Белая чешуя на красном шёлке

Бей долго не мог заснуть, обдумывая, что же только что произошло. Почему демон позволил ему поцеловать себя? Откуда он узнал, что Бей давно хотел увидеть его женскую форму? Зачем укусил за шею, что это - месть за поцелуй или форма выражения симпатии? А главное, как теперь вести себя с названным братом, когда он перешёл черту? У Сян Лю в ту ночь мысли тоже скакали словно сверчки, и ни на один вопрос не было ответа. Он не понимал, что с ним происходит. Почему его так тянет к Бею, почему он готов даже превратиться в девушку, лишь бы быть рядом? Он не знал, что делать со своим желанием дальше. Он видел однажды брачные игры русалок, то любопытство чуть не стоило ему всех его голов, но он хорошо помнил, что Тритон кусал за шею свою партнёршу. Почему Бею не понравилось, может у божеств так не принято?... Весь следующий день Бей избегал демона. Он долго не ложился спать, сидя в саду. Когда он всё же отправился в спальню, была уже поздняя ночь. Он снял одежду и забрался под одеяло, даже не взглянув на соседнюю кровать. И только тут он понял, что половина кровати занята. - Ты перепутал кровати? - Я хочу спать рядом с тобой. Бей был обескуражен не только ответом, но и тем, что Сян Лю... лежал... под одеялом... в одном исподнем. - Просто спи и не обращай на меня внимания. - пояснил демон, не открывая глаз. Бей развернулся на бок в сторону Змея и стал разглядывать в темноте его профиль. Юноша был в замешательстве, с одной стороны, нужно было выгнать демона на его кровать, но с другой – он очень устал, а смотреть на Змея было так приятно, что прогонять совсем не хотелось. Возникало желание дотронуться и проверить, а не снится ли ему всё это, но при этом было очень страшно. Незаметно он заснул, а когда проснулся, было уже светло и Сян Лю рядом не было. Весь день они вели себя, как ни в чем не бывало. Но на следующую ночь всё повторилось - Бей обнаружил Сян Лю под своим одеялом. Фан Фэн Бей присел на край кровати и спросил: - Ты ничего не хочешь мне объяснить? - Когда я сплю рядом, ты не болтаешь во сне. Бей не сразу нашёлся что ответить. - Очень странное оправдание, чтобы забраться в мою постель. Если тебе так тяжело переносить мою ночную болтовню, я могу уйти. Все равно ты завтра уедешь. Как-нибудь переживу одну ночь без сна. Юноша уже собирался встать с кровати, когда прохладная рука несильно, но крепко сжала его запястье. - Останься. Мне нравится, когда ты так близко. - Но ты же понимаешь, что это неподобающее поведение для нас? - Что же здесь неподобающего? В этом мире, кроме богов и людей, все остальные живые существа выражают свои чувства и желания не сдерживая себя. Получается, несдержанность - это естественный способ, а неестественный - это сдержанность, присущая только людям и богам. Я не всегда знаю, как правильно выразить свои желания. Но если ты хочешь это услышать... - Прекрати! - Хотя в темноте не было видно, но лицо Бея покраснело. - Этот бессмертный, принял тебя как родного брата, и не имеет права вести себя подобным образом и ты не должен относиться ко мне иначе, чем как к брату. Я допустил ошибку, но надеюсь, что ты простишь меня, и этого больше не повторится. - Ты думаешь, эта отговорка на меня подействует? Отчего же ты так смущён? Я думал, ты опытный стрелок*, и мне есть чему у тебя поучиться. - Демон сел и притянул юношу ближе к себе. - Помнишь, ты потащил меня в ивовый дом* в первый год нашего знакомства. Ты уже тогда спросил меня, могу ли я превратиться в девушку. С того дня, я замечаю каждый твой жест, взгляд и вздох обо мне. Ты так хотел увидеть мою чешую. Скажи, я ведь нравлюсь тебе? Бей слегка отстранился из прохладных объятий. - Бесстыжий... - Бей вздохнул. - Но ... это так. Сян Лю притянул юношу обратно и крепко обняв, прошептал в самое ухо: - Сяо Бей... скажи это ещё раз. - ...