The blood that stained his hands (the light that he keeps in heart)

Неделя проходит очень даже неплохо. Питер бы с радостью сказал, что неделя вышла отличной, если бы в пятницу Флэш не решил бы выкинуть очередной номер. Конечно почти двух недельное затишье не могло быть признаком чего-то хорошего. Стоило переступить утром порог школы, как чутье беспокойно забилось внутри, посылая легкие предупреждающие волны по телу. Питер не обратил внимания, а перед обедом, вернувшись после урока физкультуры к своему шкафчику, не нашел там лент с ножнами. Непонятное, пугающее чувство проснулось внутри. Парень резко хлопает дверцей шкафчика, вызывая недоуменные взгляды друзей. Немного успокоившись, Питер осматривает замок, замечая на гладкой поверхности металла царапины, свидетельствующие о взломе. Снова приходится осматривать содержимое шкафчика. Учебники и тетради разложены в хаотичном порядке, но все на месте. Кроме ножей. — Что произошло? — спрашивает Нед, Мишель заинтересованно смотрит на хмурящегося Питера. — Кто-то украл ленты, которые я ношу на запястьях. — Кто-то? Понятно, что это был Флэш, — говорит Мишель, заглядывая в перерытый шкафчик парня, — Мда… он явно пытался найти что-то интересное. Даже телефон не тронул. — Тогда почему ленты? — Нед недоуменно сводит брови к переносице. На Питера снова устремляются два ожидающих взгляда. Парень поджимает губы, устало выдыхает и негромко произносит. — Потому что там спрятаны ножны… Друзья удивленно таращатся на Питера, на что парень может лишь пожать плечами. Он уже видит вопросы в их глазах, поэтому говорит прежде, чем они успевают озвучить их вслух. — Мне спокойнее, когда они рядом, — Питер поднимает край длинной кофты, открывая вид на шрам на запястье. Нед и Мишель бледнеют, видя истерзанную кожу, которая, видимо, начала восстанавливаться совсем недавно. — Я надеюсь, что действительно могу довериться вам, — друзья тут же кивают, а Питер улыбается одними уголками губ, — Они, — он взглядом указывает на шрамы, — Остались после родителей. На другой руке такие же. Старк подарил мне эти ножи и научил, как защищать себя, поэтому мне нужно их вернуть. — Флэш не представляет, в какое дерьмо только что вляпался, — говорит Мишель, пока Питер поправляет рукава кофты и закрывает шкафчик. На губах растягивается еще более широкая улыбка. — Да. В обеденный перерыв, наступивший после физкультуры, найти Флэша было самой простой задачей из всех. Он, обычно, ошивался со своей компанией в столовой. Сегодняшний день не стал исключением. Компания Флэша, как и сам Томпсон, уселись за своим привычным столиком в самом центре. Подростки что-то бурно обсуждали, хотя, не нужно быть идиотом, чтобы догадаться что именно. На столе, около Флэша, лежали ленты, откуда парень только что вытряс нож. Подростки загудели еще сильнее. Питер уверенно подходит к столику Флэша. Он выглядит очень хмуро и зло. Конечно, очередная, еще даже не успевшая начаться потасовка уже привлекла внимание школьников. На них с других столиков устремилось множество заинтересованных взглядов. — Отдай, — Питер требовательно выставляет руку вперед, — Это тебе не принадлежит. Флэш лишь смеется ему в лицо, продолжая вертеть в руках ленту, куда успел спрятать выпавший нож. — А ты типа крутой, Пенис? — говорит он, поднимая руку с лентой вверх, — Зачем тебе такие опасные игрушки? Откуда они у тебя вообще? Украл у своего папочки? Казавшееся бесконечным терпение Питера наконец-то заканчивается. Внутри будто что-то лопается, и парень отключает голову, отдавая контроль над телом эмоциям. А внутри сейчас горела только всепоглощающая злость, глубокая обида и желание заткнуть надоевшему однокласснику рот. Питер грубо хватает Флэша за ворот рубашки, с громким хлопком бросая на пол. Все в столовой замирают, а в следующую секунду подбегают к месту происшествия и тупо глазеют, как тихий новенький, Питер Паркер, со всей дури избивает одного из богачей школы, Флэша Томпсона. Питер не останавливается даже тогда, когда слышит хруст (то ли челюсти, то ли носа), все-таки удар у него поставлен как надо. Парень продолжает бить по лицу, груди и плечам, любуясь, как на коже подростка появляются кровоподтеки. Кто-то из прихвостней Томпсона пытается остановить Питера, за что тоже получает несколько ударов. От Флэша Питера приходится оттаскивать нескольким учителям (распаленный, парень хочет ударить и их, но вовремя тормозит). Поняв, что на этом придется закончить, Питер останавливается. Его отпускают, а после ведут к директору. В столовой царит гробовая тишина, слышна только ругань учителей и болезненные стоны Флэша. На лице Питера легкая улыбка, он наконец-то выпустил всю накопившуюся злость. А потом начинается самая неприятная часть. Родительские разборки. Флэша отводят в медпункт, где оказывают самую первую, поверхностную помощь. После в школу за считанные двадцать минут приезжает отец парня. И начинается мерзкая, отвратительная часть, где Питеру остается только молчать и слушать не самые приятные вещи в свою сторону. Но в этом все-таки есть очень маленький плюс. Все время разборок Питер любуется лицом надоедливого одноклассника, разукрашенного его кулаками. Иногда, когда Томпсон старший ругается особенно громко, Питер опускает голову, будто бы действительно раскаиваясь, и смотрит на сбитые костяшки и перепачканные (и своей, и чужой) кровью руки. В голове не утихает какой-то победный оркестр. Даже если его исключат - ему все равно. Хотя подождите, Тони, вроде бы, сюда не маленькие деньги вложил, так почему парня сейчас ругают так, словно он ничего не значит? Или действительно не значит, пока рядом нет Старка? Злость снова просыпается внутри. Питер стискивает зубы, поднимая на отца Флэша злой взгляд. Почему его никто не защищает? Томпсон старший на пару секунд замолкает, опасаясь этого дикого, невоспитанного звереныша, сидящего напротив. — Может, будете своего сына воспитывать, чтобы такого не случалось? — почти что рычит Питер, все-таки