Овечка в волчьей шкуре и среброгривый пес

      Гепарду не доводилось бывать дома у Сампо, да и он не особо стремился, заранее зная, что ему еще возможно пришлось бы свидетельствовать против Коски в суде, а чем меньше он знает, тем меньше сможет рассказать. Когда-то Сампо пытался его пригласить и пошутил, что в случае чего они просто поженятся и можно будет отказаться от дачи показаний. Шутка Гепарду не понравилась, и он пообещал, что если его нерадивый любовничек попадется, то он ни разу не навестит его в тюрьме.       В квартиру Сампо он теперь пробирался при не менее печальных обстоятельствах. В очередной раз тот пропал, но теперь Гепард не мог быть уверен, что он вообще еще на этой планете.       Заварушка и правда случилась. Да такая, что консервативный мир Ландау несколько раз перевернулся с ног на голову и в итоге оказался в нокауте. Внезапный прогресс, ступивший на Ярило вместе с экипажем экспресса, пугал, а открывшаяся вселенная вызывала странное чувство тревоги, засевшее где-то под желудком. Гепарду приходилось подстраиваться под все эти изменения, быть примером для остальных и на себе показывать, что нет, эти маленькие квадратики не взорвутся у вас в руках, а вышки связи не вызывают головную боль и уж тем более незапланированную беременность (Гепард не знал смеяться или плакать, когда к нему заявилась разгневанная родительница молодой девушки и заявила, что это все пришло из космоса, а совсем не от парня с соседней улицы). Пытаясь уследить за всем на свете и убедить сестру не покидать так спешно Белобог, Гепард упустил то, что было для него не менее важно.       Когда Сампо пропал в очередной раз, у Гепарда просто не было времени придать этому достаточно значения, тот часто где-то терялся на недельку, словно кот, уходивший и приходивший по собственному желанию. Время волноваться настало, когда ему пришло письмо с обратным адресом в Камнеграде. Вот так просто он узнал, где Сампо жил. Учитывая то, сколько дней это письмо могло проваляться в его почтовом ящике, пока он не сунулся туда за чеком от арендодателя, искать по горячим следам уже было поздно. И даже великая технология, что помогала связаться с человеком на другом краю света, была бесполезна, ведь он не знал, какой у Сампо номер.       В свой первый за полмесяца выходной Гепард отправился в подземье. На этот раз было уже не так страшно, что его узнают, кое-где даже встречались патрули стражей, но он все равно предпочел обычную одежду. В конце концов, мог он хоть на один день снять форму? Спрашивая дорогу у прохожих, Гепард дошел до нужного дома, проскользнул в узкий темный подъезд и поднялся на второй этаж. Для начала он все же постучал, но, ожидаемо, ответа не было. Глубоко вздохнув, Гепард обернулся. Убедившись, что он был один, он достал из кармана ключ, который Сампо сам когда-то вручил ему в качестве ответного знака, когда сам заполучил второй комплект от квартиры Гепарда.       Будь на месте Сампо кто угодно другой, Ландау не позволил бы себе так нагло нарушить чужие личные границы, но ради всего святого, это же Сампо. Человек, который вспоминал про чувство такта только тогда, когда ему самому это было выгодно.       В квартире оказалось примерно так, как Гепард себе и представлял. Первое, что бросалось в глаза – это бардак. Встретившая его гостиная напоминала пристанище пожилой дамы, два дивана были скрыты под несколькими слоями разных пледов, а столик между ними заставлен какими-то вазочками, фигурками, красивыми вязаными салфетками и, словно вишенка на торте, в центре стоял тонометр. Едва не закатив глаза, Гепард прикрыл за собой дверь и двинулся вглубь, разглядывая целую стену полок. Дальнюю их часть заполняли книги, а вот спереди что только не валялось, от каких-то детских поделок и до выстроившихся в ряд початых бутылок с различным алкоголем.       