Ночь придёт, и Луна взойдёт...

-… И правление считает, что.! — Ммм.! — задумчиво протянул сатана со скукой, не особенно внимательно слушая делегацию. — В чем дело? — вскинул бровь один из членов правления в Столице. — Да я просто который год пытаюсь понять что там за организация у вас такая. — задумчиво покрутил он на пальце перстень. — Кружок любителей математики? Считают они… — выдохнул тяжело, подпирая подбородок кулаком. — Так, ладно, и?.. — Кхм… — говоривший помедлил, будто собирая обратно в горсть свою уверенность, но теперь это получалось не так хорошо. — И правление, считая, что обе стороны — и Столица, и Ад — приходят в упадок, в очередной раз предлагают сотрудничество. — Ну, а я в очередной раз говорю нет, — выдохнув, поднялся он, — и дальше это обмусоливать не собираюсь. — Зачем рубить сук, на котором сидишь?! — сделал один из советников шаг в его сторону. Люцифер резко развернулся, сверкнув глазами. — Я не собираюсь вступать в союз с вами! — прошипел он. — Именно потому что я не собираюсь рубить этот сук, я не пойду на ваши условия. Разговор окончен. — он спустился, проходя мимо делегации на выход, более не собираясь их слушать. Последние пару лет посланники Мальбонте из Столицы одолевали правителя чаще, чем вмещало его терпение. А терпение его с каждым разом становилось всё меньше. — И всё не пойму когда же ты сдашься? — с ним поравнялся Азазель. Люцифер закурил на ходу, промолчав. — Дело ведь не в твоих принципах, как сатаны? Люцифер остановился, заглянув ему в глаза. — Пятнадцать лет назад по его вине в Небытие сгинули добрые сотни бессмертных. В том числе демонов. И их семьи до сих пор не оправились. Что я им скажу, Азазель?.. Что я скажу, когда они спросят по какой причине я вступил в союз с ним? — Ещё пара десятилетий и мы начнём голодать. Люцифер затянулся, продолжив путь. Азазель остался на месте, не идя следом. — Значит у меня есть в запасе пара десятилетий придумать что с этим делать. — выдохнул дым. — Твоя принципиальность не вернет её! — крикнул он ему вслед. Люцифер замер на мгновение, но сжав зубы, молча продолжил путь. Он много раз пытался воспроизвести этот диалог с ней. Что бы она сказала? Удивилась, что он вообще об этом рассуждает? Осудила бы? Нашла другое решение?.. Но нет. Каждый раз он приходил к выводу, что она бы поддержала это вынужденное решение. Она единственная, что была всегда снисходительна и добра к Мальбонте. Да, не встала на его сторону. Да, отвергала его идеи. Но Люцифер знал, что Аврора была единственной, что старалась найти общий язык. Никогда не была принципиальна. Да, качалась как колосья на ветру, не в силах определиться в своих взглядах, но по крайней мере видела другие цвета кроме черного и белого. Размышляя обо всём этом, он с каким-то неприятием на лице отбросил от себя бумагу с официальным прошением об очередной аудиенции. Ручка двери повернулась и в комнату вошла она. Та, что вот уже несколько лет появлялась здесь с завидной регулярностью. По-хозяйски проведя ладонью по его плечам, она стала их мягко массировать. Люцифер устало прикрыл глаза. — Ты всё правильно сделал. — проворковал голосок девицы. — Пойти на уступки и объединиться было бы мелочно и… Низко… Мой отец говорит, что. — Ости… Твой отец хороший Престол, но… — он шумно выдохнул, нагнувшись к столу, тем самым освобождаясь от её рук. — В общем… Давай не будем об этом. Она присела на подлокотник его кресла, целуя в шею куда-то за ухо. Люцифер прикрыл глаза, не отвергая её. — Ты справишься, мой