Лучшая прихоть Годжо Сатору

Сатору проснулся от игривых утренних лучей, ласкающих его лицо. Парень потянулся, наслаждаясь мягкостью большой белой постели. Всё-таки родная спальня не сравнима с комнатой общежития. Он встал и после утренних ритуалов спустился в гостиную. Глава их клана не любил излишнюю роскошь, что отражалось в дизайне дома. Изящный японский минимализм гармонировал с классицизмом, а мягкие светлые тона вызывали спокойствие. Сатору, довольный уютом, словно домашний кот, желал доброго утра снующему персоналу. Стол был ещё не накрыт, поэтому юноша прошел в зал с большими окнами и светлыми диванами. Его взгляд зацепился за маленькую черную макушку скромно сидящего мальчика. А, точно О том, что в доме новый обитатель, Годжо успел забыть. Впрочем, парню и не было особого дела до него. Свою роль в виде рычага давления мальчик исполнил, а дальше пусть наслаждается благами хорошей жизни клана Годжо. Для Сатору это было вполне логично и правильно. Он никогда не понимал, в чем прелесть заводить детей. Отдавать им все самое лучшее, даже в ущерб себе любимому. Такие профессии, как учитель или воспитатель, Годжо тоже не понимал. Он и представить бы себя не смог в этой роли. Очень уж нелепо это выглядело в его воображении. После завтрака Сатору поехал в колледж. Как это обычно бывает, в конце летнего семестра, когда солнечные дни располагают к яркому отдыху, учиться совсем не хочется. До каникул осталось всего ничего, и юноша в предвкушении их зарядился силами для последнего рывка. За пару дней он закрыл все хвосты, пообещав преподавателям быть более усердным в следующем семестре. Так и пролетела предпоследняя неделя, и наступили выходные. Некоторые особо старательные студенты досрочно уехали в родные города, как и некоторые из педсостава. Сугуру, будучи отличником, долгов не имел, поэтому все свободное время проводил в компаниях девушек. Дела любовные в их возрасте играют значимую роль, и кто как ни Годжо это понимает. Понимает настолько, что уже устал не видеть своего желанного. Тот как обычно проверяет Годжо на упорство путем игнорирования звонков и сообщений. К такому парень уже привык, потому не расстраивается, а решает наведаться в гости. Приглашение Годжо не нужно. Он уверен в том, что имеет право, ведь сделал столько хорошего для мужчины. Поэтому с полпятого до полшестого вечера просидел на лавочке возле дома Тоджи в ожидании его возвращения. Удивительно, как только ему хватило терпения. Просто он увлекся игрой на телефоне и любимой музыкой. Сатору даже не сразу заметил высокий силуэт мужчины, приближающегося к дому. Тоджи, вполне ожидавший его визита после серии СМС-тирад, не выразил никаких эмоций. Единственное, чему он был рад — Годжо больше не лез к нему на работу. Остальное можно перетерпеть. — Наконец-то ты пришел! — потягиваясь, воскликнул парень, — Где ты был? — В магазине, — Тоджи направился в подъезд, оставляя юношу позади. — Так долго? — Сатору, бурча под нос, проскользнул вслед за мужчиной, тем самым озадачив того. — Куда лезешь? — Как куда? К тебе в гости, — невинно похлопал ресницами юноша и бросился вперед по ступенькам. Такой наглости даже Тоджи поражался. Если бы не Мегуми, он бы не стал это терпеть. В лучшем случае выбросил бы парня с балкона, как мешающий мусор. Тоджи уже не раз пожалел, что втянул ребенка во все это. Теперь же он вынужден расплачиваться. Мужчина успокаивал себя тем, что это меньшее, чем ему приходится жертвовать как отцу ради сына. Годжо покрутился, осмотрелся и заметил в соседней комнате различный спортивный инвентарь. — О-о, держишь себя в форме? — вопрос звучал глупо, ведь, глядя на тело