоголь, ветками мы прикрыли деревянное дно ящичков и ушли дорабатывать свое. Быстро сгоняли за инструментами и ушли разгружать машину с аппаратурой. Белый ГАЗ-ик был припаркован с наружной части ворот с названием «Совенок». В кузове грузовичка находились две большие колонки и пульт, который видимо нужно было прикрепить к этим колонкам. - Так, Бяша пульт, мы с Тохой как-нибудь спустим колонки и укатим под навес. - Ладно, на! Рома залез в кузов и попробовав приподнять колонку явно удивился. – Хуя се! Воу, не. Бяша тоже с нами ща будешь жопу надрывать. - Че, на? Да блин. – грустный Бяша подошел к краю кузова пока Рома аккуратно наклонил колонку. Я и Бяша подхватили ту и немного «удивившись» ее весу ждали, когда спустится Ромка. Уже вместе с ним втроем мы еле-как спустили колонку на землю. Моя спина отреагировала на это не лучшим образом, и на вторую колонку мне защемило нерв.       Ребята как обычно надо мной ржали, но Рому тоже настигла такая участь и смеяться остался только Бяша, которому прилетел подзатыльник от шатена. Смех не прекратился, Бяша подхватил пульт и убежал побыстрее, оставляя тащить колонки нам. С Ромой мы переглянулись и тоже немного посмеявшись отправились катить колонки. Для удобства на дне черных балабуд стояли два колесика, сильно облегчающие их транспортировку. С скрежетом, болью и усталостью, но мы докатили колонки на нужное место. Пристроили их в дальний край навеса и принялись чинить треснувшую опору. Слава богу тут работа оказалась куда проще, мы просто приколотили четыре реечки вдоль бруса и как бы все. На склад мы забили, ибо «в рот я шатал ваш склад» сказал Рома. - Ну че Тохич погнали прогуляемся? А то в последние дни только батражим как черти. - Да, давайте немного погуляем. Устал я уже от всего этого, хочу отдохнуть. - Согласен, на!       Мы ушли гулять по лесным полянам стараясь не выпускать из виду лагерь. Мы говорили о простых темах, но мое настроение неуклонно падало вниз. Я вспоминал разговор Кати с Лилией Павловной, и на душе становилось паршиво. Надеюсь она теперь в порядке. Надо будет хотя бы проверить ее, когда вернусь в комнату. На улице уже был поздний вечер как мы решили расходиться. Попрощавшись я ускоренным шагом пошел в комнату, но когда дернул ручку дверь не отворилась, что значило Кати не было. Она не могла остаться у подруги, так как не было ни в одной комнате третей кровати, а спать вместе с кем-то она навряд ли бы захотела, это же Катя. В голову шли ужасные мысли, могла ли она потеряться в лесу как я недавно? А если она тоже встретит того рыжего демона?       Не мешкая я отправился на поиски Смирновой, для начала я оббежал окрестности, обошел лес, но в темноте уже практически ничего не было. В панике я пошел спрашивать гуляющих по улице детей среди которых узнал подруг Кати. - Вы не видели Катю? - Что? Антон? Тебе зачем она? - Не важно, видели или нет? - Она вроде заходила в деревянное здание, сказала ей что-то там нужно. - Блять! – срывая дыхание и рвя свои легкие в клочья я побежал к обветшалой развалюхе. Я перепрыгнул ступеньки сразу попадая во внутрь. Я бессмысленно обыскивал все комнаты, обошел оба этажа несколько раз так и не найдя Кати. Где она может быть? В очередной раз я пошел на осмотр здания как моя нога зацепилась за что-то, и я упал на пол. Битые стекла немного расцарапали мои колени, из ран выступила кровь, но я не обратил внимания. Я посмотрел на предмет, об который споткнулся, то была ручка железного люка. Я поднял металлическую крышку, на удивление она даже не была прикручена, но весила довольно прилично. Снизу под люком был включен свет, это был подвал, в углу которого я и нашел Катю. Она выглядела напуганной и замерзшей. Ее тело беспорядочно дрожало, волосы были растрепаны и накладные ногти на руках сломаны. На улице уже приличное время было холодно, а на ней была лишь легкая футболка и серы шорты, явно неспособные согреть от весеннего вечера. От вида такой Кати сердце разрывалось изнутри, все органы перекрутились в один большой узел, на глазах проступили маленькие слезы от осознания того сколько она могла тут просидеть. Я спустился и на шум моих шагов Катя подняла голову. Ее изумрудные глаза опухли от сотен слез, пролитых в страхе, губы то открывались, то закрывались в попытках вымолвить хоть слово. Она сидела, все еще не подходила ко мне так что это сделал я. - Катя… - я снял свою кофту и накрыл Катю. – Прости… - Антон… Я тут… Мне было страшно и