Да, как так-то!

Она скрылась за дверью, а я сел на громадную кровать и уставился в одну точку. Что мне надо делать? Отдать ей свою кровь? Она же не убьет меня, когда заберет энергию? Что она будет делать со мной два часа? Пытки? Насколько это будет больно? Я выдержу? Мне было так страшно, что я зажмурился и попытался настроить себя на боевой лад. Я делал это ради общего блага и не должен паниковать. Но тело дрожало само по себе, я никак не мог успокоиться. Я так сильно был погружен в свой страх, что не заметил, как Кела вышла из ванной и встала предо мной на одно колено. Я почувствовал, что она дотронулась до моей руки и открыл глаза. Сейчас она выглядела иначе, как обычный человек. Рога превратились в длинные светлые волосы, крылья исчезли, а обнаженное тело было настолько красивым, что я покраснел от смущения. — Я благодарю тебя за твою жертву, — сказала она уверенно и прижала мою руку к своему лбу. Видимо, это был жест почтения в их мире. — Ты смелый и отважный, я приму твой дар и сделаю все, чтобы защитить твой мир. Я буду сражаться до последней капли крови. — Хорошо, — ответил я, завороженный ее глазами цвета морской волны, — что мне нужно делать? — Я все сделаю сама, не противься мне, отдай свою силу добровольно. — Да, я понял, — я зажмурился и приготовился к тому, что меня будут выжимать как апельсин. — Не бойся, я буду аккуратной, — прошептала Кела мне на ухо и повалила меня на кровать, придавливая своим телом. Мое лицо вспыхнуло от смущения, когда ее ловкие руки расстегнули мою рубашку и добрались до ремня джинсов. — Я, я, я …- мой язык не хотел двигаться от смущения и страха, — что ты делаешь? Кела удивленно посмотрела на меня и поцеловала, успокаивая. — Я заберу твое семя, в твоем мире это приятное занятие. Вы зовете это сексом. — Что? — я конечно ожидал, что меня выпотрошат, но не ожидал, что в такой форме. — Нетронутая сексуальная энергия самая мощная, она дает новую жизнь. Ты мужчина и твоя сила в твоем семени, миллион маленьких жизней соединены в этой жидкости и превращаются в целительную энергию. Ты отдашь мне ее? — Эммм, да. Кела улыбнулась и поцеловала меня снова. Я понятия не имел, что мне делать. Теоретически я представлял себе этот процесс, в мире интернета было не сложно узнать, как это происходит между мужчиной и женщиной, но как делать это вживую с получеловеком на ютубе вряд ли есть ролики. — Расслабься, я не сделаю тебе больно. Я заметил, что Кела уменьшилась в росте. Теперь она была всего на голову выше меня и ее тело стало более женственным, мягким и приятным. Я предположил, что она может менять форму, подстраиваясь под тот мир, в котором пребывала. А может она считывала образы в моей голове и осуществляла мои фантазии? Я думал совершенно не о том, что нужно, и она это заметила. — Прикоснись ко мне, — сказала она ласково и притянула мою руку к себе на грудь, — тебе нравиться? — Да, ты очень красивая. Ее грудь была пышной, с идеально ровными ореолами розовых сосков. Я завороженно наблюдал как мои руки сжимают два бугорка и холмики грубеют от этого прикосновения. Кела восседала на мне сверху и расстёгивала брюки. Ее ловкие пальцы обхватили мой уже затвердевший стержень и провели по нему от начала до конца. Мне было не просто неловко, я готов был провалиться под землю от стыда. Чем сильнее я возбуждался, тем более неумелым себя чувствовал. Кела, казалось, не обращала на мое смущение внимание. Она целовала мои задеревеневшие от страха уста, ласкала руками мою плоть и отдавала всю свою мягкость и нежность в мои руки, но это не помогало. Ее язык очертил контур моих губ, прося разрешение войти. Я открыл рот и со стоном выдохнул все свое напряжение. Она была такой умелой и опытной, что я плавился под ее натиском. Я никогда в жизни не испытывал ничего похожего. Мое тело мне не принадлежало, кожа горела в том месте, где к ней прикасались ее руки. Все мое нутро требовало большего, но я не знал чего. Это был инстинкт, свойственная мужчине жажда: завоюй, подчини, заполни. Я прижал руками ее голову еще ближе, мои бедра толкались вверх все сильнее, в ее руках я превращался в похотливое животное и мне было так хорошо от этого. Кела выпустила мой язык из плена и начала осыпать поцелуями мое лицо. Я ощущал, как ее губы оставляют мокрые следы на моих щеках, подбородке, шее. Она спускалась все ниже и