Оффлайн

      Его руки скользили по женской талии, намеренно сминая ткань столь легкого и тонкого платья. Она улыбалась ему в ответ, буквально дарила таким образом свет и свою собственную энергию. Они действительно хорошо смотрелись вместе, настолько, что, казалось, рядом с этим человеком, в которого я была влюблена столь долгое время, — никто более рядом быть и не мог. Даже я. Сережа, — парень, ради которого я решилась потерять девственность с незнакомым мне мужчиной, — нашел себе девушку, с которой встречался уже два месяца: ровно столько же, сколько прошло с момента моего рокового поступка. Я не видела более того мужчину, хотя, думала, что и не буду нуждаться в новой встрече, но почему-то то и дело заходила в приложение для знакомств, чтобы написать ему, а потом обнаружила — он удалил свою анкету. Более никакой связи у меня с ним и не было. Чувства к Сереже остывали не быстро, но так, если бы кто-то оставил кипяток на ночь у открытого окна: постепенно и размеренно. Может быть, я все же привязалась к мужчине, с которым провела всего лишь ночь, а может… Может, поняла, что вокруг полно других парней, а клин светом вовсе не сходился на одном единственном, как я думала ранее. Два долгих месяца, но, судя по всему, это был именно тот срок, который требовался мне, чтобы полностью разобраться в себе и своих чувствах. Я более не любила Сергея, но отчетливо тосковала по некоему незнакомцу… Интересно, вспоминал ли он меня хоть раз? Я редко ходила по клубам, а когда ходила, то только с большой компанией. И это был тот случай, потому что свой день рождения староста нашей группы захотела справить именно в таком заведении, причем в достаточно известном, находящемся в центре города. Благо, ее родители могли такое себе позволить. Оторвав глаза от Сережи и от его девушки, что развлекались на танцполе, пошла в сторону бара. Странно, что мое пристрастие к алкоголю немного увеличилось из-за недавних событий. Я стала выпивать даже чаще, чем обычно, но, пускай я это замечала и сама, но делать с этим, почему-то, ничего и не собиралась. Наверное, так и становятся алкоголиками? Возле бара было достаточно людно, но я смогла кое-как протиснуться, и пока изучала меню предлагаемых коктейлей, бармен вдруг поставил передо мной фигурный бокал на длинной ножке с ярко-зеленой жидкостью. — Я еще не делала заказ, — отодвинув от себя коктейль, поспешила я сообщить бармену. — Вас угостил вон тот мужчина, — татуированной рукой бармен указал на другой конец барной стойки. Мне пришлось слегка податься вперед и налечь грудью на столешницу, чтобы разглядеть из-за других людей того самого, но не смогла уловить никого знакомого. Оставив заказанный для меня коктейль, я уступила свое место у бара какой-то девушке, а сама направилась в ту сторону, куда указал мне услужливый бармен, дабы все-таки поймать добродетеля. Только поймали меня. Кто-то перехватил мой локоть и заставил весьма резко обернуться, из-за чего каблук на моей левой туфле решил вовремя сломаться. Я ахнула, и, чтобы сохранить равновесие, схватилась за плечи мужчины. — Я не угадал с коктейлем? Или ты уже успела выпить? — усмехнулся он мне куда-то в макушку, удерживая меня за талию. — Ты… — я неосознанно улыбнулась, узнав, наконец, в нем того, кто решился два месяца назад взять на себя ответственность и лишить меня девственности. Только его имени я так и не смогла вспомнить. — Настена, девочка моя, уже забыла, как зовут меня? Быстро же ты решила выкинуть меня из головы, — продолжал он потешаться надо мной. — Тише, не возмущайся. Дай посмотрю, что там с твоим каблуком. — Да что с ним, сломался он, — пробормотала я, упираясь в плечи мужчины, пока он присел рядом со мной на