вступая в неравный бой, — Может, объясните ему, что нельзя так тщательно копаться в делах другого человека? — Сумасшедший, невоспитанный мальчишка! — ругается Томпсон старший. — К вашему сыну это описание тоже подходит. Почему вы не берете во внимание то, что ваш ребёнок травит других детей и ворует чужое? Словно в замедленной съемке Питер видит, как отец Флэша заносит руку для удара. Чутье кричит, но парень покорно сидит, безжизненным взглядом смотря на мужчину напротив. Пусть бьет. Пусть Флэш насладится моментом своего маленького триумфа, пока его отец отстаивает честь своего непутевого сына. Питера сейчас все равно некому защищать. Он, конечно, и сам умеет кусаться. Но разве сейчас это не бесполезно? Продолжит драться - окажется в полицейском участке. Болезненный удар приходится на левую щеку. Кожа на лице тут же краснеет, и в месте удара появляется неприятная жгучая боль. Регенерация справится за пятнадцать минут. Только вот открывшуюся душевную рану ей не залечить. Томпсон старший хватает парня за воротник толстовки. И почему только директор молчит? Он ведь прекрасно все знает. Так почему позволяет происходить такому беспределу в его же кабинете? Мужчина снова ругается и снова заносит руку для удара. Питер снова морщится, чувствуя, как глаза начинает щипать. А потом в кабинете раздается оглушающий звук выстрела. — Уберите руки от моего подопечного, — Чуть ли не рычит Старк, произнося каждое слово отдельно. Он прячет пистолет под пиджаком, но злого, предостерегающего взгляда с отца Флэша не сводит. Питер с замиранием сердца смотрит на Тони, пытаясь скрыть улыбку радости, отразившуюся на лице. Он ведь обещал приехать только к вечеру субботы… — Что здесь происходит? — Тони проходит вглубь кабинета, хмурым взглядом осматривая Томпсонов. Он останавливается около Питера, снимает с правой руки перчатку и осторожно касается покрасневшей щеки парня. — Питер, может, расскажешь еще раз, что произошло? — совершенно другим голосом говорит директор. Томпсон старший бледнеет под взглядом, которым посмотрел на него Старк. — Флэш украл мою вещь. Я устал терпеть его насмешки надо мной и объяснил так, как он точно поймёт. Тони тут же ерошит кудрявые волосы мальчишки, лица всех присутствующих вытягиваются. — А что он у тебя украл, Питер?.. Это какая-то важная вещь? — продолжает ласковым голосом директор. Питер борется с желанием забрать у Тони пистолет. Значит, теперь его будут слушать? Это еще сильнее злит парня. — Повязки на запястья. — Всего лишь какие-то повязки, — тут же перебивает Томпсон старший, — Мелочь. Давайте просто забудем об этом? — А там ножны. Которые подарил мне мой дорогой отец, — Питер поднимает веселящиеся карамельные глаза на Тони, наслаждаясь гробовой тишиной, воцарившейся в кабинете. — Может для начала, чтобы забыть все это, вы оба хотите извиниться перед моим подопечным? — в глазах Старка холод и желание убивать. Питер понимает, что никогда бы не захотел оказаться по ту сторону баррикад. — Прости… Питер, — говорит Томпсон старший, подталкивая Флэша. — Прости… Звучит совершенно неискренне, но Питер доволен тем, насколько напугано звучат их голоса. Этого достаточно. — Тогда… вопрос улажен, мистер Старк? — нервно улыбаясь, спрашивает директор. — Улажен. Тони опускает руки в карманы пальто и разворачивается, идя к выходу. Питер тут же подскакивает с места, хватает рюкзак и уходит следом. Они оказываются в пустынных коридорах школы. Питер радуется, что все это происходит во время урока, а не в перемену. — Вы злитесь на меня?.. — негромко спрашивает парень, догоняя Старка. — Я зол на себя. Опоздал всего на минуту и мерзавец успел тебя ударить. Мерзкая семейка. У Питера на губах тут же появляется легкая, счастливая улыбка, а глаза перестает жечь. — Это мелочь. Через десять минут от удара ничего не останется. — Это не мелочь, — Тони останавливается, смотря прямо на парня. На дне коньячных глаз остатки злости и вина, — Я обещал тебя защищать, а в итоге опять проебался и позволил кому-то ударить тебя. Питеру становится неимоверно грустно от этих раскаивающихся усталых глаз. Он ведь ни в чем не винил Тони. Только как объяснить мужчине, что его вины здесь нет? Впрочем, парень ничего не успевает сказать. Его отвлекают, окликнув. — Питер! — рядом оказываются Нед и Мишель. Девушка протягивает Питеру черные ленты, которые парень с благодарностью принимает. — Ты забыл, — говорит она. — Спасибо. — Мы ждём вечером рассказ! — говорит Нед, утаскиваемый Мишель. — Твои друзья? — спрашивает Тони, когда парочка уходит. — Будто вы не знаете, — тихо смеется Питер, идя вместе с мужчиной к выходу. Тони лишь усмехается, а парень вдруг серьезно говорит, — Вы не виноваты. И своего обещания вы не нарушили. Вы же приехали сюда сегодня, и… спасли меня. В молчании они доходят до машины. С удобством устроившись на переднем пассажирском сидении, Питер снова смотрит на Старка, встретившись с расстроенным, все еще немного хмурым взглядом. Парень чувствует себя как-то не так. Хочется подбодрить Тони, но Питер не знает как. Старк вдруг берет парня за руку, рассматривая сбитые костяшки и испачканные руки. — Надо будет обработать, когда приедем домой. — Заживет через пару часов, мелочь. — А если инфекция попадёт? Не начинай, малыш. Питер покорно замолкает. Тони опускает его руку. В молчании они выезжают с территории школы. Слишком тихо. Даже радио не играет. — Вы говорили, что приедете в субботу вечером, — предпринимает парень еще одну попытку начать разговор. — Да, но захотел сделать своему малышу сюрприз, — Тони снова запускает руку в кудряшки парня, после поглаживая уже зажившую щеку. Питер только и рад сыграть роль подушки для тисканий, — Только вышел из самолета, как мне позвонил твой классный руководитель. Ну и морока с этой школой конечно. — А я вам говорил, — Питер подбирается поближе к мужчине, не рискуя залезать на колени, чтобы не отвлекать от вождения. Но Питер осмеливается сделать кое-что другое, как только замечает, что