Любви слепая власть

      Ричард все еще не мог поверить, что это на самом деле происходило с ним.       Было слишком много ощущений, сердце билось слишком сильно, Шарлотта — горячая, желанная, его любимая Шарлотта — была непривычно близко, и это все больше походило на какое-то безумство, в которое Ричард с удовольствием бы провалился навсегда. Кончики ее волос щекотали щеку, она пахла сладковатыми духами и страстью. Какая она была красивая — бледная, с шикарными черными волосами — люди такими не бывают.       Треск камина, прохладная ткань, ее горячая ладонь на его затылке, его руки на ее талии. Ричард бы так до бесконечности просто целовал ее, если бы Шарлотта требовательно не притянула его к себе. Хотелось больше и ближе. Так близко. Его. Только его.       Он выдал себя судорожным вздохом, хотя она, конечно, и так все знала.       — Я никогда раньше…       — Я тоже, — усмехнулась на ухо Шарлотта. Бархатный смех почти что проникал сквозь кожу, горячо и влажно сползая вниз, к животу и ниже. Ричард почувствовал, как вибрировал звук в ее теле, глубокий и сильный. А может, просто так явственно ощущалась собственная дрожь.       Она обняла, ободряя: горячие руки надавили на плечи, и от прикосновения ее губ к шее побежали мурашки. Как Ричарду не хватало Шарлотты, этих глубоких, вкусных, жадных поцелуев и жара ее тела. В животе все скручивалось, в груди было тесно. Мысль об этом вызывала скорее трепетное возбуждение, чем животную жажду.       Ее горячая рука дотянулась до лица, шумный вдох и выдох в приоткрытые губы, судорожное движение, чтобы не потерять ощущение губ — не надорвать момент. Тихий вздох смешался с его именем, сорвавшимся с ее губ. Ричард сделал бы что угодно, чтобы еще раз услышать это.       Как же это было приятно — ее поцелуи на его лице, мягкость губ, шум дыхания, тихий стон и игривое касание горячего языка. Она льнула к нему всем телом, Ричард чувствовал, как под разгоряченной кожей напрягались ее мышцы, как ее волосы щекотали шею. Новый поцелуй заменил все вокруг пьянящей тьмой, и все стало неважно. Это было слишком, Ричард не выдержал и прошептал ее имя: «Шарлотта» — еще раз, громче, голос дрогнул и сорвался. Она дышала в ухо, щека к щеке, и он чувствовал и слышал ее, пока под опущенными веками в такт движениям плясали пятна.       С каждым мгновением ощущения вытесняли реальность. Шумный выдох под ухом — Ричард чувствовал, какая она горячая, ощущал, как все в ней металось от страсти, и как от наслаждения она теряла контроль. Чем больше удовольствия, тем красивее она была, тем сложнее от нее было оторваться — она была его. Полностью.       Еще мгновение — безумие резко прекратилось. Стало так легко, в голове — восхитительно пусто — блаженное, счастливое ничего. Только наркотический туман.       Шарлотта снова притянула для поцелуя, медленного, почти невинного — удовольствие все еще путало мысли — как же приятно было поддаться и ни о чем больше не думать. Ее пальцы путались в его волосах, рука лениво гладила по плечу и затылку.       Подумать только, Ричард знал, какова близость с его Шарлоттой. Во всех смыслах. Хотелось то ли смеяться, то ли кричать. То ли раствориться в этом ощущении навсегда.