Фетиш на тебя

Летний ветер ласкал тонкие шторы. Играла лёгкая музыка. Рики постукивал пальцами по стеклянному столу, неприветливо глядя на младенца, что дёргал ножками и ручками. Парень закатил глаза, показывая этой маленькой истеричке свой длинный язык. — Хорошо придумали эти двоя! — Рики перевёл свой взгляд на девушку, что стояла возле плиты. — Оставили свою плаксу на тебя, а в итоге нянчусь с ней я! Где справедливость?! Я эту мелочь не вывожу! Черноволосая обернулась, тихо рассмеявшись, а Рики расслабился, любуясь ею, словно в первый раз. Шейла сейчас такая домашняя. Длинные волосы собраны в ленивый пучок. На губах широкая улыбка, глаза сверкают, и вообще, она такая счастливая — от этого хочется ею любоваться ещё больше. Младенческий плач отрезвляет. Рики переводит свой раздражённый взгляд на плаксу, и устало выдыхает, явно задолбавшись качать коляску. — Точно! Тебе же надо нанести мазь! — Шейла выключает плиту, взглянув на блины придирчивым взглядом, вытирает свои ладони, и обернувшись в сторону Рики, расплывается в лёгкой улыбке, наблюдая, как Нишимура пытается успокоить девочку. Шейла находит тюбик, терпеливо выслушивая Рики. Парень сбешён, ещё бы, он вторая мамка после Соён. Минги даже в шутку говорит, что у него вторая жена есть — Нишимура Рики! Красивый, худенький, немного неряшливый, но ничего, зато какая мать! Рики, признаться, спаситель семейства Сон, чтобы они без него делали? Сейчас явно-бы не на отдыхе находились, лаская друг друга в постели. Рики от этой мысли — тошнит, даже думать не хочет, хотя перед ним сейчас эта та самая капля спермы, а именно порождение с помощью секса кричит, дрыгаясь всем телом. Шейла улыбается. Аккуратно наносит мазь, забавясь реакцией парня. Рики ногами дёргается, вопя от боли, но терпеливо позволяет нежным пальцам касаться своей кожи. — В следующий раз, надеюсь, ты не сорвёшься за Уёном, — упрёк. — Мы же не специально! Они сами напросились! — бубнит Рики, виноватым взглядом установившись на девушку, что усмехается, вставая с дивана, и возвращается к раковине. — Но видела бы ты своего мужа! Он всем морды набил… Смешно. Рики тоже желал морду набить, вот только набили ему, к сожалению. Нишимура хочет и дальше продолжить свою эмоциональную речь, но услышав тихие шаги, устремляет взгляд на виновника, который спотыкается на ровном месте. Он опирается на дверной косяк, лениво зевнув. Стоит в пижаме тёмно-синего цвета, и облизывает свои потрескавшиеся губы, моментально кривясь от боли. На правой руке гипс. Пациент проснулся. Взгляд его сразу-же цепляется за Шейлу, что стоит к нему спиной. Мужчина неловко растрёпывает свои густые волосы, медленно приближаясь к своей желанной, и надувает обидчиво губы. Рики давит лыбу, ехидно наблюдая, как дерзкий образ Уёна переходит на детский. К сожалению, это не поможет, потому что Шейла не готова с ним никак мирится. Сам виноват. Пришёл пьяным, побитым, с гипсом, но зато с улыбкой до ушей и сорванными цветами — романтик чёртов. Так случайно получилось. Уён не хотел, но во всю эту суматоху ещё втянулся избалованный Нишимура, что явно желал набить морды, а набили, в итоге, ему. Уён замирает рядом с Шейлой. Здоровой рукой окольцовывает талию девушки, и упирается подбородком в плечо, желая получить заботу и нескончаемой ласки. — Доброе утро, любимая. Шейла продолжает игнорировать, занимаясь своими делами. — И слова ласкового не скажешь? — мурлычет обиженно, увлечённо носом водя по напряжённой шеи своей