Среди лепестков и волнений

Утро пятницы началось с оглушительного вибросигнала в общем чате «Эдельвейс или смерть». Пока Дженни только пыталась разлепить глаза, её телефон уже разрывался от уведомлений. Первая волна сообщений пришла от Шухуа, которая, кажется, не спала вовсе, составляя списки покупок за Соджин. Шухуа: МЫ ВЫЕЗЖАЕМ. Соджин сказала, что если я куплю ещё одну пачку острых чипсов, она высадит меня на трассе. Спойлер: я куплю две. Минни: Мы с Миён и Соён уже в торговом центре. Рейчел спорит с консультантом, что этот оттенок лыжного крема полнит её лицо. Спасите. Дженни лениво перекатилась на бок, наблюдая, как Джису в другом конце комнаты уже вовсю перебирает вещи, кидая Рози в FaceTime короткие вопросы: «Красный свитер или тот, в котором я похожа на баклажан?». Рози, чей экран был забит какими-то нотами и пачками термобелья, смеялась и настаивала на баклажане. Собравшись, троица — Джису, Рози и Дженни — отправилась в ближайший спортивный молл. Поход по магазинам превратился в квест «как не купить весь отдел декоративной косметики вместо теплых носков». Джису, с фанатичной точностью выбирала пластыри и эластичные бинты, пока Рози завороженно рассматривала виниловые наклейки для сноубордов. Дженни же застряла в отделе шарфов. Троица — Лиса, Тэхён и Чонгук — оккупировала самый большой гипермаркет в центре. Лиса, несмотря на надетую задом наперед кепку и вечные подколы в сторону парней, оказалась единственным взрослым в этой компании. Пока Тэхён, с горящими глазами, закидывал в тележку «эстетичные» свечи в банках, винтажные салфетки и какой-то невероятно дорогой сыр просто потому, что «у него красивая упаковка», Лиса методично сверялась со списком Джису. Чонгук же, как истинный минималист, действовал точечно: в тележку с глухим стуком приземлились огромные блоки протеиновых батончиков, упаковка носков и три пачки вяленого мяса. «Это — еда. Остальное — декорации», — изрек он в одном из видео, пока Лиса на заднем плане пыталась отобрать у Тэхёна огромный ананас, который тот хотел купить «для настроения». В другом конце города Шухуа устроила Соджин настоящий тест на выносливость. Пока Соджин пыталась сосредоточиться на выборе качественного вина и маринадов, Шухуа носилась по рядам, закидывая в тележку всё самое острое и вредное. Никто, кроме Соджин, не рисковал делать ей замечания — Шухуа обладала удивительной способностью «кусаться» словами. Даже Лисе, Чонгуку и Рози, которых в школе считали «золотой троицей» и едва ли не божествами, она могла отвесить подзатыльник или едкое замечание, не моргнув и глазом. Когда в видеозвонке Лиса попыталась пошутить над розовой шапкой Шухуа, та просто приблизила лицо к камере и ледяным тоном выдала: «Манобан, следи за своими шинами, а не за моим стилем, пока я не проткну их своими лыжными палками». Лиса лишь рассмеялась. Группа Рейчел, Соён и девчонок была на удивление уютной, была также самой дисциплинированной в плане выбора продуктов — много зелени, йогуртов и «правильных» снеков. Рейчел, несмотря на образ типичной блондинки-черлидерши, оказалась безумно заботливой. Она отправляла кружочки, где советовалась, не забыла ли она взять крем для рук на всех, и купила целую гору грелок для обуви. Рейчел: Девочки, я взяла маски с экстрактом золота! Будем сидеть в джакузи и сиять, как звёзды. Лиса, я и на тебя взяла, не ворчи! Дженни, Джису и Рози тем временем заканчивали свой поход. Тем временем группа Лисы, Тэхёна и Чонгука все же устроила настоящий дебош. В общую группу пришло видео: Тэхён, держа телефон как камеру для влога, снимал, как Лиса и Чонгук устроили гонки на продуктовых тележках прямо между рядами с электроникой. Лиса, в своей неизменной кепке козырьком назад, ловко маневрировала мимо стеллажей, а Чонгук пытался забросить упаковку протеиновых батончиков в её корзину на ходу. Тэхён: (в видео) «Дамы и господа, это финал формулы-1. Манобан лидирует, Чонгук теряет управление из-за пачки мармеладных мишек! О боже, они чуть не снесли стенд с телевизорами!» Видео Тэхёна взорвало чат. На кадрах Лиса, вскинув руки в победном жесте, на полной скорости проносилась мимо охранника, который явно не знал, то ли вызывать полицию, то ли аплодировать её маневренности. Чонгук, чей «болид» занесло на повороте к отделу бытовой химии, заливисто хохотал, потирая локоть, а Тэхён за кадром комментировал всё это так, будто вел трансляцию с Олимпийских игр. Дженни, стоя в очереди на кассу вместе с Джису и Рози, невольно улыбнулась, глядя в экран. Лиса на видео была такой настоящей — азартной, живой, с той самой дерзкой искрой в глазах, которую она так тщательно прятала за маской «просто друга» последние недели. Джису: Манобан, если тебя арестуют до пяти утра, я за тобой в участок не поеду. У меня по плану сон! Шухуа: Тэхён, сними, как их вышвыривают. Хочу поставить это на обои телефона. Лиса: (голосовое сообщение) Не дождетесь! Мы уже на кассе. Чонгук пытается убедить кассира, что десять упаковок вяленого мяса — это товар первой необходимости. Тем временем «дисциплинированный отряд» Соён заканчивал свои покупки в куда более мирной обстановке. Рейчел действительно была душой этой части компании. Её заботливость была такой искренней, что даже Дженни, которая изначально видела в ней только угрозу, начала чувствовать укол вины за свою неприязнь. Блондинка умудрялась располагать к себе всех, не прилагая к этому никаких усилий, и это пугало Дженни больше, чем открытая вражда. Вечер пятницы прошел в лихорадочных сборах. Каждый закрылся в своей крепости: по всему городу в окнах домов Кимов, Манобан и остальных допоздна горел свет. Дженни, оставшись наедине со своим раскрытым чемоданом, чувствовала, как азарт покупок сменяется легкой паникой. Она то и дело отвлекалась на телефон, где чат продолжал пульсировать жизнью. Видео Шухуа застало Дженни, когда та пыталась решить судьбу пятой пары джинсов. На экране Шухуа, уже в пижаме, ела те самые острые чипсы, которые Соджин запретила покупать. — Смотрите на это лицо, — Шухуа перевела камеру на Соджин, которая на заднем плане обреченно пыталась закрыть чемодан младшей, буквально навалившись на него всем телом. — Она думает, что управляет ситуацией. Соджин-ни, милая, расслабься, я всё равно возьму ту сумку с косметикой. — Шухуа, клянусь, я высажу тебя на первой же заправке! — донесся глухой голос Соджин из-под горы вещей. Шухуа лишь хитро подмигнула в камеру и отключилась. Дженни отложила телефон, невольно улыбаясь дерзости Шухуа. В комнате царил хаос: открытый чемодан на кровати напоминал разинутую пасть чудовища, которое никак не желало насытиться. Дженни аккуратно сложила свой альбом для набросков и угольные карандаши в боковой карман — единственное, что она никогда не доверяла багажнику. Она знала, что Рози в этот момент наверняка так же бережно упаковывает свои любимые медиаторы, а Джису проверяет, не забыла ли она портативную аптечку. Чат «Эдельвейс или смерть» снова ожил. На этот раз это был «кружок» от Соён. Она стояла в центре своей комнаты, заваленной спортивным снаряжением. — Итак, я собрала всё по списку: термобелье, три пары перчаток и запасные маски для сноуборда. Минни и Миён, если вы опять возьмете с собой по пять пар вечерних туфель, я заставлю вас идти в них в гору. Мы едем кататься, а не на красную дорожку! Следом пришло фото от Минни: на снимке красовался огромный, вызывающе розовый чемодан, на котором сидела она сама, победно вскинув два пальца вверх. — Слишком поздно, капитан! Красота требует жертв, и эти жертвы — свободное место в багажнике Лисы. Дженни перевела взгляд на свои вещи. Ей хотелось быть как Лиса — собранной, лаконичной, профессиональной. В доме Манобан сейчас наверняка царил идеальный порядок. Дженни представляла, как Лиса методично проверяет крепления на доске, протирает линзы очков и укладывает вещи так, будто собирается на спецоперацию. Но видео, прилетевшее от Тэхёна, разрушило этот образ. На экране Лиса сидела на полу посреди гостиной, окруженная горой коробок с протеиновыми батончиками и упаковками вяленого мяса. Она сосредоточенно пыталась запихнуть в сумку Чонгука его же огромные зимние ботинки, пока тот на заднем плане пытался сбалансировать на голове коробку с пиццей. — Вы посмотрите на это! — комментировал Тэхён за кадром. — Наша суровая гонщица превратилась в мамочку-наседку. Чонгук, не ешь маринады, они для гор! Лиса, посмотри в камеру! Лиса подняла голову, её челка смешно растрепалась, а на лбу красовалось пятно от маркера. Она запустила в Тэхёна свернутым носком и коротко бросила: — Тэхён, если ты не уложишь свой штатив, я привяжу тебя к фаркопу. У нас выезд в 4:30, а ты всё еще снимаешь свои «эстетичные» влоги! Чат еще несколько раз взрывался видео сборов и обсуждениями, но в двенадцать вмешалась Соджин, сказав всем быстро ложиться спать и все поспешно вышли из сети. Город медленно погружался в сон. Дженни выключила свет, оставив только ночник. Впереди было всего четыре часа сна. Суббота. 