корточки, чтобы убедиться в этом, судя по всему, лично. — Что ты здесь делаешь? — Отдыхал в компании знакомых, а теперь решил отдохнуть от этой самой компании. Увидел тебя вот, — он выпрямился и, уже прекрасно знакомым мне жестом, дотронулся до локона, что выбился из хвоста и свисал вдоль лица. — Могу спросить тебя о том же? — У моей одногруппницы день рождение, поэтому я здесь, — пожала плечами. Поймала себя на том, что все еще держалась за него двумя руками, хотя могла стоять и без его помощи, однако и сам мужчина был весьма не против побыть опорой для меня. — Составишь пока компанию мне? Пойдем, поднимемся наверх, там будет поспокойнее. — Погоди-погоди, — я запрыгала на одной ноге, пока что не приноровилась идти без одного каблука. — Точно, — он развернулся и тут же подхватил меня на руки, на что я даже не успела среагировать. — Запасной обуви у тебя нет? — Откуда? — выгнув бровь, уточнила я. Казалось, что я была ужасно голодной, а когда смотрела на его красивое лицо, вдыхала запах одеколона и сжимала пальцами ткань его рубашки, то, словно, насыщалась, утоляла голод, который так долго терзал меня. Он не изменился, кажется, именно так он и был одет тогда, в наше первое свидание. А было ли это свиданием? — Ну, знаешь, — скривил он губы в ухмылке. — Я знаю, что вы, девушки, иногда носите в своих маленьких сумочках все, что угодно. Даже запасную обувь. — Что ж, — вздохнула я. — Теперь обязательно буду носить с собой. Никто и не обратил внимание на то, что какой-то мужчина нес на руках девушку. Мужчина довольно уверенно протиснулся сквозь толпу, которая, почему-то, особенно сильно скопилась около уборных и лестницы на второй этаж. Мы поднялись наверх без особого труда, а затем, когда меня донесли до уютного столика, вокруг которого стояли полукругом диванчики, он выпустил меня из рук. На самом деле, я бы вполне могла оставаться и у него на коленях, но решила пока не торопить события. Для полного комфорта сняла и вторую туфлю, чтобы забраться с ногами и усесться поудобнее. Лодыжки немного ныли и гудели от столь неудобной обуви. Я бы еще это платье сняла для полного счастья, но на такой исход стоило только надеяться. Он сел напротив меня, и к нам тут же подошел официант. Не спросив меня, мужчина заказал бутылку портвейна и тарелку с фруктами. Я лишь пожала плечами, а когда обслуживающий персонал удалился, решила спросить: — Напомнишь свое имя? — Знаешь, мне даже обидно, что ты его не запомнила, — он достал пачку сигарет и спички. — Не против? — Нет. Тогда я была зациклена немного на другом, нежели на твоем имени. Прости. Теперь мне хотелось впитать в себя каждое его действие, эмоцию и жест. Не отрывала глаз от того, как он закуривал: встряхнул пачку со спичками, ловко достал одну и чиркнул. Та заискрилась желтыми искрами, а затем вспыхнула ярким огоньком, с помощью которого он и прикурил. Зажал сигарету губами, тут же вдохнул дыма, а затем выпустил его через ноздри. Расслабившись от первой затяжки, откинулся на спинку диванчика. — Кстати, — вновь затянувшись, расплылся он в довольно коварной улыбке. — Красивая, как дела с твоим недопарнем, м? Вы теперь вместе? Тут я слегка поерзала на месте, поджав губы. Почему мне резко стало как-то… не по себе от этого вопроса? Почему мне стало некомфортно от того, что именно ОН спросил об этом. Я зачесала выбившийся локон за ухо, видимо, как-то тяжело выдохнув, из-за чего мужчина подался вперед, слегка прищурился, всматриваясь в мое лицо. — Что такое? Этот засранец проворонил свое счастье? — Ну, почему же, — невесело усмехнулась я. — Он в отношениях, но не со мной. Уже как два месяца. Казалось, что услышанное прям-таки как-то поразило или даже ошарашило