горячо-любимой жены. — Этот японец получил больше заботы, чем твой муж. Мне обидно. Рики едко усмехается, гордясь собой. А гордится есть чем — о нём Шейла заботится больше, чем этому говнюку Дьяволу. Нишимура сдерживает себя, чтобы язык не показать, продолжая укачивать затихшую малышку. — А разве Рики не идёт в комплекте с тобой? Когда я выходила замуж, я думала, что он — как бонус, — грустно произносит Шейла, дёргая плечами, чтобы Уён наконец отвязался от неё. — Рики получил больше боли, следовательно — за ним нужен полноценный уход. Шейла пихает локтём в торс мужчины, и Уён делает шаг назад, надув по-детски щёки. Всем обиженным видом даёт понять, что он правда виноват, а ещё так не хватает ласки, что готов, как волк завыть. К тому-же — почему это Рики получил больше?! Тут Уён больной пациент вообще-то, которому нужен присмотр и любовь-любовь-любовь! Чтоб его обняли, затискали, как котёнка и шептали слова любви, но всё внимание достаётся этому Рики, что сидит, удовлетворённо улыбаясь, пока плачь снова не нарушает тишину. Рики фыркает, глядя на тошнотворную картину, как Уён, приблизившись, начинает качать коляску левой рукой, кривляя свою побитую милую мордашку перед этой плаксивой дамой. Рики совсем не понимает, как спиногрыз делает из негодяя-Уёна — милого-Уёна. На губах лёгкая улыбка, взгляд тёплый, наполненный нежности. Он сам на себя не похож, когда эта плакса рядом. Ведёт себя так по-отцовски заботливо, подмигивает даже, щупает крохотные ножки, и малышка перестаёт плакать, глупо заулыбавшись от внимания горячего мужчины. Ладно, Рики всё-же понимает, перед Чон Уёном грех не повиснуть. Будь он девчонкой… — Рики, иди завтракать, — Шейла наливает чай, подзывая Нишимуру, что освободился, как раз. — А я? — канючит Уён, устремив свой взгляд на Шейлу, что садится за стол, принимаясь есть. — Чужого мужчину обработала, блинами сейчас накормишь, а своему мужу ни одного доброго слова не сказала. Шейла нагло усмехается, и словно на зло, подливает мёд на горячий блин Нишимуры, что голодно облизывается, довольно зыркая на Уёна. Тот смотрит своим убийственным взглядом в их сторону. Уён в последнее время такой нытик. Распоясался совсем. Кто-бы мог подумать, что Уён в отношениях такой нюня?! Вечно просит внимания, как младенцы. Его порывы нежности так неожиданны, что мужчина не стесняется этого. Рики от такой приторности любви — тошнит. Что же делает искренняя любовь с мужчинами?! Вот… Чон Уён пропал! Дерзкий, холодный, мрачный, умеющий спугнуть, от него в тюрьме веяло опасностью. А как же он дрался! Сейчас Рики смотрит на совсем другого Чон Уёна. Да, взгляд всё такой-же убийственный, тело отпад, но, когда рядом Шейла, этот оболтус превращается в какого-то влюблённого соплячка. Эти двоя, признаться честно, красивая пара. Шейла продолжает работать медсестрой в поликлинике, а Уён автомехаником, вроде у них всё налажено, но Уён часто выходит виноватым, то разобьёт вазу, то придёт пьяным в хлам, в общем, обычные ссоры, потом Уёну приходится долго вымаливать прощения, а затем, самое ужасное для Рики, их страстные зажимания лицезреть. Рики с собой никому так не позволит сделать! Любовь его не изменит! Резкий стук в дверь. Нишимура возвращает свой взгляд на Шейлу. — У нас гости? Уён усмехается. Рики знает, что к не добру это всё, поэтому недоверчиво зыркает на Чона. Он оставляет малышку, и быстрым шагом идёт открывать кому-то дверь, которую похожу сейчас выбьют от нетерпения. Нишимура