Часть 19. Охваченные азартом
13 июля 2025 г., 11:00
Брюс Белтон был из числа тех, про кого говорят «новые деньги». Правила школы достаточно строго регламентировали внешний вид студентов, чтобы не вызывать лишние трения на почве статуса. Но, понятное дело, одинаковая школьная форма могла ввести в заблуждение только стороннего наблюдателя. Дьявол кроется в деталях. И Уилл, как никто другой, прекрасно это знал. Таких, как Майерс, было легко выделить из толпы банально по тому, как на них сидели школьные пиджаки, брюки и рубашки. Стипендия покрывала расходы на стандартный комплект одежды, который разово приобретался в начале каждого учебного года. Вот только подросткам свойственно расти, поэтому уже весной можно было заметить одергивающих ставшие слишком короткими манжеты не самых состоятельных студентов или стипендиатов, которые не могли себе позволить докупить лишний комплект формы. У основной массы обучающихся таких проблем, понятное дело, не было. Детей из зажиточных семей тоже легко было отличить по тому, что их форма вручную подгонялась под фигуру и, соответственно, сидела гораздо лучше. Ну, и мелочи, куда же без них. Дорогая подкладка, вместо родной из полиэстра, дополнительный внутренний карман на пиджаке и зимнем пальто, отсутствие «раздавленных жуков» на рукавах, правильно подогнанные брюки и, банально, удобные рубашки — единственный элемент школьного гардероба, который можно было заменить полностью, подобрав что-то по своему вкусу. Но даже среди состоятельных учеников можно было проследить своеобразную градацию — «старые» и «новые» деньги. Уилл с молоком матери впитал это непостижимое многим умение сохранять баланс между удобством, изысканностью и скромностью.
«Не нужно выделяться и привлекать к себе внимание, — учила его миссис Фарлоу, — но при этом люди твоего круга всегда должны опознать в тебе своего».
Китти мог сколько угодно ехидничать по поводу числа его рубашек, но для Уилла это был еще один навык, который позволял ему оценивать собеседника, чтобы максимально обратить их взаимное общение себе на пользу.
Вот и сейчас он приблизительно понял, что из себя представляет Брюс, еще даже до того, как тот с ним поравнялся. «Новые деньги» позволяли себе чуть более явную демонстрацию своего статуса, буквально на грани. Об этом говорила прическа Белтона, явно обновленная на каникулах — ничего открыто противоречащего уставу, но в этой лихой небрежности угадывалась рука мастера. Брюсу хотелось выделяться, но не хотелось проблем, а так всегда можно сказать, что это просто пряди вразнобой отростают. Дорогой кожаный ремень, вычурный зажим для галстука и даже запонки на манжетах вместо пуговиц, которые хоть и выглядели простенько и не привлекали внимания, но уже сам факт их наличия просто кричал о том, что Брюс Белтон предпочитает ненавязчиво демонстрировать свое превосходство. То, чего сам Уилл или тот же Баркли – никогда бы себе не позволили. И все эти факты, вкупе с той информацией, которой располагал Фарлоу, наводили на интересные выводы.
У Белтонов не было проблем с деньгами, но вот у Брюса — были. Скорее всего где-то за кадром оставался принципиальный старший родственник (Уиллу почему-то сразу вспомнился собственный дедушка), который готов был покрывать любые расходы Брюса, но только не давать ему доступа к свободным деньгам. Вполне себе обыденное явление в современном обществе. Отсюда и логичное стремление Белтона поднять деньжат легким, но не самым законным способом.
— Фарлоу? — с легким недоумением, плавно перетекающим в подозрение, уточнил Белтон и немного нервно оглянулся, хотя кроме них на площадке никого не было. Уилл понимал его: неизвестно что наплел Белтону Баркли, но вот паинька-Уилл был самой неочевидной кандидатурой на роль человека, готового помочь в проблемах с Ларкинсом.
— Здравствуй, — мирно улыбнулся Фарлоу, подвигаясь на широком подоконнике, чтобы Белтону было куда сесть, — Брюс, верно?
