Как Генерал Сюаньчжень Генерала Наньяна лечил

Се Лянь сказал: - Му Цин, как вы там? Му Цин еле заметно дёрнулся, однако, от Фэн Синя это движение не укрылось. Му Цин: - Ваше Высочество! Се Лянь: - Всё в порядке? Ты какой-то обеспокоенный. Му Цин немного отстранился от Фэн Синя и постарался выровнять голос: - Э… Н-нет… Всё в порядке… Фэн Синь позвал где-то над ухом: - Ты с кем-то говоришь? Му Цин натянул улыбку: - Да нет… Я просто… Се Лянь: - Му Цин? Му Цин: - Ваше Высочество… Фэн Синь: - Ты с Принцем? Тут Му Цину в пору бы разорваться, а ещё лучше провалиться сквозь землю! Но Фэн Синь опередил его: - Я тоже сейчас свяжусь с ним. И он высвободил руку, которой обнимал Му Цина и потянулся двумя пальцами к виску. - Не надо! – Вдруг прокричал Му Цин и перехватил это движение руку. - Почему? – Не понял Фэн Синь. – Что вы там обсуждаете? Се Лянь продолжал звать Му Цина по связи духовного общения, но Му Цин пока сосредоточился только на Фэн Сине. Слышал только его и видел только его. Если сейчас позволить ему связаться с Принцем, то Его Высочество может проговориться про Лихорадку. А Му Цин ещё не решил, как будет лучше – скрыть от Фэн Синя факт существования этой болезни и его заражение или же скрыть от Се Ляня симптомы Фэн Синя. Му Цин: - Ваше Высочество, у нас всё хорошо, Фэн Синю уже намного лучше. Я думаю, что ошибся, возможно, он просто заболел и не более. Се Лянь: - Ты уверен? Фэн Синь снова вмешался. Он обиженно надул губы и вознамерился высвободить руки из захвата Му Цина, но тот лишь крепче сжал их в своих ладонях: - Не надо, Фэн Синь, я тебе позже всё объясню, поверь мне. - Но я тоже хочу поздороваться с Его Высочеством. Се Лянь: - Му Цин? Му Цин: - Ваше Высочество, я попозже с вами свяжусь… Се Лянь: - Ты уже обещал попозже, но так и не связался. Фэн Синь: - Да о чём вы там говорите? Се Лянь: - Я беспокоюсь. Наверное, мне следует вернуться в Небесные Чертоги… Му Цин: - Нет! То есть… не надо. Честное слово, у нас всё хорошо… В этот момент Фэн Синь уже освободился от захвата и как раз подносил руку к виску. Му Цину ничего другого не осталось, как… Он притянул Фэн Синя к себе за одежды. Сделать это было проще простого, ведь тот такого жеста просто не ожидал. Затем Му Цин прошептал «прошу меня извинить» и дотронулся губами до губ Фэн Синя. Фэн Синь: - … Разговор с Принцем для обоих сразу же отошёл на второй план. Му Цин не понял, это он сам прервал связь духовного общения, или же это сделал Се Лянь. Но уже было не до выяснений деталей. Потому что прямо сейчас, ошеломлённые глаза Фэн Синя были как-то слишком близко. Му Цин быстро прикрыл свои и подался ещё немного вперёд, представляя, как передаёт духовные силы Фэн Синю. Решил пока глаза не открывать. Если Генерал Наньян его не оттолкнул сразу же, то вряд ли сделает это сейчас. Через пару мгновений Му Цину всё же пришлось отстраниться и открыть глаза. Маленькая слюнка, соединяющая их губы, потянулась, разорвалась и лопнула где-то между их лицами. Му Цин легко улыбнулся, правда улыбка скорее походила на привычную усмешку. Фэн Синь же напротив удивлённо распахнул глаза, всё ещё подёрнутые пеленой. Му Цину так было даже легче. Не видеть ясных глаз друга. Было не так стыдно перед ним за свои действия. А ещё через секунду Фэн Синь уже сам потянулся вперёд. Их губы снова соединились в страстном поцелуе. Му Цин целовал мягко, аккуратно, боясь спугнуть. Фэн Синь проявлял настойчивость, но не навязывался. Ни на одну секунду Му Цин не забывал о деле – он беспрерывно передавал Фэн Синю духовные силы. Чтобы тот поскорее выздоровел… Если, конечно, Се Лянь правильно пересказал симптомы Любовной Лихорадки. И если Му Цин действительно оказался прав, думая, что Фэн Синь заболел именно этим недугом. Однако, Му Цин постоянно отвлекался… То Фэн Синь губу прикусит, заставив нахмуриться и перехватить инициативу. То срочно нужно