застывает, сморщив лицо, когда доносится писклявый голос невыносимой девчонки. — Знаешь… — тянет Рики, отпив из чашечки. — Мои слова о том, чтобы ты простила Уёна — чушь! Не прощай этого говнюка! Шейла прыскает. — Где же моя сладкая племянница? Вот же она! — Рики жмурит глаза, дабы не видеть эту противную сестру Минги. — Тебя не обижал этот мерзкий японец, моя крохотулька? Нишимура гневным взглядом окидывает улыбающегося Уёна, что бедром облокачивается к столешнице позади. — Зачем эта конченная сюда пришла? — агрессирует взвинченный Рики, не желая лицезреть эту девицу. — Вообще-то эта «конченная» здесь, — произносит Йеджи, убирая свои волосы назад, дабы не мешались. — Я пришла к своей племяннице, осёл! И вообще… чё расселся? Мне заплатили, поэтому ты идёшь, к сожалению, со мной на прогулку. Нишимура зыркает недобро на Уёна, который нагло усмехается, вопросительно выгнув одну бровь, мол, тут он не причём. Вот же предатель. Решил таким путём избавится, чтобы остаться с Шейлой наедине. Рики такого предательства не забудет! — Вали с моего места, — кивает Уён, желая поскорее позавтракать, и для скорости, пинает ножку стула. Рики, как гиена, мстительно зыркает, лениво вставая со стула. Ему как бы не обязательно идти на прогулку с этой дурной, но Нишимура проиграл спор. Теперь вынужден поклоняться семейству Сон! Хотел называется экшена, а жизнь подкинула экшен в виде этой бесячей Йеджи. Ну что за несправедливость то! Рики терпеливо ожидает в прихожей, когда девушки наденут мелкую соплячку Минги в одежду для прогулок. — До вечера, Соя, — Шейла махает рукой, аккуратненько ущипнув за пухлые щёчки. — Рики будь джентельменом, — намекает, чтобы Нишимура дверь открыл. Уён, предатель чёртов, стоит на проёме кухни, и на взгляд Рики отвечает подмигиванием, радуясь своей победе, а затем переводит свой взгляд на Шейлу, что вызывает в нём тёплую улыбку, пока та флиртует с ребёночком. Такая Шейла заводит до чёртиков, будто что-то в этом интимное проскальзывает, вот только играется она не с ним, а с дочкой Минги. Йеджи пафосно жуёт жвачку, поблагодарив Шейлу. Черноволосая заметив пустую коробку в прихожей, решает отнести в кладовую, поэтому Уён сам закрывает дверь, расплываясь в сладкой улыбке. Спрятав ладонь в карман пижамных штанов, Уён медленно приблизился к кладовой, присвистнув от увиденной картины. Шейла нагнулась, что-то подбирая на полу, отчего её задница выпятилась. Чон прижался к ней, здоровой ладонью, коснувшись косточки таза. Мужчина страстно толкнулся пахом, отчего Шейла замерла, закатив глаза на такие действия. — Ещё раз толкнёшься — сломаю левую руку, — кинула она ему угрозу, что завело и так возбуждённого Уёна. — Я ведь так соскучился по нам, — ласково прошептал Чон, сжав ягодицу Шейлы своей большой ладонью. — Не кормишь меня, не ухаживаешь, а что ещё обиднее — не спишь рядом. Шейла отпихнула от себя наглую ладонь, не желая поддаваться низкому голосу Уёна. — Пусть тебя накормит клиентка Софи, — ревностно шикнула на него Шейла. — А самое главное остудит твою ненасытную половую жизнь. Уён отчаянно выдохнул, наблюдая, как Шейла продолжила подбирать старые документы. Не удивительно, что она такая колючка, но Уён здесь реально не виноват! Какая то англичанка с ним пыталась флиртануть прямо на рабочем месте, но Уён держался крепко, холодно что-то обсуждая про замену автомобильного масла, а эта блонди взмахивала всё время своими волосами, томно вздыхая — вот эту картину и увидела ревностная