Тоджи, ответ был очевиден. Но Сатору это не волновало, — В нашем мире без этого никак. У нас с тобой столько общего! Тоджи, закончив раскладывать купленное по местам, усмехнулся словам парня. — И что же у нас общего? — Мы оба очень сильны, — задрав нос, самодовольно ответил юноша. Тоджи чувствовал, будто ведёт беседу с дошкольником. Хотя ментально юноша действительно им являлся. Иначе объяснить, почему он на полном серьезе не понимает очевидных вещей, мужчина не мог. Что ж, у Тоджи есть немного свободного времени, чтобы потехи ради продолжить разговор. — Меня в жопу не целовали за врождённые таланты, — с горькой усмешкой произнес мужчина. Он налил немного пива в стакан со льдом, прежде чем пройти на небольшую лоджию и сесть в одно из кресел. — А стоило бы, — посмеявшись, Сатору последовал за ним, — Наверное, Зенины могли быть не очень справедливы к тебе. Все знают, что твой клан «с приветом». Годжо болтал, не думая. Он вальяжно плюхнулся в кресло напротив, закинув ногу на ногу. Тоджи мог бы разозлиться, если бы ему не было так смешно с того, в каких розовых очках живет этот мальчишка. — «Могли быть»? Подобных мне Зенины… — он сделал гнетущую паузу, — Убивают. Мужчина сказал это достаточно твердым тоном, чтобы розовая пелена собеседника хоть немного треснула. И она треснула. Юноша изменился в лице моментально. Улыбка спала, ни оставив и следа привычной беззаботности. Конечно, ни для кого не было секретом, что клан Зенин отличался несправедливостью к своим членам. Однако Годжо всегда полагал, что под этим подразумевается обычная строгость и излишняя требовательность, вроде той, что бывает в консервативных семьях. Семья Сатору никогда не позволяла себе грубости, излишней суровости и недоброжелательности к кому-либо… Или только к нему? Парень никогда не утруждал себя такими мыслями, а просто принимал все блага, которые ему предоставлялись. Поэтому услышанное повергло юношу в шок. Как такое возможно? Чтобы в их современном мире существовало подобное варварство… И никто об этом не знает. Никто никогда не предположил бы! Или никто просто не рассказывал Сатору об этом? — Но… Зачем? — юноша не мог подобрать слов, чтобы ответить, — И ты ведь живой… От волнения парень ляпнул ерунду, но общую суть своих спутанных мыслей выразил более чем. Тоджи оскалился в дикой ухмылке. — Я выжил. И продолжаю выживать. Вот, в чем наше отличие, сопляк. — Оу, ну, это печально, — замялся парень, — Хорошо, что сейчас все нормально. И себя ты, вроде как, нашел. — Ни черта подобного. Такие, как я, скитаются до самой смерти, — Тоджи достал сигарету и закурил. — Да брось, не стоит так сгущать краски, — Годжо вернул себе былую бодрость и беспечность. Казалось, что предыдущей части диалога и вовсе не было. Тоджи мог понять позицию юноши. Сейчас для Сатору жизнь представляла собой череду ярких моментов, которые обеспечивали деньги и сила. Мальчик пока ещё познает мир и все его прелести. А вот для Тоджи деньги и сила уже давно создавали лишь круговорот из мимолетных удовольствий, временно закрывающих пустоту души. — Хотя, знаешь, у нас имеется что-то общее, — усмехнулся мужчина. — М-м, и что же? — любезно промурлыкал Сатору, придвигаясь ближе. — В скором времени тебе все это надоест, и ты лишишься смысла жить. — Ах-хах, да ты философ, Тоджи-сан! — забавлялся юноша, — С чего такие выводы? — Пораскинь мозгами, тебе уже скучно. Ты поэтому и бегаешь за мной, так ведь? — мужчина затушил бычок о пепельницу, любуясь озадаченным выражением лица юноши, — Достойных противников у тебя не будет. Для людей ты лишь оружие на случай возможной опасности. Подумай об этом как-нибудь, а теперь проваливай.

