I'll say that I'm fine. Will you believe me?

Октябрьское солнце в Чикаго нещадно палило по рукам и предплечьям, приятно согревая, а громкая музыка стучала по ушам Эндрю добрый час, пока он вдавливал педаль газа, крепко сжимая руль от пережитого недавно напряжения. Перелет из Нью-Йорка высосал из него почти все силы, пусть он и не был долгим. Где-то в багажнике его наскоро собранный чемодан стукнулся с глухим «бум» от очередного резкого поворота. А пара папок, которые лежали на соседнем сиденье, полетели на пол. Идиотский рэп идеально вписывался в богатенький район, пугая жителей, которые вышли погулять. Он заметил, как несколько человек провожали его машину удивлёнными взглядами. Придурки. Именно так насмешливо называл их Эндрю, пока рассматривал бесполезные огромные особняки разных цветов и форм, одноэтажные и четырехэтажные на вкус и цвет, они сплошь разбросаны то тут, то там, заполняя идеально зеленый газон, и зачастую не использующиеся по назначению, стоящие на своих местах ради красоты и показателя статуса. От слишком громких басов периодически дрожали стекла арендованной чёрной Киа Стрингер, которая не сравнится с личной тачкой Эндрю, что ждет его дома. Его мало волновало, что эта машина дребезжала, так как ему нравилось ощущать вибрации кончиками пальцев рук, качая головой в такт раздражающей музыке. Песня была отвратительной, но он упрямился переключать, потому что в таком случае придется разорвать эту забавную вибрацию в пальцах. Резво вывернув руль вправо, он на высокой скорости проехал еще несколько особняков, пока навигатор не оповестил, что он почти на месте назначения. Взгляд наткнулся на нужный и до уродства нелепый особняк среди еще более вычурных. Темно-серая крыша особняка высовывалась, но не более. Дом весь был скрыт за светлыми воротами и темными стенами вокруг. Эндрю скривил губы, снижая скорость машины и подъезжая к воротам, а затем притормозил у шлагбаума. Будь у него настроение, он бы расхохотался от этого домишки. Из серой будки, находящейся слева, вышел белый мужчина, проговаривая что-то в рацию с напряженным лицом, на ходу пряча ее за пояс рядом с пистолетом. Он подошел к машине и постучал пару раз в стекло с водительской стороны. Эндрю нарочито медленно отпустил окно, невозмутимо рассматривая наклонившегося мужчину в абсолютно черном костюме и такого же цвета рубашке. — Кто, — громко, перекрикивая музыку, потребовал крутой парень с короткой стрижкой. — Миньярд, — в ответ весело крикнул Эндрю. Он максимально забавлялся, не выключая музыку и глядя на то, как крутой парень со смешными усами хмурит брови. Тот вновь потянулся к рации, проговаривая что-то, что Эндрю не расслышал из-за громкого припева. Мужчина подозрительно сощурился, кидая взгляд на соседнее сиденье машины. Заметив сплошь разбросанные папки, он в очередной раз сказал в рацию что-то и чуть поменялся в лице, когда услышал ответ с другой стороны. Шлагбаум медленно поднялся, охранник поклонился и громко произнес: — Приносим извинения за ожидание, господин Миньярд. Добро пожаловать, — крутой парень с рацией выпрямился и ушел, так и не пригрозив пистолетом. Его забавляло мысленно давать ему смешные клички, но сейчас он потерял всякий интерес. Подцепив пальцем кнопку, он поднял окно, не отвечая охраннику. Постукивая по рулю пальцами, Эндрю наклонился чуть вперед, кладя подбородок на костяшки пальцев, ощущая теперь всем лицом вибрации от музыки. Он рассматривал, как массивные ворота как в замедленной съемке открылись перед ним, и сразу заметил еще двух охранников, стоящих у входа в особняк. В центре огромного и на удивление зеленого двора был расположен фонтан из светлого камня. Миньярд не мог понять, какого именно, потому что не разбирался, да и не хотел. С двух сторон фонтана находились две маленькие скамейки. Снаружи особняк выглядел жутким и безжизненным: абсолютно темный, он отличался лишь светлыми воротами. Земля была покрыта брусчаткой в темных тонах, однако присутствовали небольшие зеленые зоны с кустами и цветами, отделённые белыми и серыми круглыми камнями. Яркие цветы были разбросаны хаотично, образуя небольшой естественный беспорядок. Будто это было создано самой природой, а не каким-то идиотом-дизайнером. Если спросить Эндрю, то ему вообще не нравилось, как это выглядело. Его взгляд упал на что-то светло-голубое и яркое слева в углу. Бассейн. Он был едва заметен из-за нескольких особенно больших кустов. Миньярд слегка повернул голову направо, замечая следом коллекцию из двух японских спорткаров Хонда NSX, Ниссан GT-R Нисмо и мотоцикла Сузуки. И все абсолютно темные подстать дому. Неожиданно для себя Эндрю издал восхищенный свист, а следом отметил одно