7 раз когда доктор Рацио сказал «нет» и 1 раз когда он сказал «да»

Сигония мерзкое местечко. Планета на отшибе вселенной, без собственной звезды, под гнетом других планет. «Столица» работорговли и родина Авантюрина. Ходят слухи, что все, кто там родился, обладают не только красивыми глазами, выдающими их происхождение, но и отвратительным характером. Говорят, что они жестоки и бездушны, ради собственной выгоды пойдут по головам, предадут, обманут, разобьют любые надежды. Люди там росли в условиях гнета и насилия, без любви, понимания и заботы. Авантюрин не был исключением. Как любой другой сигониец, он претерпел предательства, изнасилования, эксплуатацию, побои, буллинг. И сейчас был готов ради денег на что угодно и никогда не жалел о содеянном. Когда старик, заложивший почти все свое имущество и влезший в долги просил вернуть хотя бы жалкую тысячу кредитов, он рассмеялся ему в лицо и ответил что азартные игры на то и азартные, чтобы оставлять дураков ни с чем. Когда в него влюбилась крупье, он сделал вид, что всё взаимно, водил на свидания, целовал, ничего не чувствуя, давил на жалость своим рабским положением в КММ и совершенно незаметными подсознательными манипуляциями развел ее на крупную сумму денег, из-за чего та лишилась работы и была вынуждена переехать в маленький город, чем он и воспользовался, чтобы бросить её. Когда хозяин казино пошутил, что он его разорит своими вечными выигрышами, Авантюрин поспорил, что сделает это за пару недель, и оставил некогда богатого человека без средств к существованию, так ещё и уличил в мошенничестве в отношении посетителей и отправил за решетку. Хотя не известно, кто ещё из них оказался настоящим мошенником. Однако свою работу для КММ он выполнял честно, соблюдая подписанные договоры, пусть и делал эти самые договоры выгодными лишь для себя. Всё-таки, его жизнь принадлежала Корпорации и любая его ошибка могла навсегда лишить его возможности прятать карты в рукаве во время партии в покер. Да и вообще возможности в него играть, как и жить в принципе. Жестоко, но многие из имевших с ним дел, сказали бы, что справедливо. С другой стороны, ему стоило быть благодарным КММ за то, что дали возможность достичь всего, что у него было, ведь он мог всю жизнь оставаться в полнейшем аду родной планеты, о которой он не хотел вспоминать. За фальшью своей дежурной улыбки он скрывал уродливую душу и горечь воспоминаний, которая вызывала у него лишь ненависть к людям и отвращение к самому себе. Он одевался в самые дорогие ткани, чтобы сбежать от лохмотьев, в которых провел все свое детство, носил на руках только золото, чтобы забыть вид ржавых наручников на запястьях, а за розовыми очками скрывал выдающий происхождение цвет глаз и делал окружающий мир чуть менее серым. Цвет глаз. Узнававшие в нём сигонийца сразу же относились к нему настороженно. Кто-то, прикрываясь сочувствием или жалостью, боялся, кто-то ненавидел. Были и те, кто в лицо мог назвать рабским отродьем. В целом неформальные отношения с людьми у него не складывались. Да и рабочие строились лишь на выгоде. С одной стороны, дело было в стереотипах о сигонийцах, но с другой эти стереотипы были правдой. Авантюрин вел себя крайне напыщенно и стервозно, любые попытки довериться ему или узнать получше приводили лишь к тому, что человек обжигался (как некогда и сам маленький Авантюрин) и терял любое желание связываться с ним снова. На самом деле Авантюрин просто не хотел открываться. В самом дальнем уголке его души таился страх, что кто-то, узнав его настоящего, разочаруется и снова причинит боль. В детстве он не ожидал предательств, но теперь был уверен, что его предаст любой, в детстве он не думал, что им воспользуются, но сейчас знал, что только так и будет. Его не любили, но он и не жаждал признания. В одиночестве было довольно комфортно пожинать плоды своих хитрых уловок. Наслаждаясь деньгами и роскошью он ощущал чуть больше свободы. Это всё было некой заплаткой для его изнасилованной души, скрывало изнасилованное тело и помогало забыться. Авантюрин своим образом жизни максимально избегал того, чтобы нынешняя была похожа на прошлую, и только метка на шее выдавала в нем раба. А потом появился Рацио. Он открыто напоминал Авантюрину не забывать о прошлом, но при этом не пренебрежительно, а предупредительно (будто даже заботливо). Он раздражался от лживости и павлиньего оперения, но судил не по происхождению, а по поступкам. Они иногда пересекались по заданиям, и не сходились в методах, но судьба продолжала их сводить. Авантюрину со временем начало казаться, что это знакомство - тоже его удача, потому что даже несмотря на занудство, колкости и напоминания о прошлом, доктор не ненавидел его и не боялся. Позже Авантюрин и вовсе заметил за собой, что в глубине души радуется встречам с Рацио. А потом он захотел повышение, и КММ отправили его на лекции с доктором. И Авантюрин хотел поначалу просто вывести его из себя и не ходить на лекции, но что-то его туда тянуло само по