Океан моей боли

      Лагерь, — в этом месте всегда много движения и веселья. Некоторые здесь находят свою первую любовь, кто-то разочаровывается в дружбе, или наоборот находит новых товарищей, а ещё есть - Антон, который ни в каких своих сумасшедших фантазиях не собирался ехать в этом году никуда, кроме дачи родителей. Он хотел провести это время за сочинением букв и нот. Парень окончил музыкальную школу и в следующем году собирался пойти в консерваторию, а потом уехать в Германию к бабушке, где не будет таких строгих рамок, как в СССР. Там он наконец сможет чувствовать себя комфортно: носить обтягивающую одежду, серьгу в левом ухе, целоваться с парнями прямо на улице... Антон перестанет стесняться самого себя. Родители, конечно, не знают об его ориентации, но бабушке он писал об этом. Она его не осудила, но вскоре написала ему : "Внуков ты мне всё равно будешь должен, а то мы с дедом старались маме твоей найти красивого и умного мужа, чтобы ты красавчиком вырос. Трудам нельзя пропадать впустую." Антон успокоил бабушку, что когда придëт время "делать детей", то он обязательно всё объяснит партнëру, и вместе они смогут договориться. Сейчас же все мысли парня были сосредоточены на том, чтобы не заснуть на поднятии флага. Уже совсем скоро их распустят, и вожатые будут показывать, кто и где будет жить эти три недели. Взгляд Антона упал на парня в очках. Он его здесь ещë ни разу не видел. Стройный, плечистый, глаза голубые... Если бы тот не был вожатым, то Тоша мог бы с ним подружиться, а может попробовать и что-то большее. — Ох, Шастун, как ты провёл нынешний год? — Пролепетала Елена Борисовна, очень милая женщина. Она не первый год знает Антона, поэтому по-свойски тискает парня за щëки и треплет волосы. — Арсений, познакомься, это наша гордость. Пианист и художник. — Обратилась женщина к парню, которого Антон заприметил на поднятии флага. Он в свою очередь кивнул в знак приветствия. — Елена Борисовна, у меня всё хорошо. Музыкалку окончил, на скрипке научился играть, всë идет своим чередом. —Улыбнулся Антон через силу. Он очень устал, его ноги ужасно болели, после нескольких часов в автобусе, да и спина ныла. — Может вы с ним концерт устроите на день рождение лагеря? Ты же всë равно будешь заведовать театральным кружком. Антон ещë и с детьми поможет, он с того года некоторых знает. — Воодушевлённо болтала женщина, обращаясь к Арсению. Тот в свою очередь рассматривал высокого кудрявого парня, который в этот момент посадил свою пятую точку на асфальт. — Елена Борисовна, Антон устал, ему бы отдохнуть. — Указал Арс на сидящего парнишку. — Арсюш, да ты не представляешь сколько в этом коне сил.— Антон опешил от такого прозвища. — Какая я вам коняша? — Взмахнув руками, кудряш резко вскочил. — Вот! Видишь? Я же говорила. —Арсений засмеялся, Елена же похлопала его по плечу и вскоре ушла. Попов посмотрел на Шастуна. У того до сих пор было хмурое лицо, которое в тот момент казалось очень милым. Брюнет попытался отогнать такие мысли. — Ну и чем помогать? — Вопрос прозвучал с нескрываемой грустью в голосе. — Если не хочешь, то ни чем не нужно помогать. — Меня потом Елена во все щели, — шëпотом проговорил Антон, потому что это было не по пионерски. — Что ты сказал? — Парень подошëл к нему чуть ближе в надежде на то, что фразу ему повторят. — Детей только укладывать сложно, — проигнорировав вопрос он продолжил, —так что если понадоблюсь, я буду... —парень хотел пойти прогуляться по лесу, но вожатому не нужно об этом знать. — В общем, после отбоя подойду к вашему отряду и помогу. — Хорошо, Тош, я буду тебя ждать. —Арсений улыбнулся и убежал куда-то. Шастун наблюдал, как волосы вожатого смешно пушились на ветру, пока тот не скрылся из виду. Тош... Его так никто раньше не называл, особенно так ласково и мелодично. Сердце от этого ëкнуло. Он представил, как они с Арсом лежат на диване, тот тянет его за кудряшки и втягивает в поцелуй, который после перерастает во что-то большее... Антон тряхнул головой. Арсений был вообще не в его вкусе. Ему нравились блондины с голубыми глазами, имеющие немецкий акцент. Лес рядом с лагерем всегда нравился Антону, там он впервые покурил, познакомился с Серëгой... Кстати, где он? Стоило только подумать об этой мелочи, как она резко выскочила из кустов. — Здарова, Антох. Думал ты не приедешь. В том году говорил, что последний раз здесь.— Парень повис на Тохе. — Серëг, ну мне тяжело, слезь. — В данный момент они выглядели, как панда и бамбук. — Ты похудел. — Слезая, отметил Матвиенко. — Я же на таблетках весь год сидел из-за экзаменов в музыкалке, меня там ебали по жëскому в анал. — Только с Сергеем Антон мог расслабиться и быть собой, ведь тот знал про его ориентацию. — Да... Тяжела жизнь пидора. Тебя хоть не били? — Тоха отрицательно помотал головой и поправил красный галстук. Это было не правдой, но друга не хотелось огорчать. — Ой-ой. — Ты видел нового вожатого? Вы бы с ним хорошо смотрелись. — Антон бросил взгляд: а-ля, я Шастун и с такими не вожусь. — Окееей. — Протянул Серёжа. — Я сюда покурить, а ты? — Увидел как ты сюда идëшь, поэтому пролез через боковой лаз и уже тут как тут. —Они замолчали. Антон затянулся. С Сергеем всегда комфортно. Да, когда просто молча стоят. Они знакомы три смены. Даже иногда письма отправляли друг другу. И с праздниками по домашнему телефону поздравляли душевно. В общем, идиллия. — Я тебе, кстати, новый браслет купил. —Серëга засунул руку в карман шорт и достал украшение с сине голубыми камушками. — Спасибо, мне очень нравится, а я тебе вот что у бабушки заказал. — Парень протянул красивую и детализированную фигурку какого-то немецкого авто. — Боже, это просто идеально. Сколько она за это денег отвалила? — Попросил на моë день рождение. — Сейчас Антон улыбался очень ярко, как делал это раньше, на прошлогодней смене. — Ты же знаешь, что ты самый лучший Антон на всей земле? — Конечно. — Парень распахнул руки, приглашая обняться. — Кстати, что тебе в музыкальной школе насчёт консерватории сказали? — Не беспокойся, всë хорошо. — Если Антон не говорит, значит, произошло что-то не очень хорошее. Может не на самом экзамене, а уже после. Ведь его учитель был достаточно жестоким мужчиной, а директриса очень строгой женщиной. Антон раньше всë это рассказывал в искренних разговорах и письмах, но последнее время как-то закрылся. Именно после экзамена. — Серëг, всë правда хорошо, я не пострадал. Моë психическое здоровье в порядке, мы с бабушкой всë обсудили. Я же к ней зимой катался. — Антон говорил быстро и немного прерывисто. — А ты мне сыграешь что-нибудь? — Сыграть..? — Парень уже месяц не садился за инструмент, забросил писать композиции и даже картины. — Ну да. Я люблю слушать, как ты играешь. — Как-нибудь потом. — Если не хочешь, то и не надо. — Антон засмеялся. — Что? — То же самое мне сказал Сергеевич. — От смеха у парня даже живот заболел. — А что ты ему сделать должен? — Елена попросила помогать ему с малышами и театральным кружком. Может меня даже от работ в лагере отстранят. Я же буду приносить пользу в другом месте. — Антон гордо улыбнулся. — То есть ты говоришь, что я один буду мести дворы? — Парень кивнул. — Ах ты, козëл! — Серëга шутя накинулся на него с кулаками.