пустующее место еще для одной машины и размышлял, что еще за малышка отсутствует. Он позволил себе ещё немного рассмотреть это священное место, проехал внутрь двора после полного открытия ворот, затем объехал небольшой фонтан и остановил машину у парадной лестницы. Теперь Эндрю увидел бассейн во всей красе. Кристально чистая вода казалась голубой из-за подсветки и плитки внутри. Отсутствие каких-либо лежаков указывало на то, что бассейном вообще не пользуются. Эндрю хмыкнул. Он потянулся к приборной панели, выкручивая звук на ноль. Глубоко вдохнув, Эндрю задержал воздух в лёгких на несколько секунд, а затем выдохнул. Потянувшись к ключу, он вынул его, собрал папки, запихнул их под мышку и вышел из машины, захлопывая дверцу. Голова неприятно гудела после музыки; Эндрю поморщил рот от резкой тишины и передернул плечами. Даже журчание уродливого фонтана не успокаивало. Двинувшись ко входу, уставший Эндрю поднялся по пиздецки длинной лестнице, мысленно считая ступеньки. Он кинул взгляд на двух мужчин напротив. Пальцы фантомно закололо от вибраций. Ему захотелось закурить. Эндрю остановился на последней ступеньке, как и мысли притормозили вместе с ним, сходясь к журчанию фонтанчика. Он напряжённо смотрел, как к нему подходили два крупных охранника с короткими стрижками и азиатской внешностью: один встал справа, складывая руки в замок спереди, а второй же напротив, подавая голос: — Проверка на наличие оружия. Эндрю стиснул зубы, кивая. Расставив ноги и руки, он ждал, пока по его телу проходились руки охранника, похлопывая и проверяя. В конце концов охранник кивнул и отошел, пропуская его к входной двери. Он подошел вплотную к двери, потянулся к звонку, нажал указательным пальцем на несчастную железную кнопку в безвкусном сером цвете и не отпускал. Неприятный звук колокола раздался громко и протяжно по всему крыльцу. Эндрю боковым зрением заметил, как охранник справа, явно недовольный его выходкой, повернул к нему голову. Еще несколько секунд. О, он чертовски веселился. Мужчина раздраженно вздохнул, дернул плечами и открыл рот, как вдруг дверь распахнулась перед Эндрю, и он увидел… Перед ним стоял парень с бледной кожей и раскрасневшимися щеками, и он выглядел чуть моложе его самого. Бедняга совсем запыхался и часто дышал, будто бежал через весь дом, чтобы открыть дверь, будто в месте, кишащем охранниками, нет прислуги или чертового дворецкого в костюме с моноклем, открывающих массивные серые двери. Будто этот парень и есть прислуга или дворецкий, однако он не был одет просто. И он не старый. Эндрю нахмурил брови. Что-то не складывалось. … совершенно не тот, кого он ожидал увидеть. Парень удивленно вытаращил глаза и приоткрыл рот, тоже явно не ожидав увидеть на пороге незнакомца. Его вьющиеся темно-рыжие волосы торчали во все стороны, закрывая лоб, но не доходили до мочек проколотых ушей. Эндрю заметил пару маленьких сережек-колец и пару блестящих маленьких гвоздиков. Он был одет в белую футболку, которая была небрежно заправлена в светло-голубые джинсы с потертыми коленями. Из кармана торчал телефон явно не новой модели. Парень все еще напряженно держал ручку двери, стараясь незаметно посмотреть, стоят ли по сторонам охранники. Ха… точно не Морияма, — пронеслось в голове. Вряд ли хозяин дома будет судорожно сжимать ручку двери и пугливо оглядываться в то время, когда должен был ждать его. В эту же секунду голос Кевина истерично завопил в ухо, что: «Рико Морияма — известный азиатский актер и звезда». Дэй вскользь описал, что у того черные волосы и узкие глаза, выставляя Эндрю идиотом, который в жизни не видел азиатов. И вообще: «Эндрю, веди себя прилично, умоляю, иначе…». Цитата оборвалась. Технические неполадки. Позвоните попозже. Или не звоните. Потому что Эндрю клал болт на трёп Дэя, когда тот просил вести себя прилично, когда он и так до невозможности приличен. С Кевином Дэем он познакомился непреднамеренно пару лет назад, когда сотрудничал с восходящей на тот момент моделью в мире моды Теодорой Мулдани. Девушка была восхитительно высокой, с темной кожей, пухлыми губами и короткой стрижкой, доходившей ровно до плеч. Густые черные волосы всегда были аккуратно уложены и выпрямлены. Она всё время держалась властно и уверенно. Статная и элегантная девушка, за сердце и руку которой рвались бы в бой наперегонки, оказалась уже несколько лет замужем за хитрожопым Дэем, младше её самой на несколько лет. На очередном фотосете модели неожиданно образовался Кевин с букетом роз, решивший тоже посетить съемку. Волей-неволей Эндрю оказался втянут в смертельную игру под сомнительным названием «Кевин Дэй и его убийственная дружба». Промаргивая нахлынувшие воспоминания, Эндрю