О любви и искусстве

Часть 18

Австралия в ноябре только расцветает, краски становятся ярче. Отличный выбор, чтобы сбежать на время от холодов и дождей Лондона. Гермиона остановилась в доме родителей, находившемся в небольшой деревеньке в нескольких десятках миль от города на западе Австралии. Джин и Джек Грейнджеры жутко обрадовались неожиданному приезду дочери. — Гермиона, было бы так хорошо, если бы ты чаще приезжала к нам, мы так редко тебя видим, а нам так тебя не хватает. — Мама, я тоже очень скучаю по вас с папой. Я обещаю, что буду стараться приезжать чаще. — Если у тебя кто-то есть, можешь пригласить его с собой. Мы с папой… — Мааам, хорошая попытка начать разговор про то, есть у меня кто-то или нет, но сразу скажу, что сейчас я ни с кем не встречаюсь. — Я ничего такого и не имела в виду. — возразила ее мать. — Конечно, будто я тебя не знаю. — усмехнулась Гермиона. — Тогда ты знаешь и то, что твое счастье для нас важнее всего, и мы бы не хотели, чтобы ты себя к чему-то принуждала. Если это не он, а она… -Джин, перестань, дочка только приехала, а ты уже делаешь все, чтобы она снова сбежала в Лондон. — вступился ее отец — Не обращай внимания, милая, мама просто переживает за тебя. -Я знаю, пап. Как ваши дела? — Не жалуемся. Работа идет. Завтра поедем в город, в нашу клинику записалось несколько пациентов. Будешь весь день предоставлена сама себе. Не скучай, выспись, прогуляйся, полюбуйся природой. Конечно, если хочешь, то можешь поехать с нами… — Все в порядке, не переживай. Я найду, чем себя занять.

***

Вечером после ужина, пожелав родителям спокойной ночи, Гермиона поднялась наверх в подготовленную для нее комнату, где ее уже ждал Драко. — Родителей завтра не будет, и мы сможем побыть вдвоем. — Тогда выберемся на пикник, здесь недалеко есть очень красивое место. — Это предложение или утверждение? — Конечно, утверждение, мисс Грейнджер. — Как скажите, мистер Малфой. Будут ли еще какие-то приказания? — Ты решила поиграть со мной? — Может быть. — неопределенно ответила девушка, зайдя за ширму, что переодеться в ночную сорочку. -В доме своих родителей? — Почему бы и нет? Свет ночника, освещающий комнату, высвечивал на ширме силуэт девушки, позволяя Драко, любоваться ей. Мерлин, какая же она красивая! — Ты просто чувствуешь себя в безопасности, потому что я призрак, и считаешь, что можешь безнаказанно дразнить меня. — не отводя взора от нее продолжил Драко. — Даже если и так. Что дальше? — Мне нравится такая уверенная в себе Грейнджер, даже представить себе не можешь, как много я сейчас хотел бы сделать. — У тебя есть слова. — улыбаясь, девушка вышла из-за ширмы, на ней была тонкая белая сорочка длинной доходящая практически до щиколоток, волосы распущены. Такая естественная, домашняя, родная. — Хочешь услышать? — хрипло произнес Драко, смотря ей в глаза. -Несомненно. — одними губами ответила девушка. — Я бы хотел коснуться твоих волос, чтобы почувствовать их мягкость, ощутить на губах нежность твоей кожи, когда целовал бы твои тонкие ключицы, шею, пухлые губы. Я хотел бы прижать тебя к себе, обняв твою тонкую талию, чтобы между нами не осталось больше расстояния и преград, ощутить тепло твоих рук, которые крепко обнимали меня в ответ, почувствовать жар твоего дыхания. Я бы хотел принадлежать тебе не только душой, но и телом. Это пугает тебя? — Нет. Немного смущает и то, только из-за того, что никто не говорил со мной так откровенно и интимно. Я бы тоже этого хотела с тобой. Хотела почувствовать, что все это реально, а не моя больная фантазия. — Тебе пора ложиться спать, нам завтра предстоит ранний подъем, чтобы успеть до жары. — Смогу ли я уснуть теперь? — Спеть тебе колыбельную? Девушка утвердительно кивнула. — Тогда ложись быстрее в кровать. Когда бы я ни был с тобою вдвоем, Я чувствовал будто снова вернулся домой, Когда бы я ни был с тобою вдвоем, Я чувствовал будто снова в мире с собой, Когда бы я ни был с тобою вдвоем, Я чувствовал будто снова стал юн, Когда бы я ни был с тобою вдвоем, Я чувствовал будто снова смеяться могу, Как бы я ни был далеко, буду любить тебя всегда, Сколько б нам не было дано, буду любить всегда. Дыхание девушке выровнялось, и она медленно погрузилась в сон. Гермионе снились яркие светлые сны, где она, сидя на мягком цветастом пледе, раскинутом на большой усыпанной луговыми цветами и ягодами поляне, наблюдает за тем, как маленькая девчушка лет пяти со светлыми волосами, собранными в небольшую косичку, и с венком из цветов на голове, громко смеясь, играет в догонялки со своим отцом — Драко, на лице которого искренняя, любящая улыбка. Догнав девочку, он поднял ее высоко в воздух и крепко обнял. — Лира, ты стала такой шустрой, но от меня так просто не уйдешь! — Лира, Драко, нам пора собираться, бабушка, наверное, уже нас заждалась! — окликнула их Гермиона, обратив на себя внимание. — Ну, мам, еще чуть-чуть, пожалуйста. — канючила девочка. — Лира, мама права, бабушка будет недовольна, если мы пропустим обед. Поиграем в саду. — предложил решение Драко, подходя к Гермионе, неся девочку на руках. — Поскорее бы появился Скорпиус, чтобы мы могли с ним поиграть! — Ну, ему еще нужно будет немного подрасти, чтобы играть с тобой, хотя бы пару лет. Гермиона нежно погладила свой уже большой животик. — Почему так долго. Разве он не может появиться сразу большим? — К сожалению, нет, милая. — Как вы себя чувствуете? — опуская Лиру, Драко нежно чмокнул Гермиону в губы. – Скорпиус не хулиганит? — взволновано спросил Драко, ласково касаясь ее живота. — Все хорошо, любимый, всего пару раз толкнулся, ему уже не терпится увидеть вас с Лирой. — Люблю вас. — сердечно произнес Драко. — А мы любим тебя, папочка. — пропищала Лира. — Люблю тебя. — одними губами прошептала Гермиона, запуская руку ему в волосы и приводя их в еще больший беспорядок. Драко, широко улыбаясь, поймал ее шаловливую руку и нежно поцеловал в запястье. — Давайте собираться. Лира, идите с мамой вперед, а я все соберу и догоню вас. Девочка ухватилась своей маленькой ручкой за руку Гермионы и весело подпрыгивая, направилась вместе с ней в сторону дома. Лучи солнечного света, проникшие в комнату, разбудили Гермиону, заставляя покинуть столь сладкую идиллию и вернуться в реальность. Сон казался настолько реальным, что его фрагменты ярко вспыхивали в ее памяти. Встав с кровати, Гермиона, не удосужившись накинуть халат, вышла на небольшой балкон и сделала глубокий вдох, ощутив свежесть утреннего воздуха. Родители уже уехали в город, на улице не было слышно ничего, кроме шелеста листьев и пения птиц. — Ты так прекрасна! — раздался восхищенный голос Драко позади нее, от которого по телу Гермионы пошли мурашки. До того как подать голос, Драко несколько минут просто любовался ею, она была словно ангел, спустившийся с небес на землю. Лучи солнца ласково касались ее кожи, волосы волнами спадавшие на спину сияли, отражая солнечный свет, вся она была внеземной и в тоже время настоящей, живой. — И тебе доброе утро. Когда Гермиона повернулась к нему, на ее губах была нежная улыбка, а глаза полны любви. — О, богиня, свет, блаженство! С чем глаз твоих сравню я совершенство? Кристалл тусклей! Уста твои цветут, Они как вишни, что лобзанья ждут. — Ты пытаешься обворожить меня? — Разве я еще не сделал этого? — Я бы сказала, что ты на правильном пути. Какие у нас планы? — Не знаю как у тебя, а у меня в планах пикник в красивом месте с самой потрясающей девушкой. — Если ты не прекратишь осыпать меня комплиментами, я скоро взорвусь от смущения. — Прости, очень сложно удержаться, ведь ты… — Драко! — смущенно улыбаясь, девушка покинула балкон и быстро взяв из сумки несколько вещей, направилась прочь из комнаты. — Я только переоденусь, и можем выдвигаться.

