Глава 10
3 июля 2024 г., 13:03
Мортиша перебирала шкаф, когда к ней зашёл Ярослав Иванович. Баскервиль лишь тихо хмыкнула, продолжая неторопливо заниматься рутинной работой. Ей предстояло выбросить хоть и любимые, но уже бесполезные вещи, в большинстве которые потеряли не только внешний вид.
— Я прошу прощения, что без стука, но у меня мало времени, — протараторил Лермо́нт, проходя по просторной комнате, напоминавшей гостиную. Из-за плотных штор в помещение практически не проникал солнечный свет. Полы застелены плотными коврами, запах пропитался ягодным чаем. А ещё здесь было на удивление прохладнее, чем снаружи. — Вы же можете решить проблему с призраком?
— Неужели чудесный ребёнок помешал вам? — лениво протянула Мортиша, ставя на стол шарик со снегом внутри. У маленького домика светились окошки и шёл лёгкий дымок.
— Вы про Рамонду? — иронично спросил Ярослав Иванович. — Не уверен, что она чудесный ребёнок. Я не ожидал, что она окажется настолько наблюдательной.
— Явная недооценка с вашей стороны, — усмехнулась Мортиша. — Если бы не смерть — она была бы одной из лучших учениц на вашем факультете.
— Не сомневаюсь. Но сейчас мне нужно, чтобы она не разговаривала.
Оракул вытащила из шкафа большую коробку и изнутри выпало нечто большое и завёрнутое в плотные пакеты. Бровь Мортиши удивлённо приподнялась.
— Ох, дядюшка Никнак, а я вас искала…
Лермо́нт нахмурился и спустя миг осознал, что перед ним высушенный труп, спрятанный в глубоком шкафу.
— Мортиша, вы прячете тело?
— Отнюдь, сэр, это мой близкий родственник, он всегда со мной, — равнодушно ответила Баскервиль и с видимым трудом убрала труп обратно. — Я храню даже его наряды, поглядите.
Прибывая в лёгком недоумении, Ярослав Иванович осторожно, боясь, что труп внезапно оживёт, подошёл. На вешалках висели старые потрёпанные мужские вещи, ставшие постоянной едой моли. Тело затерялось в глубинах заколдованного шкафа и вроде бы, оставалось неподвижно мёртвым. «Надеюсь, навсегда», — пронеслась мысль в голове, когда офицер отошёл на безопасное расстояние.
Обстановка в гостиной была по-спартански простой и скромной. Ничего лишнего и ничего такого, что обычно любили женщины: роскошь, красота и удобство во многих мелочах. Здесь этого всего не было, лишь один громадный шкаф являлся достоянием. Два кресла, да маленький деревянный столик. На этом убранство гостиной заканчивалось. И Ярослав Иванович не сомневался, что подобная обстановка будет наблюдаться в комнате за приоткрытой дверью.
— Что может быть лучше, чем находиться со своей семьёй, верно?
— Разумеется, — не стал возражать Лермо́нт, решив, что каждый может сходить с ума по своему. — Так вы поможете мне?
— Я уже помогаю. Не забыли мой позывной?
— Никак нет, — кивнул Ярослав Иванович. — Могу ещё вопрос задать?
— Вы уже задали один, — усмехнулась Мортиша, подходя к одному из глубоких кресел. — Задавайте второй, что уж.
— Какова причина работы на Российскую Империю?
Она опустилась в кресло и махнула рукой. Шторы разъехались в стороны, впуская немного света. Солнечное утро испортили пришедшие дождевые тяжёлые тучи.
— Ваша власть не жгла мой род, — на ломанном русском ответила оракул. Мортиша закинула ногу на ногу, её спина была невероятно ровной. — Мои предки даже жили в вашей стране некоторое время. Я помню снег, — она улыбнулась и жестом пригласила присесть. — В Англии его мало. Там — прекрасно много.
— Вы хотели бы вернуться? — догадался Ярослав Иванович, но всё же решил уточнить.
— Хотела бы. Но это не основная причина, — Мортиша накрутила на палец белую прядь. — На одном из кладбищ я подняла мертвецов и меня заметили. За молчание мне предложили работу и вот так мы с вами познакомились.
— Некромантия — магия запрещённая, — задумчиво протянул Ярослав Иванович и поднялся. — Я вас услышал, госпожа Баскервиль. Надеюсь на вашу помощь с призраком.