жена, загрязнив свою головушку неприятными мыслями. Потом, к счастью, успокоилась, но видимо не до конца. — Какая к чёрту Софи? — устало произнёс Уён. Шейла резко обернулась к нему, показывая свой недовольный вид. — Твоя ревность доведёт меня до гроба! Шейла мрачно усмехается. — Ты смеешь меня ревновать, а я тебя нет? — снова шикает, а Уён снова приближается, загоняя Шейлу в угол. — Напомнить, кто накинулся на моего коллегу только потому что он решил подвести меня домой, Уён-а? Её ласковый голос, хоть и такой прикидывающийся, вызывает глупую улыбку. — Сам виноват. Нечего предлагать замужней женщине такое. Шейла прыснула, скрыв свой смех ладошкой. — Ты так говоришь, будто он предложил мне сексуальные услуги! — отвечает она, а вспомнив, что обижена, меняется в лице. — И вообще… отойди от меня! Не хочу видеть твою некрасивую мордашку! — Некрасивую? Я некрасивый значит? Я оскорблён. А вот в тюрьме ты была иного мнения обо мне! — обиженно дует губы, а Шейла обессилено выдыхает, коснувшись лица своего мужчины. — И когда же ты перестанешь соваться в драки, мой красивый муж? — шепчет, касаясь каждой засохшей царапины, а Уён слегка шипит, всё равно позволяя ей касаться себя, выдавив слабую улыбку. — Прости, — виновато шепчет в ответ, томно выдохнув в губы Шейлы. — Прости своего непутёвого мужа. Шейла расплывается в нежной улыбке, грустно взглянув на правую руку в гипсе, а Уён, не выдержав такую напряжённую паузу, касается Шейлы в ответ. Ведёт ладонью по щеке, касается подбородка, задев большим пальцем пухлые губы, и тянется, чтобы получить долгожданный поцелуй, но в дверь резко стучат, и им приходится оторваться от интересного занятия. Уён нетерпеливо выдыхает, когда Шейла идёт открывать дверь. — Я забыл телефон, — отвечает гадёныш Рики за дверью, ожидая, когда Шейла вручит ему в руки мобильный. Уён взъерошивает волосы, недовольно глядя на наглую физиономию японца, что расплывается в гаденькой улыбке. — Я вижу вовремя пришёл, — комментирует Нишимура, когда Уён поправляет пижамные штаны на бёдрах, чтобы скрыть возбуждение. — Катись к чёрту, — раздражённо посылает Уён, терпеливо ожидая ухода нежеланного гостя. Взгляд Чона падает на пол, заприметив письмо в углу коридора. Мужчина любопытно подбирает, взглянув на пустую строчку отправителя. Уён сводит брови к переносице, когда прочитывает содержимое письма, скрывшись в кладовой. Шейла, закрыв входную дверь, возвращается, вопросительно глядя на напряжённую спину мужчины, который что-то мнёт в своих руках. — Почему ты не говорила мне об этом? — произносит серьёзно, оборачиваясь в сторону застывшей Шейлы. Девушка замечает несколько валяющихся коробок из которого вывалены все письма с угрозами. — Я не хотела… — Издеваешься? — сдерживается, чтобы не повысить голос. — Если бы они с тобой что-то сделали? Я бы не простил себя, Шейла. Почему ты молчала? К себе прижимает, ощутив, как она немного дрожит. Целует нежно в лоб, показывая свою обеспокоенность. — Сильно испугалась? — шепчет между поцелуями. Шейла медленно кивает, отдаваясь в надёжные руки. — Они этого и добивались. Я разберусь… — Нет, — качает головой, отодвигая мужчину от себя. — Снова в криминал полезешь? Это… они тебя так, да? Уён заметно сжимает челюсть и отводит взгляд. Скрывать, что он постоянно попадает в проблемы из-за людей своего младшего брата — не имеет смысла. Прошлое продолжает преследовать. Люди, что потеряли свой бизнес, после ухода Чон Чонгука, разорились. Не удивительно, что