04:30. Предрассветный сбор Парковка у супермаркета была залита холодным мертвенным светом высоких фонарей, в котором кружились редкие, колючие снежинки. Тишину спящего города нарушил низкий, утробный рокот — это на парковку медленно вплыл угольно-черный Cadillac Escalade Лисы, а следом за ним, мягко шурша шинами, припарковался белоснежный Range Rover Соджин. Машины еще не успели заглохнуть, как на парковку начали стягиваться остальные. И тут наступил момент истины. — Вы издеваетесь? — голос Соджин, обычно спокойный и бархатистый, сорвался на высокую ноту, когда она вышла из машины и увидела масштаб катастрофы. У бордюра высилась настоящая гора. Это не были «одинокие чемоданы». Рози стояла в обнимку с чехлом для гитары и двумя сумками, Джису притащила огромный пластиковый бокс с «медицинской провизией», а Минни и Миён выгрузили из такси по два необъятных чемодана, которые в этом свете напоминали небольшие шкафы. Дженни, укутанная в свой массивный черный шарф, скромно поставила рядом свой «один» чемодан, который визуально мог бы вместить в себя саму Дженни. — Я же просила! — Соджин всплеснула руками, обходя это кладбище несбывшихся надежд на свободное место. — Одно место — один чемодан! Шухуа, это что, третья сумка с чипсами? — Это стратегический запас, — отрезала Шухуа, даже не повернув головы, и тут же направилась к Лисе, которая уже открыла багажник Эскалейда и впала в ступор. Лиса, надвинув кепку на самые глаза, медленно переводила взгляд с багажника на гору вещей. Она выглядела как гроссмейстер, которому предложили партию, где все фигуры — ферзи. — Так, слушайте сюда, — голос Лисы прозвучал хрипло в морозном воздухе. — Тетрис начался. Но сразу предупреждаю: если мы сейчас засунем сюда всё ЭТО, то пакеты с едой поедут у вас на головах. Либо мы едем в магазин уже после того, как скинем барахло в шале. — Но это же крюк в сорок минут! — воскликнула Соён, сверяясь с навигатором. — Либо сорок минут, либо Рози будет сидеть в обнимку с упаковкой яиц и пятью килограммами мяса, — Лиса ловко подхватила огромный чемодан Минни и с глухим стуком вогнала его вглубь багажника. — Помогайте, чего встали? Начался настоящий хаос. Чонгук и Тэхён, пытаясь помочь, только создавали суету: Чонгук с легкостью закидывал тяжелые сумки на крышу в рейлинги, пока Тэхён снимал это на видео, комментируя: «Взгляните на этих титанов труда! Манобан против десяти девичьих гардеробов!». Лиса в какой-то момент просто отобрала у него телефон и сунула в карман его же куртки. — Рози, убери гитару, она не влезет под пресс! — командовала Лиса, упираясь коленом в один из чемоданов, чтобы закрыть замок багажника. Рейчел, одна из единственных, чьи вещи были упакованы компактно, порхала рядом с термосом. — Лиса-я, не злись, хочешь глоток кофе? Ты такая сильная, когда так делаешь, — она мило улыбнулась, и Лиса, вытирая пот со лба, несмотря на мороз, коротко кивнула, принимая термос. Дженни наблюдала за этим, стоя у машины Соджин. Ей было совестно за свой чемодан, но еще больше её раздражало, как легко Рейчел вписывается в этот «рабочий» ритм Лисы. — Соджин, ну не ворчи, — Шухуа подошла к своей девушке и, несмотря на присутствие всей компании, коротко мазнула губами по её щеке. — Зато нам будет тепло в этих пяти слоях свитеров. Соджин только тяжело вздохнула, закрывая багажник Рендж Ровера, который был забит настолько плотно, что заднее стекло полностью перекрывалось вещами. — Я умываю руки. Но в супермаркет поедет Лиса и кто-то из самых стойких. Я после пяти часов за рулем этого склада на колесах никуда не двинусь. — Договорились, — бросила Лиса, хлопая по дверце своего Эскалейда. — Все по машинам! Кто не успел пристегнуться — я не виновата. Моторы взревели одновременно. Два огромных внедорожника, просевшие под весом багажа, медленно выехали с парковки. Впереди были сотни километров заснеженной трассы, и пока что единственным, что объединяло эту разношерстную компанию, был запах кофе и предвкушение первой остановки на дозаправку. В машине Лисы первые два часа напоминали филиал сумасшедшего дома. Тэхён захватил управление аудиосистемой и врубил свой «дорожный» плейлист — взрывную смесь инди-рока и старых поп-хитов. — Тэхён, если ты еще раз включишь эту песню, я выброшу твой телефон в окно! — перекрикивал басы Чонгук, который пытался устроиться поудобнее на заднем сиденье, зажатый между чехлами для досок. — Это классика, Гук! Смирись! — Тэхён обернулся, подпевая во весь голос в воображаемый микрофон-фонарик, пока Соён, сидевшая на месте штурмана, пыталась одновременно следить за навигатором и не оглохнуть. Лиса вела машину уверенно, её руки в черных кожаных перчатках без пальцев плотно сжимали руль. Она лишь изредка посмеивалась, когда Тэхён начинал дирижировать невидимым оркестром. Однако к третьему часу пути энергия парней иссякла. Монотонный шум шин и темнота за окном сделали своё дело: Тэхён затих, уронив голову на плечо Чонгука, который уже вовсю видел сны. Рейчел, которая до этого тихо сидела сзади, осторожно перебралась вперед на место штурмана, сменяя Соён которая переползла назад, чтобы поспать поудобнее. Лиса выключила громкую музыку, оставив лишь едва слышный джазовый бит, и полностью сосредоточилась на управлении. — Ты как? Глаза не устали? — прошептала Рейчел, открывая термос. — Дорога сегодня просто кошмарная. — Терпимо. Главное — держать дистанцию, — Лиса бросила на неё быстрый взгляд и едва заметно улыбнулась. В этой ночной тишине Рейчел открылась с совершенно другой стороны. Без свиты из черлидеров и школьного шума она оказалась удивительно глубоким слушателем. Она начала рассказывать о том, как на самом деле боится не оправдать надежд родителей, о своём одиночестве в толпе поклонников и о том, как ей не хватает простого, человеческого общения. Лиса слушала, изредка вставляя свои мысли о будущем и о том, как важно найти свой путь. Между ними возникла та самая хрупкая связь — интимная и спокойная, — которая возможна только в кабине машины, несущейся сквозь метель. Рейчел не была «пустой блондинкой», она была человеком, который просто очень хотел тепла. Лиса на мгновение накрыла ладонь Рейчел своей, выражая поддержку, и в этот момент между ними установилась та спокойная связь, о которой Дженни даже не подозревала. В машине Соджин обстановка была более размеренной, но не менее теплой. Соджин вела машину предельно аккуратно, чувствуя ответственность за всех девочек. Джису на переднем сиденье была «идеальным вторым пилотом»: она не только следила за навигатором, но и вовремя подавала водителю нарезанные яблоки или открывала воду. — Через сорок километров будет первая заправка, — негромко доложила Джису, сверяясь с планшетом. — Дороги — дрянь, Лиса впереди идет очень уверенно. На заднем сиденье царил сонный уют. Шухуа умудрилась уснуть, положив ноги на колени Миён, а голову прижала к креслу Соджин. Минни и Рози шепотом обсуждали планы на первый день катания, а Дженни просто смотрела в окно. Она видела, как впереди, в ореоле снежной пыли, горят красные габаритные огни Эскалейда. Когда огни заправки наконец прорезали снежную мглу, все выдохнули. Это