Возможно, ему все же не стоило здесь быть. Терзаясь смутным чувством вины, Гепард заглянул на кухню. Главным образом его интересовал холодильник, но он успел поразиться количеству различной утвари. Учитывая, что из них двоих готовил только он, да и то кое-как, Сампо либо притворялся криворуким, либо просто был барахольщиком, тащившим домой все что надо и не надо. Устроив небольшую ревизию, Ландау убедился в том, что никаких скоропортящихся продуктов не было, а значит Сампо готовился к долгой поездке. Грустным взглядом окинув полы, явно мечтавшие о воде с мылом, Гепард заглянул в одну из комнат, служившую, видимо, рабочим местом. Большой шкаф ломился от обилия разной одежды и все еще запрещенных в Белобоге париков, а на стене висело несколько карт без каких-либо пометок. Не питая особого интереса, Гепард заглянул в коробки неподалеку, но в них не было никакой контрабанды, только очередная гора хлама: какие-то провода, части автоматонов, старые потертые инструменты. Он сунул свой нос в ящик стола, но и там не обнаружил ничего криминального. Ни холодного оружия, ни бомб, ни токсинов. Будто Сампо готовился к тому, что однажды к нему заглянет командир Среброгривых стражей.       Последней комнатой оказалась спальня, большую часть которой занимала неприлично огромная кровать. Конечно, заваленная различными вещами. Видимо, ее хозяин на одной половине спал, а на другой хранил самое важное. Книги были навалены одной кучей – можно подумать, он все их одновременно читал – какие-то таблетки валялись неподалеку, тетрадь и карандаш рядом с ней, пустая кружка с чайными разводами, горсть мятных конфет, бесцветная помада и салфетки. Кажется, Сампо был любителем перекусить в постели.       Уныло оценив пустые горшки для цветов на подоконнике, Гепард не удержался и провел по серой поверхности пальцем. Как ни удивительно, оказывается, подоконник был белым, если убрать с него всю пыль. Гепард начинал понимать, почему у Коски каждый раз волшебным образом начиналась мигрень или прихватывало живот, стоило только попросить его взять в руки мокрую тряпку. Покачав головой, Гепард сел на мягкий матрас и уставился перед собой пустым взглядом. Он не понимал, ради чего пришел сюда. Конечно, Сампо здесь не было. В последний раз посмотрев в изголовье, Гепард непонимающе нахмурился. Он потянул за край одну из подушек и обнаружил, что та была одета в одну из его кофт.       – Идиот, – бессильно выдохнув, Гепард уперся локтями в колени и наклонил голову, спрятав лицо в ладонях. Он до последнего не хотел признавать, что Сампо не просто залег где-то на дно, а улетел с этой планеты и даже не сказал ему ни слова. – Чертов эгоист.       Находиться здесь не было смысла, хозяин явно оставил свое жилище и не собирался чудесным образом появляться на пороге, но и уходить не хотелось. Гепард тосковал, а среди вещей Сампо он будто чувствовал, что тот и сам был где-то рядом. Притаился между пыльных горшков и похехекивал, собираясь в последний момент выскочить и напугать его.       Громкий звук из кармана заставил его вздрогнуть всем телом. Он еще не привык к тому, что носил с собой такой источник шума. Поспешно достав телефон, Гепард без удовольствия посмотрел на неизвестный номер. Ему это не нравилось, но он был обязан отвечать на каждый звонок, ведь это могло быть очень важно, если звонил один из его сослуживцев. Потерев пальцами свободной руки глаза, Гепард надавил на них и не глядя нажал на зеленый значок.       – Слушаю.       Тишина с другой стороны была ему ответом, но Гепард не спешил сбрасывать. Он предполагал, что человек еще не понимал, как работают телефоны или это был кто-то, кто не решался сообщить ему о преступлении.       – Я вас слушаю, – на всякий случай повторил он.       – А-эм… Привет? Прости, я не придумал, что скажу.       Гепард непонимающе убрал телефон от уха и посмотрел на экран. Неизвестный номер, таймер звонка, ничего сверхъестественного, если не считать голоса звонившего.       – Сампо? – как оказалось, Гепард тоже не знал, что сказать. С чего начать. – Где ты?       – Слишком далеко, чтобы ты пришел меня ругать, – веселость казалась наигранной, выдавая волнение.       – Я и не собирался с тобой ругаться. Я… я просто хочу знать, что ты в порядке.       – Если ты думаешь, что избавился от меня навсегда, то не надейся, капитан. Я вернусь с межгалактической контрабандой! Столько бабла срублю, закачаешься.       – Пожалуйста, не надо, – Гепард расслабленно выдохнул и завалился на чужую кровать. – Иначе мне придется тебя арестовать.       – А досмотр будет?       – Я залезу резиновой перчаткой тебе в задницу и попрошу покашлять, так подойдет?       – Как не романтично, – Сампо сипло засмеялся.       Возникшая между ними пауза говорила за них. Об облегчении Гепарда, о том, что он на самом деле скучал и сожалел, что они не успели поговорить до отбытия. В свою очередь он и сам слышал молчаливое выражение привязанности.       – Почему ты не поговорил со мной нормально?       – Ты бы стал меня отговаривать, как Сервал. А так уж сложилось, что мы не можем устоять перед твоим обаянием брошенного щенка. Мне было бы тяжело уехать, если бы я прощался.       – И когда ты теперь вернешься?       – Не знаю, – это было жестоко, но зато честно. – Мне нужно вернуть одну очень важную для меня вещицу.       Со стороны Гепарда послышался очередной вздох. Он понятия не имел, как вещица Сампо могла оказаться на другой планете, да и не был уверен, что хотел знать. Основой их отношений стало его безусловное доверие, которое он не любил показывать, но продолжал ему следовать, раз за разом веря в то, что Сампо не делает ничего опасного для других людей.       – Знаешь, забавно, что ты позвонил мне именно тогда, когда я вломился в твою квартиру.       – Аа~ Я знаю. У меня установлены камеры, они засекли движение и нажаловались, что кто-то топчет мои ковры.       Гепард резко сел, выпрямившись будто по струнке. Он заозирался вокруг, но ничего не увидел. Почему-то ему стало крайне неловко от своих действий, хотя он первый признался, что пришел, а не Сампо поймал его с поличным.       – И ты все это время наблюдал за мной?       – Ага. Я надеялся, что ты укутаешься в мои рубашки и будешь сокрушаться по мне, но ты выглядел так, будто место преступления осматриваешь, – услышав неразборчивое “черта с два”, Сампо громко рассмеялся. – Ну же, Гепард, не будь таким вредным. Ты же скучал по мне? Скучал! Я знаю, что скучал.       – Скучал, но когда увидел, какой у тебя тут срач, меня попустило.       – Не придирайся. Главное, что я человек хороший, – Сампо чувствовал, что и на это Гепарду было что возразить, поэтому он продолжил до того, как тот его перебьет. – Ложись в мою кровать. Давай, тебе понравится. Если закроешь глаза, то сможешь представить, что я рядом.       Гепард не был уверен, что ему это нужно, поэтому он тянул. С другой стороны, он ничего не терял, а Сампо явно было недостаточно того, что он пришел искать его – опять – аж в Подземье. Едва ли у Ландау был шанс показать себя особенно тоскующим и убедить Сампо вернуться поскорее, да и если тому нужно было вернуть свою вещь, то пусть сначала вернет, но в конце концов он сдался под напором чужих уговоров. Стянув с себя сапоги, Гепард отодвинул одеяло в сторону и забрался под него, устроив голову на подушке. Она и правда пахла как темные волосы, что обычно щекотали ему нос, когда они спали рядом.       Эта квартира была похожа на Сампо. В ней можно было найти самые неожиданные вещи, но при этом все, что могло раскрыть настоящую сущность наемника, было надежно спрятано. Ни денег, ни товаров, ни оружия. Глядя на Сампо трудно было предположить, насколько он опасен в бою, но Гепарду посчастливилось один единственный раз увидеть Коски в драке, и этого было достаточно, чтобы оценить уровень исходящей от него опасности. Опасности, которая его заводила. Сампо был кусочком хаоса в его аристократично-правильной жизни, бунтом, непредсказуемой катастрофой, в отношении которой никогда нельзя было говорить что-то наверняка. Сампо был таким, каким хотел быть маленький Гепард, когда смотрел восторженным взглядом на то, как сестра давала резкий отпор отцу. И Сампо был таким, каким Гепард навсегда потерял возможность стать, отдав себя в служение долгу и имени Ландау.       – Чего притих, кошак? – Гепард невольно усмехнулся. Сампо всегда был крайне креативен в выборе ласковых прозвищ, которыми он пользовался исключительно для привлечения внимания. – Держи руки поверх одеяла.       – В смы… – Гепард осекся. – Да иди ты.       Из динамика телефона раздался тихий и по-особенному низкий смех.       – Неужели ты не подумал об этом как только я тебе позвонил? Ты лежишь в моей постели, никого рядом нет, а еще ты очень скучал, а мой голос такой соблазнительный, – голос и правда был соблазнительным. Сампо был отличным актером, когда он хотел вызвать жалость к себе, он говорил с взлетающими гласными, а когда пытался уговорить, начинал их тянуть. К этому можно было отнести и то, что во время секса его голос тоже становился приятным, похожим на вязкую патоку. – Или ты совсем не можешь позаботиться о себе без меня?       Гепарду хотелось спорить из принципа. Поставить слишком много возомнившего о себе выскочку на место и утереть ему нос, но до того, как он что-то произнес, пришла и вторая мысль.       Он не хотел обесценивать Сампо. Особенно просто из вредности.       – Дрочить одному скучно.       – Но сейчас ты не один. Ну же, Гепард, повесели своего возлюбленного. Или твои чувства ко мне уже не те, что прежде?       Оказавшись на очередном моральном перепутье, Ландау закрыл глаза. Провокации Сампо были совсем беззубыми, он мог вновь отшутиться про то, что после увиденной многослойной пыли теперь сомневался, что Сампо был “тем самым” или перевести стрелки и предложить Коски вернуться, раз уж он так тоскует.       А с другой стороны, Гепард мог пойти навстречу.       – Хочешь сказать, что сам ты и один неплохо справляешься?       – Почему один? У меня есть твои фото. А еще хорошие память и фантазия. Знаю, с последним у тебя проблемы, но эй, для этого у тебя есть я, который все придумает за двоих. Бесплатно, – молчание со стороны Гепарда можно было расценить как согласие, поэтому Сампо продолжил. – Хм, дай-ка подумать, когда мы спали последний раз?       – Четыре недели назад, в отеле, – Гепард ответил быстро, как и полагалось солдату. В тот день он был по уши в бумажной волоките и не мог выбраться из административного района, а предложение Сампо “пообедать неподалеку” пришлось кстати. Они управились за час, но в форт он вернулся голодным.       По другую сторону послышался раздосадованный вздох.       – Так давно? Это объясняет, почему ты начал чаще мне сниться, – каким-то образом Сампо удавалось ходить по тонкой грани между глупостью и вульгарностью, из-за чего его слова на самом деле задевали Гепарда. – Хочешь расскажу, во что ты обычно одет в моих снах?       – В форму?       – Нет, – Сампо тихо засмеялся. Он уважал неловкие попытки Гепарда отшутиться и не собирался заставлять делать то, чего тот не умел. Как он и обещал, он мог все сделать за двоих. – На тебе моя одежда. Знаешь, почему?       – Потому что мою форму ты украл?       – Потому что мои штаны идеально обтянули бы твою задницу. Ох, Гепард, если бы ты пользовался тем, чем природа тебя наградила… Лучше, чем в моих брюках ты бы смотрелся только без них. Я бы с таким удовольствием схватил тебя сейчас за твои ягодицы. Знаешь, одна только мысль об этом вызывает приятную дрожь.       Гепард не отвечал. Он не знал, что ответить, поэтому предпочитал отмалчиваться, чтобы не испортить момент. Закрыв глаза, он по-настоящему позволил себе утонуть в глубине чужого голоса. И Сампо тянул его на самое дно, не давая перерыва, чтобы набрать в легкие воздух.       – Можешь коснуться себя.       – Мне не нужно твое разрешение.       – Это приглашение.       Гепарду не нравилось быть ведомым, но каждый раз, когда он пытался сопротивляться, Сампо воздействовал на него бесхитростной лаской. Рядом с ним Гепарду не от чего было защищаться, и иногда он позволял себе расслабиться, отдавшись чужим рукам. И еще ни разу Сампо не разочаровал его.       – Хмф. Ладно, – ворчливое, но согласие, наверняка вызвало улыбку. Гепард не мог увидеть этого, но он непонятным для себя образом чувствовал.       Может быть, он еще об этом пожалеет. Особенно с учетом того, что где-то вокруг него запрятаны камеры. Но Гепард не собирался подставляться так просто, он накрылся одеялом по самый нос и только после этого снял перчатки и положил одну из ладоней поверх ширинки.       – Я чувствую себя глупо.       – А когда я сосал тебе в твоем же кабинете, ты себя глупо не чувствовал? – Гепард удивленно распахнул глаза, чувствуя, что кровь начала приливать не только к щекам. Обычно он находил, что ответить Сампо, но выдержать напор такой откровенности ему было не под силу. – Ты же помнишь? Я бы и сейчас с радостью взял у тебя в рот. Могу представить твои растерянные, но такие голодные глаза…       Гепард видел Сампо валяющимся на кровати в каком-нибудь отеле. Скорее всего, он беззаботно покачивал ногой или накручивал короткие пряди волос на пальцы, развлекая себя таким образом, пока он тут начинал страдать от слишком резво поднявшегося члена. Брюки пришлось расстегнуть.       – Скажи, ты бы хотел, чтобы я тебя трахнул? О, или ты хотел бы наоборот? Я знаю, что тебе нравится быть сверху. А еще я знаю, что тебе нравится, когда я готовлюсь заранее, а потом совращаю в самых неожиданных местах, – голос Сампо опустился до вкрадчивого шепота.       – Это потому что ты – извращенец, который любит ходить по грани.       – Я? Я всего лишь до безумия влюбленный мужчина, готовый пойти на все, чтобы удовлетворить тебя. Передо мной можешь не притворяться, капитан. Ты любишь быть нежным, но когда я заваливаю тебя на кровать, ты всем своим видом просишь быть с тобою грубее, а потом стонешь так, что соседи сходят с ума. Если что, мне это нравится.       – Какие еще соседи… – Гепард начинал понемногу терять связь в речи. Его ладонь уже плотно обхватывала член, немного массируя.       – А, бабка с верхнего этажа как-то оставила записку, чтобы мы резвились потише. Я ее выкинул, чтобы ты не расстраивался и не прекращал радовать меня своим прекрасным голосом.       На секунду Гепард замер, но в итоге лишь пренебрежительно фыркнул.       – Пусть катится к черту.       – Полностью согласен. Давай вернемся к более приятному. Надеюсь, ты уже запустил руку в трусы, – после тихой возни, по которой Ландау ничего не смог понять, Сампо продолжил. – Я заплатил бы любые деньги, чтобы в этот момент самому прикоснуться к тебе. Потому что твой член я люблю не меньше тебя, особенно когда он становится твердым и горячим. Проведи пальцами по животу и надави на нижние мышцы пресса.       Не совсем понимая, зачем, но Гепард сделал это, зажав телефон между ухом и подушкой. Приятные ощущения отдались легкой вибрацией вдоль всего позвоночника, и он довольно прикрыл глаза.       – Ты знаешь меня лучше меня самого.       – Хах, вероятно. Но к этому я тебя приучил. Я делал так каждый раз, когда ты был на пределе и теперь подобным тебя можно легко завести. Можешь пользоваться, не благодари.       Гепард даже не удивился. А чего еще можно было ожидать от Сампо? Не став особо возмущаться по этому поводу, он повторил свои действия, вместе с тем начав двигать сжатой ладонью вдоль члена.       – Кстати говоря, я думаю привезти тебе пару сувениров отсюда. О, тут такое продается, думаю, если приделать одну из этих штук Сварогу, то он станет самым популярным роботом на Ярило, хах.       