моего собеседника. Он с секунду смотрел на меня, не моргая, сквозь дымку от тлеющей сигареты у него во рту. И он просто молча поднялся и пересел ко мне вплотную, закинув руку на спинку дивана, тем самым слегка приобняв меня. — Расстроена? — Нет, — я намеренно отвернулась от него, поскольку не была готова так близко оказаться с ним лицом к лицу. Он убрал сигарету в пепельницу, которую уже принес официант вместе с бутылкой и фруктами. — Мои чувства остыли к этому человеку. Наверное, это была даже не любовь, а просто… влюбленность? Привязанность? — И ты ни с кем не встречаешься? — Нет. Так как тебя зовут? — я все же повернулась к нему, чтобы смело задать ему этот вопрос, взглянув в глаза. — Август. Я не успела сказать что-то вроде «Приятно познакомиться во второй раз», потому что он наклонил ко мне свое лицо и поцеловал. Даже, можно сказать, сначала как будто бы мазнул своими губами по моим, спрашивая меня, а затем, получив от меня положительную реакцию, поцеловал уже по-настоящему. Я снова не заострила внимание на том промежутке времени, которое было потрачено на дорогу до его дома. В какой-то момент Август просто заказал такси, а потом я уже сидела у него на коленях на заднем сидении. Странно, что я не стеснялась водителя, может, потому что все мое внимание было полностью направлено на мужчину? И вот, — тот же лифт, что и два месяца назад. Кажется, я оставила свои туфли в такси, поскольку сейчас холодный пол холодил мои стопы, в то время, как лицо и губы буквально пылали. Если бы не створки, которые разъехались, когда мы приехали на нужный этаж, наверное, мужчина взял бы меня прямо здесь. — Все еще живешь с одним котом? — пока он открывал дверь квартиры, успела спросить я. — Да. Проходи. Где твоя обувь? — Август зажег свет в коридоре, и я слегка зажмурилась, переминаясь с ноги на ногу. — Не знаю, кажется, осталась в такси, — пожала плечами. Хотела еще пошутить на эту тему, но шутка так и осталась лишь зачатком мысли, поскольку мужчина прижал меня к стене. Его ладонь забралась под подол платья, и я остро ощутила, как его пальцы сжали мою ягодицу. Он снова целовал меня так, если бы нуждался в чем-то большем, нежели простом сексе с неопытной девушкой. Так, если бы он уже устал от этого одиночества, от того, что по приходу домой его встречал просто кот. По крайней мере, так казалось мне. Или, скорее всего, мне хотелось, чтобы так было на самом деле. — Ох, котик… — простонала я, когда Август перешел на шею. — Ты так меня еще не называла, красивая. Мне нравится, — тут же отреагировал мужчина. — Да я не… — почему-то от этого меня тут же бросило в краску, хотя мое тело и без того горело огнем. — Твой кот! Я засмеялась, указывая Августу за плечо. Наконец, я смогла увидеть питомца воочию: в проходе появился белоснежный, как первый снег, кот с черным ошейником. Мигнув своими голубыми глазами в нашу сторону, животное удалилось куда-то вглубь квартиры. Август тоже проследил за ним так, словно видел кота впервые у себя дома. — Странно, обычно он прячется, если приходят незнакомые ему люди, — прокомментировал он. — Ну, видимо, я уже чуть-чуть знакома, — воспользовавшись тем, что Август отвлекся, выскользнула из плена рук и направилась в уборную. — Как его зовут? — Призрак, — послышался ответ из коридора. Умывшись, я вышла в гостиную. Казалось, что с моего последнего появления здесь, так ничего и не поменялось: тот же полумрак, задернутые шторы, слабый, холодный свет с островка кухни, тихое гудение холодильника. Наверное, только бутылки не хватало на барной стойке, но сейчас пить мне не хотелось. Ну, если только Август не будет поить меня из своих же губ, как тогда… На мгновение замялась на месте. Мужчина