себе. Он вел себя неподобающе, а Рацио терпел и продолжал пытаться вдолбить в его голову знания. У доски профессор был крайне горяч, смотрел во время занятий только на доску и на него, подходил очень близко, всматривался в спину, когда ученик выходил к доске, и в конце концов у Авантюрина вырвалось треклятое «трахни меня». И раз уж он уже признался в любви (по его мнению, это именно так и называлось - когда трахали не потому что ты раб, который обязан ублажать хозяина, а потому что ты просто этого хочешь), он решил идти до конца. Это стало для него своеобразной игрой, мотивировавшей слушать лекции, пусть он и проиграл ещё в тот самый момент, когда влюбился. Но если сможет добиться внимания Рацио, он отыграется. Те поцелуи все ещё ощущались на губах, и с каждой выигранной партией в покер он не собирался останавливаться. Если физическое напряжение очень легко снял рабочий чат, то моральное никуда не делось. В районе 12 ночи ему ещё и вдруг позвонили с работы и срочно вызвали в офис. - Идиоты, - обозвал он подчиненных, когда те все наконец собрались в зале для совещаний. - Вы из-за своей глупости столько прибыли сейчас упустили… убытки есть? - Говорите как доктор Рацио, - хихикнул кто-то из коллег. - Я тебя к нему на лекции по корпоративной этике отправлю, - прорычал Авантюрин, листая кипу документов, лежащих перед ним. - Вот и уходи в отпуск, эти глупцы столько без тебя начудят… Всю ночь Авантюрин разгребал бумаги и ситуацию, раздавая приказы на следующий рабочий день. Понизил парочку людей к чертям, кого-то вообще чуть не уволил, но смог крайне быстро реабилитировать случай. Домой он приехал только к утру, раздражённый и злой, так ещё и с больной головой. Пришлось закинуться таблетками, ведь он всё же собирался сходить на упомянутую вчера лекцию доктора Рацио. Главное надо было переодеться, чтобы тот не понял, что Авантюрин где-то шлялся всю ночь, пусть большая часть этой ночи и была проведена в офисе. Абсолютно сонный и недовольный, Авантюрин всё-таки явился на открытую лекцию к Рацио, но с опозданием. Непривычно было видеть аудиторию переполненной, но он совершенно бестактно зашёл в кабинет и протолкался к задним партам. Темой лекции оказалось что-то там из психологии, а профессор читал лекцию в глиняной маске, и Авантюрину сначала даже захотелось свалить, но пока Рацио рассказывал что-то, в чем ему не хотелось копаться, он сначала попытался уставиться на его прекрасное тело, но за чужими головами было совсем ничего не видно. Пришлось зависнуть в дурак онлайн, хотя к концу лекции он не заметил, как уснул и безмятежно проспал до самого конца лекции. Пока во сне Авантюрин строил свою империю азартных игр, его плеча коснулась теплая рука. - Просыпайтесь, господин Авантюрин, спать надо по ночам, - послышался голос Рацио откуда-то сверху. - Нужно проветрить аудиторию. Авантюрин нехотя разлепил глаза и оглянулся: в аудитории было пусто. Реабилитироваться в глазах Рацио он не собирался, но что-то дернуло его сказать: - А как же мой утренний поцелуй? - Отсутствие сна по ночам вредно для здоровья, - проигнорировал его вопрос доктор. - Недосып повышает риск развития сосудисто-сердечных заболеваний, провоцирует ухудшение памяти, снижает концентрацию внимания… - Заткнись, - простонал Авантюрин и встал из-за парты. - Хорошо, что ты, прежде чем меня будить, хоть голову гипсовую снял, а то меня бы и правда сердечно-сосудистое схватило. - Езжайте домой и сегодня хорошо выспитесь, но не ложитесь рано днем, это может вызвать как минимум тахикардию, - с такими словами Рацио поправил помявшийся воротник Авантюрина. - Не ты ли как-то раз затирал о пользе дневного сна? - на свою голову спросил блондин, и тут же пожалел. - Дневной сон полезен, если он не долгий, улучшает эмоциональный фон и память, - ответил Рацио. - Раз мне нельзя сейчас лечь спать, может, ты мне тогда с домашкой поможешь? Ты вчера всё же напился, если не забыл, - Авантюрин с хитрой улыбкой уселся на парту. - Если забыл, у меня есть все доказательства! - Нет, - он наотрез отказался, хотя в голове всплыли картины их вчерашних поцелуев. - Вы не в состоянии, и вряд ли такая учёба будет продуктивной. Это было пятое «нет». - Ладно, понял, поеду домой, - с некоей обидой ответил Авантюрин и направился к выходу из кабинета. - Подожди, - Рацио неожиданно для себя остановил его, касаясь той части предплечья, на которой браслетов уже не было, а рукава пиджака всё ещё не начались. Авантюрин обернулся. - Доброе утро, - доктор нежно коснулся своими губами его, блондин аж опешил от такого действия профессора на рабочем месте. - А теперь иди выспись. Рацио медленно сдавался под напором этого картёжного чуда. По крайней мере, чуть спокойнее начал принимать, что тоже влюблён в него. Дома Авантюрин тут же завалился спать, несмотря на советы Рацио. Еще чего, слушать этого зануду! На следующий день снова нужно было идти на лекции. А ещё он собирался утром зайти на работу. Черт с ним, с этим отпуском, когда на работе ДЕНЬГИ!!!