— Всегда пожалуйста, — Мортиша вытянула руку с длинными бледными пальцами и начала любоваться тонким серебряным колечком с тёмно-синим камушком. Это одно из любимых украшений, которое хранилось в деревянной шкатулке, до недавно времени затерявшейся в заколдованном шкафу. Когда дверь за Лермо́нтом закрылась, лицо Мортиши стало холодным и почти бесчувственным.
Она сжала ладонь, а когда разжала пальцы, на ладони сидел крупный тёмно-серый мотылёк. Над головой послышался звук крыльев. Профессор Баскервиль посмотрела наверх — множество таких же мотыльков порхали по комнате в нетерпеливом ожидании.
***
— Нет, вы его слыхали?! — швыряя на пол промокшую насквозь от пота футболку, яростно прокричал один из студентов. — Кретин ненормальный! Это же надо такое придумать! — Я всё больше склоняюсь к тому, чтобы перевестись отсюда… — устало протянул другой, рухнув на кровать без остатков сил. Ноги неприятно гудели. — С каждым годом только хуже. — Нам было достаточно двух занятий в неделю! Фехтование профессора Харлидфсон чего только стоят! — не унимался первый, доставая из шкафчика полотенце. С первого дня он уже предполагал, что от нового иностранного профессора только беды и ждать. «Решил устроить свои порядки! Здесь не принято подобное отношение к студентам!» — Исак, а ты что скажешь? Он вроде с твоей тётушкой хорошо ладит! Исак мрачно покосился на говорившего, давая понять, что отвечать не намерен. Парни лишь тихонько посмеялись, не удивившись подобной реакции. Мур редко разговаривал, больше мрачно отмалчивался и уж тем более не возмущался. Друзьями он так и не обзавёлся, несмотря на то, что частенько его можно было увидеть в компании Мориарти и Оза. Хотя, многие считали, что Исак просто ходит пугающей тенью за сестрой, которая как раз-таки общалась с проказником Морти и заучкой Озом. — Да ладно вам, хватит об этом ненормальном! — воскликнул вышедший высокий старшекурсник с полотенцем на плечах. Андриан Алджернон являлся заместителем старосты и пользовался большим уважением, чем первый. — Кто сегодня в «Рубикон»?! — Хочешь отметить наше первое худшее утро? — смеясь, спросил Мориарти, сидя на подоконнике. — И не только, — лицо Андриана помрачнело. — Нам надо помянуть Сэмюэля Палмера, нельзя так просто оставить этот инцидент. Я уже отправил письмо матери и жду ответа. Уверен, она тоже не оставит подобное. — Ты написал письмо матери?! — охнул Мориарти, спрыгивая с насиженного места. — Охо-хо, мадам Лоренса наверняка уже в пути! — Ещё нет, но думаю, что скоро она прибудет сюда, — кивнул Андриан, невольно вспомнив суровое лицо матери. Анджернон и Пламер — давние знакомые, как-то раз едва не породнились — трагедия помешала, но дружеские отношения сохранились. Поэтому Андриан разделял горе утраты несчастной Адель и хотел помочь наказать проклятого профессора, сующего нос не в свои дела. — Ладно, собираемся, надо успеть на занятия. А после отбоя — в «Рубикон».***
Идя по улочкам Великобритании, Ярослав Иванович чувствовал тоску по родине. Здесь всё было не так, даже казалось, солнце светило иначе, да и дожди холоднее. С разрешения директора Алистера, он выкроил себе несколько часов, чтобы посетить посольство, куда его пригласил лично князь Суворов. Ярослав Иванович был рад неожиданной встречи и на самом деле ему было интересно посмотреть на неродного сына предыдущего князя, который, по слухам, стал практически идентичной копией приёмного отца. Вот же ж какая интересная судьба у этого рода! Не имея родных детей князья усыновляли беспризорных мальчишек, которые со временем все, как один, становились точной копией отцов! Некоторые даже поговаривали, что Суворовы не обходились без помощи тёмной магии. А вот Ярослав Иванович считал, что любовь и забота творили куда бо́льшие чудеса, чем любые чары. Лермо́нт остановился перед высоким железным забором. Продемонстрировав удостоверение офицера охране, с лёгким волнением в сердце, вошёл на территорию и сразу же почувствовал на себе давление чужой силы, которая охватывала всё пространство вокруг большого и старого здания. «Вот