была лишь первая остановка, и впереди их ждало еще как минимум четыре часа изматывающего подъема из-за ухудшающейся погоды. Как только машины остановились, двери распахнулись, выпуская наружу облака пара. Морозный воздух мгновенно взбодрил компанию. — Боже, я не чувствую ног! — простонал Тэхён, вываливаясь из машины и начиная нелепо танцевать на парковке, чтобы разогнать кровь. Чонгук тут же бросил в него снежком, и тихая заправка огласилась их криками. Лиса вышла из-за руля, разминая затекшую шею. В этот момент из пассажирской двери вышла Рейчел. Она подошла к Лисе и, совершенно естественно, поправила ей капюшон худи, что-то тихо сказав и улыбнувшись. Было видно, что за эти три часа они стали гораздо ближе. Дженни, выходя из машины Соджин в своем огромном черном шарфе, замерла у дверцы. Она увидела эту мимолетную нежность между ними. — Дженн, ты идешь? Кофе сам себя не выпьет, — позвала её Рози, обнимая за плечи. Внутри заправки вся толпа устроила настоящий хаос. — Так, это первая точка, — объявила Соджин, протирая очки. — Дальше дорога будет еще хуже, пойдет серпантин. Лиса, ты как? — В норме. Джип справляется, — ответила Лиса, принимая из рук Рейчел стакан горячего чая. Дженни стояла у стойки с сэндвичами, чувствуя на себе взгляд Лисы. Но когда она обернулась, Лиса уже слушала какую-то шутку Чонгука. Короткая передышка закончилась. Впереди была самая сложная часть пути, где темнота станет еще гуще, а дороги — еще опаснее. Вторая часть пути превратилась из веселого приключения в изматывающую битву со стихией. Как только они свернули на горный серпантин, погода окончательно испортилась: метель стала настолько плотной, что свет фар упирался в белую стену, а дорога превратилась в каток, присыпанный коварным рыхлым снегом. В Эскалейде музыка была выключена совсем. Лиса вела машину в абсолютной тишине, подавшись вперед и едва ли не касаясь грудью руля. Её взгляд был прикован к колее. Несколько раз огромный внедорожник начинало вести в бок — тонны железа на льду становились почти неуправляемыми. В один из таких моментов из-за поворота на них вылетела встречная фура, которую занесло на полосу Лисы. — Лиса! — вскрикнула Рейчел, вцепившись в ручку над дверью. Лиса не паниковала. Её движения были резкими, но выверенными — она не ударила по тормозам, что было бы фатально, а мягко вывернула руль, уводя джип на самую кромку обочины, почти в сугроб. Огромный грузовик пронесся в сантиметрах, обдав их волной грязного снега. В салоне повисла тяжелая пауза. — Все целы? — хрипло спросила Лиса. Её пальцы в перчатках сжимали руль так, что кожа затрещала. Тэхён и Чонгук на заднем сиденье, мгновенно проснувшись от маневра, лишь молча кивнули, пораженные мастерством подруги. Сзади, в «Рендж Ровере», Соджин приходилось еще тяжелее. Её машина была легче, и её сильнее швыряло по трассе. Джису на переднем сиденье перестала смотреть в навигатор и просто вглядывалась в габариты Лисы, служа вторыми глазами для Соджин. Когда встречная машина едва не задела их зеркало, Соджин тихо выругалась — впервые за всё время, что девочки её знали. Её лоб был покрыт испариной, несмотря на холод в салоне. Когда спустя еще три часа впереди замигали огни второй заправки — последней перед финальным подъемом к шале — обе машины затормозили у колонок почти синхронно. Эта остановка была лишена былого задора. Когда двери открылись, Лиса и Соджин не вышли, а буквально выпали из своих машин. Они выглядели потрёпанно: у Лисы под глазами залегли глубокие тени, челка прилипла ко лбу, а взгляд был остекленевшим от пяти часов непрерывной концентрации на белой мгле. Соджин тяжело оперлась на капот, её руки заметно дрожали от перенапряжения мышц. — Черт... — выдохнула Лиса, снимая кепку и запуская пальцы в растрепанные волосы. Она стояла на ледяном ветру, жадно вдыхая воздух. Рейчел тут же оказалась рядом. Она не щебетала, как раньше, а молча накинула на плечи Лисы свою куртку и подала новую порцию горячего чая. Лиса благодарно прикрыла глаза, принимая заботу. Дженни вышла из второй машины и замерла, глядя на них. Она видела, какой ценой Лисе далась эта дорога. Ей хотелось подойти, обнять её и сказать, что она в восторге от её хладнокровия, но ноги словно приросли к асфальту. — Соджин, ты как? — Джису подошла к старшей, обеспокоенно заглядывая ей в лицо. — Живая, — коротко ответила Соджин, пытаясь размять затекшие кисти рук. — Лиса, ты видела ту фуру? Я думала, нам конец. — Видела, — Лиса посмотрела на Дженни, которая стояла в паре метров. Их взгляды встретились в тусклом свете заправки. — Все живы, и это главное. Ким, ты в порядке? Не укачало на заносах? Голос Лисы был низким, почти лишенным эмоций из-за усталости, но Дженни уловила в нем остатки той самой тревоги за неё. — Всё хорошо, — тихо ответила Дженни. — Ты... Вы невероятно водите. Лиса лишь коротко и горько усмехнулась, надевая кепку обратно. — Это не вождение, это выживание. Соджин, осталось тридцать километров самого крутого подъема. Если пройдем их — мы на месте. Внутри заправки компания вела себя тихо. Даже Шухуа перестала язвить, понимая, насколько опасно было то, что сейчас произошло. Чонгук и Тэхён молча покупали энергетики для водителей, а Рози и Миён проверяли, всё ли в порядке с вещами в багажнике. Они понимали: впереди финишная прямая. Самый сложный участок, где дорога сужается до одной полосы, а за краем — обрыв. Но глядя на то, как Лиса уверенно проверяет давление в шинах перед финальным броском, даже Дженни почувствовала: они доедут. Чего бы это ни стоило. В «Рендж Ровере» атмосфера изменилась. Сонливость уступила место бодрому, но серьезному ожиданию. Шухуа, которая обычно вела себя как капризный ребенок, внезапно проявила ту зрелость, которую Соджин видела в ней только наедине. Перед тем как запрыгнуть в салон после заправки, Шухуа буквально силой усадила Соджин на пассажирское сиденье на пару минут. — Не спорь, — отрезала младшая, когда Соджин попыталась возразить. Шухуа встала позади неё и сильными, уверенными движениями начала разминать окаменевшие плечи и шею своей девушки. Её пальцы впивались в напряженные мышцы, выгоняя из них накопившийся стресс. Соджин тихо застонала от облегчения, прикрыв глаза. — Ты ведешь нас идеально, — прошептала Шухуа ей на ухо. — Но мне нужно, чтобы ты чувствовала свои руки. Уже в движении Шухуа не оставляла её. Она сидела максимально близко, и пока Соджин боролась с рулем, который вырывался на ледяных ухабах, Шухуа периодически протягивала руку и мягко разминала мышцы правого предплечья Соджин, помогая снять спазм. Дженни наблюдала за этим с заднего сиденья, и в этот момент любовь Соджин и Шухуа показалась ей чем-то незыблемым и правильным. Джису же сосредоточенно диктовала каждый поворот: Через триста метров резкий левый, держись ближе к скале. В «Эскалейде» проснулись все. Чонгук и Тэхён больше не шутили — они внимательно следили за дорогой вместе с Лисой, словно их коллективная концентрация могла помочь машине удержаться на склоне. Соён вновь заняла место штурмана, но её помощь была минимальной — Лиса ориентировалась на какой-то внутренний радар. — Манобан, если мы выживем, я куплю тебе самый огромный стейк в этом штате, — тихо пробормотал Чонгук, когда джип в очередной раз опасно вильнул задней осью у самого края обрыва. — Запомнил, Гук. На меньшее не согласна, — Лиса едва заметно улыбнулась, хотя её челюсти были сжаты так, что на скулах перекатывались желваки. Рейчел сидела сзади, не сводя глаз с затылка Лисы. Она видела, как напряжена спина девушки, как побелели её костяшки на руле. Несколько раз за этот час Рейчел подавала Лисе вскрытую грелку для рук, когда та на мгновение отрывала одну ладонь от руля на прямой дистанции. Это была безмолвная, но очень точная забота. Последний отрезок пути стал настоящим испытанием на прочность. Несмотря на то что формально был день, метель сгустила краски до сумерек: мир за лобовым стеклом превратился в пульсирующую белую пустоту. Чтобы не потеряться и выжить в этом хаосе, Лиса и Соджин включили громкую