машина едет на автопилоте: он наклоняется вперед, как обычно не очень смело начиная поцелуй. Мягкие, немного искусанные губы облизывают, парень покорно приоткрывает рот и тут же начинает тихонько постанывать, наслаждаясь ласками языка внутри. На талию ложатся теплые руки, крепко обнимая и притягивая поближе. Поцелуй долгий и очень сладкий. Оба слишком изголодались друг по другу. Питер, не стесняясь, кусает чужие губы и забирается на сиденье с ногами, прогнувшись в пояснице. Когда теплые руки привычно опускаются на ягодицы и жадно сминают их, парень очень звонко стонет прямо в поцелуй. Тони вдруг отстраняется, покрывая мелкими поцелуями щеки мальчишки. — Спасибо, что вернулись раньше, — почти что шепчет Питер. — Я очень скучал, малыш. Парень не может не любоваться наконец-то оттаявшим Старком. Он гладит уголок чужих губ и радостно улыбается. — Продолжим дома? — говорит Питер, ластясь под поглаживания. — Но сначала я посплю, — Тони целует парня в лоб, наконец-то отпуская, — Я спал три часа за все два дня, пытаясь разобраться с делами раньше. — Не стоило так жертвовать, — Питер возвращается на свое сидение, — Но спасибо, папочка. Я это ценю. Добравшись до дома, Тони берет Питера на руки, и сразу же идет в спальню. Парень лишь продолжает счастливо улыбаться, иногда болтая ножками. Прежде чем отпустить Питера переодеваться, Тони отводит его в ванную, где тщательно промывает ранки на руках мальчишки, а после обрабатывает их заживляющей мазью. Питер в благодарность целует мужчину в щеку. Даже сильно устав, Тони не перестает заботиться о нем. От осознания таких мелочей Питер готов растечься по кафелю влюбленной лужицей. После парень переодевается, в любимую бесформенную футболку и короткие шорты. Он устраивается в кровати, укрывшись одеялом, и наблюдает за Тони, у которого переодевание занимает больше времени из-за нескольких звонков, на которые пришлось отвлечься. Питер прячет радостную улыбку в подушке, потому что в памяти вдруг мелькает его самая первая ночь в этой комнате. Тогда Тони так же обрабатывал его рану, а после Питер, закутавшись в теплое одеяло, так же наблюдал за ним. — Хватит работы, — говорит Питер негромко, поймав Старка за рукав рубашки, — Подождут. Тони быстро заканчивает разговор и ставит телефон на беззвучный, оставив звук только у самых важных контактов. Вскоре он ложится в постель. Питер устраивается у Тони под боком, с радостью выступая в роли плюшевой игрушки. Чужие руки тут же крепко обнимают, поглаживают и жамкают в некоторых местах. — Джарвис, выключи свет. В спальне тут же становится темно. Даже окно затемняется и больше не заливает комнату светом. Питер закрывает глаза и полностью растворяется в крепких объятиях.

***

Субботу они полностью проводят в мастерской, посвящая выходной основательному отдыху и… друг другу. Все-таки разлука была долгой, и оба успели сильно соскучиться. А в воскресенье начинается праздник их второй годовщины. Питер просыпается от поцелуев в щеки и шею. Они обмениваются ленивыми утренними поздравлениями, завершают утреннюю рутину и идут на праздничный завтрак (ничем, кстати, не отличающийся от обычного завтрака). — Когда я получу свой подарок? — спрашивает Питер, с удобством устроившись на коленях Тони. Сегодня парень позволяет себе понаглеть. Чтобы точно получить ответ, он убирает руку, держащую вилку с наколотой вафлей, подальше, не донеся угощение до рта мужчины. Тони в ответ недовольно мычит, посильнее сжимая бедра мальчишки. Тогда Питер наглым образом съедает кусочек чужой вафли. — Вечером, малыш, — парень съедает еще один кусочек вафли, за что сразу же получает шлепок по ягодице, — И хватит хомячить мои вафли. Ты свое уже съел. Питер очаровательно дуется, но следующий наколотый на вилку кусочек он все-таки отдает Старку, предварительно испачкав его губы шоколадом, которым были политы вафли. После парень откладывает вилку и тянется за своим приторно-сладким поцелуем. Тони крепко обнимает Питера за талию, позволяя ему слизывать шоколад со своих губ. — Вкусно, — утвердительно кивает Питер, отстраняясь после поцелуя. — Обычно ты у нас исполняешь роль десерта? На губах парня вдруг появляется хитрая, очень довольная улыбка. Он разворачивается, потянувшись чуть ли не на другой край стола, тем самым открыв самый лучший вид на свою задницу в коротких шортиках. Тони всеми силами сдерживает себя, чтобы не отвесить этим аппетитным половинкам смачный шлепок. Вскоре Питер усаживается обратно. В руках у него небольшая пиала с клубничным джемом внутри. Двумя пальцами парень зачерпывает приличную порцию джема, а после проводит ими от щеки до ключиц, оставляя на коже сладкую дорожку. — Я все еще не против этой роли, — улыбается Питер, обмазывая джемом еще и губы. Он ставит пиалу на стол, а после Тони с низким рыком целует его. Искусав мальчишеские губы и полностью слизав с них не слишком сладкий джем, Тони переключается на щеки парня. Стул со скрипом отъезжает назад, тарелки раздвигают с легким звоном. Питер располагается на освободившемся столе, наслаждаясь тем, как теплый, влажный язык вылизывает его нежную кожу. В конце, спустившись на ключицы, Старк оставляет на светлой коже багровый засос, а после, сняв с парня футболку, начинает обмазывать чувствительную мальчишескую грудь сладкой субстанцией. Питер тут же негромко постанывает, хватаясь за скатерть дрожащими пальчиками. Парень всегда стонал достаточно громко, когда ласкали его соски. Вот и сейчас Питер заливался протяжными стонами, пока теплый язык вылизывал ореол левого соска, попутно слизывая джем. Пальцы же сжимали, поглаживали и оттягивали правый, так же обмазывая его в липкой сладости. — Ого, малыш, ты уже на пике, а я еще ничего и не сделал, — усмехается Тони, отстраняясь, чтобы полюбоваться своей работой. Питер загнанно дышал, соблазнительно приоткрыв ротик. Его руки постоянно задевали чашки или тарелки, норовясь столкнуть их со стола. — Ну, папочка… сколько можно дразниться, — жалобно скулит