таким способом они мстят Уёну. — Всё по закону. Я разберусь, — снова повторяет. — Они нас больше не потревожат. Не думай об этом. Как же не думать? Шейла, когда прочитала содержимое письма — готова была забиться в угол. И страшно тоже было, но видя беззаботное лицо своего мужчины, что приходил после работы уставшим — говорить о письмах не было желания. Шейла сначала была взволнованна, но затем привыкла собирать все эти угрозы в коробку и выбрасывать. — Уверен? — Уверен. Шейла доверяет, поэтому кивает ему, улыбнувшись, когда Уён жмёт к себе, отчаянно целуя в губы. Левой рукой накрывает вздымающую грудь, томно постанывая в женскую шею от возбуждения. — Я так сильно скучал, — мурлычет между поцелуями, будто не видел свою жену месяцами. — Готов трахать тебя весь день, — смеётся шутливо от своих же слов, вызывая неловкую улыбку на губах Шейлы, которая легонько толкает его в плечо. А грязные словечки то Чон Уён не разучился говорить. — Ну нет, — ворчит Шейла. — Не хочу обижать тебя, но ты себя видел? Даже в таком виде думаешь вечно о грязных вещах! Иди завтракать. Шейла касается ладонью губ своего мужа, когда он тянется за ещё одним поцелуем, не насытившись ею вдоволь. — Оставишь своего мужа без ласки? Жестокая. Шейла тихо смеётся и тянет мужчину за собой. — Зато накормлю, — шепчет нежно, и Уён сдаётся, улыбаясь в ответ. Лучше пусть накормит, остальное не важно, может подождать. Шейла готовит вкусно, так — что пальчики оближешь. Уён иногда думает, что попал в свой самый счастливый сон. Его любят в ответ. О нём беспокоятся. Всегда ждут. Он реально готов выть от счастья, когда возвращается домой и получает поцелуи в щёку, когда лежит рядом с ней, болтая всю ночь напролёт, и когда просто дурачатся. В такие моменты — Уёну хочется сильнее сжать свою жену в своих руках и никогда не отпускать. Жена… Предложение руки и сердца вышло каким-то… каким-то не предложением руки и сердца. Уён просто глядел на то, как Шейла играется с малюткой Минги, и не сдержавшись — выпалил рвущиеся слова. Шейла только прижалась к нему и согласно кивнула, подставляя своё лицо для страстных поцелуев, а на следующий день, будя свою желанную романтическим завтраком, рванул в загс. Уж очень он хотел узаконить их отношения. Уён часто думал о семье, а именно о детях. Он эту тему не затрагивал, ведь Шейла не подавала и намёка, наверно… хотя она иногда грустно вздыхала, наблюдая за дочкой Соён и Минги. Уён вопросительно смотрит на улыбающуюся Шейлу. Девушка так и застыла, не давая ничего в рот. — Красивый ты у меня, — отвечает на вопрос в глазах Чона. И как её не любить? Уён готов сейчас ей своё сердце, как в знак вечной любви, вручить, лишь бы она себя королевой чувствовала. Уён часто выходит виноватым, часто говорит «прости» — Уён вообще проблемный, но она всегда рядом. Он очень благодарен Шейле, что полюбила такого проблемного, благодарен своему сердцу, что не забывал образ маленькой девочки из детства, и Вонтэ… благодарен Вонтэ, что защитил свою сестру, когда Уёна не было рядом. Чон Уён иногда вспоминает этого малого, жалеет, что не сразу понял, что Чонвон — и есть тот самый потерянный брат Шейлы. Чонгук хорошо постарался. Уён не будет отрицать, что половина души его несчастна. Он многое потерял: своего друга Чонхо, свой малый бизнес, свою беззаботную жизнь без кровопролития, так ещё заставил Шейлу быть тоже такой же несчастной — она потеряла брата, работала в таком месте… Уён, будучи ещё в тюрьме, учился казаться