Ты мне нравишься. - так же тихо прошептал он, вдыхая дурманящий запах моря. - Хочешь, я сменю свою форму на женскую? - Не надо... Сян Лю лёгким движением опрокинул возлюбленного на кровать и левой рукой преградил ему путь к бегству. Бей даже не сразу понял, что тонкая нижняя рубаха демона давно сползла с плеч, обнажая белоснежные мускулы. В полумраке белая чешуя, обвивающая лентами крепкие руки, грудь и талию поблёскивала словно иней, а волосы демона спадали до самой подушки словно полог. Сян Лю склонился к Бею и прошептал: - Поцелуй меня... - ... Хорошо... только держи клыки при себе. - Обещаю. Утро было солнечным и тёплым. В саду пели птицы и под крышей звенели колокольчики. Тугой узел на сердце Бея был развязан, но ему все равно было грустно. Сегодня демон должен вернуться в военный лагерь Гун Гуна и никто не мог сказать, когда представиться случай для следующей встречи. Бей открыл глаза и увидел рядом с собой спящего демона. Он лежал на животе, а руки лежали под головой. В комнате было довольно светло и съехавшее одеяло открывало взору изящную сильную спину. Бей осторожно приподнялся на локте и стал разглядывать змеиную чешую на теле возлюбленного. Словно восемь лент они обнимали тело Сян Лю. Вчера ночью он разглядел только шесть, все они начинались от шеи и две последние шли параллельно позвоночнику и свернулись кольцами на пояснице. Юноша не удержался и погладил спину любимого. - Нравится? - раздался рядом тихий голос. Бей вздрогнул, покраснел, резко сел и спустил ноги с кровати. - ...Да, ты... очень красивый. - Прошептал он. Демон тоже сел, обнял юношу со спины и положил голову на его плечо. - Если мы сейчас же не позавтракаем, я не смогу сдержаться, чтобы не откусить кусочек. - И он прижался губами к обнаженному плечу. - Бесстыдник, день на дворе. Тебе нужно учиться быть более сдержанным. – Спасая плечо, проворчал Бей. - Хорошо, я сделаю это для тебя. Демон был доволен и отметил, что сегодня, первый раз в жизни, он спал так крепко и безмятежно. После завтрака Сян Лю простился с матушкой и собрался обратно в лагерь. На прощание Бей долго держал демона в объятиях и вдыхал аромат моря, словно хотел надышаться впрок. Когда он, наконец-то, выпустил его, Сян Лю рассыпался миллионом снежинок и растаял в воздухе. *** За весной пришло лето, лето сменилось осенью. Демон стал присылать письма немного чаще, но содержание их было довольно обыденным, и Бей грустил. Особенно сильно это ощущалось в полнолуние. Он подолгу сидел в саду, пил вино и смотрел на серебряный диск в небе. Осень выдалась очень дождливой и холодной. Уголь достать было всё труднее. И Бей почти не топил в своей комнате, чтобы сэкономить его для матери. Несмотря на продолжающиеся сражения, мирное население почти не пострадало. Если не считать регулярных пожаров из-за которых в воздухе всегда витал специфический запах. В ту зиму Сюань Юань захватил Чжи И и принудил правителя отречься от престола. От регулярной армии, защищающей государство Шен Нонг, остались лишь небольшие соединения, которые теперь считались повстанцами. Большая их часть отступила в горы возле города Циншуй, которые имели выгодное стратегическое положение и позволяли войскам малыми силами сопротивляться захватчикам. Плохое снабжение Чжи И после падения привели к тому, что эту зиму горожане жили почти впроголодь. Еды едва хватало, чтобы не умереть с голоду. С каждым днём здоровье матушки ухудшалось. Она много кашляла и вид имела бледный и измученный. Оба они и мать и сын изрядно похудели. Единственная служанка Сяо Че была смертной, дожив до преклонных лет, незадолго до нового года, она тихо покинула этот мир во сне. Это известие ещё более усугубило недуг госпожи Фан Фэн и она грустила с каждым днем всё больше. Юноша нашёл лекаря, но даже имея средства на покупку лекарств, их негде было достать. Многие торговцы разъехались, город снабжался скверно и часть провизии и почти все лечебные снадобья уходили на нужды армии Сюань Юаня. Однажды утром Сян Лю почувствовал, что Бей зовёт Мо Цю. Весь день он ходил встревоженный и ждал орла. К вечеру небо над лагерем огласил резкий клекот. А затем пушистый комок влетел в палатку, едва не врезавшись в демона, который уже собирался выйти ему навстречу. Мо Цю сунул Змею небольшой конверт и вспорхнул на письменный стол молодого советника армии Шен Нонг. В письме было всего два предложения: "Матушка угасает на глазах. Возвращайся скорее". Всегда спокойный и хладнокровный демон, почувствовал как сердце пропустило несколько ударов и кровь отхлынула от его и без того бледного лица. Он бросился к палатке генерала Гун Гуна, едва не срываясь на бег, и с порога ещё в поклоне произнёс: - Генерал, разрешите мне срочно покинуть лагерь на несколько дней. - Причина? - Брат прислал письмо, матушка..., она... - слова