опустился на диван и как-то устало в нем утонул, растянув ноги. Ему оставалось только голову назад закинуть и уснуть, но он пока лишь потер пальцами переносицу. Почему я только сейчас заметила, словно его что-то то ли гложило, то ли давило на плечи?.. Может, случилось что? Хотя, в клубе он был максимально отвлеченным. — Что такое? — я подошла к нему, запустив пальцы в мягкие волосы на макушке. Они у него были темно-каштановые, а при таком освещении практические черные, но безумно мягкие, слегка завивающиеся на кончиках. — Ничего такого, — Август усадил меня к себе на колени. Безусловно, он не станет делиться своими проблемами с девушкой, которую видел второй раз в своей жизни. На секунду в грудную клетку закралась обида, что я не успела стать ему столь близким человеком, нежели просто партнер для секса. Хотя, может, все впереди?.. Заметив, что я напряженно молчу и просто вожу пальцами по его шее, он решил напомнить мне: — Кажется, ты задолжала мне секс, нет? — Разве? — даже не взглянув на него, бросила я. Почему атмосфера между нами резко охладела? Буквально минуту назад он был готов наброситься на меня в лифте, а теперь мне было до ужаса неловко смотреть ему в глаза, потому что в тех читалась какая-то то ли усталость, то ли неприязнь. Ко мне?.. — Красивая, взгляни на меня. Ему стоило лишь попросить, как я тут же сдалась и перевела глаза на его лицо, столь приятное мне, красивое, но в то же время чужое и еще практически незнакомое. У него были приятные, припухлые губы, которые вполне себе мне нравилось целовать. Нос с отчетливой горбинкой, и эти глаза… Темные, как шоколад, становятся черными, если свет как следует не падал на радужку. — Только скажи, и я отвезу тебя домой… — Почему ты думаешь, что я хочу домой? Кажется, я не говорила об этом, когда ты тискал меня в такси и в лифте. Скорее, это походит на твое желание. Мне уехать? Кажется, я слегка застала его врасплох. Он сжал челюсти, а затем заиграл желваками, и я слезла с него, сев рядом на диване. Кажется, попала в точку: я действительно стала вдруг нежеланной гостьей. — Нет, Насть, понимаю, как это выглядит, но я все никак не могу перестать думать о том, что ты мне рассказала. — О чем? О своей неудавшейся любви? — не на шутку удивилась я. — Тебя это никак не должно волновать. Даже меня это уже не волнует. — Почему? Почему ты так быстро остыла к тому парню, девочка? И так легко снова поехала со мной, м? — А, — понимающе протянула я. Встав с дивана, немного прошлась по гостиной. Он хотел от меня прямого и честного ответа. Что ж, видимо, стоило все-таки выпить. — Ты хочешь услышать то, что я привязалась к тебе? Думала о тебе с того раза? Хотела написать, но, когда увидела, что ты удалил анкету, начала тосковать? Я понимаю, что тебе это не нужно, поэтому я не на что не претендую. Но поехала с тобой, потому что хотела и все еще хочу того, что предвещает эта ночь: снова переспать с тобой. Я стояла к нему спиной, но в этот раз смогла ярко представить себе его реакцию: он облизал нижнюю губу, слегка склонил голову, а затем, встряхнув ею, словно пытаясь выкинуть ненужные мысли, провел ладонью по волосам, приглаживая те места, которые я слегка взъерошила. Когда его молчание затянулось, я обернулась и, просто пожав плечами, сказала без тени обиды или сожаления: — Я тогда вызову себе такси. Сбежать было проще простого, именно для того, чтобы, когда я уже останусь наедине с собой, осознать случившееся. — Нет, — наконец, выдохнул он. — Я хочу, чтобы ты осталась. Я все еще хочу трахнуть тебя, девочка. Но я хочу, чтобы ты четко понимала мои намерения насчет тебя: просто секс, так? Я старше тебя на двенадцать лет, и, буду честен, у меня есть бывшая