Мессир. Найдешь способ. Пока забудься… — прозвучал её вкрадчивый шепот. — Ты работаешь сутками, не давая себе продыху. Оставь. Я здесь с тобой. Я твоя, Люцифер. — шепнула у самых губ, требовательно, но не агрессивно поцеловав его. Шумно выдохнув и сомкнув веки сильнее, он ответил на её поцелуй, проводя руками по её изгибам. Она поднялась, пальцами сжав ткань на его груди, потянув к постели, при том не размыкая поцелуя. Она бывала здесь. Чаще положенного. После первой такой аудиенции его била изнутри паника и отчаяние. Было ли это предательством?.. Но с каждым разом эмоции были всё более притупленными. Его швыряло от полного их отсутствия, лишь механически удовлетворяя себя, не думая о демонице, до представления на её месте той, что была в этой постели больше десятилетия назад, и то только один раз. Вот только Ости была совершенно на неё не похожа. И это заставляло каждый раз минимизировать зрительный контакт во время соития. Вот и теперь он перевернул её на живот, иступленно продолжая, уткнувшись лицом в подушку, думая лишь об ощущениях. Всё было механически. И удовольствия никакого не приносило. Он оперся рукой о постель, продолжив глубже и ожесточеннее, из-за чего демоница вскрикнула от боли. Сжав зубы, он остановился, медленно выдохнув. — Прости… — процедил, выходя из неё и поднимаясь. — Что с тобой? — растерянно захлопала она глазами, садясь на постели. — Я не хочу, Ости. — спокойно и равнодушно проговорил он, начав одеваться, так и не закончив. В эту секунду в дверь постучались. — Минуту! — крикнул он за дверь, кинув в девушку её одежду. — Одевайся. Ости, обиженно закусила губы, наконец одеваясь. Девица медлила, будто намеренно. — Ты можешь поторопиться?! — шикнул он, сверкнув глазами. — Что-то ты сегодня совсем не в духе! — шикнула она в ответ, встряхнув волосами. Сжав зубы, он наконец открыл дверь. На пороге появилась женщина с копной рыжих волос, что аккуратно были откинуты назад. Она оглядела Люцифера с какой-то необъяснимой теплотой, но вдруг заметила Ости. Бровь её на мгновение приподнялась. — Я не вовремя?.. — Нет, нет… — выдохнул он, вмиг остывая. — Прости. Ости уходит. — Нда… Я уже ухожу… — скрестила она руки на груди, направившись к выходу с недовольным цоканием каблуками по паркету. Женщина коротко глянула ей вслед. Усмехнулась. — Бедная девочка… Насколько сильно недолюбленная… — подняла глаза на Люцифера. — Сын, она выжрет тебе всё нутро. Если уже этого не сделала… Сатана медленно выдохнул, отходя к столу. — Мам… Я… Разберусь… Хотя бы ты не давай мне повода сходить с ума на этот счёт. — достал сигареты, но убрал, не решаясь курить при матери. — У тебя дело ко мне? Она с улыбкой вздохнула, подходя к нему, что-то держа в руках. — Есть одно… Принесла тебе кое-что. С этими словами она положила на его стол охапку алых цветов и, беря вазу, вышла в ванну набрать воды. Он замер. Замер, не веря своим глазам. Он так и стоял, оцепенев от шока, пока мать не вернулась. — Где ты взяла их?.. Молча, с хитрой улыбкой она поставила вазу на его стол, беря канцелярский нож и подрезая аккуратно каждый стебель. — Эльзи, моя служанка принесла. Он сглотнул. — А она откуда взяла? — Сказала, что на утесе расцвела целая поляна маков прямо из-под снега. — Где она?.. Женщина мягко засмеялась. — Кто? Эльзи или поляна? — Мама?.. — в мольбе взглянул он на нее. — Мне сейчас совсем не до шуток. Пожалуйста, скажи мне?! — подошел он вплотную, сжав её плечи. Она выдохнула с мягкой улыбкой. В эту секунду в дверь будто что-то ударилось, а