День Святого Вазелина

Несколько дней помучавшись в раздумьях, Лёша всё-таки решил остаться. К большой радости Кати и директора, которым не очень хотелось ломать голову над расписанием и снова искать нового тренера. Щербаков не был уверен, говорил ли Нурлан правду насчёт того, что больше не будет его задирать, но понял, что уходить из-за подколов было глупо. В общем и целом, было бы глупо сбежать. И Лёша остался. Несколько недель они с Нурланом обменивались при встречах общими фразами, иногда нейтральными шутками, а в один из дней даже вместе пообедали. У Лёши отменилась одна персональная тренировка, и он пришёл в тренерскую перекусить тем, что осталось дома. Нурлан сидел там же, листая смешные ролики на телефоне и тихо посмеиваясь чуть ли не над каждым. Они обменялись короткими приветствиями, и Щербаков сел за стол ковырять вилкой еле тёплые макароны с сыром и котлету, изредка посматривая на Сабурова. — Сам готовишь себе? — Нурлан оторвался от видео и посмотрел на Лёшу. — Иногда сам, иногда к матери заезжаю, она отгружает с собой, — Щербаков демонстративно поднял вверх котлету на вилке. — А ты? — Моя мать хорошо печёт, даже продаёт в одно кафе свои пирожные, но она в Степногорске живёт, — улыбка на лице Нурлана чуть померкла. — Так что я в основном или заказываю, или покупаю что-то готовое. — Это же дохуя бабла, — Щербаков отправил в рот очередную макаронину и улыбнулся. — Могу научить варить макароны или рис. Вы же любите рис? — он снова улыбнулся и подмигнул Нурлану. — Мы — это кто? — Нурлан прищурился, готовясь к подколу. — Азиаты? Китайцы? Лёша засмеялся и помотал головой. — Не, боксёры, которые приехали из Степногорска. — А я всё думал, когда начнутся подъёбы из-за того, что я — казах, — Нурлан отложил телефон и прищурился с ухмылкой. — Так с этим всё понятно, — Лёша снова довольно улыбнулся, — никаких подъёбов. Просто не надо трогать твоего коня на парковке и всё. Нурлан сначала хотел ответить резко, а потом начал громко смеяться, заражая своим смехом и Лёшу. — Могу поделиться макаронами и котлетой. Если ты такое ешь, — Щербаков кивнул на свою тарелку. После этого они ещё несколько раз обедали вместе. Лёша приносил из дома или то, что приготовил сам, или что брал у матери, и делился с Нурланом. А на Сабурова была возложена ответственная миссия обеспечивать их обед напитками. Пусть их и так давали бесплатно у них в спорткомплексе. Когда начался турнир по боксу, жизнь в «Арене» закипела. В течение всей недели в боксёрском зале было не протолкнуться из-за боксёров, их родственников и болельщиков, просто любителей бокса и тех, кому было нечем заняться. Лёша практически не видел Нурлана. Тот был занят тренировками — занимался сам и в спарринге с двумя другими тренерами. Директор привлёк спонсоров и накопился приличный призовой фонд, так что было за что побороться. Щербаков не сильно любил бокс, но всю неделю следил за ходом турнира и тем, как по турнирной таблице двигался Нурлан. Иногда поздравлял его с очередной победой и подкармливал. Из-за тренировок Сабуров забывал и о завтраке, и об обеде, и об ужине. Лёше приходилось заезжать к матери чаще, чтобы пополнять съестные запасы не только для себя. Дубарев вылетел из соревнования первым. Через день за ним последовал Зарипов, и Нурлан остался представлять «Арену» в гордом одиночестве, дойдя до финала. — Итак, наш турнир завершится сегодня последним боем. Сегодня мы наконец-то узнаем, кто же станет чемпионом ринга и получит весь призовой фонд. Громогласный мужчина, которого специально пригласили комментировать