Колыбель ужаса (2 часть)

Внезапно очнувшись, Се Лянь обнаружил себя стоящим на чёрной тропинке среди густой тенистой аллеи, которую окружали вполне себе опрятные здания... Судя по виду, должно быть, учебные корпуса. Наверное, в том, что подсказка про городскую страшилку о маленькой девочке, открыла им дверь на территорию школы, нет ничего неожиданного. Однако, в отличие от прошлых дверей, в которые попадал Се Лянь, в округе стояла предрассветная тишина — солнце, если судить по небу, только-только встало. Вокруг шумел лёгкий ветерок, задевая кроны деревьев, но, как и обычно, Се Лянь не мог услышать ни пения птиц, ни жужжания насекомых, ни шума автомобилей, которые наверняка должны проезжать мимо школы где-то вдалеке. Сняв с руки браслет и выбрав направление, юноша прошёл несколько шагов и, завернув за угол посаженных в ряд деревьев, заметил стоявшего невдалеке мужчину, который, в очень знакомом жесте сложив руки за спину, неспешно осматривался по сторонам. Се Лянь не раздумывая подошёл ближе, приветливо улыбаясь. Незнакомец вернул ему улыбку. Казалось, на вид ему было где-то около тридцати, он был высок, строен и опрятен, выделяясь прекрасной осанкой и миролюбивым выражением лица. — Доброе утро. — Пророкотал мужчина с приятным низким баритоном, от которого по телу Се Ляня пробежались мурашки. — Доброе утро. — Кивнул в ответ юноша, а затем, не долго думая, с самым легкомысленным тоном спросил: — Как вы относитесь к богам войны? Мужчина чуть приоткрыл рот в улыбке: — Я к ним отношусь. Се Лянь улыбнулся, протягивая свою ладонь: — Сянь Лэ. Тот в ответ крепко пожал её: — У Юн. Как и ожидалось, это был Цзюнь У. На самом деле, этот обмен репликами, в сути своей являющийся своего рода перекидыванием кодовыми фразочками, для них двоих был просто шуткой, придуманной абсолютно случайно незадолго до открытия двери. Просто, когда они обсуждали то, кого-как в задверье будут звать, Цзюнь У, первоначально, к смеху Се Ляня, назвался Шэнь У. И, поверьте, юноша мог бы поклясться, что Цзюнь У просто не мог знать, какое имя сам Се Лянь использовал в своей прошлой двери. В этом и была особая прелесть их взаимоотношений — их судьбы постоянно были связаны странной цепью совпадений, которую никто из них не мог внятно объяснить. Они родились в один день под одной звездой, просто с разницей в несколько лет; их семьи были как две капли воды похожи, и обе погибли много лет назад; они учились в одних и тех же школах; их обучал один и тот же наставник, у которого они и познакомились; у них были одинаковые вкусы в еде и одежде; и даже питомцы у них были одного вида — хорьками. Хотя, справедливости ради, в последнем Цзюнь У слегка форсировал события, самостоятельно подарив Се Ляню щенка, которого в последствии назовут Жое. На протяжении многих лет они привыкли думать, что являются родственными душами, и вполне — по своему ничуть не субъективному мнению — считали себя братьями. Пожав друг другу руки, Се Лянь и Цзюнь У плечом к плечу направились дальше по тропинке в сторону одного из учебных корпусов, возле которого, скорее всего, был общий сбор игроков. И вправду, приблизившись, они ещё издали заметили у здания группу из девяти человек — пять мужчин, четыре женщины, и вместе с ними двумя в общем счёте выходило одиннадцать игроков, среди которых Се Лянь сходу заметил юношу в знакомой чёрной толстовке с белым цветком, окроплённым кровавым дождём, которую Хуа Чэн на заказ приобрёл не так давно. Когда Се Лянь вместе с Цзюнь У прошёл мимо, Хуа Чэн поднял на него взгляд, и уголки его глаз чуть-чуть изогнулись, словно бы улыбаясь, давая понять, что и он узнал Се Ляня, от чего в сердце последнего разлилось тепло. Цзюнь У, проследив за взглядом Се Ляня, увидел принт на толстовке и тихонько усмехнулся, но всё же спросил: — Это он? Се Лянь кивнул. Новеньких снова оказалось двое — мужчина и женщина. Одна выглядела ужасно бледной, будто в любой момент готова потерять сознание, другой, едва не скатываясь в истерику, нервно заваливал окружающих вопросами, по типу: «Что это за место?», «Кто вы такие?», «Почему никто не вызовет полицию?»