затем раздалось мяуканье. Женщина развернулась, открывая дверь и впуская кота. У того между зубов торчал один цветок. Выплюнув его, он сел, зевнув. — А… Так ты уже знаешь… Демоница засмеялась. — Я в очередной раз опередила тебя, Бармаглот. Утес, Люцифер. Я ведь сказала тебе. Он вдруг сорвался с места. — Там её нет! — раздался голос кота, что размеренно вылизывался. Люцифер замер, медленно обернувшись. — Нет?.. — Точно была, на снегу есть следы. Её и ещё кого-то. Сверкнув глазами, Люцифер резко толкнул дверь, выходя. * * * Я открыла глаза снова. Когда я закрыла их в прошлый раз, меня окутали снег и разрастающиеся маковые цветы. Но в эту секунду я очнулась от холода. Зубы стучали. Осторожно приподнявшись, я осознала, что лежу в постели. Тело била мелкая дрожь от холода. И теперь моё состояние казалось мне ужасным. Жизненная сила теперь разрывала меня от груза. Сознание моё вновь стало мутиться. Около меня с края постели села женщина. Я потянулась к ней, кладя голову ей на колени и застонала, всхлипнув. — Когда-то давно я видела у кого-то из смертных героиновую ломку… — прозвучал знакомый голос. — Я больше не могу… Я не могу… — всхлипнула я, сжимая ткань её платья. — Тебе нужно согреться. И поспать… Я разведу камин. — поднялась она. — Почему так холодно… — шепнула я, кутаясь в одеяло. Женщина подошла к камину, разводя в нём огонь. Я узнала в ней Вириену. — Нужно у тебя спросить, — пропел её голосок, — вероятно найдешь ответ, если вспомнишь где была всё это время. Разум мой вновь стал затуманиваться. Я почувствовала как сверкнули мои глаза, оглядывая её. — Ты скоро умрешь. — произнесла я, вновь отправляясь в царство Морфея. Вновь я открыла глаза, когда за окнами было уже темно. Проснулась я от тепла тела, что прижималось ко мне. И это было женское тело. Женское голое тело. — Вириена?.. — Не волнуйся. — шепнула она. — Всего лишь пытаюсь тебя согреть. От тебя веет замогильным холодом, что не спасают четыре камина, что есть в доме. — Мне очень плохо… — шепнула я, вновь закрыв глаза. Однако на этот раз сон не шёл. Я закрыла лицо ладонями и разрыдалась. — Чшшш… — женщина притянула меня, обняв. Я уткнулась лицом в её плечи, рыдая навзрыд. — Это невозможно! Так не может быть! Не может быть столько смертей! Не может быть столько нерастраченной жизни! Жизни, что отнята другими за зря! Валюта, которая ценна только для одного в мире смертных!!! Но даже здесь эти жизни отнимаются! И они уходят! Уходят, вынужденно оставляя всё!!! И они несут это мне! Мне!!! Без слов она сжала меня, запуская пальцы в волосы. — Какая интересная смертная… Смертная, ставшая духом… Самой Смертью… Так вот оно что произошло. И правда, кто же может быть ближе всех к пониманию смерти больше, чем тот, что однажды утратил жизнь… Тебе надо умыться. Идём. Я помогу тебе. Она отвела меня в ванну, усадив в горячую воду. В какой-то момент я уронила руки на борт ванны, положив сверху голову. Я вспоминала то что было, уставившись в одну точку, но точно всё вспомнить не могла. -… Я не знаю сколько прошло времени… — тихо проговорила я. — Лет тысяча… Вириена достала губку, молча омывая меня горячей, почти обжигающей приятно водой. — Так работает у вас вторая ипостась? — вдруг спросила я. — Что вы потом ничего не помните, будто не с вами это было?.. Она замерла на мгновение, но продолжила. — Однажды в нас проявляется вторая ипостась. И по-началу молодые демоны плохо её контролируют, но потом уживаются, совладав с собой и принимая более осознанные решения в этом состоянии… А