Питер, наблюдая, как Старк слизывает остатки джема со своих пальцев, — Пожалуйста?.. Я хочу папочку. Тони лишь подхватывает мальчишку на руки, под разочарованный стон относя его в ванную. Питер явно остался недоволен таким «завершением» завтрака. Днем они смотрят фильмы и разговаривают. Питер всячески пытается раздразнить Тони, желая продолжить то, что они так и не закончили в столовой. Парень всячески мешал просмотру фильма, постоянно ерзая на коленях возлюбленного, кусаясь и выпрашивая поцелуи. Но почему-то сегодня это не работало. Тони лишь говорил, что нужно дождаться вечера, легко (или нет) шлепал парня по бедрам или ягодицам и снимал со своих колен, возвращая на диван. Питер недовольно бурчал, но после третьей с треском провалившейся попытки, кажется, понял, что бесполезно продолжать. А когда долгожданный вечер наступает, они едут в ресторан. Питер снова тратит на сборы слишком много времени. В этот раз он не мог выбрать подходящий наряд и долго думал, стоит ли в такой день брать оружие с собой. Строгий голос Наташи в голове сказал, что исключений не бывает, и оружие с собой нужно носить всегда. Только в машине Питер узнает, что в честь годовщины Тони арендовал весь ресторан. Парень не сдерживает возмущенного бормотания под заливистый смех Старка. День был прекрасным. Питер бы назвал его волшебным. Он веселится, болтает с Тони о будущем, пьет вино и вкусно кушает. Наверное, сегодня он опьянел слишком быстро, потому что все ощущается слишком легким, а глупо улыбаться и смеяться хочется от любой мелочи. — Ну же! Какой подарок вы мне подготовили? — говорит Питер, отправляя в рот кусочек ягодного торта. Тони не может отвести взгляда от алых губ, так соблазнительно обхватывающих ложечку с десертом. — Я могу задать тебе тот же вопрос, малыш, — Тони довольно улыбается, но тянется к внутреннему карману пиджака. В следующее мгновение Питер чувствует, как его грудь взрывается, и сквозь неизвестно откуда появившуюся пелену пробивается очень яркое предупреждение от чутья. Уши вдруг закладывает, и когда неизвестная дымка исчезает, Питер находит себя сидящим на полу за перевернутым столом. В уши бьет звон разбитой посуды и громкие звуки выстрелов. Первое, что он видит, повернув голову, растекшееся по рубашке Тони алое пятно. Сначала Питер пытается убедить себя, что это просто пролившееся вино, но после в нос ударяет резкий металлический запах. Голова становится какой-то тяжелой, а веки словно сделаны из свинца – держать глаза открытыми очень сложно. А после, получив от чутья особенно сильное предупреждение, парень поднимает глаза и видит, как стремительно бледнеет Старк. Питер все-таки собирается с силами, он забирает у Тони телефон и рассылает нужные команды. После он достает пистолет, снимая стрелков, подобравшихся особенно близко. Руки подрагивают, и парень впервые благодарит свою травму после похищения, за умение целиться с дрожащей рукой. Полностью обезвредить выбранные цели не получается, но раны те получают достаточно серьезные. Так и заканчивается их годовщина.

***

Спустя несколько часов Питер нервно наматывает круги у закрытых дверей домашней операционной. Находиться здесь неприятно, хотя бы потому, что в воздухе витает запах медикаментов и спирта, от которого тошнит. Но злость и ярость глушат чувство отвращения. Кто-то осмелился сорвать их праздник, их годовщину! — Я бы не советовал так носиться, — в коридоре появляются Стив и Беннер. Питер бросает на мужчин немного злой взгляд, особенно задержившись на говорившем до этого Стиве. — В вине был яд. Поэтому твое чутье не сработало, — говорит Брюс. Питер наконец-то останавливается, опираясь об стену и опуская голову. Это действительно все объясняло. И дрожащие руки, и лёгкое помутнение. — Твой организм борется с ним очень быстро, видимо их главной задачей было просто… «выключить» тебя. А вот Тони понадобится больше времени на восстановление. Еще и пулевое ранение. Крайне неудачное. — Кто организовал нападение, уже известно? Питер пытается не думать об очень глупой, но в принципе, логичной догадке. А после Роджерс подтверждает ее. — Хаммер. Если нужно, я дам всю информацию, что успел собрать. — Спасибо, — парень слабо кивает, позволяя себе совсем немного расслабиться. Сильная усталость тут же окутывает тело. Откуда-то появляется сонливость. Питер тут же понимает, что вряд ли пойдет сегодня спать, вероятнее всего посвятив ночь изучению собранной информации. — Тебе бы поспать, Питер, — осторожно говорит Стив, — Так организм быстрее устранит действие яда. — Я подожду, что скажет врач, — тут же отвечает парень, складывая руки на груди, будто желая показать, что переубедить его не получится. И мужчины действительно пытаются отправить его спать. Но Питер остается непреклонен. Он не сможет спокойно спать, пока не узнает, что с Тони все хорошо. Хотелось верить, что врач скажет именно так. Потому что действительно не было ничего страшного. Опасение вызывал лишь яд, но Питер хотел надеяться, что организм Тони к такому уже привычен… Начинаются не самые интересные и веселые деньки. Днем Питер сидит у кровати все еще не пришедшего в себя Старка, а ночи тратит на то, чтобы разобраться с информацией, которую собрал Стив. Питер (немного нагло) занял рабочий кабинет Тони, потому что здесь уже была вся нужная информация. Сразу после похищения Хаммера убрать не получилось, потому что он, заполучив себе место в правительстве, стал публичной личностью, обеспечив себе тем самым некую безопасность. Поэтому, чтобы наконец-то избавиться от занозы, нужно было все тщательно продумать и подготовить, а еще было бы неплохо обзавестись поддержкой другой влиятельной семьи. На это Питер и тратил свои ночи, даже не догадываясь, что оказался под цепкими взглядами всех приближенных своей семьи. Они незаметно присматривались, впервые видя Питера, попавшего в чрезвычайную ситуацию. И вот, во время второй ночи своего затворничества, дверь в кабинет открылась, и в комнату вошел