... Которые Се Лянь слышал уже неоднократно. Уже вскоре мужчина сорвался на крик, но, так и не сумев привлечь к себе внимания бывалых игроков, которые сталкивались с подобным едва ли не каждый раз входя в дверь, он громко заявил: — Можете остаться, но я ухожу! — И, провожаемый либо сочувственными, либо раздражёнными взглядами, выразительно громко потопал по дороге в сторону ворот, ведущих за пределы учебного заведения. Никто не стал его задерживать. Правда, Се Лянь хотел, памятуя о том, что тот мужчина в костюм-тройке из «Диковинной птицы» точно так же пошёл в туман, из-за чего стал первым умершим, но Цзюнь У тронул его за плечо и незаметно покачал головой. Юноша с вопросом в глазах обернулся на него, и тогда Цзюнь У мягко пояснил: — Не бойся рано или поздно, он вернётся. Се Лянь некоторое время молчал, смотря в спину быстро удаляющегося новенького, а затем кивнул. В конце концов Цзюнь У действительно оказался прав — спустя всего пять минут мужчина вернулся, правда, на этот раз он выглядел ещё хуже — словно бы вот-вот грохнется в обморок. С момента своего возвращения он не издал ни звука, даже когда его спросили о том, что он видел, и игроки быстро перестали обращать на него внимание, вместо этого потихоньку знакомясь друг с другом и разбиваясь на небольшие компашки, пока ждали прибытия ключевого NPC, который введёт их в курс дела. К Се Ляню и Цзюнь У подошли Хуа Чэн и ещё одна девушка, вероятно, пришедшая с Цзюнь У. — Меня зовут У Мин. — Сянь Лэ. — У Юн. Се Лянь пожал Хуа Чэну руку, будто бы это действительно была их первая встреча, и повернулся к девушке, выглядящей куда более скромной и нежной. Та, заметив направленные на неё взгляды, тихим голосом представилась: — Меня зовут Ся Жубэй. Очень рада с вами сотрудничать. Се Лянь улыбнулся, мягко кивнув: — Я тоже. Вскоре на всю школьную территорию прозвучал первый звонок на занятия, и тут же к кампусу, возле которого стояли игроки, со всех сторон начали стекаться ученики, возникшие будто бы из ниоткуда, а в чёрных окнах здания загорелся свет. Дети и подростки самых разных возрастов совершенно не обращали на игроков внимания, общаясь друг с другом, копаясь в телефоне или же читая что-то как самые обычные школьники. На небольшой площади перед кампусом возник очень знакомый, практически родной для любого человека школьный гомон, вызывающий ностальгию. Наблюдая за происходящим, игроки немного отошли в сторону от входа, чтобы не мешать потоку учащихся, и заодно гадали, какая же роль им уготована в этой двери. Если они попали в школу, значит... Они тоже будут учениками? Или может, они практиканты? Школьные работники? Не прошло и пары минут, когда из здания, наперекор потоку движения, вышел взрослый мужчина средних лет, — видимо, сюжетный NPC, — который, просканировав всю площадь, заметил группу игроков и решительно направился к ним. Назвавшись учителем, которому поручили их встретить, он повёл игроков к другому зданию, которое назвал общежитием, и, словно бы спеша, быстро произнёс: — Подождите ещё несколько дней. Вы сможете приступить к работе, когда итоговые экзамены закончатся. Но здесь в последнее время неспокойно, поэтому будьте осторожны. — Неспокойно? — Спросил кто-то. — Что значит "неспокойно"? У вас что-то случилось? Учитель мазнул по тому игроку взглядом, но не ответил, вместо этого просто покачав головой. Однако вопросы не прекратились, и в итоге он нервно бросил: — Это не ваше дело. Игроки тут же замолкли, вперившись в напряжённую спину учителя многочисленными пронизывающими взглядами, и вместо этого осторожно уточнили о причине их здесь пребывания. Как впоследствии выяснилось, их пригласили в колледж, чтобы сделать ремонт в одном из учебных корпусов — руководство решило обновить старые помещения и подыскало ремонтную бригаду. Работы планировалось начать по завершении экзаменов, однако сколько у Игроков времени до этого самого завершения экзаменов, им не сказали. Учитель, чьё имя Се Лянь до сих пор не знал, привёл их в общежитие, которое