со временем… Со временем вторая ипостась начинает проявляться и в нашем привычном облике. И чем старше демон, тем меньше в нём человеческого. — Но почему это не так с тобой? Она вздохнула. — Подарок Шепфамалума. Моя вторая ипостась так меня и не настигла… Я прикрыла глаза, снова кусая губы. — У меня будто жуткое похмелье… Мне выламывает всё тело, тошнит и… Я почти ничего не помню… Она усмехнулась. — Ты сейчас уже лучше. Поначалу тебя били судороги. Ты даже задыхалась. Значит идешь на поправку… Ты думала, такое путешествие пройдёт легко и непринужденно?.. Мы просидели в ванной больше часа. Я наконец почувствовала разлившееся по телу тепло. Тепло, которого я не чувствовала так давно и в котором, кажется, не нуждалась тогда. Но теперь… Мне понадобилась пара дней, чтобы вернуться. Бывало ещё, что я зависала, проваливаясь в свои мысли, полностью игнорируя окружающую обстановку. Я забыла о таком чувстве как голод. Если у меня что-то болело, то я не понимала где болит. Вириена ненавязчиво была рядом, буквально на следующие сутки уже почти не заходя ко мне. Но в одну ночь я спросила. — Почему я у тебя? Где Люцифер? — оглядела я её без эмоций. Она сглотнула, запахнув свой кружевной халатик, накинутый на голое тело. — Даже не спросишь о своей матери? — Спрошу. Но Люциферу я обещала. Демоница фыркнула. — Снова лезешь в грязь? Как мило… То место уже давно занято, девочка моя. — Кем?.. — Тут не сложно догадаться. Я задумалась. — Ты говоришь ужасные вещи… Но ужасно даже не это… А то что я ничего не чувствую… — Поэтому и говорю сейчас, чтобы у тебя было время переварить… Как тебя интересно кидает из крайности в крайность. — она открыла крышку пианино, играя тихонько какие-то аккорды. — Ты немного придешь в себя и я найду способ как доставить тебя Ордену. — Ордену?.. — Да. Кореолан и другие противники Мальбонте выжили. — Мальбонте жив… — кивнула я, будто своим мыслям. — Так значит он теперь правит? — В Столице да. — кивнула она, играя по бодрее. — Но здесь Люцифер отчаянно защищает суверенитет. Я даже… Удивлена его способностям… — Он справился?.. — будто с волнением спросила я, кажется, что-то почувствовав. Вириена коротко кивнула. — Справился… Удивительное дело, жители Ада не ропщут на своего Мессира… — захлопнула крышку инструмента. — Он нравится им. Не говорит как жить, не устраивает бредовые мероприятия ради фарса или показательные казни, не идёт на союз с узурпатором, что в своей войне убил сотни… — вздохнула. — Ты ведь не верила в него. Ты сама сказала тогда, в Столице. — Потому что ему нужно было встряхнуться. Иначе он бы обрел непомерное самомнение… Я… Не ненавижу Люцифера. Но у меня есть причины относиться к нему настороженно… — Его отец?.. Она вздохнула, поднимаясь и беря свечу. Подсев ко мне, она поставила перед собой огонёк, играясь с тенью. — Что, смертная, рассказать тебе страшную сказку?.. * * * Люцифер стоял у окна в каком-то молчаливом отчаянии. Потерев лицо руками, он обернулся, взглянув на нескольких демонов, что занимались поисками. -… Мы правда не нашли её Мессир. Следы обрываются, теряясь среди сотен других. — Так если её следы потерялись в сотнях других, её должен был видеть хоть кто-то. С кем она ушла? — Мы… Не смогли определить. Глаза его сверкнули на секунду, но тут же закрылись. Медленно выдохнув, он вновь открыл их. — Хотя бы ясно мужчина это или женщина?.. — Женщина, Мессир. Выдохнув, он вновь отвернулся к окну. — Вызовите ко мне Элизу и Мими… _____________ {ТИТРЫ} — Green Apelsin «Я тебя найду»