бои, устроился с микрофоном на высоком стуле недалеко от помоста, где всё уже было готово к финалу. — В синем углу ринга вы видите резидента этого замечательного клуба «Арена», Нурлана Сабурова. Не буду снова перечислять все его достижения, вы и так наслышаны о них за последнюю неделю. В красном углу ринга его противник, резидент «Олимпа», Игорь Яровой. Тоже с длинным списком достижений за свою боксёрскую карьеру. Посмотрим, получится ли у Сабурова защитить сегодня честь своего клуба. Помогут ли ему родные канаты и помост, так сказать? Лёша сидел в зале недалеко от помоста и краем уха слушал комментатора. Всё его внимание было направлено на Нурлана, который выслушивал напутственные слова одного из тренеров постарше. Тот помогал ему тренироваться последние две недели. Высокий и статный, с натренированными мускулами, которые отчётливо выпирали на руках и шее, Нурлан отлично смотрелся в боксёрских перчатках. Синяя майка и шорты закрывали от взглядов болельщиков его скульптурный пресс и спину, и Щербаков уже не первый раз отмахивался в своей голове от настырной мысли, что было бы неплохо полюбоваться на всё это великолепие в движении. Он помнил Нурлана в раздевалке в одном полотенце на бёдрах, и эта картинка иногда проносилась перед глазами. Ну, как иногда. Довольно часто. Начался бой, и Лёшу полностью увлекло происходящее. Он громко матерился, когда противник Нурлана получал очки, и ещё громче радовался, когда Сабуров выигрывал. — Плотный бой. Очень плотный бой мы видим. Сабуров в отличной форме. Яровой тоже блестящий. Боксирует на средней дистанции, разрывает контакт, боксирует на дальней. У него практически нет слабых мест. Сабуров не уступает. Держит противника на расстоянии и выматывает. Оба молодцы. Молодые, полные энергии спортсмены… Лёша облизнул пересохшие губы и снова бросился накидывать свои комментарии, не всегда соглашаясь с мужчиной с микрофоном. — Короткие мощные удары. Не один, не два, а целая серия. И они проходят. Мы видим, что они проходят. Оба боксёра уже набрали значительное количество очков. Бой сегодня будет до последнего балла. Кто бы ни победил, победа будет определённо заслуженной. Сабуров уходит влево, вправо, закручивает соперника, отличная работа ногами. Яровой продолжает продавливать свою тактику, он тоже хорошо подготовился… Лёша запустил пальцы в волосы и откинул со лба. Он и не заметил, насколько сильно вспотел от всех этих переживаний. Не ожидал, что бой будет настолько напряжённым. — Последний раунд. Вот и последний раунд этого захватывающего поединка. Наши претенденты на победу идут совсем рядом по очкам. Кто же станет сегодня чемпионом? Сабуров или Яровой? Посмотрим. Осталось недолго… Лёша сделал глубокий вдох и начал подбадривать Нурлана ещё громче, хотя горло и так уже саднило. — Красиво уходит в сторону. Очень красиво от удара ушёл Сабуров. Никто не собирается сдаваться. И вот навстречу удар. Этот прошёл по корпусу. Посмотрим, чем ответит Сабуров… — Нурик, ебашь его! — Лёша подскочил со своего места, не в силах совладать с сильными эмоциями. Поединок на ринге продолжался, а в зале было совсем жарко и шумно. — Последние десять секунд. У каждого ещё есть шанс добрать нужные очки. Отличный бой. Шикарный! Оба спортсмена заслуживают победы. Давайте, поднажмите! И мы видим последний удар в этом бою. Сабуров вырывает последний балл. У нас есть победитель! — И Сабуров вырывает очко соперника, — Лёша передразнил интонацию комментатора и расслабленно упал на стул. Он сам себе не мог объяснить, почему сейчас был настолько