располагалось в многоэтажном здании старого образца — потрескавшееся и захламлённое, вероятно когда-то бывшее общежитием со множеством комнат и по одному туалету на каждый этаж. — Пока располагайтесь здесь, — Произнёс мужчина, с лёгким отвращением во взгляде смотря на валяющийся в коридоре мусор. — долго вам тут жить всё равно не придётся. — В этом месте больше никого нет? — Отвлечённо спросил Цзюнь У, держа одну руку сложенной за спиной, а другой приоткрывая дверь в ближайшую комнату. — Только мы? — У нас очень много учителей, комнат в общежитиях и так на всех не хватает. Но это здание готовят под снос, поэтому отсюда все выехали. Для временного проживания сойдёт. Обстановка здесь, по правде говоря, навевала не самые приятные ассоциации. На стенах тут и там помимо сети трещин виднелись чёрные пятна и подтёки непонятного происхождения, краска облупилась. Сложно было даже представить, сколько лет и в каких условиях это место эксплуатировалось. — То здание, которое вы будете ремонтировать, находится за спортивной площадкой. Вы можете сходить туда, если хотите осмотреть перед началом работы. — Вы не поведёте нас? — Как бы невзначай уточнил Хуа Чэн. — Мы ведь впервые находимся на территории школы. Учитель явственно изменился в лице, услышав эту просьбу, и тут же, даже не раздумывая над этим, спешно покачал головой. Будто в страхе оглядевшись, он сказал, что ему ещё нужно помимо занятий так же проверять тетради и предэкзаменационные тесты, поэтому времени на то чтобы водить их в старый учебный корпус у него нет. Под конец он добавил, что если они хотят посмотреть, то лучше всего идти днём, но не уточнил почему, в спешке удалившись. Цзюнь У еле слышно усмехнулся практически над ухом Се Ляня, стоя позади него: — Неигровые персонажи обычно не боятся смерти, но этот, очевидно, напуган. — Се Лянь немного повернул голову, встречаясь с Цзюнь У взглядом. — Сянь Лэ, как ты думаешь, с чем это связано? — Скорее всего, он знает о местной задверной твари. Вероятно, кто-то уже умер от её рук до нашего здесь появления. — Недолго думая, ответил Се Лянь, а затем, после короткой паузы, продолжил: — Честно говоря, местные NPC выглядят куда более живыми и реалистичными чем те, кого я встречал раньше. Действительно, на памяти Се Ляня, единственный житель задверья, походивший на настоящего человека, — Сюй Цзинь — притворялся игроком. Цзюнь У кивнул, очевидно довольный ответом, и судя по виду, едва сдержал себя от того, чтобы не погладить голову Се Ляня в качестве поощрения. — В мире каких только чудес не случается. — Бесцеремонно вклинившись в чужой разговор, абсолютно безразличным тоном произнёс Хуа Чэн. — Давайте осмотрим комнаты. Жилые помещения в этом общежитие были, вот удача, четырёхместными, с двумя двухэтажными кроватями. Одиннадцать человек прекрасно распределились на три комнаты. — Здесь пахнет плесенью. — Поморщившись от неприязни, негромко пожаловалась Ся Жубэй себе под нос, едва переступив порог комнаты. Её лицо ещё больше скривилось, когда она проследила взглядом за множество ветвящихся трещин, покрывающих стены. — Придётся потерпеть. — Равнодушно отозвался Цзюнь У. — Всё равно мы тут ненадолго. Хуа Чэн молча залез на верхний ярус кровати, осматривая комнату с высоты, в то время как Се Лянь приподнял одеяло и потрогал матрас, а затем тут же сделал тоже самое и с верхним ярусом, беспомощно поджав губы, он сказал находящемуся над ним Хуа Чэну: — Постели влажные. Тот хотел было ответить, но его опередил чужой голос: — Мы можем их высушить. — Произнёс Цзюнь У, игнорируя странный взгляд девушки и недовольный Хуа Чэна. — В коридоре я видел мешки с углём. Се Лянь кивнул: — Хорошо, я сейчас принесу их. — Я пойду с Гэгэ. — Спрыгнув со второго яруса, быстро заявил Хуа Чэн, на этот раз едва не перебивая только открывшего рот Цзюнь У. Мужчина кинул на Хуа Чэна взгляд, и тот прямо его встретил, идя плечом к плечу с Се Лянем в коридор. С недоумением наблюдающему за их взаимоотношениями Се Ляню на миг показалась, что между этими двумя вспыхнула опасная искра.