он — сильный маг! Хоть бы не раздавило…» — пронеслось в голове, пока офицер преодолевал своего злейшего врага — лестницу. Двери приглашающе отварились прежде, чем Лермо́нт успел ступить на последнюю ступень. Ярослав Иванович смахнул выступившие капли пота с лица, поправил ворот и вошёл в прохладное помещение, где пахло кофе. Его встретила высокая девушка в форме, она молча указала на длинный просторный коридор и цокая невысокими каблуками, направилась вперёд. Стены украшали редкие портреты и картины, широкие окна выходили на центральную улицу, где кипела жизнь. Редко проходящие люди тихо переговаривались на родной речи и Ярослав Иванович только сейчас понял, насколько соскучился по звучанию знакомых слов. Молодой офицер при виде их выпрямился и отдал честь, девушка молча кивнула и остановилась перед дверями, предварительно постучав. — Вас ожидают, — наконец сказала она, открыв перед Ярославом Ивановичем дверь. Просторный кабинет пах дорогим табаком и крепким кофе. За широким столом, заставленным высокими стопками бумаг сидел немолодой мужчина и неторопливо покуривал трубку. Кустистые серые брови сведены к переносице, длинные завитые густые усы с виднеющейся проседью придавали суровости и без того серьёзному лицу. Стоило Ярославу Ивановичу шагнуть за порог, как взгляд карих глаз мгновенно обдал вошедшего обжигающей холодностью. Ярослав Иванович невольно выпрямился и машинально отдал честь: — Старший советник первого эшелона третьего отделения Его Императорского Величества собственной канцелярии штабс-капитан первого драгунского Его Императорского Величества полка в отставке, кавалер ордена Славы Ярослав Иванович Лермо́нт по вашему приказанию прибыл! Лицо князя смягчилось, губы вытянулись в тонкую полуулыбку. — Вольно, старший советник, давайте здесь без излишнего официоза. Я вас ожидал. — Чем могу быть полезен, Ваша Светлость? — спросил Ярослав Иванович. Суворов хрипло рассмеялся: — Присаживайтесь, доложите, как обстоят дела? Вы успели узнать что-нибудь? Лермо́нт сел, держа спину по-прежнему слишком прямо, отчего плечи начинали противно ныть. Но расслабиться не получалось. Сила князя в кабинете ощущалась невероятно отчётливо, практически на физическом уровне. Вероятно, князь мог одним движением бровей размазать десяток таких советников по стенам. — К сожалению, узнать удалось не слишком много, — от собственных слов стало стыдно. — Опрошены учителя и учащиеся, подобраны кандидатуры для содействия на конфиденциальной основе. Почва для проявления революционных идей великолепная, но на данный момент, члены интересующей нас ячейки не выявлены. — Чётко отрапортовал Ярослав Иванович. — Я понимаю вас, господин старший советник, — тепло улыбнулся князь, — никто не требует результата за один день и даже неделю. Мы работаем годами, каждый на своей земле, ценим каждую крупицу значимой информации. Скажите, у вас, друг мой, не возникало вопроса, с чего ради какой-то умник из Генерального штаба Его Императорского Величества придумал отправить целый ряд профессиональных сыскарей в чужую страну, разбросав их по разным объектам и лишив как ясных указаний, так и нормальной координации? Как же, Ярослав не одну ночь думал об этом, и сейчас сердце сжалось от предвкушения, волнения и холодной ярости. Столько бессонных ночей, столько вопросов, и вот оно все перед ним! — Я понимаю ваши чувства, господин Лермо́нт. — По всей видимости князь либо почувствовал, либо прочёл по лицу бурю эмоций сыскаря. — Итак, у нас появилась возможность усилить свою работу здесь, в Великобритании. Был повод, был диалог с иностранными коллегами, и вот — более десятка искушённых в сыскном деле человек находятся в сердце Великобритании. Осуществляют политический сыск английских же революционеров, вербуя самых настоящих английских джентльменов с одобрения их собственного Отдела Магии. Кстати, эта их затея с отделением одарённых людей от общества — лучший подарок за столько лет, — Суворов тяжело и устало выдохнул. — Практически полностью отделить всех, кто способны применять магию, из жизни