жена и ребенок. Тебе не нужен такой парень. Что-то хрустнуло внутри, кажется, в районе грудины. Такое хрупкое, буквально надломилось напополам. О, конечно, мне не нужен такой парень. — Ладно, — только и смогла выдавить из себя. — Ладно? — Август поднялся с дивана и подошел ко мне. — О, тише-тише. Моя девочка, тише. Я вижу, что тебе хочется заплакать. Поплачь, малышка. Ну же, не души это в себе. Я была уверена, что не сломлюсь и ничего такого не произойдет, но он словно бы убил меня своей жалостью. Стоило ему прижать меня к себе, начать успокаивать и жалеть, как глаза тут же намокли, губы затряслись, глотку сдавило от поступившего кома, а слезы так и хлынули по щекам. Я изо всех сил старалась подавить это в себе, заставить себя успокоиться, потушить тот пожар, что пылал внутри. Огонь, что разрывал сейчас мое сердце на части, оплавлял остатки чувств, не походил на тот, который ласкал меня в такси и лифте. Это пламя несло разрушение и боль, а не страсть и облегчение. — Отпусти, не надо, — я все же смогла взять себя в руки. — Я поеду домой. — Не нужно было все это начинать, прости, девочка. Ты еще ребенок, а я… Блять, я чувствую себя теперь ужасно. — Мне двадцать лет, я не ребенок! — злость внутри меня кипела так же сильно, как и обида. — Это было мое решение переспать с тобой. И тогда, и сейчас. Ты просто взял на себя ответственность, не более, а то, что я проявила к тебе… чувства. Это уже неважно. Зря я об этом сказала. И возраст здесь не при чем. Я очень активно начала вытирать влагу с лица, наверняка размазав при этом тушь и подводку на глазах, но это мало меня волновало. Нужно было на чем-то сосредоточиться, отвлечь свое внимание от сложившейся ситуации, просто продолжать размазывать это по своему красному лицу! Август то ли играл со мной, то ли издевался. Он просто снова развернул меня к себе и начал целовать, не обращая никакого внимания на мои протесты. Мужчина был куда крупнее меня, поэтому ему не составило труда подхватить меня под бедра и поднять, при этом не разрывать поцелуя. Не знаю, то ли я настолько не уважала себя или просто устала постоянно оставаться одной, но я сдалась ему. Перестала колотить кулаками по его плечам, пытаться укусить или сжимать губы, мычать. Я расслабилась, обмякла в его руках, позволила ему усадить себя на стол, впустила его язык к себе в рот, а ладони — под платье. Вот я отчаянно сопротивлялась секунду назад, а теперь выгибалась ему навстречу и обнимала его ногами. Август дал понять, что я ему неинтересна никоем образом, кроме легкого, ничего не обязывающего секса, а я продолжала тянуться к нему. Ну не идиотка ли? — Ты красивая даже, когда плачешь. Знала? — прошептал он, наконец, отстраняясь от меня. — Ты… ты можешь ничего мне не говорить? — задыхаясь, попросила я. — Просто… займемся сексом и все, ладно? — Ладно, красивая. Как скажешь. Я старалась не смотреть ему в глаза. Отводила в сторону взгляд или отворачивалась, но Августу удавалось возвращать мое внимание и мне приходилось утопать в его бездонно-черных радужках. Он довольно долго истязал меня на столе, не давая возможности сбежать от него: он буквально сжимал мое тело, заставляя сильнее к нему прижиматься, и я не осознавала, что сама держусь за него — и руками, и ногами. От его поцелуев горела кожа на шее и плечах, буквально пылала какими-то ранами, язвами, от которых пульсация била прямо в голову. В какой-то момент у меня уже не хватило сил, чтобы просто сидеть. Ощутив это, Август спустил меня на пол, и когда я подумала, что он снова возьмет меня на руки и отнесет в спальню, он вдруг сказал: — Сними свое платье, девочка. Я не стала задавать вопросов, просто расстегнула его, и ткань соскользнула по