***

Пока Хуа Чэн разводил костёр, будучи единственным человеком с зажигалкой, Се Лянь на пару с Ся Жубэй расстилали кровати, в то время как Цзюнь У из найденных в коридоре палок, швабр и маленькой изоленты на скорую руку собирал конструкцию для сушки. Сложив все одеяла и простынки на нижнем ярусе одной из кроватей, Се Лянь, немного подумав, решил поднять и достаточно тонкие матрасы, желая поставить их у окна в призрачном шансе высушить до вечера. Но едва Се Лянь поднял один, как тут же застыл от удивления. Ся Жубэй рядом с ним прикрыла рот в немом ужасе. Весь каркас кровати был заклеен пугающего вида красными бумажными талисманами, плотно, слой за слоем, устилавшими доски кровати. С виду они походили на те, которыми в фильмах пользовались заклинатели. Однако от их жуткого внешнего вида и понимания того, что вероятно спать придётся прямиком на них, волосы шевелились на голове. — Гэгэ, что у вас там? — Спросил Хуа Чэн, заметив их странную реакцию. — Идите посмотрите. — Вместо ответа произнёс юноша, обернувшись на Цзюнь У и Хуа Чэна. — Эти талисманы, кажется, используются для отпугивания призраков. — Чуть наклонив голову в бок, произнёс Цзюнь У. — Мне уже приходилось видеть подобные, но не точно такие же. Обычного человека при виде этих жутких талисманов пробрал бы ужас, и люди с кроличьим сердцем наверняка от страха сорвали бы все бумажки. Ся Жубэй как раз попадала под категорию последних, и если бы не Цзюнь У, она уже бы избавилась от всех талисманов под своей кроватью. — Заклеено на совесть. — Хмыкнул Хуа Чэн, присев перед кроватью на корточки. — Если бы это была ловушка, скорее всего талисманов было бы гораздо меньше. Ну, конечно, если местные NPC не хотят принести нас в жертву. Ся Жубэй испуганно икнула и тут же сконфузилась под взглядом Цзюнь У. — Давайте, наверное, пока не будем их трогать. — Задумчиво произнёс Се Лянь. — Напасть на всех сразу тварь не сможет, и одно из основных условий смерти мы уже знаем. — Мудрый выбор. — Кивнул Цзюнь У, переведя на Се Ляня ободрительный взгляд. — Гэгэ как всегда на высоте. — Тут же добавил Хуа Чэн. Слегка покраснев, Се Лянь смущённо покачал головой в ответ на похвалу и направился к другим кроватям поднимать матрасы. Как и ожидалось, талисманы были и там. — Вероятно, они раскиданы по всему зданию. — Задумчиво пророкотал Цзюнь У. — Нужно будет сходить посмотреть. — Когда отправимся в старый учебный корпус? — Спросил Се Лянь, оборачиваясь на потрескивающий костёр. — После полудня. — Ответил Хуа Чэн. — Разберёмся с постельным, пообедаем и тогда уже посмотрим, нет ли в учебном корпусе каких-нибудь подсказок. Се Лянь кивнул, наблюдая за тем, как Цзюнь У начал