Достаточно

      Они ещё долго пролежали в кровати, нежась в объятиях друг друга.       Для каждого из них это был новый опыт и им нужно было его обсудить. Только никто не знал с чего можно начать.       — И много девушек у тебя побывало в постели? — ни с того ни с сего спросил Даррен, выглядя при этом взъерошенным злым воробьем.       — Не ревнуй, — с широкой улыбкой ответил Вик и притянул свою забияку к себе, прекрасно понимая, что тот начал это не ради скандала, а просто из-за смущения. — Только Летиция, и то, только ради поддержания имиджа «героя».       — А зачем тебе этот имидж?       — Да, больше то и не за чем. — Даррен удобно улёгся на груди Вика, в ожидании смотря ему в глаза, и тот продолжил: — Десять лет назад мои родители послали запрос на предсказание в астрологическую башню. Они делали так со всеми своими сыновьями в ожидании чуда и гласа свыше. Ожидаемое чудо к ним пришло — в семье родился герой.       — Да, Лизи говорила, что все ваши аристократы так делают.       — «Лизи говорила», — передразнил Вик, нахмурив брови. — А больше она ничего не говорила?       — Ну, было… что она твоя невеста, которую тебе предсказала башня, и у вас формируется магическая связь…       На слове связь голос Даррена сильно дрогнул, и Вик решил кое-что прояснить:       — Когда она успела такое сказать?       — В библиотеке.       — Странно, не помню…       — Ты как раз отъехал в это время.       — Куда?       — В себя, судя по всему, — Даррен всё же нашёл повод, чтобы сбежать, чем сильно раздосадовал Вика. — Это у вас у людей всё очень сложно на магическом уровне. Формирование связи даже болезненно проходит.       Рени с прытью резвого кьярда вскочил с кровати, совсем позабыв о своей наготе и о ещё одной маленькой мелочи…       — Бля…       Ощущать как у тебя из зада что-то вытекает — так себе занятие. А ещё и на глазах у собственной пары. Но Вика эта картина ничуть не смутила, а даже немного возбудила.       Он встал следом за Рени, прихватив с собой простынь с кровати, чтобы накинуть тому на плечи, прикрывая наготу.       — Спаси… ай!       Не успел Даррен поблагодарить парня за предупредительность, как его нагло подняли на руки и потащили в ванную. ***       Уже вымытые и одетые, они сидели за письменным столом в первой комнате и разбирались в направлении на практику. Правильно заполнив бланк-заявление, Вик собственноручно закрепил его плоской печатью и отправил магией прямо в распределительный центр.       — А разве куратор не должен был его сначала подписать? — задал вполне резонный вопрос Даррен.       — За практику отвечает лишь специально назначенный методист, — Вик подтянул к себе стул вместе с Рени, скрипя ножками по полу, и закинул на него ногу, чтобы тому было сложнее сбежать. — Мы не договорили.       — О чем? — удивлённо поднял брови Даррен, явно рассчитывая сыграть в дурачка.       — Мы говорили про формирование магической связи…       — Какой связи?       — … Понимаешь, у людей от рождения есть способность только к одному виду магии, — Вик рассказывал медленно, легонько поглаживая Рени по еще влажным волосам. — Если мужчина и женщина хотят образовать нерушимый союз, то они идут в храм, проходят ритуал единения, и их магии как-будто сливаются. Если изначально у двух людей разные виды, то и привыкание ко второму происходит болезненно. Терпимо, но неприятно. Понимаешь?       — Отчасти, — кивнул Даррен. — Ты прошёл с Элизабет обряд?       — При чем здесь она? Ты не дослушал. — Вик тяжело вздохнул и решил, что одна нога — не вариант, и силой пересадил Рени к себе на колени. — Иногда связь формируется сама собой, если партнёры друг другу идеально подходят. Предназначенные.       — Как вы с Элизабет? — Даррен не смотрел на него, его тело было похоже на натянутую струну, Вику даже показалось что на висках у того промелькнули пятна крови.       — Как мы с тобой.       Рени медленно развернулся и уставился широко раскрытыми от удивления глазами на Викториана.       — Так Элизабет не будет?       — Я не обещаю, что не будет совсем, — через смех сказал Вик, — но её точно не будет между нами.       — И как же ты это определил? Она была вполне уверена в своих словах.       — У Лизи стихия ветра, так?       Дождавшись неуверенного кивка, Вик вытянул правую руку вперед и зажёг на ладони маленький, светло-жёлтый огонек.       — А теперь расскажи, душа моя, что же у тебя там с магией?       — Я — дракон, — с постепенно увеличивающейся улыбкой на лице ответил Даррен, медленно забирая маленький огонек, который в его руках словно расцвёл, обретая красные и оранжевые оттенки. — Моя магия!       Рени восторженно воскликнул и кинулся обнимать Вика, чуть не уронив их вместе со стулом.       — Я рад, что ты рад, — Вик обнял сильно парня в ответ, разделяя с ним его радость. — Но почему ты называешь себя драконом? Разве не так называются ваши большие звери?       — Я не монстр и не чудовище, — чуть отстранившись сказал Даррен, очень серьёзным голосом. — Мы — драконы, и это наша раса. Наши самцы — это драконорожденные, и самки — драконы. У нас нет женщин, потому что они нам не требуются, но по вашим реалиям, я являюсь женской особью. Каков твой вердикт?       Вик какое-то время пытался осознать то, что только что протараторил его Рени, поэтому его брови были постоянно в движении, в зависимости от того, куда уходила мысль.       От долгого молчания, Даррена уже начало немного трясти, он сто раз проклял сам себя за несвоевременные слова. Надо же было выдавать информацию как-то не с той стороны, что-ли. Уже, наверное, поздно все переиграть…       — И что? — спустя время сказал Вик.       — Я… я не знаю.       — Если ты не знаешь, то откуда могу знать я? — Викториан улыбнулся и поцеловал Даррена в подбородок, чтобы тот немного успокоился. — Нам надо идти в столовую, а то там весь ужин без на съедят.       — И ты нормально к этому относишься? — неожиданно спросил парень уже обойдя стол и направившись к выходу из комнаты.       — Я, как бы голоден, да и тебе надо хорошенько поесть, — пожал плечами Викториан, убирая несколько разбросанных листов в стол.       — Я про то, что могу становиться огромным и крылатым драконом?       — Ах, это? — Вик подошел близко к Рени и крепко обнял того со спины, положив голову тому на плечо. — С таким надо просто свыкнуться, я полагаю… и… все драконы такие, как ты?       — Естественно, как и то, что гномы низкорослые.       — Ха… только не произноси этого при Земеле. ***       До столовой они дошли к самому разгару ужина. Большая зона, вмещающая в себя всех студентов, была поделена на цветные зоны ещё при строительстве Академии. Раньше это имело какой-то смысл, когда у каждого курса было свое составленное меню, а стихийники и вовсе учились по отдельности, все принимали пищу по своим распределениям. Сейчас у всех всё общее, как и столы. Можно занять любой, в любой зоне и понравившегося цвета, главное условие — чтобы стол был не занят.       Шумная толпа создавала какофонию звуков. Кто-то громко смеялся, шумно разговаривал, вокруг все стучали ложками и кружками. Шум доносился отовсюду, такое чувство, будто каждый в зале старался перешуметь соседа, будто они устроили между собой соревнования на максимальную громкость. Не хватало только уличных музыкантов, и, закрыв глаза, можно было представить себе, что находишься в центре города на праздничной ярмарке.       — Сегодня неожиданно многолюдно, — попытался перекричать шум окружающих Вик. — Пойдём возьмём еду с собой и поужинаем…       Он не успел договорить, как на него налетел сзади маленький ураган — Элизабет. Она сверкала ослепительной улыбкой и была эмоционально в сильно приподнятом настроении, что её вечно бледное лицо окрасилось в достаточно привлекательный румянец. Даже причёска и одежда претерпели некоторые изменения: от обычной серой мышки не осталось ничего. Завитые локоны стального цвета, ниспадающие ей на спину, были прихвачены сверкающей заколкой только с правой стороны, а строгий синий костюм был заменён на лёгкое летнее платье с открытыми плечами.       Даррена прошиб холодный пот от плохого предчувствия.       — Вик! Наконец-то ты пришёл, — девушка схватила Викториана за локоть и потащила за собой, в сторону отдельных столов, где обычно обедали преподаватели. — Мы тебя уже заждались.       — Стой, стой, стой, — притормозил ретивую девушку Вик. — Кто ждёт, зачем? Мы с Дарреном…       — Мы с тобой идём к нашим родителям, сообщать радостную весть, а Даррен уже большой мальчик и может поужинать сам!       — Какую весть?! Какие родители?! — взревел от накатившей на него злости Вик.       — Не шуми, — одернула его шёпотом Лизи, потому что от криков парня вся столовая стихла и смотрела на них, как на бесплатное представление. — Родители утром прислали письмо, в ответ на то, что я им писала на той неделе, когда у тебя начались боли из-за привязки. Помнишь?       — Нет, не помню, — процедил сквозь зубы парень. — Я никому ничего не писал.       — Конечно, ты не писал, — как само собой разумеющееся подтвердила Лизи. — Поэтому я взяла это в свои руки.       — Хорррошо. А почему они уже здесь, а не ждут в пропускной?       — Что ты сегодня такой глупый? Устал из-за этого загорца? Я же твоя официальная невеста, почти член семьи.       Почти член семьи… Вик действительно об этом совсем позабыл. Да и сейчас его только и занимало, что себе может надумать его ревнивый и вспыльчивый Рени, который стоял тут совсем рядом, буквально за спиной.       Викториан стоял перед трудным выбором. Он любит Даррена, не хочет его как-либо обидеть, но и отказаться от поддержки семьи не может, ведь ему ещё год учиться. Разразиться может огромный скандал. Что же делать?       — Иди, узнай, чего они хотят, — будто услышав его мысли, прошептал Даррен. — Я поужинаю и пойду в комнату.       Элизабет эти их новые слишком дружеские отношения немного удивили, но и не более. Она лишь показательно фыркнула и поспешила к столику.       — Я постараюсь решить вопрос побыстрее.       Вик посмотрел на неуверенную улыбку Рени и пожалел, что не может его сейчас открыто при всех обнять и поцеловать, как-то успокоить, что это всего-навсего встреча с родителями… и родителями невесты. Да кого он обманывает? Это ему сейчас больше всех нужны успокоительные объятия и поцелуи. ***       Семья Лавлин занимала достаточно высокое положение в иерархии аристократических семей Литории. Им не сильно уступали Корни — семья Элизабет. С этими двумя кланами хотели породниться все мало мальски именитые фамилии, чтобы иметь доступ не только к магическим копям, но и встать на один уровень с императорскими советниками.       В данный момент кланом Лавлин управлял дед Викториана, он и состоял в Совете, следующим будет его отец, а за ним… должен был быть его старший брат, но теперь неизвестно, может и второй. В таких семьях очень ценят преемственность, а какой может быть преемник из мужчины, связавшим свою жизнь с другим мужчиной? Хотя…       — Викториан, дорогой!       Первой, как и всегда, поднялась матушка. За последние несколько лет её красивое лицо сильно покрылось морщинами, и постепенно начало уходить очарование, но молодиться ей это ни капли не мешало, поэтому на любой выход она всегда надевала свой лучший наряд из последних и муассанитовый гарнитур, символизирующий её положение в обществе.       Она никогда не рассказывала, но именно её «дурную кровь» отец Вика всегда винил в пристрастиях старшего сына. Ведь она была родом из семьи богатых торговцев. Просто привлекла внимание наследника именитого рода своей божественной красотой.       — Отец, матушка, мистер и миссис Корни.       Полностью соответствуя этикету, чинно раскланявшись и поцеловав ручки присутствующим дамам, Вик… остался стоять на месте.       — Викториан, почему ты не присядешь и не расскажешь нам прекрасную новость? — господин Лавлин был как всегда настойчив и прямолинеен. — Почему об образовании связи, мы узнаем от Элизабет, а не от тебя?       — Девочка с нами общается больше, чем родной сын, — добавила плаксивую нотку госпожа Лавлин.       — Потому что я не понимаю о какой связи речь, — решил попробовать скорректировать планы родителей Вик. — Заметьте, я вам ничего не писал.       — Но как же нет, молодой человек? — с усмешкой посмотрел на него мистер Корни. — Мы прекрасно осведомлены, что вы стали вместе проводить больше времени, вас потянуло друг к другу и это послужило толчком…       — Нет, — грубо перебил старшего Вик. — Это не так.       — Викториан, прекрати! — Элизабет вскочила, задев слегка стол, и приборы опасливо зазвенели. — Ты чувствуешь магическую привязку, может она ещё не до конца…       — Нет! — ещё более грубо ответил парень и дальше продолжил чуть тише: — Хватит уже решать за меня мое будущее.       — Нет, это тебе уже хватит, — господин Лавлин переглянулся с мистером Корни и вынес вердикт: — Свадебное торжество состоится через месяц, как раз когда закончится ваша практика.       — Что? — Вику будто на голову вылили ванну ледяной воды, и пока он стоял и обтекал, два семейства поднялись из-за стола и направились на выход.       — И чтобы я не видела больше этой потаскухи рядом с тобой, — почти прошипела на прощание Элизабет.       — А? — Вик и не ожидал, что она так умеет.       Парень смотрел на спины уходящих людей, потом на накрытый стол, почти не тронутый… и понял, что у него полностью пропал аппетит.       Надо найти Рени. ***       Викториан в поисках обежал всю Академию, он уже не знал, что и думать, пока не увидел столпотворение девушек недалеко от трибун малого полигона. Подойдя ближе, ему и не пришлось спрашивать, что произошло, потому что возгласы «какой красавчик» и «посмотри на их крылья», говорили сами за себя.       Четыре огромных загорца с одинаковыми длинными светлыми волосами и огромными чёрными кожистыми крыльями стояли в коленопреклонной позе перед его маленьким Рени, сидящем на втором ряду трибун и обмахивающимся широким веером.       Вик впервые увидел такой взгляд у любимых чёрных глаз — такой взгляд бывает только у людей наделенных определенной властью. Огромной властью.       — Рени? — Вик пробился сквозь толпу почитательниц и указал на полуголых загорцев, сверлящих его неприязненными взглядами. — Что за штабель мужчин у нас тут нарисовался?       — Всего лишь новая партия студентов по обмену, — продолжил обмахиваться веером Даррен, только смотрел на Вика с нежностью. — Эти оказались поумнее предыдущих. Прибыли как раз к практике.       — Ох, новые сокурсники? — теперь Вик оглядел явно только что избитых голышков более оценивающе.       — Не настолько умнее. Лишь первокурсники.       — Тогда лааадно… ты поел?       — Я не успел, лишь отнес несколько блюд в комнату, как вот эти нарисовались, — Даррен сверкнул на голышков презрительным взглядом и поднялся с места, поправляя волосы. — Пойдем ко мне, всё расскажешь.       В его поведении Вик не заметил ничего странного, но вот само состояние Рени было далеким от нормального. Четверо здоровенных мужиков просто не во время подвернулись тому под руку. Или хорошо, что так. По крайней мере теперь не будет избит Вик.       Комната Даррена в общежитии сильно отличалась от комнаты Вика. Она была большая, но имела лишь одно помещение, разделенное ширмой с летящими журавлями, за которой стояла низкая широкая кровать. Да и цвета были не стандартные бежевые с красным, а зелёные и нежно-голубые.       Напротив узкого стрельчатого окна стоял белый письменный стол, много меньше того, что был у Вика в комнате, и пара глубоких кресел с зелёной обивкой. На столе были расставлены недавно принесённые коробы из столовой с разными блюдами. По стене с дверью в ванную комнату располагался небольшой книжный шкаф и узкая софа. В середине помещения лежал только круглый зелёный пушистый ковер, а за ширмой, помимо кровати был встроенный гардероб. И всё это утопало в разного вида растениях.       — Почему комната так выглядит? — заинтересованно поинтересовался Вик, успевший залезть во все углы и даже заглянуть в ванную.       — Я её изменил под себя, — пожал плечами Рени, которого всё никак не отпускало напряжение от плохого предчувствия. — Что на меня так смотришь? Я спрашивал у коменданта перед этим.       — А так что, можно было? — неуверенно поинтересовался Вик. Он знал коменданта, как маленького и вредного зеленого человечка со стрекозиными крыльями, мало кто мог похвастаться хорошими с ним отношениями       — Я попросил, мне не отказали, — Даррен прошел к одному из мягких кресел и жестом предложил Вику разместиться в то, что напротив. — Рассказывай.       — Нечего рассказывать. — Кресло оказалось широким и очень удобным, таким удобным, что Вику в голову полезли совсем непрошенные мысли. — Всё плохо.       — Насколько?       — Достаточно.       — Ясно.       Вику опять оставалось лишь смотреть на профиль обидевшегося парня. А ведь он всегда так себя вел, когда что-то шло не по его. Просто отворачивался с невозмутимым видом, будто все окружающее его вообще и не касалось.       — Ясно? Серьёзно? И это всё? — парень уже был на взводе после неожиданной встречи, после нежеланной новости, еще и четверка загорских крылатых мужиков… Он не хотел срываться на Рени, с силой воли остался сидеть ровно на кресле, но все равно высказал: — Они назначили свадьбу через месяц, заметь — без моего согласия!       — Я должен был пойти туда с тобой и заявить свои права? — слишком холодный тон и опустошенное выражение лица Рени выбило последний воздух из легких Вика.       Свет заходящего солнца, проникающий сквозь узкое окно, будто огнем обволакивал тонкое, словно высеченное из камня, лицо. Отблески света так же путались в темных волосах винного оттенка, что казалось, будто они вспыхнут через мгновение магическим огнем. Вик мечтал зарыться пальцами в эту огненную реку, ощутить их гладкость, вдохнуть такой приятный, такой нужный аромат…       — Да, ты прав, — Викториан протянул обе руки к Рени. — Иди ко мне.       — Не пойду, — сказал поднимаясь и пересаживаясь боком на чужие колени Даррен. — Я не смогу быть через месяц на твоем торжестве, мне нужно будет улететь…       — Если я настою сейчас на своём, то меня могут изгнать из семьи… — тихо прошептал Вик, потеревшись носом о подставленное плечо, одной рукой обняв Рени за талию, другой начав расстегивать перламутровые пуговицы небесно-голубой рубашки, — у меня не будет ничего.       — А меня тебе мало? Я могу дать тебе всё. Отучимся этот год, потом отработаем сколько надо и уедем в Загорию. — Рени не смотрел на Вика, его взгляд был направлен на окно, туда, где заходило солнце. И Вику показалось, будто яркая жемчужина выкатилась из его глаза, когда он моргнул. — Хочешь службу при императорской короне? Будет. Только в Загории… пожалуйста…       — Рени… Рени, тише… ну, маленький мой, — Даррен плакал, его любимый человек плакал, а Вик впервые не знал, что надо делать. Лишь обхватил ладонями его лицо и притянул к себе ближе, чтобы попытаться сцеловать каждую пролитую соленую каплю. — Где ты, там и я. Хочешь в Загорию? Значит поедем в Загорию. Я не смог сказать родителям ничего вообще сегодня, даже не смог никак возразить. Отец всегда так на меня действовал.       — Напиши письмо, — хлюпнув носом предложил Рени и получил мягкий поцелуй в губы.       — Хорошая идея. Ты только не плачь.       — Я не плачу, это перестройка организма, — Даррен вытер рукавами лицо и вскочил с колен Вика. — Ты виноват!       — Да, я виноват, — парень уже готов был согласиться с чем угодно, лишь бы ничего не менялось, лишь бы все оставалось как есть сейчас. — Не уверен в чем, но да.       — Ты — дурак!       Больше они не разговаривали.       Викториан никак не мог наглядеться на своего Рени. Он снова притянул его к себе на колени и зарылся носом в волосы за ушком, иногда ставя короткие поцелуи в шею, руками стараясь огладить каждый кусочек тела, не упуская ни сантиметра. Для этого он все же развязал сложный узел на широком поясе и расстегнул все пуговицы у того на рубашке.       Услышав у Рени голодное урчание в животе, Вик пересадил свою ношу в мягкое кресло напротив и поспешил скорее разложить на тарелки принесенную с ужина еду, заприметив там еще хороший кусок мяса.       — Поделишься со мной? — указал Вик на уже подстывший стейк.       — Еще чего, мне самому мало, — Даррен немного устал от своей собственной истерики, поэтому мог только спокойно сидеть и бубнить, дожидаясь, когда его покормят. — Ты же был на ужине с родителями.       — Кушай, я тебя покормлю.       Вик положил в отдельную тарелку всего понемногу и присел перед Рени на корточки, нацепив на вилку кусок сладкого овоща и мяса.       — Я сам могу. Уйди.       Даррен не собирался ругаться с Виком, или как-то давить тому на жалость, манипулировать. Нет. Это были абсолютно не его методы. Но буквально пару часов назад началось то, чего никто и предположить не мог. Они были разных рас, совсем не совместимы… Так говорил отец, когда отказывался отпускать своего единственного сына-дракона в чужую страну для поиска его пары, с которой он не сможет даже создать нормальную семью. Их истинность ли была причиной, или еще что, но Даррен почти сразу ощутил магические перемены в своем организме. Зачатие. Внутри него будет в течение месяца расти маленькая жизнь, пока не придет время становиться драконом и создавать гнездо… Для этого придется оставить Вика и улететь.       Рени послушно открыл рот и разрешил кормить себя, как маленького.       — Всё. Всё, — с улыбкой сказал Вик, цепляя на вилку порцию салата. — Не трогаю.