общества и государства. Это истинный дар судьбы, Ярослав Иванович. — Ваша светлость, я верно понимаю, что поступил в ваше распоряжение для выполнения задач вашего… Посольства. Какие же тогда будут указания? — Да, именно так, друг мой, — князь тихо рассмеялся и взглянул на офицера тепло, как на старого и доброго друга, чья дружба скреплялась тяжёлыми годами. — Указания? Продолжайте свою работу. Особенно с учениками и учителями, исследуйте замок и ждите. Я передам вам весточку, когда будет нужно. Ярослав Иванович, я могу просить Вас? — Разумеется, князь. — Ярослав встал и застыл в ожидании, готовый хоть подать трость, хоть обезглавить королеву Англии по первому требованию этого человека. — Отобедайте со мной, расскажите мне о России. Я не был там уже несколько лет. — Князь тепло улыбался, а глаза его сияли неестественным голубым свечением. «Да… вот это мощь!» — пронеслось в голове Ярослава Ивановича с восхищением. В сравнении с Его Светлостью, офицер Лермо́нт и рядом не стоял. Сила оказывалась настолько велика, что сдерживать её внутри физической оболочки — тоже задача непростая. Каждый день людям, подобным князю Суворову, приходилось бороться с бушующей внутри тела магией, сжимать и сдавливать, чтобы не произошёл внутренний «взрыв», отчего сойти с ума — пожалуй, самое безобидное, что только могло произойти. Обратный путь пролетел для его благородия незаметно. Мысли кружили голову. Та картинка, которую, вот уже почти месяц не имел возможности сложить офицер, начала собираться сама. Визит в Великобританию представителя политического сыска Его Императорского Величества собственной канцелярии, какие-то нелепые революционеры в Петербурге, которые буквально сами вопили о своем появлении и Его Светлость князь Суворов собственной персоны. Все стало ясно, как день, как только Ярослав Иванович осознал кто именно с ним говорил. Глава небольшого посольства, сильный маг и именитый дворянин — безусловно, но в первую очередь это был Резидент — глава агентурной сети Империи в самом сердце чужого государства, человек, который своим холодным умом и чистыми руками менял ход событий в угоду Его Императорского Величества Александра Александровича. По всей видимости, этих рук оказалось мало, теперь в Великобритании добавилось десниц Суворова, которым надлежит делать самые грязные дела, оставаясь при этом кристально чистыми. Теперь дальнейший план действий для Ярослава Ивановича стал более-менее ясен. Такие диалоги, какой только что состоялся у штабс-капитана с князем, принято сегодня именовать «рыбьим языком». Сказать все так, чтобы посторонний человек не понял ничего, если ему удалось подслушать. Если Империи нужны тайны Мортэма, что ж… Господа офицеры всегда готовы найти там десяток-другой «барабанов», тем более, что доносить друг на друга в этой школе вовсе не считается моветоном. Разве, что маленькое любопытство мучило господина старшего советника — кого же еще волею судьбы закинуло в этот бездарный чуждый край? Мортэм была полна суеты. До ужина оставались считанные часы и студенты могли провести это время свободно, либо с пользой, занявшись заданными заданиями. Сидя на лавочках во двориках или же в просторных коридорах, ученики наполняли пространство гудящими голосами и частичками магии. Над головой, теряя горячие искры и свистя, промчалась маленькая огненная вспышка. Следом за ней бежали второкурсники, звонко смеясь. Ярослав Иванович остановился посреди коридора, наслаждаясь царившей атмосферой. Краем глаза он заметил быстро прошедшую Маргарет Фабер, за которой тенью следовал профессор Кросби. Они не обратили внимания на вернувшегося Лермо́нта и это даже порадовало уставшего офицера. «Надо бы к Абрасаксам заглянуть, — подумал Ярослав Иванович, глянув на часы. — На всякий случай». — Профессор Лермо́нт! Профессор Лермо́нт! Глаза быстро отыскали кричавшего — это была Оресия. Профессор Крофтон бежала из последних сил, светлые волосы растрепались, а лицо покраснело и покрылось испариной. Внутри сразу же зародилось неприятное предчувствие. — Что-то случилось? — спросил