* * *

Всю последующую неделю Сатору ходил сам не свой. Со стороны, конечно, значимых отличий от привычного поведения не было, но рефлексия охватила его с головой. Мало того, что Тоджи открылся для Годжо с новой стороны, которая шокировала парня и заставила взглянуть на него более серьезно, что не входило в его планы, так мужчина вдобавок подкинул ему такую пищу для размышлений, что юноша и уснуть нормально теперь не может. Осознание своего положения вызывало в душе Сатору беспокойство за свою жизнь. У него ведь действительно все есть. К чему ему стремиться? Он никогда не задумывался о чем-то столь глубоком. Особенно обидно, что никто не сможет его понять, ведь другие люди и маги намного более «простые». Они не носят титул «сильнейшего», их цели и желания гораздо приземленнее. Сатору успокаивал себя тем, что у него «кризисный возраст», о котором он вычитал, штудируя труды разных психологов. Они пишут о том, что молодые люди находятся на пути осмысления жизненных ценностей, переходя из детства во взрослую жизнь. Поэтому им свойственно возводить в абсолют все свои переживания. Сатору поверил и ему стало немного легче. Как-то на днях Годжо невзначай спросил у Гето о планах на будущее. Тот даже удивился подобному вопросу от друга, но ответил вполне зрело, как и ожидалось. Начал рассказывать про карьерный рост, про защиту слабых и прочие обязательства. Годжо подумал, что из Сугуру вышел бы отличный учитель. Жаль, что ему тоже не понять Сатору. Наступили летние каникулы, и юноша приехал домой в особняк. Народу было мало, все разъехались по заграницам. Прогуливаясь по заднему двору, Сатору заметил черноволосого мальчика. Тот пытался освоить какой-то базовый трюк с магией, однако допускал сплошные ошибки. Понаблюдав какое-то время, парень все же не выдержал и подошел. — С такими ошибками ты далеко не продвинешься, — добродушно привлек внимание он, — Давай научу.

* * *

Ничто так не поднимало настроение Тоджи, как деньги за выполненную работу. Он сидел в окутанном тенями деревьев парке и проверял баланс, параллельно обдумывая, на что потратиться в этот раз. Раньше бы он отправил часть денег Мегуми, но надобности больше нет. И вроде бы Тоджи должен быть этому рад, однако слабо щемящее чувство мешало этому. С помощью денег он чувствовал свою связь с сыном, ведь другими способами привязанности не владел. Теперь этой связи нет, и его для Мегуми тоже больше нет. Тоджи понимает, что, чем иметь такого отца, как он, лучше не иметь никакого. Поэтому он не станет больше думать об этом и будет спокойно жить дальше. Через несколько минут на экране телефона вспыхнуло сообщение с неожиданным содержанием, игнорировать которое мужчина не смог бы. «Мегуми хочет поговорить со своим папой :) Не сбрасывай звонок!» Он даже удивился. Прежде таких случаев не было. С чего бы им быть сейчас? Все ли у них хорошо? Пока мужчина обдумывал происходящее, раздался входящий звонок. Не медля, он его принял. На другом конце было лишь неуверенное молчание. — Алло? — начал мужчина. — Папа, это я… — голос мальчика был тихим, но ровным. — Что-то случилось? — спокойно спросил Тоджи, хотя лёгкое волнение колыхалось где-то в животе. — Нет, я просто подумал… — мальчик запнулся, но продолжил, — Может, мы могли бы увидеться? Мужчина молчал дольше положенного, все пытаясь сопоставить, что к чему. Отбросив неуместные сейчас сомнения, он коротко ответил: — Хорошо.