ниже и, когда я осознал, что ее голова опасно близко к чувственному месту, было уже поздно останавливать. Горячее дыхание опалило мое достоинство и спустя мгновение горячий рот поглотил меня целиком. Я сжался от переизбытка чувств и выгнулся дугой. Мурашки прошлись по позвоночнику, и удовольствие, граничащее с помешательством, затуманило мой разум. Пальцы ног сжались в спазме, и весь я был натянут, как струна, готовый лопнуть от переполнявшего меня удовольствия. Она принимала меня глубоко и сильно стимулировала языком головку, я не выдержал и минуты, прежде чем изверг все накопившееся вожделение ей в рот. Мое обмякшее тело расслабленно растеклось на кровати. Я не мог открыть глаза, веки были тяжелые, как и мое дыхание. Но времени отдохнуть мне не дали. Кела перевернула меня, словно я был игрушечным, на бок и стала осыпать поцелуями шею, сжимать мои соски между пальцев, ее сладкое дыхание вызвало во мне новый прилив желания. Я был в таком блаженстве от ее полушепота на ухо, нежных прикосновений и возбуждающих движениями по телу, что уже без смущения стонал и извивался, требуя продолжения. Ее ласка была томительной, удовольствие нарастало, и вскоре мой член был готов к еще одному раунду. На этот раз я оказался сверху. Ее ноги крепко сжимали меня за талию и притягивали ближе. Если бы это было в другое время, я бы растерялся и не понимал, что делать. Но сейчас я был на грани экстаза и тело само знало, что ему требуется. Я толкнул себя вперед и ахнул от фееричности происходящего. Ее лоно было горячим и обволакивало меня своей нежностью. Мой член оказался в плену и не хотел покидать его, поэтому я толкнулся еще дальше и это спровоцировало ее реакцию. Кела простонала от удовольствия, и я кончил только от звука ее голоса. Это было неожиданно и слишком быстро. Желание услышать снова ее протяжный стон взяло вверх над физиологией, и я стал двигаться в ней активнее, заставляя свой орган твердеть в процессе. Ее лицо было прекрасно, глаза затуманены желанием и это было самое волнующее зрелище, и виновником этого был я. Это стало лучшим афродизиаком и мой член воинствующе атаковал желанное тело. Я входил в нее глубоко, под разными углами, прислушивался к дыханию, чтобы уловить тот самый момент, когда ей становиться хорошо. Это была схватка и я хотел выйти из нее победителем. В комнате стало жарко, наши тела терлись друг о друга, высвобождая в воздух запах возбуждения Феерия страсти закончилась мощным оргазмом. Стенки ее влагалища сжали меня в спазме так сильно, что я не выдержал и кончил следом. Пульсация от наслаждения еще долго ощущалась внутри горячего лона. Выходить из нее не было сил, да и она не отпускала меня, сжимая в своих объятиях и притягивая мокрую от пота голову к себе на грудь. — Так хорошо, — промурлыкала она мне, целуя мою макушку, — ты потрясающий. — Ха, — отозвался я, понимая, что ее комплемент явно сказан, чтобы поддержать мой моральный дух, — ну, конечно. — Не веришь? — удивилась она. — Я обычный и знаю это. — Нет, ты особенный. Я поднял голову и посмотрел в ее глаза, пытаясь найти в них признаки лжи. — Тебе не обязательно так говорить, я все понимаю. — Смотри, — сказала она и перевернулась. Теперь она возвышалась надо мной и за ее спиной раскрылись большие крылья, которые полностью исцелились, — это сделал ты. — Ты такая красивая, — с восторгом ответил я. — Я отражение тебя. — Что это значит? — Мой внешний вид соответствует твоим ожиданиям. Я спроецировала образ из твоей головы и создала это лицо и тело. — Значит, ты моя фантазия? — Я увидела твое желание и воплотилась в нем, теперь я буду выглядеть так, пока я в этом мире. — Ты можешь читать мои мысли? — Нет. Не совсем. В вашем мире информация передаётся по воздуху, я ее вижу и могу понять. Так я научилась говорить на вашем языке, мне понятны ваши термины и слова. Но информации много, она хаотична и разрознена, не так просто собрать все воедино. Нужно больше времени, поэтому я собираю только нужное мне в данный момент. Людей я считывать не могу. Но с тобой все иначе. Я увидела в твоей голове образ и применила его на себя. — Удивительно. — Ваш мир очень разнообразен, эмоции глубокие, их трудно понять сразу. Мы существа гораздо более простые. Говорим, что думаем, не скрываем, как вы, свои чувства. Поэтому мы не знаем, что такое смущение или стыд. А вот в