Ярослав Иванович, нахмурившись, когда молодая профессор остановилась напротив, тяжело дыша. — Да! Я везде вас искала! — закричала она, схватив его за руку. — Мисс Мур и мисс Палмер устроили дуэль возле леса! — глаза покраснели от подступивших слёз. — Мистер Мур совсем недавно серьёзно ранил нескольких однокурсников! И сейчас никто не может его отыскать! Ярослав Иванович резко развернулся и немедленно направился к лесу. «Так вот почему Фабер так быстро куда-то шла!» — пронеслось в голове, когда он уже выходил из коридора. Атмосфера стремительно изменялась: появился тревожный шёпот, суета стала резкой и неприятной, студенты бегали в стороны, кто-то что-то кричал, воздух полнился напряжением и теперь Лермо́нт отчётливо ощущал сильный всплеск магической силы и видел, как в воздух поднялся водоворот чар, наполненных злобой, обидой и страхом. Возле леса уже скопились учащиеся, кто-то кричал, кто-то пытался влезть, но другие не пускали. Ярослав Иванович разглядел не только Палмер, но и ещё нескольких студентов, которые решительно атаковали одного из близнецов Мур. Иса парировала атаки и пусть с трудом, но пыталась наступать. Магия вспыхивала и гремела, и это уже не было похоже на дружескую дуэль, дети сражались всерьёз. «Что-то произошло в моё отсутствие!» — мелькнула мысль в голове и над ним пронёсся сгусток чёрного дыма, едва не сбив офицера с ног. Дым резко крутанулся над сражающимися и с грохотом рухнул вниз, снося Адель. Палмер закричала, когда дым схватил её за волосы и потащил прямо по земле в сторону леса. Ярослав Иванович взмахнул рукой, чтобы остановить сражающихся, но с громким свистом мимо пролетел острый меч, отразивший магические удары и зависший между дуэлянтами. Из тени одного из студентов вышел профессор Кросби и поднял всех троих в воздух. За дымом последовал шуршащий рой чёрных мотыльков, через миг окутавший и визжащую Палмер и сгусток. — Профессор Лермо́нт! Ярослав Иванович обернулся и заметил бегущего к нему Сэдрика. — Вы вернулись! — Можете ввести меня в курс дела? — сухо спросил Ярослав и обернулся к лесу. Там уже стояла Мортиша, держа за волосы племянника и придерживая под руку вяло дёргающуюся Адель. — Если бы я знал, — пожал плечами Сэдрик. — Мы даже не сразу поняли, что происходит. — Понял. Выясню. — Думаю, мы справимся сами, — Маргарет Фабер шагала, слегка прихрамывая. Её и без того строгое лицо теперь стало суровым. — Это так вы работаете со своими факультетом? Дети едва не поубивали друг друга! — Мадам, я больше чем уверен, что без меня подобные стычки происходили куда чаще, — вежливо, но с нажимом проговорил Ярослав Иванович и направился к студентам. — Профессор Кросби, прошу, опустите их вниз. Уильям глянул на идущую позади Фабер, та лишь фыркнула, ничего не сказав. Меч бесшумно и плавно перевернулся лезвием вниз и застыл в воздухе. Иса убрала палочку и напряжённо глянула на тётушку, неторопливо двигающуюся к ним. — Это возмутительно! — возмущённо воскликнула Фабер. — Какая наглость устраивать подобные разборки в школе! Мисс Мур, немедленно объяснитесь! Иса ещё раз глянула на холодное и недовольное лицо тётушки Мортиши и, отвернувшись, ответила: — Я расскажу только его благородию Ярославу Ивановичу. Фабер раскрыла рот, но ничего не смогла ответить. Её возмущению не было предела, даже лицо побагровело. А Иса, словно специально продолжая драконить профессора, сказала: — Ваше благородие, могу ли я рассчитывать на личный разговор? Ярослав Иванович удивлённо приподнял бровь. Была ли это игра или Иса серьёзно вознамерилась рассказать нечто личное, он не знал. Хотя недовольное лицо Маргарет ему понравилось, стоило признать. — Думаю, в этом не будет ничего страшного, — ответил Лермо́нт, мельком глянув на Мортишу. Та одобрительно кивнула. — Возмутительно! — рыкнула Фабер и ненавистным взглядом оглядела всех нарушителей порядка. — Вы все будете наказаны! Все до единого! Последняя фраза как будто предназначалась офицеру. Ярослав Иванович хмыкнул, чем же он так провинился, что на него стоило так злиться? — Ну, Иса, что же ты