застряли в горле холодным комом, как он мог произнести это, что она умирает... - Трёх дней хватит? - Четыре. - Хорошо. - сухо бросил генерал. - Ступай. Сян Лю почти бегом покинул лагерь, зовя Мо Цю. Орёл, который только что работал посыльным, выпорхнул из палатки, пролетел на открытое место и превратился в огромную птицу. Сильными прыжками демон взобрался на верхнюю ветку огромного дерева и с неё спрыгнул на спину своего пернатого друга. Похлопав его по спине, он тихо произнёс: - Поторопись. Мо Цю ускорился как мог и ещё до рассвета королевский снежный орёл приземлился в окрестностях Чжи И. Сян Лю велел ему спрятаться, потому что сейчас здесь было полно солдат. Бесшумной белой тенью молодой воин пробрался во двор старенького домика и без стука вошёл внутрь. Одним движением руки он смахнул весь снег, что зацепился за его одежду и волосы и направился в свою комнату. Остановившись в дверях, он обнаружил, что там было пусто. Он уловил лёгкий шорох за спиной и оглянулся. Позади стоял Бей. Лицо его было бело как снег, уголки глаз слегка покраснели, а губы едва заметно дрожали, он был ужасно худым. Он шатался, словно его качало ветром. Хриплым голосом он проговорил: - Пойдём. И Сян Лю молча пошёл следом в спальню матери. Сделав несколько прерывистых вздохов, Бей толкнул дверь и спокойным голосом, даже как будто радостно, сообщил: - Матушка, брат Сян Лю приехал навестить тебя. Со стороны кровати послышался шорох, который и речью назвать было сложно. Но чуткий слух демона все же различил слова: - Ваша мать счастлива. Двое молодых мужчин подошли ближе и синхронно опустились на колени у кровати. Женщина, что лежала на ней, вид имела измождённый и цвет лица её был бледный с серым оттенком. Её слепые глаза смотрели поверх их склонённых голов. Её слабое тело ограничивало её нежный порыв и там, где здоровый человек протянул бы руки для прикосновения, эта больная женщина могла лишь протащить непослушные запястья по одеялу в направлении своих дорогих детей. Бей протянул к ней ладони и посмотрел на Сян Лю. Демон после секундного замешательства тоже взял её руку в свои. Он много раз видел, как умирают его соперники на арене, как умирают солдаты на поле боя, и вид их разодранных и израненных тел уже не волновал его разум. Но вид этой немощной слепой женщины, которая стала похожа на старуху за те несколько месяцев, что он её не видел, заставлял сердце сжиматься и болеть, словно кто-то держал его железной рукой. Он бессознательно начал вливать в неё свою энергию и ему даже показалось, что следующие слова матушки прозвучали уже не так тускло и несколько громче прежних. - Я так рада, что вы оба здесь. Я чувствую, что силы покидают меня все быстрее, но вы должны пообещать, что будете заботиться друг о друге в будущем. Бей, ты единственная семья Сян Лю. - она немного повернула голову в сторону демона. - Я сожалею лишь о том, что ты не появился в нашей жизни раньше, и я не успела дать тебе больше любви и заботы. Пожалуйста, живите хорошей жизнью. На рассвете фонарь её жизни потух. Сыновья склонили колени и отвесили матушке земные поклоны. После последнего, Бей так и остался лежать на полу. Сян Лю сгрёб его в охапку и вывел из комнаты. Глаза у парня были красные и опухшие. От вида его распухшего лица у демона болело в груди больше, чем от мысли, что он больше не увидит приёмную мать. Вокруг города были войска Сюаня, перемещаться по округе, даже по такой уважительной причине, как похороны было весьма рискованно, поэтому демон решил, что они похоронят матушку в грушевом саду за домом. Качающийся от бессилия Фан Фэн Бей стоял над могилой на коленях и беззвучно ронял слёзы. Сян Лю сжигал ритуальные деньги. Через несколько часов демону пришлось буквально силой затащить названого брата в дом. Он уложил его на кровать, накрыл одеялом, перенёс жаровню из комнаты матери в их спальню и отправился на кухню. Еды в доме практически не было. Из остатков овощей и нескольких небольших кусочков вяленого мяса демон сварил похлёбку и отнес её в комнату Бея. - Тебе нужно поесть. - У меня нет аппетита. Но Сян Лю упрямо сел рядом и стал кормить его с ложки. - Я обещал матушке, что буду о тебе заботиться. Сейчас ты поешь, и Мо Цю нас кое-куда отвезёт. Бей молчал, взгляд его был пустой и он механически открывал рот и глотал суп не чувствуя вкуса.