связь. — Соджин, прижмись правее, через сто метров будет коварный выступ, там лед, меня занесло дай бог — голос Лисы, транслируемый через колонки «Рендж Ровера», звучал хрипло, но уверенно. — Иди строго по моим следам. Если увидишь, что мои стоп-сигналы мигают — тормози плавно, заранее. — Приняла, Лиса. Черт, я почти не вижу твои габариты, — отозвалась Соджин, вцепившись в руль. — Шухуа, не дави так сильно на плечо, мне нужно чувствовать отдачу руля. Шухуа, которая всё это время самоотверженно массировала затекшие плечи Соджин, мгновенно сбавила напор, перейдя к мягким, успокаивающим поглаживаниям шеи. Она понимала, что сейчас её задача — не дать водителю впасть в оцепенение от страха. В «Эскалейде» Лиса работала на пределе. Каждый раз, когда машина подскакивала на скрытой под снегом выбоине, она тихо рычала сквозь зубы. В эти моменты в общем канале связи то и дело слышался мягкий, воркующий голос Рейчел, которая пыталась помочь Лисе не «перегореть». — Лиса-я, дыши глубже. Давай, расслабь немного челюсть, — шептала Рейчел, и её голос неизбежно попадал в динамики машины, где сидела Дженни. — Хочешь, я поправлю тебе волосы? Они лезут в глаза. Вот так, молодец... Ты справляешься лучше всех. Дженни слушала эти нежности, застыв на заднем сиденье. Каждое слово Рейчел, усиленное качественной акустикой Соджин, вонзалось в неё иглами. Она видела в окно, как Лиса впереди ведет свою махину сквозь бурю, и понимала, что сейчас та принимает заботу блондинки просто потому, что у неё нет сил сопротивляться. — Еще немного, ребят, — подбодрила всех Лиса, игнорируя очередную попытку Рейчел протереть ей виски салфеткой. — Вижу поворот на подъем к «Эдельвейсу». Соджин, пониженную передачу, сейчас будет круто. Когда внедорожники наконец доползли до вершины и замерли на расчищенной площадке, в салонах воцарилась оглушительная тишина. Метель на мгновение стихла, открывая вид на их пристанище. Шале «Эдельвейс» выглядело величественно: трехэтажное здание из массивного кедра с фундаментом из грубого камня. Огромные панорамные окна отражали холодный свет зимы, а с тяжелых крыш свисали ледяные сталактиты. — О боже, это рай! — вскрикнула Рози, когда они заглушили моторы. — Гляньте на это джакузи! Оно реально дымится на улице! — Тэхён уже прилип к стеклу, рассматривая второй этаж. Восторженные возгласы заполнили морозный воздух. Все были настолько впечатлены домом, что едва заметили соседнее шале. Из-за усиливающегося снегопада оно казалось лишь призрачным темным пятном в двадцати минутах ходьбы через густой лес. Парней из спортивного колледжа сегодня было не видать — плотная стена снега надежно скрыла их присутствие, давая девушкам и парням из их компании шанс первыми освоить территорию. Лиса вышла из машины, пошатываясь от усталости, и оперлась на дверцу. Она выглядела измотанной: кепка сбилась, лицо было бледным. — Радуйтесь, пока можете, — прохрипела она, глядя на прыгающих от радости друзей. — Но у нас проблема. Багажники забиты вашими чемоданами, а холодильник в этом дворце пуст. — Черт, — Соджин подошла к ней, разминая плечи, пока Шухуа продолжала массировать ей шею прямо на ходу. — Я в магазин не поеду. Мои руки до сих пор дрожат. Лиса обвела взглядом компанию. Все выглядели помятыми, но счастливыми. — Оставляем вещи, — скомандовала она. — Десять минут на разгрузку. В магазин поеду я... и мне нужны добровольцы, которые не заснут в проходе между стеллажами. Дженни, стоявшая у своего чемодана, посмотрела на Лису. Ей хотелось вызваться первой, но в этот момент Рейчел сделала шаг вперед: — Я поеду с тобой, Лиса. Я помогу выбрать всё по списку, чтобы мы вернулись быстрее. Лиса коротко кивнула, вытирая лицо снегом, чтобы взбодриться. — Ладно. Кто еще? Чонгук, Тэхён — вы за грузчиков. Дженни, Джису, Соён — вы остаетесь на «хозяйстве». Разберите комнаты и растопите камин. Нам всем нужно тепло. Дженни смотрела, как Лиса снова запрыгивает в водительское кресло. Каникулы начались не с уютного вечера у огня, а с очередного испытания на выносливость, и снова Рейчел была той, кто оказался по правую руку от Манобан. Пока Лиса и Соджин глушили моторы, тишина в салоне продлилась недолго. Стоило дверям открыться, как Чонгук и Тэхён с невероятной для пяти часов изматывающей дороги прытью выскочили на снег. У них была одна общая миссия, обсужденная еще в групповом чате где-то между второй заправкой и крутым серпантином. — Чур, наша комната на цокольном этаже у кинотеатра! — завопил Чонгук, хватая свою сумку и буквально влетая в массивные двери шале. Парни мгновенно «застолбили» территорию: их сумки приземлились на диван в комнате, где стояла огромная плазменная панель и та самая консоль. Для них мир сузился до идеального игрового логова, подальше от девичьей суеты и споров о том, чей чемодан занимает больше места. Остальная компания ввалилась в дом медленнее, оглашая сводчатые потолки восторженными криками. Шале «Эдельвейс» внутри пахло кедровой смолой, свежестью и дорогим воском. На втором и третьем этажах развернулась настоящая битва. — Я не буду спать на третьем, там потолок скошенный, я ударюсь головой! — возмущалась Минни, пытаясь затащить свой розовый чемодан в комнату с видом на долину. — Но здесь самая крутая ванная! — парировала Миён, перекрывая ей дорогу. — И вообще, мы с Соён хотели быть поближе к лестнице! Джису и Рози пытались найти уголок для себя, но каждый раз оказывалось, что в комнате либо слишком много кроватей, либо слишком мало места для гитары. Шухуа, пользуясь общим хаосом, просто села на кровать в самой светлой комнате и заявила: «Это моё. Кто не согласен — спит на террасе». Споры нарастали как снежный ком. Кто-то хотел спать выше, кто-то — ближе к кухне, а кто-то категорически отказывался делить кровать с кем-либо еще. Когда уровень децибел превысил все допустимые нормы, Соджин громко хлопнула в ладоши. — Хватит! — её голос, усиленный эхом высокого потолка, заставил всех замолчать. — Вы ведете себя как первоклассники на экскурсии. Раз по-хорошему не получается, будем тянуть жребий. Она быстро нарезала бумажки и заставила Джису написать на них номера комнат. Результаты оказались... специфическими. Комната №1 (Хозяйская, с огромной двуспальной кроватью): Досталась Джису и Рози. Комната №2 (Средняя, с чуть меньшей кроватью): Выпала Соджин и Шухуа. Соджин выдохнула с облегчением — она наконец могла отдохнуть от шума. Комната №3 (Маленькая, с двумя односпальными кроватями): Досталась Рейчел и Лисе. В холле повисла пауза. Дженни почувствовала, как пальцы похолодели, а Лиса лишь молча подняла свою сумку, не глядя ни на кого. Комната №4 (Огромная мансарда, «общежитие» на 4 человека): Здесь предстояло выживать Дженни, Соён, Минни и Миён. Четыре девушки в одном пространстве с кучей чемоданов — это обещало быть легендарным испытанием для нервной системы Соён. Шум в холле шале постепенно затихал, сменяясь шорохом колесиков чемоданов по деревянному полу и хлопаньем дверей. Дженни стояла в центре огромной мансарды, окруженная горой сумок Соён, Минни и Миён, но её мысли всё еще были там, внизу, где Лиса и Рейчел молча зашли в свою тесную комнату №3. Осознание того, что им придется спать в метре друг от друга, отозвалось в груди Дженни тупой, ноющей болью, которую она старательно прятала за маской безразличия. Тем временем Лиса, даже не успев присесть на кровать в своей новой комнате, снова натягивала куртку. Её движения были медленными, механическими. Усталость навалилась на неё свинцовым грузом: руки всё еще помнили сопротивление руля на обледенелом серпантине, а перед глазами плыла белая пелена метели. — Лиса-я, может, я поведу? — осторожно спросила Рейчел, заглядывая ей в лицо. — Нет, — коротко отрезала Лиса. — Дорога до поселка — сплошной лед. Я справлюсь. Когда они вчетвером — Лиса, Рейчел, Чонгук и Тэхён — снова загрузились в «Эскалейд», в салоне вспыхнула новая волна споров. Усталость и голод сделали всех раздражительными. — Нам нужно взять побольше виски и красного вина, — настаивал Тэхён, размахивая телефоном с каким-то «эстетичным» списком коктейлей. — Мы в горах, здесь положено пить глинтвейн и крепкие напитки у камина! — Тэхён, мы приехали кататься, а не в запой уходить! — огрызнулся Чонгук. — Нам нужно мясо. Много мяса. И курица. Лиса, скажи им! Лиса молчала. Она просто смотрела на дорогу сквозь часто работающие дворники. Её спокойствие было пугающим — это было спокойствие человека, находящегося на грани эмоционального и физического истощения. Когда споры о том, какое вино лучше сочетается с кедровыми стенами шале, достигли пика, Лиса просто прибавила звук радио, заглушая голоса парней. В самом супермаркете хаос только усилился. Огромные тележки заполнялись с невероятной скоростью. Тэхён пытался пронести к кассе ящик дорогого шампанского, а Чонгук — пятую упаковку бекона. — Так, стоять, — Лиса достала телефон и нажала на видеовызов. — Джису, поруководи ими пожалуйста. На экране появилось лицо Джису, которая уже успела переодеться в уютную домашнюю пижаму. - Джису мы с Чоном за мясом, а ты поможешь Рейчел? - Конечно. Манобан отдала свой телефон Рейчел, а сама с Чоном направилась к прилавку с мясом. Они придирчиво рассматривали каждый кусок мраморной говядины, спорили о степени прожарки и в итоге закинули в тележку внушительный запас рибая, вырезки для карпаччо, немного курицы и огромные свиные ребра для долгого томления. Тем временем Рейчел под строгим руководством Джису через экран телефона переместилась к рыбному отделу. — Рейч, посмотри на жабры! — командовала Джису. — Если они не ярко-красные, не бери! Нам нужен лосось для завтраков и дорадо на вечер. Рейчел старательно выполняла указания, смешно морща нос от запаха льда и чешуи, но искренне стараясь не подвести команду. Когда вся группа воссоединилась у отдела напитков, Лиса поняла, что одной тележки не хватит. Чонгук настоял на нескольких бутылках односолодового виски и ящике темного эля, Тэхён всё же пропихнул три ящика белого и красного сухого, а Рейчел добавила к этому набору Апероль и несколько видов сливочного ликера. — Мы тут на неделю или на месяц? — проворчала Лиса, но не стала выкладывать бутылки — она знала, что после таких дорог всем захочется расслабиться. Последним пунктом стали десерты. Тэхён, пользуясь тем, что Лиса отвлеклась на выбор соусов, завалил корзину коробками с макарунами, огромными плитками швейцарского шоколада, мороженным и наборами для приготовления горячего шоколада с маршмэллоу. — Всё, на кассу, — скомандовала Лиса, чувствуя, как ноги начинают гудеть. — Рейчел, позвони девочкам, пусть начинают греть духовку. Мы везем половину магазина. Пока они загружали пакеты обратно в «Эскалейд», Лиса на мгновение замерла, глядя на темное небо. Там, в шале, Дженни наверняка уже обустроилась в своей мансарде. Мысль о том, что ей придется спать в одной комнате с Рейчел, пока Дженни будет где-то наверху, отозвалась тупой болью в висках. Но сейчас её единственной целью было довезти этот груз еды и выпивки до дома, не перевернувшись на обледенелом склоне. Дорога назад от супермаркета до шале «Эдельвейс» казалась короче, хотя метель и не думала утихать. В салоне «Эскалейда» наконец воцарилось подобие мира. Жаркие споры о мясе и марке виски сменились приятной тяжестью в теле и предвкушением сытного ужина. Лиса вела машину уже более расслабленно — дорога была знакома, а полный багажник еды и алкоголя придавал джипу дополнительную устойчивость на льду. Рейчел, сидя на пассажирском сиденье, включила на телефоне негромкую инструментальную музыку. Она видела, что Лиса на пределе, и больше не пыталась развлекать её разговорами, лишь изредка открывала упаковку жевательного мармелада и, не спрашивая, протягивала Лисе — та молча принимала угощение, благодарно кивая. В «Эдельвейсе» жизнь била ключом. Джису, как самопровозглашенный комендант, распределила обязанности. Огромная гостиная уже наполнилась ароматом горящих кедровых поленьев — Соён и Дженни удалось разжечь массивный камин. Огонь отбрасывал длинные уютные тени на бревенчатые стены и панорамные окна, за которыми бесновалась белая тьма. Минни и Миён возились на кухне, подготавливая разделочные доски и ножи. Дженни, стараясь отвлечься от мыслей о Лисе и Рейчел в одной комнате, взяла на себя сервировку длинного дубового стола. Она расставляла тяжелые керамические тарелки, когда Соджин, сменившая дорожную одежду на мягкий кашемировый костюм, вошла в зал. — Они едут! — крикнула Шухуа, которая всё это время дежурила у окна, высматривая свет фар. — Две минуты! Когда «Эскалейд» затормозил у крыльца, тяжелая дубовая дверь дома распахнулась, и на порог высыпала «домашняя» половина компании. Свет из прихожей золотистым прямоугольником лег на свежий снег. — Наконец-то! Мы уже думали, вы решили съесть всё мясо по дороге! — прокричала Джису, кутаясь в теплый кардиган. Лиса вышла из машины, потирая затекшую поясницу. Она выглядела измотанной, но когда увидела друзей на пороге теплого, освещенного дома, её лицо чуть смягчилось. — Разгружайте, бездельники! — скомандовала она, открывая багажник. Чонгук и Тэхён начали передавать пакеты, а девушки выстроились «цепочкой», чтобы быстрее занести провизию в тепло. Дженни оказалась в этой цепочке как раз рядом с Лисой. Когда та передавала ей тяжелый пакет, набитый бутылками вина, их пальцы на мгновение соприкоснулись. Холодная кожа Лисы и тепло пальцев Дженни — этот короткий контакт ощутился как электрический разряд. Лиса на секунду задержала взгляд на черном шарфе Дженни, который та так и не сняла. — Не замерзла? — негромко спросила Лиса. — Нет, в доме уже очень тепло, — ответила Дженни, стараясь смотреть куда угодно, только не в эти усталые глаза. В этот момент из машины вышла Рейчел, прижимая к себе коробку с десертами и те самые одинаковые термокружки. — Дженни, привет! — лучезарно улыбнулась она. — О, ты уже растопила камин? Лиса всю дорогу говорила, как мечтает о тепле. Лиса ничего не добавила, лишь подхватила оставшиеся сумки и вошла в дом вслед за Рейчел. Дженни осталась на крыльце на лишнюю секунду, вдыхая морозный воздух. Она видела, как в гостиной все начали суетиться: Чонгук уже выкладывал мясо, Джису восторженно проверяла рыбу. Вечер в «Эдельвейсе» наконец-то обрел тот самый кинематографичный уют, о котором все мечтали в дороге. Тэхён, восстановив запасы энергии, не расставался с камерой: он бегал по первому этажу, выстраивая кадры для их будущего мини-фильма о каникулах. В объектив попадали то окна, за которыми выла метель, то смеющаяся Рози, пытающаяся откупорить бутылку белого вина. Там развернулось настоящее шоу. Лиса, Чонгук, Соджин и Джису заняли свои посты у огромного кухонного острова, и их движения напоминали идеально отлаженный механизм. Это не была просто готовка — это был танец профессионалов. Тэхён, почуяв контент, тут же перешел на кухню. — Дамы и господа, эксклюзивные кадры для нашего фильма «Выжившие в снегах»! — провозгласил он, кружа вокруг кухонного острова. — Посмотрите на эту синхронность! Манобан нарезает овощи со скоростью света, Соджин подготавливает соусы, а Джису... Джису просто выглядит как босс этой кухни. На кухне действительно царила особая атмосфера. Лиса, закатав рукава черной кофты и сменив кепку на домашнюю повязку, ловко орудовала ножом. Между ней, Соджин, Джису и Чонгуком шел свой, понятный только им разговор — смесь профессиональных терминов о прожарке мяса, подколок и коротких смешков. Они понимали друг друга с полуслова: Чонгук подхватывал миску, которую только что освободила Лиса, а Джису вовремя подставляла специи Соджин. — Лиса, если ты пересушишь этот рибай, я заставлю тебя съесть чехол от твоего сноуборда, — подмигнула Джису, ловко заправляя соусом рыбу, которую она подготовила вместе с Рейчел. — Поговори мне еще, Ким, — усмехнулась Лиса, обмениваясь с Чонгуком коротким, понятным только им «кулинарным» смешком. — Следи лучше за своим лососем, пока он не превратился в уголь. - Посмотрите на эту грацию. - Тэхен навел объектив на самую старшую - Соджин сегодня королева гарниров. Этот салат выглядит так, будто его только что сняли