— Верно, — кивнул тот, протягивая ладонь для пожатия. Уилл снова убедился в своей правоте: от одежды Брюса еле слышно пахло дорогим парфюмом. — Брюс Белтон. Баркли сказал, что если у меня возникнут кое-какие проблемы, здесь мне могут помочь.
— Но увидев меня ты засомневался, — понимающе кивнул Уилл.
— Во-первых, насколько я знаю, ты из тех, кто предпочитает держаться в стороне, — прямо ответил Брюс, — а во-вторых, если вспомнить прошлогодний скандал с Мэйси и сопоставить некоторые факты…
— То возникнет логичный вопрос: а не моя ли помощь вышла им боком? — закончил за него Уилл. Белтон, не отводя глаз, кивнул. Что-то в нем импонировало Фарлоу: возможно, несвойственная большинству прямота? Четко сформулированные цели, амбициозность, готовность переть напролом ради желаемого? Чуть больше осторожности, и из Брюса вырастет интересный человек и хороший партнер. Так что, может быть, Ларкинс даже оказал ему своеобразную услугу, дав возможность обжечься и набраться опыта до того, как тот вышел в открытое море. — Нет, Белтон, проблемой Мэйси стала их общая глупость. И неумение правильно оценивать людей.
— С моей точки зрения это изначально была хорошо продуманная интрига, — возразил Белтон. — Симон где-то перешел тебе дорогу, ты попросил Ларкинса помочь тебе загнать его в угол, а потом, когда Мэйси закономерно попытался дать отпор, обрушил на него гнев школьной администрации. А затем еще и сделал из них с сестрой школьных изгоев. А иначе в чем твоя выгода помогать Симону с долгом?
Уилл с трудом удержался от самодовольной улыбки. Правильнее было задать другой вопрос: в чем твоя выгода помогать в принципе? Что же, с одной стороны, если официальная школьная версия — его личная месть, то это даже хорошо. Хотя вот конкретно в данный момент не к месту. Объясняться не хотелось, вспоминать нервно топчущегося и что-то жалко мямлющего Симона — тоже. Но что поделаешь.
— Ты мне можешь не верить, но… — Уилл поморщился, вспоминая тот случай, произошедший почти год назад, — в средней школе мы работали в одной группе на биологии. У меня с Мэйси сложились неплохие отношения, не друзья, просто партнеры на лабораторных занятиях, но тем не менее. Поэтому, когда я увидел его унижения перед Ларкинсом, мне банально стало его жаль. В конце концов, для меня эта сумма действительно была несущественной. И в отличие от Ларкинса, я готов был ждать возврата без каких-либо условий.
А еще самодовольная ухмылка Стефана, привольно развалившегося на кровати и вынуждающего Мэйси униженно просить об отсрочке в присутствии посторонних, взбесила его тогда невероятно.
— И чем же тогда обусловлен прошлогодний скандал?
— Я же сказал — глупостью. Анну, хотя она и дура, еще можно было понять, все-таки она пыталась спасти брата, — сухо признал Уилл. — Да и попытка Симона выгородить ее, подставляя меня, тоже логична. Я не злопамятный и прекрасно понял их мотивы. Остановись они на этом, все бы закончилось выволочкой у Рейб. Но они с какого-то ляда решили, что мое терпение — это слабость. Пришлось показать им, что они ошибаются.
Тогда все сложилось весьма удачно. Оскар стал его невольным помощником, продемонстрировав ненадежность Симона остальной «элите» и тем самым лишив его их расположения, королева потока — Райс — нарушила планы относительно Сары, «низложив» затеявшую травлю Анну. Близнецы и опомнится не успели, как сами оказались в статусе парий.
— Ну, предположим, — подумав, не стал спорить Брюс. С его точки зрения, «топить» человека, оказавшего тебе помощь, а особенно, если это и вправду был Фарлоу, было уже не глупостью, а клиническим идиотизмом. — Но мы с тобой не знакомы со средней школы, так с чего тебе вписываться за меня?