Стив. Он заинтересованным взглядом обвел помещение, и только потом на дне голубых глаз появились теплые нотки заботы. — Питер, — негромко зовет он, заставляя парня отвлечься от бумаг (потому что, оказавшись в кабинете Тони, и увидев растущие по часам стопки не разобранных документов, Питер не смог это оставить просто так) — Сон тоже важен. Питер устало кивает, откладывая еще один документ в небольшую стопку того, с чем он разобраться не сможет. Потому что просто полномочий таких нет. Ставить подписи за Старка Питер еще не решался. Мало ли, чем это обернется. С такими бумагами он мог лишь проверить содержание написанного, и выделить стопку того, что однозначно можно подписать и стопку того, что стоит перепроверить. — А вы можете запросить у Стивена Стрэнджа личную встречу? Роджерс замолкает на некоторое время, удивленно уставившись на парнишку. — Ты же знаешь, что Тони не очень ладит со Стивеном? Точнее, что они начинают собачиться на любой встрече? — парень кивает, — Тогда зачем тебе это? — Будто вы не понимаете, — Питер пожимает плечами, — Для того, чтобы убрать Хаммера, нам нужна поддержка еще одной семьи. Идиоты в правительстве поймут быстрее, если им будут объяснять не одна, а две значимые семьи. Так вы мне поможете? — Ладно, я свяжусь с ними завтра, — кивает Роджерс, становясь вдруг очень задумчивым. — Лучше сейчас, — вдруг говорит парень, снова возвращаясь к документам. Макушкой он чувствует немного раздраженный, удивленный взгляд, — Чутье подсказывает, что там нашего звонка тоже ждут. — Не будь слишком самоуверенным, Питер. Парень больше ничего не отвечает. Роджерс уходит, но буквально через десять минут возвращается с удивленным, даже ошарашенным лицом. Потому что Питер был прав. Их звонка действительно ждали. — Он согласился. Сегодня в обед, — говорит Стив крайне удивленным голосом. Питер косится на часы. Уже два часа ночи… — Вы ведь пойдете со мной? Мужчина кивает, а Питер благодарно улыбается. — Поэтому советую выспаться. Переговоры - не так легко, как тебе могло показаться со стороны наблюдателя, — Стив хмурится, видя, что мальчишка даже не скрывает уверенной усмешки, — Особенно если мы говорим про Стивена. Питер кивает, обещая, что скоро отправится спать. Роджерс лишь вздыхает, но больше не давит на парня, все-таки взрослый уже, пусть сам набивает себе шишки. Утром в столовой Питера встречают удивленный Баки и пытающаяся казаться как обычно спокойной Наташа. Откровенно сумасшедшая и очень уж смелая идея Питера поставила на уши весь дом. Многие беспокоились о том, как отреагирует Тони, когда узнает. Наташа очень серьезно разговаривает со своим учеником, пытаясь убедиться, что Питер точно понимает, что он собрался сделать. Питер же в свою очередь пытается успокоить обеспокоенных взрослых. Он искренне не хотел ссорить семью между собой (а для этого уже сложились все условия), парень желал только того, чтобы виновники были наказаны. Ну, и принести папочке пользу тоже было бы неплохо, но это всего лишь дополнительная цель. А потом обед наступает как-то слишком быстро, их машина тормозит около чужого особняка и Питер понимает, что он, возможно, был и правда чересчур самоуверенным в своих действиях. Ну, серьезно, какой разумный взрослый захочет слушать семнадцатилетнего подростка? Да Стрэндж, наверное, согласился на эту встречу просто, чтобы посмеяться! Питер был таким самоуверенным засранцем… Только вот сдавать назад уже поздно, и придется позориться до самого конца. Роджерс замечает его волнение, пока они идут по коридорам. Он лишь хлопает Питера по плечу и напоминает, что парень сам этого хотел. Питер тихонько вздыхает, пытаясь согреть замерзшие от волнения руки. В следующую секунду перед ним открывают массивные дубовые двери, и Питер оказывается в большом обеденном зале, где уже сидит Стивен Стрэндж, не сводя заинтересованного взгляда с мальчишки. Питер сглатывает, натягивая легкую улыбку на лицо. Напряжение в комнате можно ножом резать. Стараясь выглядеть непринужденно, парень с легким движением садится за стол, устраиваясь напротив мужчины. Роджерс садится рядом, по левую руку от Питера, и это придает парню уверенности. Он снова сглатывает, ощущая себя крайне неуютно под пристальным насмешливым взглядом, но все-таки решается начать говорить первым. Чутье внутри слегка колышется, но впрочем, быстро успокаивается, от этого Питер начинает сомневаться еще сильнее. — Вы ведь знаете, зачем я пришел сюда. Поэтому скажите сразу, вы согласны помочь или нет? Не будем тратить время друг друга. Питер чувствует себя ступившим на минное поле. Ощущения такие, что любой его шаг - и он подорвется. — Все зависит от того, сможешь ли ты заинтересовать меня. Парень сдерживается, чтобы не возвести глаза к потолку от такого ожидаемого ответа. Еще секунду назад он дрожал, как листочек на ветру, а теперь сдерживает раздражение. Ах, это подростковое непостоянство. — Вам ведь тоже Хаммер встал поперек горла, протянув руки к вашим частным клиникам. Чутье вдруг посылает беспокойный звоночек, а во взгляде Стивена проскальзывают удивленные искорки. — Почему бы не убрать его сейчас? Пока он не успел плотно закрепиться в правительстве, став официальным снабженцем оружия для страны? — Для ребёнка ты очень хорошо осведомлен, — мужчина выдыхает, а его голос вдруг становится в разы мягче, — И что ты предлагаешь? С этого момента переговоры идут очень легко, чему не могут не удивиться все находящиеся в комнате. Питер предлагает довольно сносный план действий, с которым Стивен, в принципе, соглашается, внеся небольшие коррективы. Парень этому не препятствует. Обсуждение длится несколько часов, Питер постепенно начинает уставать, но они говорят о достаточно серьезных вещах, поэтому парень не дает себе расслабиться. Когда их кратковременный союз заключен, и все нужные документы подписаны (потому что недоверие между двумя семьями все еще оставалось достаточно сильным, чтобы требовать от «союзника» закрепления на бумаге любой