Гепарду оставалось только догадываться о каких “штуках” могла идти речь, но Сампо на то и рассчитывал. Фантазия Ландау сама подкидывала ему такие картины, которые тот никогда в жизни не позволил бы себе озвучить.       – Уверен, если бы ты позволил вставить в себя такую вещицу, а потом взял меня – ощущения были бы непередаваемые. У меня внутри все сжимается от одной только мысли об этом. Я так люблю, когда ты держишь мои запястья в процессе, это самые приятные издержки твоей работы. У тебя очень сильные руки.       Руки Сампо были сильнее. Гепард обнаружил это, когда Коски разошелся во время очередной нелепой потасовки между ними, которая обычно кончалась либо сексом, либо подзатыльником. Нет, Гепард не считал, что было уместно целенаправленно бить своего партнера. Поэтому подзатыльник обычно получал он, после чего отворачивался зубами к стенке. Но в тот раз его самого заломили, и он банально не смог вырваться. Пока Сампо щебетал ему на ухо что-то об уважении к старшим, Гепард ловил себя на иррациональном чувстве возбуждения. Да, он был вынослив, крепко сложен и мог пройти любую военную подготовку, но Сампо все равно выглядел крупнее. Как оказалось – не даром. Его боевой стиль заключался в быстрой и стремительной резне, тогда как Гепард привык держать оборону, поэтому на короткой дистанции у него не было шанса. Сколько же раз Сампо ему поддавался?       – Жаль, что обычно ты слишком быстро сдаешься.       – О? Неужели ты хочешь побороться за право быть сверху? Не боишься проиграть?       – Может быть я и хочу проиграть?       Сампо молчал несколько секунд.       – Мне нравится, когда ты становишься ручным. Когда ты ласковый и покладистый, мне больше всего хочется повалить тебя на постель и закусать до такой степени, чтобы вся твоя кожа покрылась засосами, – Гепард уже не сдерживался, его рука быстро скользила по члену, а носом он уткнулся в подушку, что все еще хранила запах его любовника. – А потом я бы сжал твою упругую задницу ладонями и вошел бы в тебя. До самого основания, пока ты не начнешь дрожать от удовольствия. Пока на твоей спине не выступят капли пота. И знаешь, что бы я тогда сделал? Я бы их слизал.       – Черт, я… Скоро…       – Так кончай. Или тебе все же нужно для этого мое разрешение, а, Гепард?       Что-то промычав, Ландау замер. Шевеление под одеялом прекратилось, и даже не видя, что под ним происходило, не сложно было додумать картину. Поначалу не было слышно никаких звуков, но вскоре Гепард позволил себе дышать. Шумно и быстро.       – Может в следующий раз не будешь прятаться? Разве я не заслужил столь пикантное зрелище?       – Я пошел мыть руки.       Не сбросив звонок, Гепард откинул телефон на подушку имени себя и выдохнул. Ему было жарко и липко, но до безумия приятно. Словно глоток горячего чая посреди снежной пустоши. Гепард собрал силы в кулак и выбрался из своего укрытия, уже натянув штаны на место. Дверь в ванную найти было несложно, единственная дверь, в которую он еще не заглядывал, но до того, как он зашел туда, его телефон пилюкнул уведомлением о новом сообщении. Обернувшись, Гепард подозрительно прищурился.       – Если там фотография твоего члена, я заблокирую твой номер.       Когда Ландау вернулся, в чате его встретила пометка об удаленном сообщении. Улыбнувшись, он поднес телефон к уху и плюхнулся обратно на кровать.       – Я пошутил. Можешь присылать мне что угодно.       – Я знаю. Погоди секунду, я позирую.       Гепард удивленно приподнял брови. Чем там можно было позировать?       Поставив громкую связь он открыл переписку как только ему пришло новое сообщение. На картинке и правда был Сампо, подмигивающий и делавший странный жест из сложенного указательного и большого пальца. Сампо, на фоне бесконечной яркой улицы, сидевший на какой-то скамейке. Гепард долго смотрел, и по мере осознания его глаза открывались все шире.       – Сукин сын, ты все это время был на улице?! Ты… Надеюсь, ночевать ты будешь на ней же!