— Моя маленькая прихоть, — пожал плечами Уилл. — Еще полгода, и мы уйдем из школы, больше такой возможности указать Ларкинсу его место у меня не представится. Ты прав, обычно я держусь в стороне, и Стефан почему-то вообразил себе, что со мной не нужно считаться. Таких, как Баркли, эта муть не заденет, но такие, как ты, скорее всего пойдете на дно вместе с ним. А зачем, если можно сразу занять место на стороне победителя?
Его маленький расчет, конечно же, оправдался. Брюс взглянул на него совершенно другими глазами. Быть должником такого человека, как Стефан, очень неприятно. Мэйси привлекли выгодные знакомства, Брюса — легкие деньги, но ни первый, ни второй не подумали, как они будут выкручиваться, если удача от них отвернется.
— Баркли тоже в твоей команде? — спросил Белтон.
— Баркли сам за себя, он из тех, для кого подобные забавы — легкомысленное развлечение, — честно ответил Уилл, мягко подводя Брюса к нужной мысли. — Он не боится проиграться, ему плевать, если о его похождениях узнают. А вот у тебя ситуация не такая радужная, не так ли?
— Я должен ему около трехсот фунтов, — поморщился Брюс, и Уилл мысленно охренел от названной суммы, — которые нужно вернуть до следующей встречи. Либо же мне надо каким-то образом убедить Персиваля Халла присоединиться к игре, что для меня тоже не вариант.
— Так, подожди, — озадачился Фарлоу, среагировав на знакомую фамилию. — Этот Перси случайно не родственник Джудит-Роуз Халл — жены девятнадцатого герцога Сомерсета?
Что-что, а ближайшую родню членов Палаты лордов Фарлоу знал по роду деятельности отца. Не дай Боже на каком-нибудь из званых вечеров ошибиться в обращении или кого-нибудь неправильно поприветствовать.
— Случайно родственник, — хмуро подтвердил Белтон. — Я как-то имел глупость упомянуть, что наши отцы деловые партнеры. Вот только во-первых, мое знакомство с Перси чисто символическое, а во-вторых, у него язык без костей. И об играх у Ларкинса сразу же станет известно моему отцу, а я бы хотел этого избежать.
Ага. А в третьих, если Халл задолжает такому, как Ларкинс, это будет скандал. Общество быстро выяснит, кто же завел Персиваля на кривую дорожку, и Белтон быстро перестанет быть деловым партнером Халлов.
Маловероятно, что Ларкинс не просчитал Белтона точно так же, как его просчитал Уилл. К тому же тот слишком прямолинеен. Его уязвимость и зависимость от отца только слепой не заметит. Так что либо Брюс организовывает выгодное знакомство с Халлом (и скорее всего это становится известно его отцу), либо возвращает деньги, либо у Ларкинса открывается широкое поле для шантажа.
— Да уж, ситуация так себе, — задумчиво произнес Уилл. Выходит, Стефану уже было мало студентов пансиона, он расширял свою сеть, намереваясь добавить в свою коллекцию людей с весьма громкими фамилиями. По сути — правильно. Школа заканчивается, знакомства и должники остаются. — У него есть что-нибудь на тебя?
— Расписка, — нехотя скривился Белтон. Фарлоу понимающе кивнул: расписка это фактически признание, невероятный рычаг для манипуляций. К счастью, в эту игру можно играть вдвоем. Однако стоило ему об этом подумать, как Брюс сразу же его обломал. — Ее пишут в единственном экземпляре и она остается у Ларкинса. Когда ты возвращаешь долг, он при тебе ее сжигает в камине.
Уилл поморщился. Идея дать Белтону денег, чтобы тот закрыл свой долг и забрал расписку, провалилась. С другой стороны, все логично, Стефан же не дурак — оставлять в чужих руках улику против себя. Значит, продолжаем придерживаться первоначального плана…
— Что же, — наконец сказал он, мысленно прикидывая, как объяснить матери, зачем ему потребовалось так много денег, — для начала нужно избавить тебя от рычагов давления. С распиской решить проще всего — я дам тебе нужную сумму…
— И что я уже буду должен тебе? — тут же перебил его Брюс. — Я не рискну топить Ларкинса публично. Даже за триста фунтов.