хотела мне рассказать? — спросил Лермо́нт, когда они вошли в кабинет. — С вашего позволения, я бы хотела спросить вас кое о чём, — тихо, как будто боясь, что стены подслушают разговор, проговорила Иса, присаживаясь на стул. Ярослав Иванович встал на против. — Надеюсь, я смогу ответить тебе, — кивнул Лермо́нт. Ему стало интересно, какой же вопрос могла задать Иса. Ситуация разворачивалась нестандартным образом, пожалуй, ему стоит теперь более тщательно продумывать, что следовало говорить этим детям. — Скажите, для чего вы сюда приехали? — серьёзно спросила Мур, глядя точно офицеру в глаза. — Только врать не нужно. — А почему ты спрашиваешь меня о таком? — он присел на стул. — Я вызываю у тебя подозрения? — Вызываете, — твёрдо ответила Иса. — С самого первого дня. Вы ведь не учитель, — она усмехнулась. — Вы — военный. Ярослав Иванович сжал трость, но внешне оставался спокойным. — Я не враг вам! — воскликнула Иса, примирительно подняв руки. — Я просто хочу разобраться, поэтому и попросила поговорить лично. — Тогда откуда у тебя такая информация? — У меня были видения, — выдохнув, призналась Иса, опустив руки и погрустнев. — Сначала я думала, что вы принесёте беды нашей школе, потому что видела вас в центре кровавой бойни. Но потом видение изменилось, стало чётким и более подробным. И вы не уничтожали Мортэм, а защищали. Поэтому я хочу знать, для чего вы сюда приехали. — Я отвечу тебе, но сначала скажи по какой причине вы с братом учинили беспорядок, — спокойно попросил Ярослав Иванович и украдкой взглянул на тень за шкафом. Иса начала заламывать пальцы, ей явно не хотелось отвечать. — Я не смогу тебе помочь, если не узнаю, — как можно мягче проговорил Лермо́нт. — Адель услышала наш разговор с Рамондой, — выпалила Иса и прикусила губу. — Мы с Рамондой обсуждали моё видение, вас в целом, ваше благородие, ну и ваши методы… И сошлись на том, что они… весьма приемлемы. А потом влезла Адель, которая совершенно не умеет следить за своим языком! Я не смогла стерпеть такого тона и бросила вызов. — Мур закрыла ладонями лицо. — Только вот вместо одной Адель мне пришлось сцепиться со всей шайкой, fucking cunts! Прошу простить, ваше благородие, я не хотела, чтобы у вас были серьёзные проблемы. — Я услышал вас, госпожа Мур, смею заверить, никаких нерешаемых проблем вы мне не доставили. Ответьте на еще один вопрос. — Да, профессор? Ой. То есть, ваше благородие. — Ничего. Об этом я и хотел поинтересоваться, где ты научилась обращаться по-русски? — Видения, там вас именовали таким образом. Я запомнила, как это звучит на вашем языке. А почему вы так хорошо говорите по-английски? Очень чистая речь, гораздо чище, чем у самого настоящего англичанина. — Я — дворянин, меня учили английскому, французскому и латыни, при чем в классическом, а не разговорном варианте. Всего лишь образование. — Ярослав Иванович тепло улыбнулся, пряча колючий взгляд старого сыщика. Лермо́нт положил ладонь на небольшое девичье плечо и ободряюще улыбнулся. Ему было приятно, что хоть кто-то из учеников был теперь на его стороне. — Теперь ваша очередь. Расскажите мне. — Как пожелаешь. Я раньше действительно участвовал в войнах и у меня большой опыт в боевых действиях. Но после ранения на службу вернуться уже не смог, зато меня приглашают преподавать в разные школы, чтобы я делился опытом. Веришь? Иса немного помедлив, кивнула. Когда она ушла, а дверь закрылась, Ярослав Иванович устало положил голову на руки. Тяжёлый выдался денёк. И почему-то дальше становилось только труднее, а ведь первоначально задача казалась пустяковой. — Долго прятаться будешь? Из тени послышалось шуршание, будто хлопот мелких крыльев. А потом оттуда шагнул силуэт, медленно преобразовавшийся в высокую бледную женщину. — Прошу прощения, она такая умная в меня, — холодно усмехнулась Мортиша. — И всё-таки, обманывать детей не хорошо. — А я разве обманул? — Но и правды всей не раскрыли, — Баскервиль присела на стол. — Извините, я не уследила за её даром. И не думала, что у неё хватит родовой наглости пойти на подобную дерзость.