***

      Прозвучал отбой для младших и Антон понëсся к спальням их отряда. Там уже сидел Арсений и держал книжку со сказками, а мальчики о чëм-то галдели. — А вот и я детишки! — Крикнул Шастун, чем испугал какого-то худенького мальчика в очках. — Антон, я их вообще-то пытаюсь уложить. — проворчал Арсений. — А я пришëл помогать. Ведь со мной интересней, чем с вожатым? — Задал он вопрос детям. Некоторые знали Антона ещё с прошлого года. Они же рассказали другим про его авторитет, поэтому все положительно закричали, а голубоглазый посмотрел на него с неодобрением. —Да ладно тебе, они просто любят крутых, — шëпотом похвастался Антон, обдавая теплом ухо Арса. — Не надо близко ко мне вставать. —Также шëпотом ответил тот. Уложить мальчиков было довольно просто. Антон рассказал несколько популярных лагерных баек, завëл разговор про школу и пионерию. И как только услышал храп, взял Арсения за руку и они тихо вышли, прикрыл дверь. — У тебя определённо талант. - Похвалил Сергеевич. — Я просто уже третий год этим занимаюсь. — Хах, то есть ты на опыте. — Антон кивнул. — Идëшь на дискотеку? — Хм, нет. — Всë равно там парню никто не нравится, да и друзей кроме Серëги не было, а тот уже скорее всего видел третий сон. Полторашка имела такое свойство быстро заканчиваться, не то что немного отпитый двухлитровый Антон. — Может тогда прогуляемся? — А что, уже строишь на меня планы? — Нет. — Тогда и мой ответ отрицательный. — Парень нагло щëлкнул вожатого по кончику носа и удалился. Шëл он тихо, мягко, такая походка совсем не свойственна высоким людям...Но Антон был явным исключением.

***

— Ну, давай же. — Звучал властный голос. — Хозяин будет расстроен, если ты не подойдëшь к нему. — Зелёные глаза явно выражали гнев — Я... Но... — Голубые же были наполнены смирением. А аккуратные губки дрожали. — Да, хозяин. Арсений заполз на Антона сверху, а тот в свою очередь начал гладить его бëдра. С губ "собачки" сорвался стон. — Я не разрешал издавать звуки. — Парень потянул Арсения за загривок, тем самым опуская его на диван. После навис сверху. — Вот теперь мне нравится. — Антон начал оставлять засосы на фарфоровой шее.— Простони моë имя. — Арс сделал это, а потом Антон резко начал бить его по плечу... И парень проснулся.

***

— Ну ты чë? Не знал, что люди могут стонать во сне. — Арсений удивлëнно посмотрел на Антона. — Меня Елена разбудила пораньше, а тебя не смогла. А ещë попросила меня твоих шалопаев отвести умываться и в столовку, а там вторая вожатая Вика с ними осталась. — Ох, у меня просто проблемы со сном. — Ответил Арс, а Антон рассмеялся. — Да я уже понял, они у всех взрослых есть. — сказал Антон, а Арсений выпроводил его за дверь. Опустив глаза вниз он неожиданно для себя, обнаружил стояк. *Я что, больной?*