— Во-первых, расскажешь мне, во что вы играли и с кем, — успокаивающе ответил Фарлоу. И так понятно, что открыто выступать против Стефана мало кто рискнет. — Не исключено, что помимо тебя есть еще люди, которых опасно светить. Нам-то что, мы уже выпускаемся, а тебе еще как минимум год здесь учиться.
— Два.
— Что?
— Я на первом курсе, до выпуска еще два года, — с тяжелым вздохом пояснил Брюс, оборачиваясь к нему.
Уилл озадаченно моргнул. Белтон был в курсе нюансов прошлогодних событий, следовательно уже тогда он был одним из игроков Стефана. Но если сейчас он на первом курсе старшей школы, следовательно… Ларкинс допустил колоссальную ошибку. Если Рейб об этом узнает, скандал обретет еще большие масштабы, чем Уилл планировал. Нет, с Брюсом надо было обязательно договориться! Оскар невольно подкинул ему идеального человека для воплощения всех его планов в жизнь.
— Вот поэтому и следует подстраховаться. А во-вторых, мне нужно, чтобы ты вспомнил, когда и где проходили игры. А может, у тебя есть приглашения, членская карточка, тайный знак, маска или что-то такое? Стефан любит пафосные жесты.
— Да, но он же не идиот. На приглашениях нет ни имен, ни какого-либо намека на суть игр, — возразил Брюс. — Стефан красиво называет это «встречей в Клубе Джентльменов». А мало ли чем мы там занимаемся. Каникулы, имеем право.
— Неважно, — покачал головой Уилл. В прошлом году ситуация с Мэйси произошла в декабре, еще до Рождества. А на осенние каникулы студенты обычно не разъезжались. — В любом случае, даже если это косвенное свидетельство, оно чем-нибудь да пригодится. Кстати, а во что вы играете?
— Покер, блэкджек, бридж… В последний раз Стефан предложил нам сыграть в крэпс, он как раз купил набор для этой игры. Именно там я и проигрался.
Фарлоу напрягся, как гончая, почуявшая след. Крэпс хотя и был простой игрой на удачу, но предполагал сложную систему ставок. Нужно будет уточнить в интернете или в библиотеке…
— Крэпс? — переспросил он. — Хм… Придется нам немного видоизменить наш первоначальный план. Нет, расписку в любом случае необходимо уничтожить в ближайшее же время, но выводить тебя из игры, как я изначально хотел, мы не будем. Ты продолжишь играть. В крэпс.
***
— Фарлоу, подожди! — к Уиллу, на ходу поправляя спадающие очки, спешил Чарли. Глаза его азартно поблескивали, на щеках пылал румянец, галстук некрасиво сбился на бок. Если бы сейчас им встретился Калвер, Уэйда ожидала бы знатная головомойка. Хотя, учитывая характер Чарли, он бы нашел способы отбрехаться — в большинстве своем преподаватели старались не вступать в дискуссии с будущим юристом. Александр пока еще стойко держал позиции, хотя и его Уэйд иногда умудрялся обставить в словесной перепалке. — Что случилось? — Фарлоу хотел, пока не забыл, забежать в библиотеку. Он точно помнил, что встречал разборы и анализ стратегий азартных игр, когда готовил доклад по комбинаторике. — Помнишь, Гэйбл передала нам информацию по делу? — зорко оглядываясь по сторонам, чтобы рядом не оказалось никого из неприятельского лагеря. Фарлоу кивнул. Калвер подготовил аж две коробки с материалами дела. Чтобы получить к ним доступ, обеим командам — и защиты, и обвинения — пришлось попотеть, составляя и оформляя соответствующие запросы («Административное право, леди и джентльмены, к сожалению, бюрократия неотъемлемая часть юриспруденции»). Александр преподнес это как своеобразное соревнование: кто первый успел, того и тапки. Вопреки ожиданиям, первым успел не Чарли, а Оливия Гэйбл со стороны защиты, поэтому обвинению пришлось ждать своей очереди. Соответственно, теперь Уэйд