счастливым. Будто он сам только что выиграл этот бой. Прозвучал гонг. Лёша посмотрел на ринг и заметил, что Нурлан опустил руки, услышав сигнал окончания боя, а его противник, воспользовавшись этим, приблизился и нанёс сильный удар Нурлану в голову. Тот отшатнулся, не ожидая такой подлости, и упал на помост на спину, в конце только удержавшись на одном локте. — Гандон! Это против правил! — Лёша в ярости вскочил со своего места и завопил на весь зал. Пока Сабурова объявляли победителем, к Нурлану уже спешил кто-то из тренеров, а Ярового отвели в сторону, отчитывая за его поступок. Лёша видел, как Нурлан не без труда поднялся на ноги, и Зарипов помог ему перелезть через канаты и пойти в сторону раздевалки. Щербаков долго не думал, вскочил со своего места и направился за Яровым, который тоже уже ушёл с помоста и разговаривал в стороне с парнями из своего клуба. — Любишь играть не по правилам? — Лёша подскочил к боксёру сзади и, резко потянув за плечо, заставил обернуться. Яровой был намного выше и больше Щербакова, но Лёшин инстинкт самосохранения остался, видимо, в тот день дома. — Получите, распишитесь. Гандон! Щербаков со всей силы ударил парня в челюсть, и Яровой завалился вбок. На Лёшу сразу же набросился один из боксёров «Олимпа», но Щербаков успел ловко увернуться и сильно ударил нападавшего локтём в бок. Если бы к нему не подоспели на помощь пацаны из «Арены», Лёше бы однозначно наваляли как следует. Стихийную драку удалось остановить, и Щербакова тоже отправили в раздевалку, чтобы не устраивал ещё потасовки. — Вот долбоёб! — Лёша на эмоциях зашёл в раздевалку и сразу увидел Нурлана. Тот сидел на скамейке, оперевшись спиной на шкафчики и прижимая к глазу охлажденный пакет с гелем. К Лёшиному удивлению в раздевалке никого больше не было. Щербаков подошёл ближе и сел рядом. — Болит? — он участливо посмотрел на покрасневшее лицо Нурлана, не видя, что скрывалось за пакетом. — Жить буду, — Нурлан усмехнулся и убрал от лица холодное, переворачивая на другую сторону и прикладывая снова. Лёша заметил под глазом огромный, налившийся кроваво-красным отёк. — Вот долбоёб! — Щербаков повторил это с чувством, не зная, что ещё сказать, и как подбодрить Нурлана. — Зачем сам в драку полез? — Нурлан кивнул на разбитые костяшки у Лёши на руке, которые тот даже не заметил. — А чего он не по правилам дерётся? Если ему можно, то почему мне нельзя? — в голосе Лёши слышалось сильное возмущение. — Потому что он килограмм на тридцать тяжелее и на целую голову выше тебя. — И что? Большой шкаф громко падает, — Лёша сказал это и только потом понял, что Нурлан тоже тяжелее и выше. — Нехуй моих друзей обижать, — он попытался реабилитироваться, чтобы Нурлан не обиделся. Сабуров убрал от лица пакет и долго задумчиво смотрел на Лёшу. Потом отстранился от шкафчиков, наклонился ближе к Щербакову и, схватив рукой за футболку, притянул его к себе. Лёша даже не успел никак среагировать. Нурлан прикоснулся несколько раз своими губами к Лёшиным. Нежно и сдержанно. И отстранился до того, как Щербаков успел что-то сказать. Снова лёг на шкафчики спиной, накрыл повреждённое место холодным и закрыл глаза. — Это, блять, что сейчас было? — у Щербакова внутри возмущение боролось с бешенным восторгом, и пока по-крупному проигрывало ему. — Не знаю, — Нурлан пожал плечами, не открывая глаза. — Наверное, последствия удара. Много по голове били, — он лукаво улыбнулся, и глаза так и не открыл. И что теперь? Блять, что это всё значит? Это дружеский поцелуй? Это мы ещё друзья? Я правильно понимаю? Или уже нет?