Consequences / Последствия

Когда они вернулись в отдел с выезда, закончившегося перестрелкой, RK900 впечатал Рида в стену пустого коридора. — Какого черта, Найнс? Рид попытался вырваться, но сильная рука андроида внезапно сжала его челюсть, вдавливая затылком в стену, кончики пальцев больно впились в загривок. RK900 все еще держал пистолет, направив дуло в пол. — Это было очень глупо, детектив, — произнес он. Нарочито холодный тон скрывал бурю под маской мнимого спокойствия. Диод, безумно полыхавший красным цветом, только подтверждал это. — И? — Гэвин откинулся назад, скользя вниз по стене так, чтобы не вжиматься пахом к паху Найнса. Он и так проебался, а разъяренный, так грубо сдавливающий его тело андроид, заставлял его член твердеть еще сильнее. — Ты мог умереть, — чертовски близко рычит Найнс, жалкие пара сантиметров разделяли их, а карие глаза смотрели пронзительно в упор. Гэвину было чертовски сложно совладать с собой под этим взглядом, чтобы не начать извиваться. — Но я жив, и к тому же спас твою задницу, разве нет? — сострил он, пытаясь скрыть нервозность. — Не в этом дело, — говорит мрачным голосом RK900 и крепче сжимает челюсть Гэвина, заставляя того выпрямиться, чтобы лица оказались ровно друг напротив друга. Сглотнув, Гэвин старался держать голос ровным: — Тогда в чем? На долгие секунды коридор пронзила тишина. Напряжение витало в воздухе и с каждой гребаной секундой разрасталось. А затем Найнс накрыл рот Гэвина грубым, жарким поцелуем, заявляя на него право каждым движением губ и языка. Рид простонал в поцелуй, позволяя андроиду делать все, что тот захочет, и попытался прижаться ближе, в штанах уже было тесно. — Я мог потерять тебя, — тихо признался Найнс и отстранился, прислонившись лбом ко лбу детектива. Он был до странности уязвим. — Думал, ты будешь рад избавиться от меня, — пошутил Рид и понял, какую ошибку совершил. Он совсем не то хотел сказать, но было поздно, а он повел себя как мудак. Особенно после, и до того редкого, признания Найнса. Если бы взгляды убивали, от Гэвина б осталась только горстка пепла. Андроид оттолкнул его в стену, и отступил назад. Уже уходя, он плюнул, обернувшись: — Увидимся дома. — Детка, подожди, стой. Блять, Найнс! — Гэвин кричал ему вслед, но андроид уже был за углом вне поля зрения. Ударить стену кулаком в отчаянии оказалось еще одной провальной затеей, когда боль пронзила палец, Гэвин молился, чтобы он не был сломан. Это были выматывающие несколько часов, до того как Гэвин поднялся вверх по лестнице в их общую квартиру, лифт был сломан уже больше трех недель. Он повернул ключ в замке и, прежде чем ступил на порог, мысленно приготовился к ярости партнера. — Детка, я дома… — Гэвин осторожно прошел в квартиру, замечая андроида за небольшим обеденным столом. Найнс глянул на него сквозь страницы дела, которое изучал. — Детектив, — холодно ответил и вернул взгляд обратно, продолжая работать. Гэвин вздрогнул, когда снял куртку, а затем повесил ее на крючок. Он возился несколько минут, обдумывая, что может приготовить из остатков в холодильнике, покормил кошку, проверил небольшую стопку писем на столешнице. Он бросал взгляд на Найнса несколько раз, пока крутился на кухне, и андроид ни разу, ни одного, не обратил на него внимания. Они постоянно ссорились, но это было их фишкой, своеобразным языком любви. Когда же они ругались по-настоящему, у Гэвина было чувство, будто кто-то вонзил осколок льда ему прямо в сердце — то еще дерьмо. Рид был ужасен, когда дело касалось отношений. Он разрушал то, что у него было, и обычно, чувствовал себя херово первое время, а затем переступал ступень и двигался дальше. Но, будучи с Найнсом, все было по-другому. Гэвин ума приложить не мог, как именно, но эти отношения работали. Найнс мирился с его дерьмовым характером, и более того, Гэвин действительно старался быть лучшим напарником, партнером и человеком в принципе — никто и никогда не заставлял его хотеть меняться. Стоит ли говорить, что он будет полностью разбит, если Найнс решит расстаться с ним. К сожалению, Гэвину Риду не хватало ума по части эмоционального