для обложки Vogue Food. Соджин, не отвлекаясь от нарезки спелого авокадо и хрустящей зелени, лишь загадочно улыбалась. Она мастерски смешивала заправку из оливкового масла, бальзамика и каких-то секретных трав, пока рядом с ней на плите томилась молодая картошка с розмарином. — Подвинься, Тэ, ты перекрываешь свет моему шедевру, — шутливо бросила Джису, которая в этот момент филигранно выкладывала дольки лимона на нежное филе дорадо. Она подошла к делу с хирургической точностью — рыба была идеально зачищена и приправлена морской солью. — Лиса, угли на максимуме? — спросила Джису, не оборачиваясь. — Да и стейки готовы к выходу на мороз, — констатировала Лиса, подхватывая массивный деревянный поднос с замаринованным рибаем. Для вкуса мясо решили жарить на уличном мангале. Лиса и Чонгук вышли на террасу, и через панорамные окна девушки с дивана могли наблюдать, как они, подсвеченные лишь огнем углей и уличными фонарями, уверенно управляются с огромными стейками. Морозный воздух смешивался с дымом, а искры от мангала взлетали в темное небо, создавая почти магическую картину. В их движениях было столько мастерства, что Минни не удержалась: — Смотреть на то, как Лиса готовит — это отдельный вид эстетического удовольствия. Шухуа, развалившись на диване с бокалом белого вина, победно обернулась к подругам: — Видели? Моя Соджин-ни делает этот гарнир так, что вы тарелки оближете. Я же говорила, что у меня самая лучшая девушка. Остальная часть компании — Дженни, Рози, Соён, Минни, Миён и Рейчел — уже вовсю дегустировали вино и ликеры, обсуждая всё на свете: от ужасной дороги до планов на завтрашний спуск. Когда основное мясо было отправлено «отдыхать» под фольгу, Джису и Соджин вместе принялись за десерт. Они смеялись, взбивая легкий крем из маскарпоне с ягодами, которые Рейчел предусмотрительно купила в магазине. Это выглядело настолько уютно и профессионально, что даже Тэхён на секунду опустил камеру, чтобы просто полюбоваться моментом. Дженни задумчиво крутила в руках бокал с красным вином, глядя сквозь панорамное стекло на террасу. Там, в ореоле снежной пыли и рыжего пламени, Лиса что-то горячо объясняла Чонгуку, жестикулируя щипцами для мяса. В свете углей её профиль казался высеченным из камня, а случайные снежинки, тающие на её разгоряченных щеках, придавали образу какую-то дикую, первобытную притягательность. — Она невероятная, когда горит делом, правда? — мягкий голос Рейчел раздался совсем рядом. Блондинка грациозно опустилась на диван рядом с Дженни, поджав под себя ноги. Она не выглядела как соперница — скорее как человек, который искренне хочет разделить восторг. — Я никогда не видела её такой... сосредоточенной и расслабленной одновременно, — продолжала Рейчел, заглядывая Дженни в глаза. — Слушай, Дженни, я знаю, что мы не особо общались в школе, но я правда рада, что мы все здесь. Ты кажешься очень глубоким человеком, и я бы хотела, чтобы за эту неделю мы стали чем-то большим, чем просто «знакомые по компании». Дженни слегка опешила от такой обезоруживающей искренности. Она ожидала пассивной агрессии или хвастовства, но Рейчел просто транслировала дружелюбие. — Да, дорога была долгой, нам всем нужно выдохнуть, — уклончиво ответила Дженни, чувствуя, как колючая защита внутри неё начинает понемногу таять. Тем временем на диване образовалась зона «абсолютного обожания». Рози практически забыла про свой бокал, не отрывая взгляда от Джису. Та, смеясь, слизывала каплю крема с пальца, обсуждая с Соджин температуру духовки. — Боже, посмотрите на мою Джису, — прошептала Рози, расплываясь в блаженной улыбке. — Она только что разделала рыбу как заправский самурай, а теперь взбивает десерт с таким видом, будто это самое важное дело во вселенной. Как можно быть такой чертовски горячей в обычном фартуке? Шухуа, сидевшая неподалеку, согласно закивала, её глаза блестели от гордости и выпитого вина. — Согласна, Розэ. Посмотри на Соджин. То, как она управляется с ножом... в этом есть какая-то опасная эстетика. Мне иногда кажется, что я влюбилась в неё заново именно в тот момент, когда увидела её на кухне в первый раз. Она там — настоящий босс. А на улице работа кипела полным ходом. Лиса и Чонгук работали в паре, как отлаженный механизм. Лиса контролировала жар, постоянно перемещая угли, а Чонгук следил за таймингом каждого куска. Они перебрасывались короткими фразами, их движения были скупыми и точными. Лиса на мгновение закинула голову назад, ловя ртом снежинки и вытирая тыльной стороной ладони лоб — этот жест был настолько естественным и маскулинным, что в гостиной на мгновение затихли даже разговоры о вине. — Так, несите подносы! — скомандовала Джису, вытирая руки полотенцем. — Десерты в холодильнике, рыба на подходе, а наши «повелители огня», кажется, готовы триумфально войти в здание. Тэхён тут же вскочил, наводя камеру на дверь террасы. — Внимание! Исторический момент! Встречаем героев кулинарного фронта! Дверь распахнулась, впуская в уютное тепло шале запах костра, жареного мяса и ледяную свежесть гор. Лиса вошла первой, неся поднос с дымящимися стейками, чья корочка блестела от специй и сока. Она встретилась взглядом с Дженни всего на секунду, но в этом коротком контакте, сквозь облако пара, было столько невысказанного, что у Дженни перехватило дыхание. — Ужин подан, дамы и господа, — негромко, но уверенно произнесла Лиса, ставя мясо в центр стола. — Надеюсь, вы проголодались так же сильно, как я устала это готовить. Суета на кухне достигла своего апогея, но это был тот самый редкий вид хаоса, который приносит только удовольствие. Как только Лиса и Чонгук занесли мясо, в доме началось настоящее движение «муравейника». Никто не остался в стороне: Джису ловко выставляла на стол дорадо, источающую аромат лимона и трав, а Соджин командовала парадом тарелок с гарнирами. — Так, осторожно, горячо! Тэхён, убери штатив от стола, иначе мы будем есть твою камеру вместо картошки! — смеялась Соджин, расставляя миски с салатом. Девочки дружно подхватили ритм. Рози и Минни разливали вино по бокалам, Соён раскладывала приборы, а Дженни помогала Лисе перекладывать стейки на общее блюдо. В воздухе витал густой, сводящий с ума аромат дыма, специй и домашнего уюта. Каждый, кто проходил мимо стола, не удерживался от восторженного возгласа: — О боже, Лиса, эта корочка... это преступление против диеты! — воскликнула Миён, вдыхая запах мяса. — Вы видели рыбу? Джису, ты просто ювелир! — вторила ей Соён. Наконец, когда последняя салатница заняла своё место, а свечи в центре стола были зажжены, Соджин торжественно объявила: — Всё, прошу всех к столу! Шумная компания начала рассаживаться. Лиса, наконец-то сняв куртку и оставшись в простой черной футболке, которая подчеркивала её плечи, опустилась на стул во главе стола. По правую руку от неё оказалась Рейчел, а прямо напротив, по какому-то странному стечению обстоятельств или негласному закону притяжения — Дженни. Когда все двенадцать человек наконец устроились, в комнате на мгновение воцарилась та самая магическая пауза. Снаружи бесновалась метель, облепляя снегом панорамные окна, но здесь, внутри, было так тепло от камина и близости друг друга, что дорога казалась сном из прошлой жизни. Напряжение, копившееся десять часов в пути, окончательно лопнуло. Чонгук первым поднял свой бокал с виски: — Слушайте, я буду краток. Мы доехали. Мы живы. И у нас есть лучший ужин в мире. Лиса, Соджин, Джису — вы лучшие. За нас! — За нас! — дружным хором отозвались остальные, и звон двенадцати бокалов заполнил гостиную. Лиса, сделав глоток, откинулась на спинку стула и впервые за весь день по-настоящему расслабила плечи. Она поймала взгляд Дженни сквозь дрожащее пламя свечей. В этом взгляде больше не было дорожной злости или холода — только тихая, усталая радость. — Я хочу сказать тост, — Соджин поднялась, приобнимая сидящую рядом Шухуа. — Мы все разные, и мы чуть не поубивали друг друга из-за размеров багажа и выбора музыки. Но посмотрите на этот стол. Мы команда. И я хочу выпить за то, чтобы эта неделя