натягивать одеяла на самодельную сушилку. — Хорошо. — Ответил он Хуа Чэну и подошёл к Цзюнь У, обращаясь к мужчине: — Позволь я тебе помогу. Цзюнь У в ответ улыбнулся: — Спасибо, Сянь Лэ. Хуа Чэн едва слышно скрипнул зубами. — У Мин, — Се Лянь обернулся на юношу, на лице которого тут же отразилась улыбка, и мягко попросил: — может, ты пока исследуешь общежитие вместе с Ся Жубэй? — Конечно, Гэгэ. — Взглянув сначала на показательно улыбнувшегося ему Цзюнь У, а затем на напуганную девушку, согласился Хуа Чэн самым обычным тоном, прежде чем развернуться и, казалось, немного тяжёлым шагом, направиться к коридору. Его стараниями (его и Ся Жубэй, конечно), было выяснено, что общежитие стояло на отшибе кампуса неподалёку от опоясывающего всю территорию забора, что можно было чётко увидеть с балконов, расположенных на втором и третьем этажах, а также, что и в пустых комнатах на кроватях и внутри немногочисленных шкафчиков были наклеены те же самые талисманы. Однако больше в этом здании ничего примечательного не было. К тому моменту уже подошло время обеда. Большая часть подсушенного на костре постельного белья была вывешена на найденных ими строительных бечёвках, которые Цзюнь У с Се Лянем, кое-как повбивав гвозди в выглядывающие из-под осыпающейся штукатурки каменные плиты, натянули между стенами, а матрасы выставлены в ряд у окна. Костёр уже потух. Выйдя в коридор, чтобы направиться в столовую, небольшая команда из четверых человек внезапно наткнулась на своих ссорящихся товарищей из другой комнаты: — Ты больной? Зачем нам оставлять здесь эту чертовщину?! А вдруг они привлекут нечистую силу? — Говорящий мужчина сжимал в руках целый ворох красных талисманов. Видимо, эти игроки тоже наткнулись на неожиданный сюрприз в своей комнате. Его собеседник с явным недовольством в голосе ответил: — Если так боишься, то срывай под своей кроватью! А я вот не боюсь! Я считаю, что эти талисманы наоборот - отпугивают нечисть! — В рот себе засунь своё мнение! Псих! Не о чём мне с тобой разговаривать! Вот и будешь спать на той кровати! А я не собираюсь делить с тобой комнату! Сяо Цинь, мы будем жить в другой. — Мужчина со злостью бросил талисманы в мусорную корзину. — Отпугивают нечисть! И как ты только до этого додумался? Да здесь каждая собака только и мечтает поскорее нас извести, кто по-твоему стал бы помогать тебе отпугивать местных тварей? — Он тяжёлыми шагами отправился в другую комнату вместе с ещё одной девушкой, а их бывший сосед сердито захлопнул за ними дверь. Се Лянь проводил спину импульсивного мужчины взглядом и беспомощно покачал головой. Почему-то ему казалось, что с таким настроем этот человек долго не проживёт.