***

Место, куда привел Гермиону Драко, действительно выглядело сказочно. Кругом были цветы, источавшие волшебный аромат, который легкий ветерок распространял по округе. Птицы негромко переговаривались между собой, создавая приятную мелодию. Все это напоминало ей детство и от этого становилось тепло на душе. Пока Гермиона собирала цветы для венка, Драко на несколько голосов на память читал ей «Сон в летнюю ночь»: — Хотел сказать я, что любовь чудесно В одно слила два наших сердца тесно И клятвою их так связала оба, Что верность в них живет одна до гроба. В местечке рядом мне не откажи: Поверь, что не способен я ко лжи. — Словами ты играешь преискусно. — не удержалась Гермиона, — Ляг дальше. Спи спокойно, без забот; и только с жизнью пусть любовь придет. — Жестокая… — Не по тексту, Драко. — Страсть, цель и радость глаз моих теперь ты, милая Миона. — громко прокричал Драко. — Знаешь, я бы очень хотела остаться в этом моменте, где есть только ты и я. — она медленно подошла к нему, поднимая руку к его щеке, практически касаясь ее, если бы это было возможно. Драко, поддаваясь порыву, наклонил голову к ее руке, желая почувствовать ее тепло, и прикрыл глаза. — Если существует вообще какое-то переселение душ, то, как только у меня получиться снова стать человеком, пусть через сто, тысячу, миллион лет, я найду тебя, я обещаю это тебе. — прошептал Драко, вызвав блаженную улыбку на губах Гермионы. Она верила ему.

***

Вечером, после ужина, Джин, сославшись на легкую усталость, поднялась в спальню, а Гермиона с отцом остались вдвоем, убирая со стола и намывая посуду. — Папа, ты можешь идти отдохнуть, я справлюсь и сама. — Ну, уж нет, моя маленькая птичка, я не упущу возможность еще хоть немного побыть рядом с моей дочкой. Ты стала такая большая, а ведь, казалось только вчера, ты носилась по улице, училась кататься на велосипеде, жаловалась мне на Тома Хохланда, что он дергает тебя за косички в детском саду. — Его звали Скотт Холланд, и он, правда, был невыносим. — Уверен, что так и было. — улыбнулся ей отец. — Вот видишь. — Я еще я вижу, что ты сильно изменилась. — Что ты имеешь в виду? — Гермиона удивленно посмотрела на отца. — Не знаю. Ты больше улыбаешься, твои глаза сияют. Ты счастлива. — Да, я счастлива.