тебе этого много. — Я отличаюсь от большинства. Мне не хватает уверенности в том, что я делаю. — Твое ядро очень сильное, ты умеешь противостоять судьбе. Это черта воина. — В вашем мире, я бы был, как ты. — Да, ты мог бы выбрать такую судьбу. — Какой он твой мир? — Там спокойно, нет ссор, болезней, несправедливостей. Мы живем в гармонии с природой и чтим законы равенства. Но не все такие, есть другие виды, жестокие и жадные, они порабощают слабые миры и высасывают их ресурсы. Поэтому воины существуют, как противовес этому злу. — У тебя есть семья, любимый? — Не совсем так, как у вас. В моем мире мы рождаемся не из тела, а зарождаемся в сосуде созидания. У нас нет родителей, но есть те, кто дают свою энергию для сотворение новой жизни. Нет органов, который вынашивает ребенка, но есть яйцо, в котором мы растем и развиваемся до того момента, когда наступает время выбрать судьбу, тогда мы выходим в мир. У нас есть понятие рода, но нет привязанностей — только так мы можем выполнять свое предназначение. — Значит, там по тебе никто не скучает? — Да. — Мне грустно от этого. Когда все закончится, я хочу, чтобы ты знала, что есть кто-то кто ждет тебя. Это буду я. — Ты все забудешь, как только купол падет, все твои воспоминания исчезнут. — Почему? — Чтобы не нарушать равновесие сил. Не всем под силу знать правду. Она тяжким бременем ляжет на плечи и будет разрушать жизнь, забвение — это лекарство. — Но мое тело будет помнить тебя, как такое возможно забыть? — Может быть, я сделаю так, чтобы ты помнил только хорошее. Кела потянула меня вверх, оседлала мои колени и сцепила ноги за моей спиной. Ее разгорячённая плоть призывно терлась о мой пах, и мой орган отреагировал тут же. Я приподнял ее бедра и насадил на эрегированный член, растягивая стенки уже сжавшегося желанного местечка. Ее крылья затрепетали от удовольствия, когда я толкнулся вглубь. Это придало мне уверенности, что я делаю все правильно, поэтому я насаживал ее все глубже и входил в нее сильными толчками. Наслаждение граничило с грубостью, оно распаляло огонь желания сильнее с каждой фрикцией. Хлюпающие звуки заглушались нашим громким дыханием. Ее спина покрылась испариной и мои руки скользили по гладкой коже, поэтому я зажал ее талию в тиски и со всей силы врезался в ее податливое тело. В момент оргазма ее крылья раскрылись во всю ширину и напряглись. Кела со стоном упала в мои объятия, но не прекращала сжимать внутренние стенки, и вскоре мое семя выплеснулось глубоко внутри. Я чувствовал, как утопаю в ее объятиях, слышал, как сильно бьются наши сердца, ощущал ее изнутри — все это было настолько нереально, что казалось, что я сплю. — Ты мне нравишься, — прошептала она мне, — хочу, чтобы этот миг не заканчивался. — И мне, — коротко ответил я. Сил на большее уже не было. По телу разливалось тепло от ее слов. Никогда бы не подумал, что буду так счастлив услышать что-то подобное от пришельца. Неужели во вселенной нашелся кто-то, кому я нравлюсь, разве это не чудо? Кела была полна сил продолжать соитие дальше, но я уже не мог двигаться. Полностью истощенный, я упал на кровать, и мой разум тут же начал проваливаться в сон. Я ощущал ее прикосновения, от которых было так хорошо, что стоны сами вырывались из груди. Я словно парил в блаженстве и растворялся в ее нежности. Что было потом, я уже помнил с трудом, мое тело вертелось в разные стороны и изгибалось по прихоти ненасытной женщины, я сгорал от удовольствия и уже не мог выносить эту пытку, поэтому умолял прекратить. Я был в бреду, но сознание еще цеплялось за тактильные ощущения и пыталось остановить это безумие. В какой-то момент мне показалось, что все мое тело зажато в тесную коробку. Я чувствовал давление ото всюду. Каждая частичка моего тела была поглощена и стимулировалась ежесекундно. Я ощущал ее язык в своем рту, стеночки ее горячего лона ласкали мой пенис, ее руки и ноги обвивали все мое тело. Я ощущал, что давление в какой-то миг стало болезненным, так словно она вторгалась туда, куда не должна была, но остановить безумие было невозможно. Мое удовольствие достигло пика, и я отключился. Я не знал, сколько прошло времени, но, когда открыл глаза, на улице всходило солнце. Его лучи пробивались сквозь желтый купол и согревали своим теплом. Я встал с кровати и отправился в душ. Из зеркала на меня смотрел не я.