холодно… Я-я думал за мной больше никто не придет. Почему ты так долго. – Катя все больше срывалась и ревела, оставляя осколки стыда и боли в моей душе. Я корил себя за медлительность, что проводил беспечно время пока она тут страдала… - Прости… - Я… Я…       Подтянув неуверенную Катю, я прижал ее к себе. Мои руки крепко ухватили ее маленькое тельца без намерений когда-либо отпускать. Разбитая и испуганная девушка, ответила на объятья вцепившись пальцами в мою одежду. Ее голова приземлилась мне на плечо, горячие слезы полились из ее глаз обжигая тело и душу. Всю ее горечь я пытался перенять на себя, облегчить ее нелегкую ношу дать свободу сердцу хотя бы на секунду. Да возможно я просто пользуюсь моментом, но ее губительный аромат разрушал гордость и ценности. Я все цело был предоставлен ей, я готов был принять десятки ударов и ранений, лишь бы дать ей частичку тепла и счастья. Согреть огнем сердца, даже если придется после потушить его навсегда. Я для себя точно определил: «Я люблю ее, готов страдать только ради нее, хочу волноваться только о ней. Я теряюсь в изумрудных глазах, растворяюсь в тепле ее тела. Мне кружит голову лишь одно ее нахождение рядом. Она мне самый ценный и близкий к сердцу человек. Она – мое весеннее солнце.» - Пошли домой. Тебя нужно согреть. – я старался говорить, как можно более нежно и спокойно. - Угу. – девушка смиренно последовала за мной, не пререкаясь и не противясь. Ей пришлось пережить одиночество и страх одной, без человека на которого можно положиться. И я мог это предотвратить…       Мы выбрались из подвала и потом и здания. Мы шли вместе к комнате молча, ее глаза были разбито уставлены в пол. Время проносилось незаметно, мы уже стояли около комнаты. Я открыл своим ключом дверь, и мы попали внутрь. - Ложись на кровать я приготовлю чай. - Я и сама… - С лавандой и чабрецом, я знаю какой ты пьешь. Просто сиди, все хорошо. Теперь все в порядке. - Угу.       Она сидела на краю своей койки следя пустым взглядом за каждым моим движением. Я повторил мамин любимый рецепт, который смог выучить за несколько лет наблюдения. Глаза предательски слезились, мне было больно и горько, я не хотел того итога. Лицо искажалось с страдальную мину, но я сразу же натягивал фальшивую улыбку, чтобы лишний раз не расстраивать Катю. Наконец сделав чай, я принес его ей на койку и сел рядом. Она приняла чашку беря ее в две руки. Моя кофта сидела на ней так же, как и на мне год назад, я даже не успел заметить, как она успела ее надеть. Рукава немного выступали на ладони, в поясе она мешковалась, а на шее оголялись ключицы. Ей толстовка шла куда больше чем мне. Звуки тихих и неторопливых глотков чая вместе с ее рваным дыханием разрезали тишину комнаты. Я вслушивался в каждый шорох, обращал внимание на каждое движение и взгляд. Мы ничего не говорили, но все понимали. Иногда молчание доносит до человека больше чем слова. Когда ее дыхание пришло в норму и чай закончился она посмотрела на меня снизу-вверх. … Хочу поцеловать.       Встретившись с моим взглядом, она немного улыбнулась и ее глаза стали наполняться жизнью. Она зевнула, напоминая котенка, мое лицо немного покраснело, и я поспешил уйти с кровати освобождая ей место для сна, но что-то меня остановило. Пальчики Кати схватили мою футболку. - Что такое? - Антон… Можешь с-сегодня поспать с-со мной? – говоря слова она отвернула голову, но по ее покрасневшим ушкам я понял, что она смущается. На такой вопрос у меня тоже лицо залилось алой краской. – Мне все еще страшно. - Конечно, дай только свет выключу. - Угу. Катя легла на кровать и нырнула под одеяло, я выключил свет и вернулся к ней. Я лег рядом и накрывшись одеялом получил свободу действий. Сегодня я хочу совершить маленькую ошибку. Моя рука скользнула по спине Смирновой запуская дрожь по всему телу. Я прижал ее к себе, второй рукой приласкивая волосы. Наши лица были красные, мы видели лишь очертания друг друга в голубом свечении луны. Я снял резинку с косы Кати распуская пряди по подушке. Девушка прильнула лбом к моей груди и найдя наиболее теплое и удобное место уснула. Я еще долго наслаждался ее теплом и красотой. Сегодня я мог себе позволить обнимать ее столько сколько хочу, рассматривать так, как хочу. У меня практически не было ограничений, но я тоже человек и меня утягивало в дремы, тем более после такого тяжелого дня. - Я люблю тебя… - на последок прошептав горечь сердца, я уснул еще сильнее прижимая Катю к себе.