интеллекта, чтобы суметь выразить что-либо из этого андроиду, и, вместо того, чтобы сказать, что следовало, он только тяжело вздохнул, а после, не зная как еще достучаться, взмолился: — Блять, да наори ты на меня уже наконец, чтобы я мог вернуть себе своего парня! — Нет, — отрезает Найнс даже не взглянув. — Да почему? — вскрикивает Гэвин. Найнс медленно поднимает взгляд и упирается им прямо в Рида, и отвечает низким голосом: — Потому что ты не заслуживаешь ласки, прежде чем я вдолблю в тебя хоть каплю здравого смысла. Резко вдохнув, Гэвин почувствовал, как каждая клетка крови начинает разгораться от слов андроида. Их отношения начались с грубого секса, и такой секс был по-прежнему среди его любимых, особенно с Найнсом, который не боялся доводить его до граней боли и наслаждения, давя на все чувствительные точки по пути. — Я закончу через две минуты и сорок одну секунду… И жду, что к тому времени ты будешь готов, — объявил Найнс, снова возвращаясь взглядом к страницам дела. Когда Гэвин просто стоял там, сглатывая — похоть сковала его тело — Найнс снова заговорил: — Две минуты тридцать секунд… Это расшевелило Гэвина. По пути в спальню, он сбросил обувь и начал раздеваться. Когда он снимал футболку, закрыв себе обзор на все вокруг, он чуть не наступил на кошку. Добравшись целым и невредимым до спальни, Гэвин достал смазку, сбросил оставшуюся одежду, сел на край кровати. И ждал. Он был возбужден второй раз за день, кончики пальцев подрагивали от нетерпения. В голову пришла мысль начать играться с собой, но Рид быстро понял, что это плохая идея. Найнс и так был на пределе. К счастью, ждать долго его не пришлось. Найнс ледяным взглядом прошелся по обнаженному телу Гэвина, заставляя дрожать и вместе с этим, распаляться еще больше. Закусив губу, Гэвин наблюдал, как андроид методично расстегивает рубашку, приспускает штаны и достает уже полувозбужденный член. Найнс обхватил его одной рукой, а другой засунул два пальца Гэвину в рот. — Соси, — приказал он, и Рид начал сосать пальцы с таким старанием, как если бы от этого зависела вся его жизнь. — Ммм, — хрипло промычал Найнс, не сводя глаз с зрелища. Найнс медленно придвинулся ближе к кровати и поманил Гэвина к себе, одним плавным движением сменил пальцы во рту на член, скользя головкой по блестящим от слюны красным губам. Свободной рукой андроид схватил темные волосы Рида и крепко сжал их, вызвав у того приглушенный стон, вслед за которым последовал более громкий, когда он толкнулся членом глубоко в глотку. Член Гэвина был до боли твердым к тому моменту, когда Найнс трахал его в рот. Блестящая капля слюны стекала из уголка рта, а в глазах щипало от слез из-за настигнувшего рвотного рефлекса, и все же, Гэвин боролся с диким желанием потрогать оставленный без внимания член. Все о чем он думал: блятьдаиспользуйменяеще. Можно подумать, это было наказанием. В какой-то степени да, но оба знали, что к тому времени, как Найнс будет трахать глотку Гэвина, он уже будет в нескольких толчках от разрядки, потому что Гэвину так нравилось, когда член — особенно Найнса — вбивался ему в рот. Настоящим же наказанием было то, что Найнс сдерживал практически каждую реакцию, казался таким же спокойным и собранным, каким был в отделе. Время от времени был слышен вздох, но, кроме красного диода на виске и твердого члена во рту, ни единой эмоции. И Гэвин ненавидел это. Это было еще одним напоминанием, что Рид проебался и причинил боль андроиду, и в этом проблема. Только так они решали проблемы в отношениях. Медленно, но верно посыл все же доходил до него. Движения бедер Найнса внезапно стали хаотичными и Гэвин был готов глотать. — Ах! — Найнс застонал, вгоняя свой член как можно глубже, изливаясь Риду в глотку. Мгновение спустя, андроид откинулся от него, дернул за волосы к себе и запустил язык в рот. Ватные ноги не держат, по члену стекает смазка, разум полностью затуманен и Гэвин хватается за края расстегнутой рубашки Найнса. Когда андроид целует Рида, сплетаясь языком, он чувствует свой вкус во рту детектива. Покончив с ласками, Найнс отстранился и отпустил волосы Гэвина, позволяя