мелочи), Стивен так и не сводит с парня хитрого взгляда, а легкая улыбка так и не исчезает с его лица. — Попробуй, — позволяет Стрэндж, слабо кивнув. — Не хотите начать более длительное сотрудничество? Роджерс смотрит на Питера, как на сумасшедшего, на что парень лишь улыбается. — Старк ни за что не подпишет это сотрудничество, насколько бы выгодными не были бы условия, которые ты сейчас отвоюешь. — То есть, вы не против? — в карамельных глазах по новой загораются непонятные, радостные огоньки. — Ну, допустим, — снова кивает Стивен. — Тогда, думаю, стоит рискнуть, потому что если эти бумаги Тони отдам я, то вероятность их подписания подскачет чуть ли не до восьмидесяти пяти процентов. — Я сделаю вид, что не слышал этого, — негромко говорит Стив, про себя усмехаясь. Как же они все недооценили этого мальчишку. Действительно, как говорит Старк, несносный мальчишка. Переговоры начинаются по новой. На этот раз они разговаривают более эмоционально и жестко, потому что вещи обсуждаются очень серьезные. А еще усталости накапливается все больше и больше, поэтому все и становятся раздражительнее. Они заканчивают лишь поздним вечером. На столе несколько пустых бокалов из-под алкоголя и два листка написанные от руки с условиями и обязательствами. Питер, (сначала под недовольное возмущение Стива, а после под его чутким надзором) даже смог вписать в эти бумаги обмен частью территорий. — Я отправлю итоговый вариант, как разберёмся с Хаммером, надеюсь, Старк к этому дню уже придет в себя, — уже не скрывая в голосе усталости, говорит Стивен, пожимая парню руку. Питер чувствует такую же неимоверную усталость, но это не мешает ему легко улыбаться. — Спасибо, — кивает он, — Я тоже на это надеюсь. Когда они, ужасно уставшие, но вроде бы довольные, садятся в машину, Питер поворачивается к Стиву, чтобы поблагодарить его. — Спасибо. Если бы вас не было рядом, все не закончилось бы так хорошо. Роджерс устало прикладывает руку к переносице. — Никогда больше не проси меня ходить с тобой на такие встречи. Никогда. Ты понял меня? Потому что Питер был маленьким чертенком, которого постоянно приходилось сдерживать. Он бросался самыми смелыми предложениями и продолжал давить, даже тогда, когда, казалось бы, следовало остановиться. Радовало лишь то, что парень прекрасно понимал тонкую грань того, когда действительно лучше уступить или промолчать. Но даже несмотря на это острых моментов было предостаточно, и теперь Стив был полностью уверен, что после этого вечера у него появятся седые пряди. Потому что невозможно так просто пережить весь этот стресс, который принёс ему мальчишка. Конечно, если приложить некоторые усилия, то в будущем из Питера получится мастер переговоров, но проходить через все это снова Роджерс не намерен. Пусть Тони мучается со своим «преемником». Питер тем временем захлебывается смехом, видя то, с каким лицом свою фразу сказал Стив. Парень чувствовал себя маленьким победителем. Только главное, чтобы теперь, этот довольно большой успех не вскружил ему голову. Нужно попридержать эту мысль, а то ведь действительно зазнается. Домой они возвращаются очень даже довольными и счастливыми, несмотря на атмосферу тяжелого ожидания, застывшую в воздухе. Когда Роджерс рассказывает об успехах Питера, дом переворачивается вверх дном второй раз за день. Сам же парень пытается не акцентуировать на этом внимание, скромно говоря, что рано или поздно две семьи все равно бы пришли к сотрудничеству. Потому что оно было необходимо, чтобы удержаться на вершине. Тони приходит в себя ночью третьего дня. Питер весь день просидел рядом, чуть ли не с боем уговорив врача разрешить перевести мужчину из отвратительно стерильной палаты медблока в их спальню. Парень прекрасно знал, что нелюбовь к больницам у них на двоих. О том, что произошло что-то неприятное, напоминала лишь капельница, стоящая у кровати. Питер сквозь полудрему слышит, как шуршат трубки для переливания. Парень тут же открывает глаза, осторожно кладя руку на предплечье мужчины. — Потерпи, пожалуйста. Это последняя капельница, лучше закончить курс. — Да ладно, не на вы? — хрипло смеется мужчина, оставляя попытки выдернуть иглу из своей руки. Питер тратит несколько секунд на то, чтобы понять, о чем именно говорил Старк. После на губах парня расцветает улыбка. Он отдает Тони стакан воды и помогает сесть. — Как вы себя чувствуете? — спрашивает Питер, снова усаживаясь рядом, — Я волновался. Вы почти четыре дня не приходили в себя, хотя врач обещал, что ваш организм справится за два. — Старею, — лишь жмет плечами мужчина, запуская руку в кудряшки парня, — Но теперь мы квиты, видишь? — Вижу. Но как ваше самочувствие? Вы не ответили. — Спросишь нормально - тогда отвечу. Питер удивленно распахивает глазки, смотря на Старка, надувшегося словно ребёнок. Кто же знал, что после долгой отключки он будет таким ворчливым? — Как… твое самочувствие? — спрашивает Питер, запнувшись. — Нормально. Чем занимался, пока твой папочка отлеживался? На губах мальчишки вдруг появляется очень хитрая и довольная улыбка. — Готовил вам подарки на годовщину. Надеюсь, вам понравится. — Но ты же говорил, что уже давно их подготовил, малыш, — Тони берет парня за подбородок, разворачивая к себе. Питер не перестает довольно улыбаться. — Пришлось срочно их менять, когда наш праздник так нагло прервали. — Тогда когда я смогу их получить? — Один ждёт вас в подвале, вы сможете забрать его в любой момент, а другой… — в карамельных омутах появляются дьявольские огоньки, — Должны доставить где-то к десяти. — Что ты натворил без папочкиного присмотра, малыш? — Тони не нравится огонь в глазах мальчишки. Он отпускает Питера, складывая руки на груди. — Узнаете, — улыбнулся Питер, — Хотите чего-то? — Разве что спать. Тебе тоже не помешает, твои мешки под глазами меня пугают. — Хорошо, — Питер зевает, устраиваясь под боком мужчины. Тони крепко обнимает мальчишку, снова закрывая глаза. Прикроватный свет в спальне гаснет.