***

К моменту, как они достигли столовой, Се Лянь уже чувствовал себя глубоко поражённым — ни разу ещё за дверью он не видел настолько живой и реалистичной обстановки. По кампусу ходили и болтали сотни людей самых разных возрастов, в основном дети и подростки, каждый из которых вёл себя как самый настоящий человек и делал типичные для настоящего человека вещи. Даже здесь, в столовой, эти школьники заняли большинство мест и, активно разговаривая, совершенно спокойно обедали маленькими группками, некоторые из которых даже объединили несколько столиков в один, чтобы их дружеская компания не разделялась. — ...Сянь Лэ? Се Лянь переводит рассеянный взгляд на голос и внезапно осознаёт, что, кажется, Цзюнь У его о чём-то спрашивал. — Да?.. — Со смущённой улыбкой отвечает он, видя в ответ по-доброму снисходительную улыбку. — Я пойду возьму еды. У тебя нет никаких пожеланий? Се Лянь покачал головой и уже хотел было предложить свою помощь, но Цзюнь У, одним только взглядом попросив его отдохнуть, в итоге пошёл один. И уже вскоре вернулся с подносом в руках, на котором стояли четыре тарелки горячей лапши и блюдце с нарезанным хлебом. С самым благородным видом, он, как самый настоящий официант, грациозно и плавно поставил перед каждым из них по тарелке, оставив посередине стола хлеб, и пошёл возвращать поднос. Се Лянь, внезапно почувствовав, как его живот скрутил голодный спазм, уже взял палочки, окинув весь стол быстрым взглядом, и тут же заметил нечто странное — во всех остальных тарелках в бульоне плавало по одному яйцу, а у него целых два. Юноша встретился взглядом с возвращающимся Цзюнь У, и тот в ответ улыбнулся той самой балующей улыбкой, с которой всё время наставлял и помогал Се Ляню на протяжении многих лет их знакомства. Се Лянь беспомощно вздохнул, давно смирившись с идеей того, что он не в силах отучить мужчину от подобного проявления фаворитизма. С другой стороны, Ся Жубэй, наблюдая за таким нетипичным поведением Императора Небожителей, всё никак не могла поднять челюсть с пола, пытаясь понять, кем же всё-таки этот "Сянь Лэ" ему приходится. Неужели возлюбленным?! Хуа Чэн же, сначала смотря на их радостный обмен улыбками, а затем увидев на лице девушки приторно-гнилой взгляд, будто она догадалась о чём-то не очень хорошем в отношении Се Ляня и Цзюнь У, едва не сломал свои палочки. После еды они между делом поспрашивали учеников, не случалось ли в колледже в последнее время чего-нибудь странного. Большинство отвечали как-то растерянно. Однако когда расспросы добрались до ученика третьего класса, он немедленно поменялся в лице, бросил «я ничего не знаю», взял свой поднос и направился прочь. Но Цзюнь У с самой доброй и покровительственной улыбкой на лице не дал ему уйти, загородив путь своей высокой мощной фигурой: — Прошу прощения, молодой человек, — Тон мужчины звучал вполне приветливо, а выражение лица казалось доброжелательным, однако при этом, обладающим абсолютной властью. От него исходила густая подавляющая аура, словно он действительно был императором. — но ты не ответил на мой вопрос. Подросток, растерявшись, словно поражённый этой самой аурой, рефлекторно отступил на шаг назад, но уже вскоре вернул себе самообладание: — Меня спрашивать всё равно бесполезно, а если хотите что-то узнать, идите в библиотеку и почитайте газеты за последние несколько дней. Хуа Чэн приподнял бровь, сложив руки на груди: — Чего такого страшного ты боишься нам рассказать? Подросток покачал головой и отказался отвечать. Наблюдавший весь этот разговор со стороны Се Лянь заметил, что поднос с пустыми тарелками в руках ученика дрожал. Хоть он и пытался всячески скрыть это, но для намётанного глаза определить, что он был напуган чем-то, не составило никакого труда. — Благодарю за ответ, — Пророкотал Цзюнь У, плавно переместившись в сторону, чтобы освободить пареньку дорогу. — можешь идти. Надеюсь, ещё увидимся позже. Хуа Чэн нахмурился, как будто хотел что-то добавить, но в конце концов промолчал, наблюдая, как ученик едва ли не бегом спешит к месту сдачи посуды, а затем и к выходу из столовой. — Третий класс, третья группа. — Задумчиво проговорил он. — Имя неизвестно, но в случае чего мы сможем снова его найти. — Как ты узнал? — Недоумённо подняв брови, спросила Ся Жубэй. Хуа Чэн смерил её взглядом, от которого девушка поёжилась, а затем указал себе на грудь: — У него был бейдж, на нём всё написано. Ся Жубэй смущённо отвела взгляд, покраснев от стыда.