мне вниз. В этот раз на мне был полный комплект белья: и лифчик, и трусы. — Расстегнешь мою рубашку? Так же молча я начала исполнять его просьбу. Пуговица за пуговицей, и я потихоньку спускалась все ниже. Август перебирал мои локоны, даже успел вдохнуть пару раз запах шампуня, а когда я оказалась на коленях перед ним, он слегка опешил: — Не в этот раз, красивая. — Но я хочу, — хрипло отозвалась я. Мужчина не стал протестовать или спорить. Расстегнул ремень, затем ширинку, но не спешил, он делал все размеренно и при этом не сводил с меня взгляда черных глаз. — Уверена? — Да. — Хорошо, красивая, только не откуси мне его, ладно? — Угу. Оказывается, я была немного не готова увидеть твердый член прямо перед своим лицом. На секунду я замешкалась, даже слегка отстранилась, на что услышала смешок сверху, но потом… взяла его в ладошку. В первый раз я не дотрагивалась до него, даже не видела толком, в ту ночь Август сделал все сам. Теперь же мне хотелось хоть немного проявить участие, но я немного переоценила свои возможности. Член приятно скользил кожа к коже, и я ощущала, насколько тот был горячий, даже, кажется, слегка пульсировал. Если честно, я все никак не могла набраться смелости, чтобы взять его в рот. — Начни потихоньку, — словно услышав мои мысли, подбодрил Август. — Давай помогу, девочка. Он надавил мне на макушку, побуждая приблизиться. Я мазнула губами по головке и зажмурилась так, если бы меня кто-то пытался кормить с ложечки. Мужчина не стал более подталкивать меня, а я судорожно выпустила воздух через ноздри. — Поднимайся. — Прости, — я выпрямилась. — Думала, что смогу, но видимо… — Не думай об этом, — Август пару раз поцеловал меня в уголок рта, затем в шею, а после я ощутила его руки на спине в районе застежки от лифчика. — Я уверен, что найдется еще парень, которого ты осчастливишь хорошим минетом. От этих слов мне стало холодно, и я даже дернулась от него, но мужчина удержал меня, вернее, удержал лиф, который он снимал с меня. — Кажется, я просила тебя ничего мне не говорить, — сквозь зубы напомнила ему. — Не реагируй так резко, солнце. Вот увидишь, так и будет. По любви это намного приятнее. Видимо, он понял, что я хотела ответить ему нечто очень резкое и неприятное, поэтому неожиданно для меня самой развернул и нагнул над столешницей, заставив прям-таки лечь на нее грудью. Я ахнула, не ожидав такой резкой смены позиции, а затем закусила губу, когда поняла, что от трусов меня тоже избавили. В первый раз с ним я не была в столь открытой позе, да и тогда я даже и не задумывалась о таком. Теперь же… я ощутила острую неловкость и невыносимое желание прикрыться. — Тише, что такое? Не сжимайся так. — Мне… неловко, — призналась я. — Зато какой вид. — Боже! — Хорошо, красивая, я не буду смотреть, — он прижался ко мне, и я ощутила на ягодицах его член. Руками по обе стороны от моей головы он уперся в столешницу и буквально навис надо мной. — Ты ведь ни с кем не спала после меня? — Это важно? — Интересно. — Не спала, — прикрыла глаза от ощущения того, что он начинал тереться о складки головкой. — Помнишь? Не напрягайся, все еще может быть больно. Я начну потихоньку. В этот раз он не подготовил меня, как тогда. И, даже находясь в столь красноречивой позе, я не была до конца готова. Однако не была напряжена, словно позволила себе растечься по столу, а когда нечто толкнулось внутрь меня, неосознанно приподнялась на локтях. — Ты снова это делаешь, — Август выдохнул мне прямо в макушку. — Д-делаю… что? — Не даешь мне войти в тебя, малышка. Расслабься. Он надавил ладонью мне между лопаток, побуждая снова лечь грудью на столешницу. Я подчинилась, и в этот раз вполне ясно почувствовала, как у меня