***

Утром Тони чувствует себя намного лучше. Он с аппетитом завтракает, а после, когда врач продлевает постельный режим еще на пару дней, требует Питера принести бумаги из кабинета, чтобы начать разгребать горы скопившейся работы. Питер, с крайне довольным видом приносит пару небольших стопок, говоря, что разобрал большую часть. Тони смотрит на это с крайней степенью недоверия, несколько раз спрашивает Джарвиса, в итоге все равно обещая проверить работу мальчишки. — Ты не мог поставить за меня простую завитушку? — уже спустя десять минут возмущался Старк, черкая подписи на бумагах почти не глядя. — Ну… у меня нет столько прав и наглости на это, — просто отвечает Питер, уложив голову мужчине на плечо, — И я не умею вашей подписью расписываться. — Тогда учись, — Тони целует парня в макушку, — Да и любой завитушки хватило бы. Главное, что подпись есть. — Ну, это уже совсем как-то неправильно… Тони вдруг отдает парню ручку, выбирая пустой документ. Рядом он кладет подписанную бумагу в качестве примера. — Ну-ка, попробуй повторить, — говорит он, наблюдая за ошарашенным мальчишкой. Питер заносит ручку над документом, как вдруг пару отвлекает Джарвис, произнеся своим бодрым, металлическим голосом. — Пеппер Поттс в здании. — О, — Питер тут же убирает ручку, — Пусть идет сюда. Старк впивается в парня напуганным, удивленным взглядом. Питер в ответ лишь поднимает на мужчину слегка смеющийся взгляд. — Боитесь встречи со своей бывшей? — Зачем ей сюда приходить? — говорит он довольно строго, — Что ты сделал, Питер?! Питер любуется взволнованным и одновременно с этим злым мужчиной. Внутри вдруг просыпается неизвестное чувство тоски и ревности. Когда-то давно Пеппер была незаменимой правой рукой Тони. Даже ходили слухи, что они любили друг друга и вроде как собирались жениться, а потом вдруг, в один прекрасный день, Пеппер собрала свои вещи и ушла, сказав, что устала терпеть капризный характер Старка. Тони и сам понимал, что он - не подарок, поэтому не стал удерживать Поттс подле себя насильно, позволив ей зажить счастливо. А потом, спустя несколько месяцев, она появилась на каком-то очень важном вечере вместе со Стрэнджем. Это вызвало целую волну негодования среди людей Старка (хоть сам Тони и ничего не сказал) и отношения между двумя семьями обострились еще сильнее. Питеру, если честно, не очень нравилось данное решение бывших. Со стороны Пеппер уходить в другую семью было очень… неуважительно, а со стороны Тони отпускать человека, осведомленного обо всех твоих слабостях, было сущей глупостью. Но, впрочем, это дела давно минувших дней, и Питер не имеет никакого права публично (и даже мысленно) критиковать что-то настолько древнее. Питер может лишь показать, что Пеппер вовсе не незаменимая, и зарыть наконец-то этот топор войны между двумя семьями. Да, наверное, стоит хотя бы самому себе признаться в том, что все это «длительное соглашение» он устроил не только ради подарка для Тони, но и для личных, немного эгоистичных целей. Питер хотел показать себя, сказать, что он не просто красивая куколка, которой каким-то чудом удалось задержаться рядом с Тони. Дверь вдруг щелкает и открывается, Старк старательно делает вид, что увлечен документами, которыми была завалена спальня. — Доброе утро, — улыбается Питер, принимая папку из рук Пеппер. — Доброе. Там итоговый вариант соглашения. Сообщите позже удобную дату финальных переговоров, — она улыбается парню в ответ, и вдруг переводит взгляд на Тони, — Рада видеть, что с тобой все в порядке. — Да… спасибо, — как-то рассеяно кивает Тони, пытаясь заглянуть в папку, которую открыл Питер. — Питер - настоящее сокровище, тебе с ним повезло, — на губах Пеппер появляется легкая, смеющаяся улыбка, когда она видит, как вытягивается лицо Старка при чтении строчек соглашения. — О, я знаю, Пепс. А Стивен видел этот договор? Я сомневаюсь, что он принял бы такие условия, — мужчина забирает папку себе. — Там уже стоит его подпись. Питер старательно давит довольную улыбку. Тони еще некоторое время разговаривает с Пеппер, все больше и больше увлекаясь чтением соглашения. Когда та уходит, Старк поднимает на Питера горящий взгляд коньячных глаз. — Кому ты продал душу, малыш? — говорит он удивленно, — Как ты вообще уболтал этого самовлюбленного засранца на обмен территориями? Питер тихонько смеется, ластясь под поглаживания и поцелуи, которыми его стал одаривать Тони. — Это было очень долго и громко, — улыбаясь, говорит он, — Стив сказал, что определенно поседеет после этих переговоров. Потому что сначала мы обсуждали союз против Хаммера, а уже потом начали говорить про соглашение. Мы потратили на переговоры целый день. Если честно, я сам от себя в шоке. — Так это Хаммер сорвал нашу годовщину? — Питер кивает, а Тони не сдерживается, с жадностью припадая к мягким губам. Парень аккуратно кладет папку на тумбочку, поверх других документов, а после ловко запрыгивает Старку на колени. — Какое же ты у меня золото… — шепчет Тони после поцелуя, поглаживая Питера по волосам. — И это золото принадлежит только вам. Безоговорочно и навсегда. Я продал свою душу вам. — Ох, малыш, попридержи-ка такие красивые слова… Питер лишь звонко смеется, вновь потянувшись за поцелуем.