ему упасть на кровать. — Найнс, я… — севшим голосом начинает Гэвин и не успевает договорить. — Хочешь использовать стоп-слово? — резко обрывает его Найнс. — Нет, я… — Отлично, тогда закрой рот и отвернись, я еще не закончил. Гэвин сдался, понимая, к чему клонит Найнс и надеялся, что если будет хорошо себя вести, тот позволит ему кончить в скором времени. Он лежал у края кровати, склонившись на предплечья задницей кверху и ждал. — Не двигайся, — строгим тоном произнес Найнс. Краем взгляда, Гэвин заметил, как андроид взял смазку, затерявшуюся в простынях, затем услышал щелчок крышки и его ноги раздвинулись шире сами собой. Иногда он не мог поверить, насколько сильно хотел этого, каким нуждающимся делал его Найнс, каким послушным он становился с ним. В любом случае, Рид принимал его всем сердцем, без лишних мыслей, и реагировал только на крепкое тело вне зависимости от положения. Гэвин предчувствовал удар по ягодице, но вздрогнул от неожиданности. Шлепок отдался дрожью по всему телу, заставляя член пульсировать, громкий стон вырвался из его рта. На месте удара все еще покалывало, когда влажный палец коснулся кольца мышц, давление заставляло скользить его внутрь и обратно. — Ммммфф, — Гэвин терзал губы, он обожал когда Найнс так делал, эта зона была более чувствительной, чем остальные, что заводило еще больше. Вероятно, андроид не собирался с ним нежничать, потому что коснувшись кожи еще раз, он проник пальцем внутрь наполовину, Гэвин резко вдохнул. Еще спустя немного времени толкался глубже с каждым движением, пока палец не стал свободно двигаться, бедра Рида неслабо потряхивало. Его растягивали так быстро и так широко, насколько это было возможно. Спустя секунду, чувствуя пустоту, Гэвин осознал, что был растянут только на два пальца. Черт, Найнс был по-настоящему взбешен. Гэвин дрожал в предвкушении, зная, что когда Найнс войдет в него, в глазах стемнеет от ощущений. Вошел, это еще мягко сказано, Найнс буквально насадил Гэвина на член, заставляя поперхнуться воздухом с так и не вырвавшимся «блять». Было слишком, и от этого сносило крышу, член Гэвина только подтверждал это, смазка обильно стекала на простыни. Найнс громко рыкнул, но в остальном сохранял почти полное молчание, изменилось только его дыхание, которое участилось, чтобы сохранять системы охлажденными. У Гэвина была минута, чтобы привыкнуть, а следом Найнс задал мучительно быстрый темп, вкладывая чувства в каждый толчок. Сжимая одеяло до побелевших костяшек, Гэвин чувствовал, что близок к разрядке. Слишком быстро, но Найнс точно знал, как доставить ему удовольствие, и Гэвин был весь во власти андроида. Он был уже готов кончить, но Найнс внезапно остановился, время замерло, заставляя Гэвина повиснуть на краю, так и не достигнув пика. Он даже не понял, что издал жалобный стон, пока Найнс не ответил: — Еще рано. К тому моменту Гэвин уже знал, что Найнс хочет с ним сделать. Он собирался заставить его страдать от удовольствия, мучить до тех пор, пока не будет готов позволить Гэвину кончить. И только одна мысль об этом чуть не заставила сойти с ума. И он был прав. Найнс оттрахал его до предела еще три раза, и Гэвин превратился в трясущееся месиво, едва способный мыслить, только хрипло стонать. — Пожалуйста, — сумел выдавить он между стонами. Найнс обхватил Рида за горло, тазом вдавливая его задницу в кровать. — Когда ты поймешь, насколько ты для меня важен? — и лишь одно это предложение отражало суть, ради чего все это затевалось, именно так они решали конфликты. Сейчас в основном говорил Найнс, поскольку Гэвин был слишком занят, давясь собственной слюной, находясь не в состоянии ответить. Слова едва улавливались в его затуманенном похотью сознании. — Я даже не должен был позволить тебе кончить, может быть так ты что-то понял, — продолжил Найнс, хотя по его голосу было заметно, что длительный секс вымотал его. Гэвин простонал, но было ли это имя Найнса, его мольбы, а может смесь из двух, даже он не мог точно сказать. Обычно Найнс хвалил его, как долго он держится и как хорошо справляется, но в этот раз все было иначе. Найнс молчал, еще