* * *

*Некоторое время назад* Сатору и Мегуми второй день проводили вместе. Годжо с энтузиазмом объяснял мальчику азы магии, а тот внимательно все впитывал. «Прикольный малец» — отметил Сатору. Хоть характером он немного скверный, точно отец, общий язык они нашли. За это время юноша и думать забыл о своих проблемах: настолько он увлекся игрой в сенсея. Мегуми, который поначалу недоверчиво держался в стороне, теперь с любопытством расспрашивал о разном. — Твой папа тебе совсем ничего не рассказывал о мире магов? — в ответ спросил Сатору, усаживаясь на лавочку. — Нет, — мальчик встал с газона и отряхнулся, — Он не любит говорить. Сатору усмехнулся. Он даже проникся пониманием к Мегуми, прекрасно зная о немногословности Тоджи. Однако то, что мужчина такой не со всеми, а выборочно — Годжо решил умолчать, дабы не ранить ребенка. — А ты бы хотел, чтобы он говорил с тобой чаще? — вкрадчиво спросил юноша. Кажется, он опять что-то затевал. — Угу, — смущенно ответил мальчик, — Но он не любит… — Да он любит! — оживился Годжо, — Позовем его завтра. Хочешь? — Я не знаю… — мысль об этом смутила Мегуми. — Не переживай. Как друг твоего папы, я точно знаю, — Сатору мягко потрепал волосы мальчика, — Заодно покажешь, чему научился. Все будет хорошо. Хитрые идеи Годжо порой граничили с моралью, но сам он не видел в этом ничего зазорного. Напротив, Сатору выставлял себя героем и посредником в налаживание отношений отца и сына. Его собственная выгода была так, вторична. Главное верить в свою ложь самому, и тогда она станет правдой. Воодушевив Мегуми теплыми речами о родителях и детях, юноша посеял в его сердце уверенность в хороших отношениях с отцом, прямо как показывают в семейных кино.