в «Эдельвейсе» стала для нас временем, когда мы оставим все маски там, за порогом, в снегу. Будьте собой. За честность! — За честность! — поддержала Рози, восторженно глядя на Джису. Ужин в «Эдельвейсе» перерос в ту стадию, когда тарелки пустеют, а бокалы, напротив, наполняются с пугающей скоростью. В центре стола уже возвышались пустые бутылки из-под красного сухого, а Чонгук то и дело подливал себе и Лисе виски, обсуждая тонкости маринада. — Лиса, клянусь, если ты откроешь ресторан, я буду твоим первым поставщиком и лучшим дегустатором, — Чонгук поднял кусок мяса на вилке, словно это был трофей. — Это было чертовски вовремя. Лиса только усмехалась, лениво помешивая свой напиток. Алкоголь и тепло камина наконец-то сняли с неё ту железную броню, в которой она провела весь день за рулем. Она откинулась на спинку стула, её веки чуть потяжелели, а движения стали более плавными. Рейчел сидела рядом, то и дело касаясь плеча Лисы, когда смеялась над очередным рассказом Минни о том, как Миён пыталась упаковать фен в чехол от сноуборда. Дженни наблюдала за ними, чувствуя, как внутри разливается приятная слабость от вина. Она почти не участвовала в общем шуме, но ей было уютно просто слушать. — Ты видела, как Тэ заснял Лису у мангала? — шепнула ей на ухо Рози, уже заметно «навеселе». — Он сказал, что это будет центральный кадр. «Манобан и пламя». Звучит как название блокбастера. - тут же пьяно хихикая Рози отстранилась. Разговоры за столом становились всё более личными и громкими. Шухуа и Соджин о чем-то спорили, переплетя пальцы под столом, а Джису устроила настоящий мастер-класс по поеданию рыбы, заставляя Соён и Миён смеяться до слез. Однако, как только часы в холле начали отбивать приближение к полуночи, дорожная усталость, которую на время заглушил адреналин и алкоголь, начала брать своё. Первой начала откровенно зевать Миён. — Всё, народ, я официально превращаюсь в тыкву, — пробормотала она, потягиваясь так, что захрустели суставы. — Если я сейчас не приму горизонтальное положение, я усну прямо в этом божественном маскарпоне. — Поддерживаю, — Соджин поднялась, мягко увлекая за собой Шухуа. — Завтра первый день на склоне. Если мы хотим встать хотя бы к полудню, нужно расходиться. Компания начала лениво, пошатываясь от усталости и выпитого, расползаться по своим «гнездам». В коридорах шале снова возникла легкая суета. — Гук, не забудь выключить приставку! — крикнула Соён вслед парням, которые, несмотря на сонливость, всё же надеялись сыграть хотя бы один раунд в FIFA. Дженни поднималась по лестнице в свою мансарду вместе с Минни и Соён, когда увидела, как Лиса и Рейчел остановились у двери своей маленькой комнаты. Рейчел что-то тихо сказала, и Лиса коротко рассмеялась, открывая дверь. В тусклом свете ночников Лиса на секунду обернулась и посмотрела вверх, на лестницу, где стояла Дженни. Их взгляды встретились в последний раз за эти долгие сутки — сонные, затуманенные вином и чем-то таким, что не решалось озвучить ни одна из них. — Спокойной ночи, — негромко бросила Лиса, обращаясь ко всем сразу, но глядя только в одну точку. — Спокойной, — ответила Дженни, чувствуя, как сердце предательски ускоряется. К двенадцати часам в шале наступила относительная тишина. В мансарде Дженни слышала, как за окном продолжает выть ветер, но внутри было тепло. Девушки впотьмах разбирали постели, перешептываясь и хихикая. Соён уже зарылась в одеяло, Минни и Миён спорили, кто первый пойдет в душ. Дженни легла в свою кровать у самого окна. Она чувствовала, как дом дышит теплом, как где-то внизу догорают угли в камине и как за стенами этого огромного кедрового замка начинается их первая общая ночь в горах. Усталость наконец победила мысли, и она провалилась в глубокий, тяжелый сон под мерный шум метели. Утро в «Эдельвейсе» наступило не по расписанию, а по велению уставших тел. Солнце, вынырнувшее из-за вершин после ночной бури, ударило в панорамные окна ослепительным светом, отражаясь от свежего, девственно-белого снега. Но внутри шале долгое время царила тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем напольных часов. Первой, как и ожидалось, проснулась Джису. Она приоткрыла один глаз, обнаружив себя в коконе из одеял, а рядом — Рози, которая сладко сопела, обнимая подушку. Джису аккуратно, стараясь не скрипеть кроватью, выбралась из постели. Вино и поздний ужин оставили легкую туманность в голове, но профессиональная привычка «быть в строю» взяла верх. Она накинула пушистый халат и, шлепая мягкими тапочками, отправилась на разведку к кухне. В огромной мансарде просыпались сложнее. Соён зарылась в одеяло по самые уши, пытаясь игнорировать яркий луч света. Минни и Миён спали «звездочкой», раскидав свои вещи по всей комнате. Дженни открыла глаза и долго смотрела в потолок, слушая, как внизу начинает шуметь кофемашина. В комнате было прохладно, и мысль о том, чтобы высунуть ногу из-под пледа, казалась кощунственной. Однако запах свежезаваренного кофе, который Джису уже вовсю пустила по вентиляции, сработал лучше любого будильника. Соджин проснулась от того, что Шухуа во сне закинула на неё ногу и что-то невнятно пробормотала про острые чипсы. Старшая мягко улыбнулась, погладив младшую по растрепанным волосам. Она чувствовала себя разбитой после вчерашнего марафона на дороге, но вид мирно спящей Шухуа действовал лучше любой терапии. Соджин осторожно высвободилась и, потянувшись до хруста в спине, тоже направилась на запах завтрака. В маленькой комнате №3 царило странное напряжение. Лиса проснулась ровно в девять — привычка спортсмена. Она лежала неподвижно, глядя на соседнюю кровать, где спала Рейчел. Та выглядела идеально даже после бурной ночи: волосы рассыпаны по подушке, лицо спокойное. Лиса бесшумно поднялась, натянула худи и, стараясь не смотреть на спящую девушку, выскользнула в коридор. Ей нужно было пространство. Когда Лиса спустилась вниз, она обнаружила там Джису, которая уже вовсю жарила тосты, и Соджин, методично нарезавшую фрукты. — О, выжившие подтянулись, — усмехнулась Джису, кивая Лисе. — Как голова? — Цела, — коротко ответила Лиса, принимая из рук Джису огромную кружку черного кофе. Она подошла к окну и замерла, глядя на заваленный снегом «Эскалейд». — Дорогу засыпало по колено. Сегодня будем разминаться на ближних склонах. Постепенно кухня наполнилась сонными девушками. Дженни спустилась последней, укутанная в свой неизменный кардиган, с волосами, собранными в небрежный пучок. Она молча села за остров, кивнув Лисе, которая стояла у плиты. — А где наши «герои джойстика»? — спросила Минни, сонно щурясь на солнце. Завтрак проходил в уютном полузабытьи. Джису выставила на центр острова гору золотистых тостов и те самые десерты с маскарпоне, которые за ночь в холодильнике стали еще вкуснее. Девушки тянулись к еде лениво, обхватывая кружки с горячим кофе обеими руками, словно пытаясь окончательно согреться после вчерашнего холода. — Нам нужно решить вопрос со снаряжением, — Лиса прервала тишину, постукивая пальцами по столешнице. — Доски есть только у меня, Чонгука и Соджин. Остальные ехали с пустыми руками. — И это проблема, — Соджин нахмурилась, придвигая к себе тарелку с фруктами. — Прокат находится у подножия основного подъемника, а это минут двадцать на машине вниз по серпантину. С учетом того, что дорогу за ночь превратило в сливочный пломбир, спускаться туда на «Эскалейде» дважды — сомнительное удовольствие. — Может, отправим одну машину со всеми размерами ног? — предложила Рози, пытаясь намазать джем на тост, не открывая полностью глаз. — Не получится, — Лиса покачала головой. — Ботинки нужно мерить. Если кому-то натрет ногу в первый же час, каникулы закончатся, не начавшись. Придется всем грузиться в одну машину. Дженни, молча наблюдавшая за разговором, наконец подала голос: — А до вершин сегодня вообще реально добраться? Ветер наверху выглядит сильным. Все посмотрели в окно. Высоко на гребне горы действительно крутились снежные вихри, напоминавшие флаги. — Нижние трассы точно открыты, — ответила