горел энтузиазмом и желанием наверстать упущенное. — Нашли что-нибудь? — спросил Уилл. Ему копаться в этом хламе надоело уже через пару часов, поэтому он и остальные уступили это дело Уэйду и Тане Томпсон, энтузиазм которых бежал впереди них самих. — Таня нашла, — Чарли цепко схватил Уилла за рукав и потянул за собой. — Пошли! Тебе нужно это увидеть! Недостатка в кабинетах в старом корпусе не было. Калвер попросил администрацию выделить под это дело целых два. Уэйд деловито затянул Уилла в их «офис», где уже обложилась книгами Таня Томпсон — женская версия Чарли, разве что менее въедливая и без очков. — Смотри! Это — показания Майерса, — открыл подготовленную тонкую папку Чарли. Уилл знал, что текст уже был заготовлен и записан в сценарии, и что Кит там только подправил нюансы вроде имен и места действия. Фарлоу перечитал его показания в первую очередь и испытал при этом смутное разочарование: все банально и скучно. Если бы сценарий писал сам Майерс, было бы в триста раз интереснее. Уэйд тем временем подвинул к нему вторую папку, — а это — показания Дик. — И? — Уилл утомленно покосился на едва ли не подпрыгивающего от возбуждения Чарли. — Тут по шесть страниц текста на каждого, давай не будем тянуть время, просто ткни мне пальчиком? — Майерс утверждает, что ушел около шести и поэтому ничего не видел, однако Дик — она же полуглухая старушка, которая живет этажом выше — вот тут, — Чарли обвел пальцем нужную строчку, — говорит, что почувствовала запах табачного дыма с площадки, когда пошла делать себе чай во время рекламного блока вечернего выпуска новостей. Она даже собралась выйти, но тут реклама кончилась и она пошла дальше смотреть свои новости. Вечерние новости, Уилл! — А вечерние новости?.. — поощряюще продолжил Уилл. — Начинаются в восемнадцать тридцать! Раз уже была реклама, значит, как минимум минут пятнадцать-двадцать с начала программы прошло. Значит, таинственный курильщик, который не слепой, не глухой и даже не старушка в маразме, у которой на полную орет телевизор, должен был находиться возле места преступления как раз в момент его совершения! — А согласно экспертизе, свежий окурок был найден только один, — подхватила Таня, ловко выуживая из коробки зип-пакет, в котором лежала книжная закладка с видом на какой-то мост. На этикетке было крупно написано: «Окурок со следами ДНК». — Мы по нему Майерса и вычислили. — Следовательно, кто-то из свидетелей врет, — закончил за нее Уилл, наконец-то начиная проникаться азартом ищеек. — И скорее всего — не старушка. Нам срочно надо организовать повторный допрос! — Я уже занимаюсь, — отчиталась Таня. — Одну форму я уже нашла, но нужно еще точно найти образец согласования со стороной защиты и… тут я не уверена, но кажется надо получить разрешение на повторный допрос. Может, спросишь у Калвера? А то остальные его боятся, а от Уэйда он сам шарахается. — Ничего он не шарахается, — смущенно отозвался Чарли, но настаивать не стал, явно предпочитая, чтобы парламентером пошел Уилл. Калвер в одном лице выполнял роль всех высших инстанций, судьи и прочего. Уилл был уверен, что если он придет к нему с подобным вопросом, то Александр уверенно велит писать, а потом еще и десять раз придерется к мелочам. А потом выяснится, что никакого повторного разрешения не нужно, об этом было сказано в методичке, и с них всех снимут по полбалла от итоговой оценки. — Вообще-то я его тоже боюсь, — поспешно открестился от перспектив Уилл. — Давай я лучше помогу тебе с поисками. Чарли, я составлю тебе компанию на допросе? Давно хотел попробовать себя в роли злого полицейского…