раз подтверждая посыл, который он пытался вбить в Гэвина. — Мне нужно, чтобы ты понял, Гэвин, — голос Найнса был едва различим, но в нем снова чувствовалась та уязвимая нота, и до крошечной части сознания, все еще не потерявшей связь с реальностью, наконец дошло. Нашарив руку Найнса, придерживающую его на кровати, Гэвин переплел пальцы и сжал. Найнс облегченно вздохнул и напряженность, достигшая предела в спальне, сошла на нет. Прижавшись лбом к спине Гэвина, Найнс замедлился, толчки были все еще сильными, но не такими грубыми, а его рука, сжимавшая горло, расслабилась, скользнула вниз, и он обхватил такой чувствительный до боли член Гэвина. Гэвин захныкал и Найнс поспешил успокоить его: — Тише, детка, теперь ты можешь кончить, — его голос звучал еще более разбито, чем несколько минут назад. Невероятно хорошо было снова ощутить на себе теплую, сильную руку, но лучше этого только то, что Найнс снова стонал и неразборчиво шептал что-то в спину — то, чего Гэвин был лишен весь вечер. Потребовалось всего несколько быстрых движений рукой, а затем оргазм прошиб все его тело, распространяясь до самых кончиков пальцев, до белых вспышек перед глазами. Он издал звук, похожий на крик, а после перешедший в хриплые всхлипы, его грудь вздымалась с каждым глубоким, судорожным вдохом. Черт возьми. Он ощутил, когда Найнс кончил в него, а затем, они повалились на кровать. В тот момент Гэвин был настолько выебанным, что был не в силах обращать на что-либо внимание. Первое, что он заметил, когда пелена сошла с глаз, это диод Найнса, который горел спокойным голубым. Кажется, ярость отступила. Следом он обратил внимание на то, что они лежали рядом, посреди кровати, видимо Найнс переместил их, пока Рид приходил в себя. Андроид выглядел умиротворенно, когда Гэвин прижался к нему, положив голову на голый торс, приобняв одной рукой. Даже не моргнув глазом, Найнс аккуратно гладил ладонью по спине вверх-вниз, и черт, это не могло не нравится — само движение и с каким чувством он это делал. Разговор был не окончен, хотя Найнс уже сказал, и даже показал, чего хотел. Казалось, он больше не злится, но Гэвин считал нужным попросить прощения, показать, что он стоит того, чтобы Найнс мирился с ним и признать то, чего не признавал раньше. — Мне так жаль, детка, — наконец Гэвин выдавил из себя слова, а следом коснулся идеальной, сильной груди андроида в легком поцелуе: — Я вел себя как мудак… Я постараюсь это исправить, обещаю. Найнс вздохнул и поцеловал Гэвина в макушку: — Я знаю. Ты просто не думаешь о последствиях. Ты говоришь и делаешь, даже не задумываясь, как это затронет кого-либо. — Я никогда не был так важен для кого-то, чтобы думать об этом, — признал он. — Теперь важен, так что веди соответствующе. И это…он даже не думал, что подобные слова могут ударить так сильно. Найнс действительно, по-настоящему беспокоился о нем, даже больше, чем Гэвин мог осознать это. Вместе с пониманием пришло и его собственное прозрение. Это чувство уже давно сидело в нём, но он…не знал, что это такое? Не замечал? В любом случае, теперь он понял. Он оторвал голову от груди Найнса, чтобы взглянуть тому в глаза, и не встретил взгляда чужих карих глаз. — Черт…ты для меня важен, Найнс, — тихо проговорил Гэвин, уткнувшись тому в грудь, — очень. — Я знаю, Гэвин, — Найнс приподнял одним пальцем подбородок детектива, - Хотя это приятно слышать от тебя. Рад, что ты это понял. Гэвин готов был заткнуть своего парня, чувствуя как румянец заливает шею, но слова застряли до того, как успели вырваться, когда Найнс поцеловал его. Этот поцелуй был нежнее всех тех, что были у них до этого, настолько чувственный, что у Гэвина защемило в груди и перехватило дыхание. Он растворился в поцелуе так, как никогда раньше, он даже не думал, что вообще сможет так довериться кому-то, но он мог позволить себе это с Найнсом, возможно, он мог позволить даже больше… Да, черт возьми, андроид значил для него больше, чем кто–либо из людей когда-либо, и он обязательно найдет способ показать, и возможно, даже сказать об этом. Самой главной задачей теперь было не разрушить все.