***

Проходит почти две недели, а совесть все не успокаивается, продолжая нещадно выгрызать в сердце Тони огромную дыру под названием «вина». Потому что почти прошла вторая неделя, а он так и не подарил Питеру его подарок на годовщину. Он вторую неделю таскает с собой кольцо (которое выбирал несколько месяцев, и которое в итоге пришлось делать на заказ), но любой подвернувшийся момент казался не тем. Еще и Питер своим молчанием подливал масла в огонь сожаления, сжигающий душу Старка. Действительно, хоть бы напомнил, поругался или пообижался. Хватило бы любой реакции, чтобы Тони тут же упал на колени. Но вместо этого Питер молчал и смотрел своими грустными оленьими глазками. Может, он думал, что Тони просто забыл? А если причина была намного глубже, и парень молчал, потому что считал себя недостойным? Ведь Старк прекрасно видел ревнивые взгляды, которые парень бросал на Пеппер две недели назад. Если он все эти две недели сравнивал себя с ней? От таких мыслей легче не становилось. Тони лишь сильнее убеждался в своей бестолковости в любовных делах. Потому что хотелось сделать все по-особенному, чтобы Питер вспоминал этот день с улыбкой на лице. А теперь получалось, что приятным воспоминаниям будут следовать отвратительные недели разочарования и самокопания. С тяжелым вздохом Тони опускает голову на документы, продолжая думать, как можно все исправить. Ручка двери вдруг щелкает, в кабинете раздаются осторожные, почти невесомые шаги. На макушку ложится чужая рука, осторожно перебирая волосы. — Вы спите? — совсем тихонько спрашивает Питер, не переставая играться с чужими волосами. — Нет, — Тони поднимает голову, а после и вовсе встает со своего кресла, — А ты почему не спишь? Тебе завтра в школу. Тут же он прикусывает язык, потому что на дне карамельных глаз плещется целое море грусти. Кажется, что еще секунда - и по щекам парня потекут соленые дрожки слез. — Я долго переписывался с Мишель. Ну, тогда понятно, почему Питер выглядит еще грустнее. Эта его подружка была слишком проницательной. Наверняка наговорила про Тони всяких гадостей, какой он эгоист и бесчувственный козел. Впрочем, сегодня Тони согласился бы с каждым ее словом. — Малыш, — не очень уверенно начинает Старк, подзывая мальчишку к себе, — Ты ведь знаешь, что я тебя люблю? — Знаю. Конечно, знает, а у самого глаза уже на мокром месте. Какая же он скотина… довести своего мальчика до такого состояния - это еще постараться надо. Да даже в той операционной Питер не выглядел так разбито. Сейчас или никогда. С легким движением Тони опускается на одно колено, запуская руку во внутренний карман пиджака (который к счастью забыл снять, вот фурор бы был, если бы пиджак сейчас висел на спинке кресла) — Так вот, добавь туда еще знание, что я козел. И постоянно повторяй, как мантру, вместе с тем, что я тебя люблю. — Зачем мне это?.. — непонимающе спрашивает парень, почти тут же замолкая. Потому что Старк достает на свет темно-красную бархатную коробочку. Питер удивленно распахивает глаза, кажется, забыв как дышать. — Я хотел подарить его тебе еще на годовщину, но нас так неудачно прервали, — он поднимает крышку коробочки, и взору Питера предстает прекрасное золотое кольцо с аккуратным камушком в середине (бриллиант, как узнает он позже), — Ты подпишешь договор о продаже своих души и сердца? Обещаю обращаться с ними аккуратно и бережно. Взамен предлагаю откупиться деньгами, душа у меня так себе, а сердце поела совесть… Тони мог бы еще что-нибудь сморозить от волнения, но к счастью, Питер заткнул его поцелуем, тоже опустившись на пол. Старк с радостью ответил, почти сразу же чувствуя соль, вместо привычной сладости. По щекам парня текли слезы. — Так ты согласен? — очень волнуясь, спросил Тони, не понимая, почему его мальчик плачет. Это слезы грусти или радости? — Д-да! — всхлипывая, ответил Питер. Стоило надень на его тонкий пальчик кольцо, как парень разрыдался еще сильнее. — Тогда почему ты плачешь, малыш? — продолжал волноваться Старк, усаживая Питера на свой стол. Он тут же принялся стирать дорожки слез со щек парня. — От эмоций… — все еще всхлипывая, проговорил Питер, — Я.. я думал, вы забыли, или просто… передумали. Я пытался убедить себя, что мне не так важен этот подарок в честь годовщины, но… я не знаю почему, но мне стало так обидно… — Прости, — Тони целует парня в уголок губ, нежно обнимая за талию, — Говорю же, держи в голове, что я козел. Я бы не обиделся, если бы ты пришел и отругал меня. — Н-ну как я могу? — Потому что все эти две недели я ждал подходящего момента, хотел, чтобы все было красиво, с блеском, а в итоге… — А мне нравится, это лучше, чем публичное предложение, — Питер не скрывает счастливой улыбки. Он осторожно хватается за ворот чужой рубашки и тянет на себя, вновь затыкая начавшего болтать глупости Старка. А Тони и не против скрепить их сделку поцелуем. Потому что теперь пути назад нет. Совсем скоро они отдадут друг другу свои истерзанные души в долгосрочное пользование. Без права на возврат. Потому что такая любовь случается лишь один раз в жизни и навсегда. В этот момент Тони клянется себе, что это - последний раз, когда он заставляет Питера плакать из-за своей любви. Он клянется себе, что будет относиться к настроению и эмоциям парня еще внимательнее и еще сильнее оберегать его, чтобы никакие мерзавцы не посмели причинить боль его мальчику. Потому что Питер - маленький лучик света, который Старк бережно хранит в своем сердце с самой первой встречи.