было отстраниться (но только на мгновение), чтобы вдохнуть воздуха, а затем снова прильнуть к таким желанным губам. Время шло, а они всё целовались. То отдалялись, а потом снова сближались. То инициативу перехватывал Фэн Синь, то Му Цин. И каждую секунду между ними циркулировали духовные силы. Фэн Синь то и дело притягивал к себе Му Цина, обхватив его затылок своей ладонью, ворошил волосы, сбивая его хвост на голове и игрался с веселыми прядями волос, щекотавшими ему пальцы. В процессе оба раскраснелись. Волосы Фэн Синя почти полностью выбились из пучка, а хвост на голове у Му Цина через время окончательно съехал на бок, не выдержав натиск заботливых пальцев Фэн Синя. Через какое-то время у Му Цина даже пробежала мысль, имеет ли он право вот так целоваться с Фэн Синем? Ведь тот просто может быть под действием Лихорадки. До конца природа симптомов не была открыта Му Цину. А вдруг Фэн Синь вообще не будет помнить об этом дне? И тут у Му Цина что-то кольнуло. Нет, он бы не хотел, чтобы Фэн Синь не помнил. Пусть уж лучше побьёт его за такую инициативу, чем будет смотреть ему в глаза, бить его, как прежде, но не помнить, а Му Цин, ругаясь с ним снова, будет в одиночку вспоминать эти прекрасные мгновения долгожданных поцелуев.   Первое, о чём поинтересовался Фэн Синь, когда они, наконец, уставшие, с набухшими губами, нашли силы отстраниться друг от друга, было: - Так о чём вы всё-таки с Его Высочеством говорили? Му Цин, с лица которого ещё не отлила краска, виновато отвёл взгляд. Фэн Синь нахмурился и в упор посмотрел на друга. Но долго обижаться не смог, вместо этого снова дотронулся тыльной стороной ладони до щеки Му Цина, тем самым, заставив того снова вспыхнуть. Му Цин вернул взгляд на Фэн Синя и в свою очередь не упустил возможности тоже прикоснуться к нему. Он провёл рукой по его волосам, после чего потянулся вперёд и вверх, чтобы собрать на голове Фэн Синя новый аккуратный пучок. Наконец, покончив со своим делом, он ответил: - О тебе, конечно же, о чём же ещё. Фэн Синь искренне удивился: - Обо мне? - Да. Ты же ведь сейчас болеешь. - Я болею? - Разумеется. А ты разве не чувствуешь себя больным? Вместо ответа Фэн Синь просто помотал головой в разные стороны, затем, повторяя движения Му Цина, взял увесистую прядку его тёмных волос и принялся накручивать их на палец. Настала очередь Му Цина удивляться. - А как твой жар? Как ты себя чувствуешь? А где ткань, которую я положил тебе на лоб? Ткань, должно быть уже давно сползла, а они и не заметили. Забыв о ней на время, Му Цин дотронулся холодной ладонью до лба Фэн Синя. Жар почти полностью спал. «Выздоровел?» - Пронеслось у него в голове. – «Но я не так много духовных сил успел передать. Или этого было достаточно?» Фэн Синь ответил: - Чувствую себя прекрасно. И в доказательство, отпустил волосы Му Цина, а вместо этого, взял его ладонь со своего лба, провел ею по собственному лицу, остановился где-то в районе губ, после чего поцеловал холодные пальцы Му Цина. Му Цин снова заалел, но на этот раз не смог оторвать взгляд. Фэн Синь всё ещё тяжело дышал и невозможно было понять, это от возбуждения, или всё-таки болезнь ещё не до конца отступила? Но всё же, несмотря на то, что жар почти прошел, кое-что тревожило Му Цина. И это были глаза Фэн Синя. Они до сих пор были мутные, словно подёрнутые пеленой. Правда, уже не так сильно, как пару часов назад. Му Цин поинтересовался: - А видишь хорошо? Фэн Синь покорно ответил: - Хорошо. - Хм… Затем Фэн Синь поцеловал Му Цина в лоб и они оба крепко обняли друг друга, словно оба знали, понимали или просто чувствовали, что очень скоро всё станет на свои места, что-то произойдёт, после чего они уже не смогут вот так посидеть в обнимку, дотронуться друг до друга и уже тем более поцеловаться. Скоро им предстоит снова делать вид, что они ненавидят друг друга, кричать, ругаться и драться.