сфокусировал взгляд на низкой фигуре напротив. Возможно, прислуга здесь молодые и привлекательные парни, которые хорошо одеваются. Мысленно кивнув быстро сложенному пазлу, Эндрю решил представиться не-Морияма: — Эндрю Миньярд. Пришел по делу о сотрудничестве с Рико Морияма. — Ох, здравствуйте, — он всего лишь поздоровался, но Эндрю сразу зацепился за то, как приятно прозвучал его голос. Эндрю вдруг подумал, что этот голос совсем немного лучше дурацкого рэпа в машине. Немного лучше голосов охранников и журчания нелепого фонтана. Прежде чем Эндрю подумал о чем-то еще, парень напротив задвигался, напряжение спало с его плеч, и он отошел, пропуская гостя, а затем захлопывая дверь и поворачиваясь к нему лицом. Он хотел было спросить, где хозяин дома, но его перебила женщина, которая в эту секунду подбегала к прислуге. Эндрю незаметно сдвинулся вбок, ближе к зеркалу, приподнимая чуть съехавшие папки повыше под мышку. — Натаниэль, — воскликнула полноватая смуглая женщина. Она запыхалась, пока бежала. — Господи, ну куда же ты так умчал! — Ее пучок густых каштановых волос растрепался, а фартук, который она судорожно поправляла на ходу, был испачкан, словно она искупалась в различных соусах для еды. Пазл опять сломался. — Не переживай, я в порядке, — Натаниэль, в свою очередь, широко улыбнулся, а затем быстро стёр улыбку, поджимая губы и явно ожидая, пока она заметит Эндрю. — Тебе не стоило так нестись открывать дверь, — она продолжала журить его, как нашкодившего школьника. Натаниэль осторожно прижался спиной к двери, слегка морща вздернутый нос, совсем не слушая женщину и разглядывая Эндрю, как экспонат в музее. Прозрачные голубые глаза цепко осматривали его с ног до головы, будто сканируя, а Эндрю тем временем неосознанно расправил плечи. Он заглушил все свои мысли, несмотря на легкую дрожь вдоль позвоночника от внимательного взгляда голубых глаз, и ощущал себя вполне комфортно в однотонной черной футболке и таких же черных штанах с кепкой. Вдобавок Эндрю совсем не испытывал желание поправить головной убор. — А вдруг там… — женщина с каждым словом подходила к Натаниэлю, но не успела договорить, заметив Эндрю. Испуганно замолкнув, она слегка поклонилась, пробормотав извинения. — Зоя, всё в порядке, — успокоил в очередной раз он ее, — я захотел сам открыть дверь, — а затем Натаниэль сказал что-то на иностранном языке. Миньярд лишь предположил, что это японский не только из-за звучания, но еще из-за марок машин и мотоцикла, расположенных в открытом гараже во дворе. Голос Кевина вновь прожужжал в ухе, он заговорщицки бубнил что-то о до безобразия богатых азиатах, которые помогут Эндрю сделать его имя намного известнее и… «Эндрю, не выеживайся! Это сделает тебя популярным, и у тебя будет…» и бла-бла-бла-бла-бла. Он недовольно почесал левое ухо. Опять же, он не особо вслушивался, но задумался на секунду, представляя, как соберет свою личную коллекцию спорткаров. Женщина тем временем кивнула Натаниэлю и упорхнула в неизвестном Эндрю направлении. Пока он смотрел, куда она шла, взгляд зацепился за широкую мраморную лестницу, ведущую на второй этаж. Особняк был невероятно огромен и оформлен в светлых тонах внутри, что полностью разнилось с тем, что было снаружи. Большое количество источников света ослепило Эндрю; отвратительно сияющие люстры вынуждали его щуриться от неприятных ощущений и часто промаргиваться, а ещё заставляли жалеть об отсутствии солнечных очков. Он вновь бросил взгляд в сторону лестницы, замечая, что на втором этаже не было никаких признаков света. Эндрю успел рассмотреть в прихожей зеркало до потолка и до безумия большой диффузор, стоящий на низком столике, который закрывал почти всё зеркало. Возможно, если вылить эту жидкость на себя, это будет равно полноценному душу. Эта хренотень, возможно, даже выше самого Эндрю, и нелепые деревянные длинные палочки внутри безумной банки устрашающе раскиданы во все стороны. Как зомби-растение из какой-то компьютерной игры. По всей прихожей были разбросаны цветы. Несколько живых роз в узких вазах, корзина с неизвестными Миньярду светлыми цветами. На том самом низком столике лежало несколько неживых растений. Розовые атласные ленточки были разбросаны беспорядочно, ножницы и маленькая коробка с иглами лежали скромно, теснясь в этом безобразии. Этот небольшой беспорядок едва ли вписывался в дотошно аккуратный дом. И… черт возьми, у Эндрю почти закружилась голова от этих перемешанных запахов. — Меня зовут Натаниэль Веснински. — Эндрю так увлекся разглядыванием банки-монстра, что голос Натаниэля стал оглушительным в тишине дома. Парень протянул правую ладонь для рукопожатия, отлипая от двери. — Я супруг Рико Морияма.