опасным. Боли он получал достаточно. Все хотели его убить, унизить, растоптать. Уён, как бы грустно не звучало, был жалок в начале, но один заключённый дал ему силы — Сан. Хоть он и вышел плохим человеком, но Уён вспоминает, как хорошо они подружились, подбадривали друг друга в несчастные времена, и просто были рядом. Сан многому научил, но, к сожалению, у него было плохое отношение к противоположному полу — и это всё портило. О нём никто не говорит, но Уён не жалуется. За своего покойного друга перед Соён — извинился Уён. Наверно, он долго-бы и извинялся, если бы не Шейла, которая успокоила своим присутствием, давая понять, что никто не обижен, и все обиды забыты. Все стали двигаться вперёд, но иногда падали в грусть — это хорошо, иногда мы мыслим разумно, когда проходит переломный момент в нашей жизни. После завтрака — Уён провалился в раздумья и уснул крепким сном. Так и пролетел весь день. Недовольный голос Нишимуры разбудил от глубокого сна. Парень яростно что-то говорил про бесячую Йеджи, ошарашенный её действиями, отчего Уён устало выдохнул. Так и не переодевшись, зашагал в пижаме, увидев Шейлу и Рики в гостиной. — Так и гуляешь по всему дому в этой пижаме? Провоцируешь Шейлу, чтобы она на тебя накинулась? — хмыкает сестра Минги, заметив Уёна первым. — Да она больная на всю голову! — Уён любопытно склоняет голову, присев на кресло. — Как можно ненавидеть меня, а затем целовать в губы?! Да это какое-то насилие! Йеджи, которая фыркнула, пьёт чай, дожидаясь своего брата, что должен вот-вот прийти. — Экшен, Рики, экшен, — поправила его Сон. Уён не скрыл смешка, явно забавясь ситуацией, но получив недовольный взгляд своей жены, сдержался, чтобы не поиздеваться над ним. — Я всё твоему брату расскажу! — Минги будет рад узнать, что я нашла себе жениха, поэтому с распростёртыми объятиями примет нового члена в семейство Сон, малыш, — подмигнула девушка, подглядывая на экран своего телефона. — Приехали. Собирайся. Подкинем тебя. — Ну уж нет, — презрительно глянул Рики. — Я не… — Кому я сказала? Собирайся! — такую Йеджи стоит бояться, Нишимура сглатывает, и пассивно агрессируя, плетётся за Йеджи. И кто сказал, что Рики никто не изменит? Парниша то ошибся. — Йеджи, — зовёт Уён, слегка двинув правым плечом, отчего моментально получает неприятную боль. — Я рад этой маленькой малышке, но скажи Минги, что пусть нанимает няню. — Шейла беременна?! — чуть-ли не восклицает Йеджи, всматриваясь в лица взрослых. Рики морщится от писка, но своего удивления не скрывает. Ну уж нет, маленького Уёна он явно не вытерпит! Рики уже мысленно собирает чемодан. Уён прижимает свою жену к себе, тёплым взглядом заглянув ей в глаза. — В процессе, — подмигивает, отчего Рики бубнит про то, какой из Уёна будет противный отец. Шейла неловко пихает мужчину от себя, прощаясь с ребятами, а затем закрывает дверь, качая головой в сторону Уёна, что раскрывает руки, точнее, одну руку для объятий. Шейла, сделав протяжный выдох, впадает в его объятия, а затем вскрикивает, когда Уён неожиданно приподнимает её, и несётся в сторону спальни, поскорее желая затискать свою жену, что смеётся, пытаясь упасть с него, но падают вместе на кровать. — Моя любовь сделает тебя удовлетворённой, — нагло шепчет в ушную раковину, укрывая одеялом. — А ещё… — оказывается сверху, чмокнув в приоткрытые губы. — … поможет тебе растолстеть. Уён ловит смех, когда до Шейлы доходит намёк. Теперь эти двоя будут связаны ещё сильнее. Ещё крепче.