были напряжены ноги. На удивление, я смогла заставить конечности перестать быть такими каменными, и, кажется, это помогло, потому что в следующую секунду… — Боже! — взвизгнула я, сильнее вжавшись в стол. Ощущение были кардинально другими, нежели в первый раз. Я снова ощутила себя заполненной, кажется, до краев, но в этот раз не было никакого протеста со стороны моего тела: эхо боли пока что молчало. — Больно? — Нет… Я… Не знаю, как это объяснить. Как будто по-другому… чувствую по-другому, — начала лепетать я. — Это потому что я вхожу в тебя под другим углом и в другой позе, — пояснил мужчина, поглаживая меня по пояснице. — И разве не ты говорила о том, что мы не болтаем? Если и слышать тебя, то только стоны. Ответить Август снова мне не позволил, поскольку он явно перестал меня жалеть: толчки сходу стали резкими, на всю длину и частыми. Я глотала изо всех сил воздух, но его все равно чертовски не хватало, и губы пересыхали моментально, а глотка начинала болеть от того, что я непрерывно что-то выкрикивала. Помимо всего прочего, мужчина вдруг схватил меня за волосы на затылке, побуждая таким образом выпрямиться на руках, выгнуться под ним, чтобы у него была возможность достать до моей груди, шеи, а еще каким-то чудом мазнуть губами по уголку моего рта. Август явно перестал сдерживаться, он поймал определенный ритм и просто продолжал толкаться внутри меня, заставляя меня только подстраиваться под него. Кажется, теперь я знала, что такое, когда тебя действительно трахают. Но и тут я рано расслабилась. Думала, что в таком положении дойду до финала, но Август внезапно вышел из меня, заставив ощутить неприятную, тягучую пустоту внутри и довольно неприятно чувство незавершенности. Когда я хотела возмутиться, мужчина развернул меня лицом к себе и снова усадил на столешницу, заставив сразу широко развести ноги. Когда я взглянула ему в глаза, то, воспользовавшись этим, он начала целовать меня, снова проникая своим языком ко мне в рот. Но мало того, он безумно дразнил меня, все еще не входя: головка члена дотрагивалась до клитора, раздвигала складки, но дальше не заходила. Я заскулила ему в губы, и тогда, отстранившись, Август хмыкнул: — В чем дело, девочка? — Пожалуйса, — законючила я. — М? «Пожалуйста»? — Да войди ты уже! Мужчина засмеялся, но более мучить не стал, и я снова ощутила его внутри, из-за чего даже голову назад запрокинула, насколько я была рада подобному чувству. Никогда не думала, что какой-то секс способен настолько выворачивать все эмоции и внутренние запреты наизнанку и заставлять забывать о каких-то неприятных вещах. Например о том, что когда все закончится, вряд ли я когда-нибудь еще так встречусь с Августом. Или о том, что в этот раз я действительно буду ощущать себя разбитой и раздавленной и не смогу обойтись малой кровью разочарования , как это было с Сережой. Обняв Августа за шею, позволила себе максимально сильно и близко прижаться к нему так, чтобы стук наших сердец откликнулся эхом друг другу, и хотя бы так я могла бы почувствовать небольшую духовную близость с этим человеком. — Блять… — выдохнул он мне на ухо. — Не злись, красивая. Забыл про презерватив. — Разве раньше ты о них помнил? — в шутку упрекнула я. — И, тем не менее… — он внезапно вышел из меня, и я даже зажмурилась, потому что вдруг в районе паха что-то взорвалось, и это разнеслось волной по всему телу. Только сейчас поняла, что рубашка так и висела на плечах Августа расстегнутым балластом. Мужчина отшатнулся от меня, зачесывая влажную челку, убирая ее с глаз. Я же была еще не в состоянии слезть со стола, но вполне в сознании, чтобы попросить его: — Вызови мне такси, пожалуйста. — Не останешься на ночь? — Нет.