МОЙ ПРЕКРАСНЫЙ АНДРОИД или Как мы писали мемуары.

Дальше было то, что после называли Штормовой ночью. Я сидел дома, у телевизора, переживая за всех — и за своих коллег, и за андроидов — ну что безоружные помощники по хозяйству и няньки смогут против спецназа? Да ещё с таким лидером? Надо же — «Око за око — и мир ослепнет». Ну спасибо тебе, Маркус, что не пристрелил нашего Криса, он так-то хороший парень! Но вот беда! Далеко не все из нас это оценят. Кое-кто просто сочтет это за слабость. А слабого надо что? Прикончить, наплевать и забыть. И против них как раз такой выступал. Шакал. Даже если меня уволят — не жалею, что морду ему подправил. Наоборот. Горжусь! Но это я сейчас, когда всё хорошо кончилось, довольный такой, а тогда волновался, и ещё как! По всему городу шли облавы, даже до нашего тихого района долетали звуки стрельбы. По живым мишеням. Да-да. Живым! Как в калейдоскопе сменялись в памяти лица. Первое наше совместное дело — HK400, забитый, с переломанными руками. Нянька, обнимающая свою подопечную на обочине хайвея. Трейси, держащиеся за руки. Но всё перекрывало лицо моего напарника. Карие глаза, веснушки, непокорная прядь волос. Бровки домиком, когда хотел казаться безобидными щеночком. Цепкий взгляд, жесткое выражение лица во время погони или допроса — одно слово — охотник. Почему я, старый болван, не сказал ему ни разу доброго слова, просто не улыбнулся? Даже спасибо не сказал тогда. На крыше. Как же — машина! Я же не благодарю холодильник, когда достаю холодное пиво? Где он сейчас? Пошел на дно вместе с взорванным кораблем? Свои прикончили или спецназовцы пристрелили? Тогда я думал, что никогда уже об этом не узнаю. Слишком маловероятно было, чтоб Коннор сумел уцелеть в этом аду — на старом взорванном корабле или на улицах города, где каждый андроид превратился в живую мишень. Однако — никогда не говори никогда. И поэтому, услышав негромкий стук в дверь и увидев на крыльце знакомую фигуру в пидорском пиджачке, я от радости ну просто голову потерял! Коннор, живой! Чем я могу помочь? Деньги? Документы? Спрятать? Он стоял, обхватил себя руками, словно замёрз. — Лейтенант, мне нужна ваша помощь… Так феерично проебаться — это надо уметь. Собрался я быстро, не обращая внимания на путавшегося под ногами Сумо, который почему-то рычал и скалился. А зря! Меня, матёрого копа, чуйка подвела, а вот умная собака, как могла, старалась предупредить. Мы недалеко успели отъехать, когда моё же табельное уперлось мне в висок и знакомый, но чужой голос велел изменить маршрут. Слабым удовольствием было материть его на чем свет стоит. Ноги устали, руки затекли, а этот застыл, как статуя, и ему хоть бы что. Только напряжённо смотрит в сторону лифта, как коршун, нацеленный на добычу. И добыча явилась. Эпично так. Двери лифта раскрылись, и каким-то слитным движением, полным опасной звериной грации, Коннор поднялся с пола, на котором остались лежать тела охранников. А сам даже пиджака не запачкал. У меня, признаюсь, челюсть отвисла. Вспомнил, как уходя из департамента, я видел, как выносили бесчувственного Рида. А ведь он наверняка тоже был при оружии… Покосился на стоящего рядом клона. Пожалуй, не очень разумно было с моей стороны всё время ожидания покрывать его отборными ругательствами? Хотя — он же машина, для него это был просто белый шум. Когда Коннор — мой Коннор, а не ебаный клон, заявил что ему до меня нет дела — я принял это смиренно, хотя и обидно было. Но когда он поднял руки, словно сдаваясь, и отступил от андроида, я сам не выдержал и велел ему забыть про меня! Но ведь этот упрямец всегда поступал по-своему! Дальше было то, что до сих пор в кошмарах мне снится. Коннор с клоном бросились друг на друга. Дрались они красиво, в другое время я бы полюбовался, но тогда было как-то не до этого. Когда два андроида, как два суриката, застыли передо мной — я понял, что понятия не имею, который из них мой. А права на ошибку у меня не было. — А всё потому, что кое-кто не удосужился запомнить мой номер! — Коннор! Ты же, вроде, с Сумо гулять пошел! И уже вернуться успел? Сколько раз просить тебя не подкрадываться, а? Номер? Номер, видите ли, я не запомнил? Что ты от меня хочешь? Я слишком стар для этого дерьма! Рид вон, даже модель твою прочитать не мог, написанную на твоей форме прямо у него перед носом! — Ну так потому он и детектив, а вы — целый лейтенант! Вот хитрец! Ну вот что мне с ним, таким, делать? И сидит, довольный — естественно на столе! Итак, продолжим. Тот великий момент, когда Коннор, как генерал шел впереди белого воинства андроидов я смотрел уже по трансляции, когда, донельзя измотанный, наконец вернулся домой. Судя по сосредоточенному выражению лица и нахмуренным бровям, он прекрасно осознавал, что если по ним откроют огонь — положение их будет весьма тяжёлым, разве трупами завалят всю площадь. А потому не знал я, кого мне благодарить, когда мадам президент приняла правильное решение! На всякий случай — поблагодарил и человеческого Бога и ихнего, андроидского — RA9. Светало. И хотя устал я зверски, сна не было ни в одном глазу. И поэтому, когда раздался звонок с незнакомого номера, мне только куртку надо было накинуть. Ночь, разделившая историю человечества на «до» и «после», прошла. Занималось утро — не только нового дня, но и новой жизни, в которой мы будем учиться жить вместе с новой разумной расой. Лучший и достойнейший представитель которой вышел мне навстречу, словно соткавшись из морозной утренней дымки, подсвеченной лучами восходящего солнца. — Хэээнк! — физиономия прямо расплылась в улыбке. — Чего «Хэээнк»? — А давайте — остальное завтра допишем?