* * *

Так Тоджи и оказался в месте, посещать которое он никогда не планировал: на территории Годжо. Человек в костюме проводил его на впечатляющих размеров задний двор, где среди аккуратных кустов и деревьев стояли уютные беседки из светлого дерева. Они направлялись к самой дальней из них, располагающейся на лужайке близ пруда. Тоджи видел силуэт Мегуми, бегающего из стороны в сторону. Он казался радостным, что успокоило мужчину. Заметив отца, мальчик замер, после чего неловко помахал рукой. Следом показалась беловолосая физиономия. Парень спокойно смотрел в сторону мужчины, что было не в его манере. Настолько не в его, что Тоджи невольно насторожился, но списал все на общую чудаковатость юноши. Когда Тоджи дошел, Мегуми подбежал навстречу, чтобы поприветствовать его. — Привет, папа, хорошо, что ты пришел, — на одном дыхании пробормотал он. Прозвучало так, будто бы мальчик не раз репетировал речь. Но даже так, слышать такое от сына, который в целом мало говорил, было что-то непривычное. — Привет, Мегуми, — на автомате ответил мужчина. Тем временем подошел Сатору. Он поздоровался без излишней навязчивости, как нормальный человек, и взгляд его был не таким пожирающим, как обычно. Тоджи лишь сухо ответил, не подавая виду, что обратил внимание на чужое поведение. «Затишье перед бурей» — подумал он. — Мы решили устроить пикник с барбекю, — парень указал на стол в беседке, на котором вразброс лежали пакеты с овощами, фруктами и прочим. — Только мы не умеем жарить мясо, — добавил Мегуми, — Может, ты умеешь? Тоджи нахмурился, после чего усмехнулся на мальчишек. Его серьезно просят о чем-то таком? Это было даже мило. Возможно, самую малость. С другой стороны, это хороший способ расслабиться и отвлечься на природе, если не учитывать присутствие Годжо. Хотя тот ведет себя более менее адекватно, так что, может быть, день пройдет гладко. Тоджи мастерски принялся за дело, ловко управляясь со всем. Пока Сатору пытался нарезать овощи, Мегуми робко крутился возле отца, наблюдая за его работой. — Как тебе тут живется? — спросил Тоджи. — Хорошо, — после продолжительной паузы, мальчик решил добавить, — Я многому научился из магии. Хочешь, покажу потом?.. — Давай. — У меня уже все готово! — заявил Сатору, — А у вас? — Почти, — мужчина внимательно проверил мясо на готовность. Закончив все приготовления, все трое приступили к трапезе. Близился вечер, и голод заставил их позабыть все манеры и капризы. Не глядя друг на друга, они с аппетитом все смели. — Как же вкусно было, — поглаживая набитый живот, проговорил Сатору, — Тоджи-сан настоящий шеф! — Да, спасибо, — добавил Мегуми, — Теперь я. Следующие двадцать минут Тоджи наблюдал за достижениями сына в области магии, коротко кивая в знак одобрения под восторженные комментарии Годжо. Мужчина был приятно удивлен и горд за результаты сына за столь короткое время. Он не мог остаться равнодушным, видя, как маленький человек, рожденный от такого, как он, так быстро раскрывает свой потенциал. Раньше он и представить бы себе такого не мог, ведь только и делал, что прятал мальчика по приютам, которые гасили его талант. Если бы не Годжо, все так бы и осталось. — Правда улёт? Это я научил! — гордо заявил парень. Его глаза сверкали, как никогда раньше. Он был искренне воодушевлен проделанной работой. Тоджи подумал, что таким настоящим и честным мальчишка кажется не таким бесячим. Даже миловидным, немного. — Ты молодец, Мегуми, — Тоджи помедлил, обдумывая следующие слова, — Я горжусь тобой. Услышав это, мальчик растерялся. Такие простые слова, но такие заветные для того, кому всю жизнь не хватало отцовского внимания. Он смущенно отвернулся, пытаясь скрыть пробившиеся слезы. Грозилось наступить неловкое молчание, но Сатору грамотно сориентировался. — Мегуми, сгоняй-ка в дом и поищи мои часы, пожалуйста, — убедительно попросил он. Когда мальчик убежал, Тоджи вскинул бровь, глядя на парня. Точнее на часы, украшающие его запястье. — Иначе он бы разревелся, — пожал плечами Сатору. — Заделался учителем? — Не знаю. Я много думал после твоих слов, потом увидел, как он тренируется, и не смог пройти мимо, — юноша говорил спокойно, но взволнованно перебирал пальцы, — Потом мне стало так хорошо на душе! Спасибо ему, что ли… Тоджи, оперевшись о стол локтями, смотрел на продолжающего изливать душу парня. В этот момент лучи заходящего солнца упали на красивое лицо и белые пряди, подсвечивая их. Розовые губы так трепетно шевелились, гармонируя со свежим румянцем на щеках. Очаровательная картина, действительно пленяющая. Разумеется, никакого романтического чувства Тоджи не испытал, но красивые образы ему всегда нравились. И он никогда не отказывал себе в желании к ним прикоснуться. Внезапный порыв, и Тоджи оказывается совсем близко. Он кладет широкую ладонь на пушистый затылок озадаченного юноши, охотничьим взглядом любуясь чужой растерянностью. Но Сатору опомнился быстро, после чего уверенно сократил дистанцию между ними, на что мужчина тихо ухмыльнулся. С замиранием сердца Сатору подался вперёд и коснулся чужих губ. В груди колотило, а все тело казалось ватой. Он прижался вплотную, оглушенный чувствами. Чужое тело, его запах и жар, будоражили эмоции юноши. Мужчина ответил на поцелуй, несильно надавив на чужой затылок, чтобы притянуть ближе. Движения были неспешными, лишь шумное дыхание парня сбивало ритм. Тоджи ощущал, как подрагивают мягкие губы, и дергаются ноздри. Это было даже забавно. Он отстранился и лукаво посмотрел на покрасневшего парня. — Первый поцелуй? — поиздевался он. — Нет же!.. — Сатору быстро пришел в себя и выпрямился, — Просто неожиданно. Мужчина усмехнулся и продолжил сидеть, как ни в чем не бывало, устремив взгляд на пейзаж перед собой. Сатору тоже молча сидел, стараясь вести себя непринужденно, что выходило плохо. Он пока не мог трезво мыслить, чтобы начать анализировать произошедшее, ведь его сердце только-только успокаивалось. Тишину прервали маленькие звонкие шаги. — Я не нашел часы. Натянув улыбку, Годжо лишь коротко отшутился. Мегуми заметил какие-то изменения в атмосфере, но значение не придал, проведя в компании остаток вечера до того, как они не разошлись.