Соджин, сверяясь с приложением курорта в телефоне. — Но до них еще нужно доплыть. Лиса, ты готова снова сесть за руль после вчерашнего? Лиса сделала долгий глоток кофе и посмотрела на Дженни. В этом взгляде промелькнула тень вчерашней решимости. — Куда я денусь? Только в этот раз я не хочу слышать нытья про музыку. Мы едем, берем снаряжение и сразу на склон. Разговор прервал грохот с лестницы. На кухню, пошатываясь и щурясь от яркого солнца, вывалились Чонгук и Тэхён. Они выглядели так, будто их только что достали из центрифуги. — Еда... — прохрипел Чонгук, целенаправленно двигаясь к запаху тостов. — И кофе. Ведро кофе, — добавил Тэхён, рухнув на свободный стул рядом с Миён. — Доброе утро, чемпионы, — съязвила Шухуа, пододвигая к ним тарелку. — Собирайтесь быстрее. Мы едем вниз за вашими лыжами и досками. — А можно мы просто останемся тут и будем смотреть, как снег падает? — Тэхён жалобно посмотрел на Лису. — Нет, — отрезала она, поднимаясь со стула. — Через сорок минут все должны стоять у машин в полной экипировке. Чонгук, ты идешь со мной откапывать выезд. Тэхён... ты просто постарайся не уснуть в сугробе. Дженни проводила Лису взглядом. Предстоял сложный спуск к прокату, и она знала, что Лиса снова возьмет на себя всю ответственность. Внутри росло странное желание подойти и просто сказать: «Спасибо, что везешь нас», но вместо этого она просто взяла еще один тост, стараясь не смотреть, как Рейчел заботливо протягивает Лисе её забытые на столе перчатки. Утро окончательно вступило в свои права, превращая «Эдельвейс» в шумный муравейник. Пока Лиса и Чонгук, вооружившись огромными снеговыми лопатами, найденными в гараже, вышли на передовую, в самом доме развернулась не менее масштабная подготовка. Снаружи было ослепительно. Снег после бури лежал ровным, тяжелым слоем, полностью скрыв колеса внедорожников. Лиса, в черной термокуртке и плотно надвинутой шапке, работала ритмично и быстро. Она вонзала лопату в сугроб, откидывая тяжелые пласты снега так легко, будто это была сахарная пудра. — Гук, не жалей сил, нам нужно расчистить выезд под углом, иначе «Эскалейд» просто сядет на пузо, — скомандовала она, вытирая пот со лба. Чонгук, который вначале пытался превратить раскопки в шоу и пару раз шутливо завалил Тэхёна снегом, под строгим взглядом Лисы быстро включился в работу. Тэхён же, верный своей роли документалиста, прыгал вокруг них, то и дело проваливаясь по пояс. — Это кадры на миллион! — кричал он, снимая, как Лиса, напрягая мышцы спины, выталкивает огромный снежный ком. — Манобан против Арктики! Победа за нами! В это время в верхней комнате-общежитии царил организованный хаос. Дженни, Соён, Минни и Миён пытались одновременно найти свои термоноски, кремы от солнца и шлемы. — Кто-нибудь видел мою левую перчатку? — ворчала Соён, перерывая гору вещей на кровати. — Она под твоим сноубордическим ботинком, — отозвалась Миён, которая уже вовсю наносила защитный SPF, глядя в маленькое зеркальце. В этот момент дверь в мансарду тихо приоткрылась, и на пороге появилась Рейчел. Она уже была полностью одета в свой белоснежный лыжный костюм, который сидел на ней безупречно, но выглядела она немного растерянной. — Девочки, можно я побуду у вас? — спросила она, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Лиса ушла на улицу, и мне как-то... одиноко в той маленькой комнате. Там слишком тихо. Дженни, застегивавшая в этот момент молнию на своих черных брюках, замерла. Она почувствовала мимолетный укол жалости вперемешку с раздражением. — Проходи, — бросила Минни, освобождая место на краю своей кровати. — У нас тут всё равно филиал склада, одним человеком больше — незаметно. Рейчел присела, наблюдая за тем, как девушки собираются. — Лиса такая строгая сегодня, — тихо сказала она, обращаясь ко всем сразу. — Она почти не разговаривала со мной утром. Только выпила кофе и ушла за лопатой. Вы всегда так активно отдыхаете? — С Лисой по-другому не бывает, — ответила Соён, наконец-то найдя перчатку. — Если она решила, что мы сегодня катаемся, значит, мы будем кататься, даже если с неба начнут падать камни. Спустя полчаса за окном раздался победный рев двигателя — Лисе удалось завести и выгнать «Эскалейд» на расчищенный пятачок. — Эй, копуши! — донесся её голос снизу, усиленный эхом гор. — Либо вы спускаетесь сейчас, либо я уезжаю без вас, и будете идти до проката пешком по сугробам! Девушки дружно схватили шлемы и куртки. — Всё, началось, — вздохнула Минни, подталкивая Рейчел к выходу. — Капитан Манобан теряет терпение. По коням! Они высыпали на крыльцо, щурясь от яркого солнца. Лиса стояла у открытой двери джипа, раскрасневшаяся от работы, с лопатой на плече, напоминая какого-то северного воина. Её взгляд скользнул по вышедшим девушкам, на секунду задержался на Дженни, а затем она резко скомандовала: — Прыгайте внутрь. Чонгук, Тэхён — вы назад, в «багажный» отсек. Едем за снарягой! Спуск к подножию горы напоминал сюжет из молодежной комедии десятилетней давности, когда двенадцать человек пытались втиснуться в один, пусть и очень большой, автомобиль. Лиса снова заняла место пилота, уверенно сжимая руль и поглядывая в зеркало заднего вида, где царило настоящее столпотворение. Лиса, сосредоточенно хмурясь, вцепилась в руль, ведя тяжелый внедорожник по обледенелому серпантину, а рядом с ней пристроилась Рейчел, которая то и дело переключала треки на iPod, пытаясь угодить всем сразу. На втором ряду, зажатые, расположились Соджин с Шухуа на коленях, Джису, Рози и Дженни, которая сидела у самого окна, прижавшись лбом к холодному стеклу и наблюдая, как мимо пролетают заснеженные ели., а в самом конце, на третьем ряду, буквально на головах друг у друга и с сумками устроились Соён, Минни и Миён. Но самое веселое происходило в багажном отделении: Тэхён и Чонгук, обложившись мягкими чехлами от досок, чувствовали себя там королями положения. Тэ не выпускал из рук камеру, снимая, как за окном мелькают заснеженные ели и как смеются девушки, пытаясь удержать равновесие на резких поворотах. Когда «Эскалейд» наконец замер у дверей проката, салон взорвался восторженными криками и суетой. Как только двери распахнулись, из багажника первыми выскочили Тэхён и Чонгук, причем Тэ едва не выронил камеру, пытаясь запечатлеть «эпичный выход» затекших друзей. Внутри проката, пахнущего свежим воском и горячим кофе, работа закипела мгновенно. Лиса, Соджин и Чонгук, как самые опытные, взяли на себя роль кураторов, но настоящим сюрпризом для всех стала Соён. Обычно молчаливая и отстраненная, она вдруг преобразилась: её глаза азартно блестели, когда она со знанием дела проверяла жесткость ботинок и угол наклона креплений. Вскоре выяснилось, что компания разделилась на два лагеря. Лиса, Чонгук, Соджин, Минни и Соён уверенно выбрали сноуборды — это была их стихия, полная драйва и стиля. Остальные же предпочли лыжи. Вид Дженни, Рейчел, Минни, Джису и Миён в полной горнолыжной амуниции вызвал у опытной части компании массу эмоций: девушки выглядели как модели из каталога зимней моды. Лиса долго и тщательно помогала Рейчел застегнуть тугие ботинки, пока Дженни, стоявшая в паре метров, делала вид, что очень занята изучением своей пары лыж, хотя её взгляд то и дело соскальзывал в их сторону. Когда пришло время загружаться обратно, началась самая сложная часть — логистический кошмар. Сноуборды и лыжи нужно было закрепить на рейлингах на крыше машины. Лиса и Чонгук запрыгнули на подножки «Эскалейда», принимая тяжелую экипировку снизу. Тэхён, балансируя с камерой в одной руке, другой подхватывал лыжи Минни и Джису, подшучивая над тем, что их багаж теперь весит больше, чем сама машина. Соджин подавала доски, работая в паре с Шухуа, которая не переставала восхищаться тем, как круто её девушка выглядит в спортивной куртке. Наконец, когда последняя доска была надежно зафиксирована, а Тэхён заснял финальный кадр погрузки, Лиса спрыгнула на снег и громко хлопнула в ладоши, призывая всех к порядку. - Всё, — скомандовала она, — экипировка на борту, можем ехать к подъёмнику.