По дороге в страну чудес⁠⁠

      Когда Чимин, наконец, пришел в себя, первое, что он увидел, было испуганное лицо Тэхёна. Выходит, он проиграл. Вновь поддался чувствам и подверг свою жизнь опасности. Стоп. Наказание. Оно уже было? Подскочив на кровати и тихо застонав от боли, что в мгновение пронзила все его тело, он тут же принялся хаотично ощупывать себя. Шов, где же шов?       — Ты чего? — ошарашенно спросил Тэхён, во все глаза глядя на друга.       — Наказание. Что у меня вырезали? — испуганно пролепетал Чимин.       — Ничего, не двигайся, — хрипло ответил Тэхён, стараясь вновь уложить Чимина в постель.       — Его ещё не было?       — Его и не будет. Хосок помиловал тебя, — немного задумчиво произнес Тэхён.       — С чего это? — удивился Чимин.       — Он заключил с Мином что-то вроде договора. Тот идет в карцер, а тебя не наказывают.       Услышав подобное, Чимин на мгновение замер. С чего бы Юнги идти на такие жертвы? Он же сам хотел боя и откровенно им наслаждался. Что-то тут не чисто. Чимин не дурак и прекрасно понимал, что лишись он ещё одного органа, его жизнь могла бы закончиться. Организм бы просто не справился с нагрузкой. Юнги спас ему жизнь. Но зачем? Какие цели тот преследует? Чем дольше он думал, тем больше вопросов рождалось в его и без того больной голове. Юнги всегда казался ему добрым и надежным, что же тогда случилось на арене? Что так радикально изменило его сущность? Он его чем-то обидел?       Карцер был одним из самых опасных мест в этой тюрьме. В нем действовали свои законы. Заключённых там практически не кормили, а яд, что вспрыскивался в кровь, лишал сил. После пяти дней встать будет сложно, не то, чтобы драться. Сможет ли Юнги в таком состоянии победить? Или же умрет, едва выйдя на арену? Чёрт! И на кой он только ввязался в новую дружбу? Тэхёна же с лихвой хватало…       — Думаешь о Мине? — неожиданно спросил Тэхён.       — Да, пытаюсь понять, что произошло на арене, — не стал врать Чимин.       — У Мина типичное расстройство психики, я изучал подобное на свободе.       — Но он же выглядит нормальным…       — Люди, подобные ему, Чимин, до определенного момента практически безобидны и ничем не отличаются от здоровых. Но существует некий возбудитель, который переключает их в режим безумия. Сейчас хорошо бы понять, что именно исполняет эту роль у твоего соседа. Он ведь реально убить тебя может. А когда придет в себя — пожалеет, — провел мини-лекцию Тэхён.       — Ты дофига знаешь…       — Ну, я же психиатр, как-никак, — заржал Тэхён. — Высшей категории, между прочим!       На деле Тэхён совсем не преувеличивал свои знания. Он был довольно востребованным специалистом в своё время. Молод и полон энергии. Многие клиники для душевнобольных старались заполучить его. Сам же он часто ходил на собеседования, стараясь найти то место, где ему будет в первую очередь интересно. Простое наблюдение за сумасшедшими не прельщало его. Ему хотелось практики. И не только законной. Когда он уже отчаялся найти подобное место, он познакомился с Чонгуком. Молоденький главврач довольно быстро поддался его шарму и позволил лечить больных так, как тому захочется.       Сначала методы Тэхёна были вполне лояльными. У некоторых пациентов даже были проблески в сознании. Но чем больше он увлекался, тем меньше живых оставалось. Со временем он перестал быть добрым доктором и начал применять средневековые методы лечения, пытаясь понять, как они влияют на эмоциональное здоровье людей. Когда государственные службы об этом узнали, они просто ужаснулись. Проверка клиники не заняла много времени. Уже через неделю и его, и Чонгука приговорили к смертной казни. Но а дальше все было по стандартному сценарию. Инсценирование смерти и пожизненное проживание в «Стране чудес».       Поначалу Хосок хотел прибрать к рукам лишь Тэхёна. Но тот наотрез отказался без Чонгука участвовать в этой авантюре. Каким бы жестоким и безнравственным человеком он ни был, но бросить умирать того, кто заставил его сердце оттаять, не мог. Хосоку пришлось сдаться. Чонгук стал чем-то вроде бонуса к нему. Тот не участвовал в боях и не имел никаких прав. Пока жив он, жив и Гук. Умрет он, умрет и Гук. Все просто. До безобразия просто.       Чонгук давно уже привык быть дополнением к Тэхёну. С первого дня их знакомства он, словно под гипнозом, во всем слушался Кима. За весьма короткий срок из амбициозного молодого специалиста, Чон превратился в покорную псину, трепетно обожающую своего хозяина. Он, забив на все свои амбиции, легко и просто согласился стать тенью. Неважно, на свободе или же в «Стране чудес», пока Тэхён рядом, Чонгук справится со всем.       Вот и сейчас, выполняя поручение, данное ему Тэхёном, он, подобно мыши, пробрался в архив и попытался отыскать дело Юнги. Пока Чонгук рылся в коробках с делами заключенных, его не покидало чувство, что за ним следят. Архив — один из стратегических мест тюрьмы, то, что он так просто пробрался сюда, уже говорит о том, что ему просто позволили это сделать.       И к слову, он был прав.       Хосок привычно восседал на своем кресле и, тихо хихикая, следил за потугами Чонгука. Он никогда не считал Чона интересным и воспринимал его не иначе, как шавку Тэхёна. И, наверное, давно бы уже убил, если бы Ким не был одним из сильнейших бойцов в его тюрьме. Пока его сумасшедший доктор побеждает, он готов закрывать глаза на бесполезные бонусы.       — Ты очень рискуешь, пустив его в архив, — присев напротив директора, проговорил Минги.       — Это не так. Он слишком глуп для того, чтобы воспользоваться возможностью и немного разузнать о заключенных. Вот увидишь, он найдет дело Мина и драпанет, — не отвлекаясь от монитора ноутбука, молвил Хосок.       — Ты возлагаешь на этого Мина большие надежды, — задумчиво произнес Минги.       — Это так. Он хочет убивать. По нему это видно. А я хочу смотреть на то, как он будет это делать. Мы — идеальная пара, — улыбнулся Хосок.       — Я знаю тебя не первый год, и более чем уверен, что он расстроил тебя на «кровавой пятнице», что же тебе не понравилось? И почему ты позволил Паку избежать наказания? — внимательно глядя на своего директора, спросил Минги.       — От тебя ничего не скроешь. Мин был так красив в своем безумии, что я даже залюбовался. Но потом он остановился. Юнги не хотел вредить Чимину. Это меня и расстроило. Этот кусок мусора что-то для него значит. И это плохо. Мне бы не хотелось, чтобы он повторил судьбу Кима. Да и Пак неплох. Он хочет жить, и это им движет. Не хочу, чтобы он стал вторым Чонгуком.       — Ты как всегда расчетлив.       — За это ты меня и любишь.       — Несомненно.       В словах Хосока была доля правды, Чонгук действительно не собирался пользоваться ситуацией и, едва найдя и прочитав дело Юнги, он тут же хотел уйти. Но на его глаза попалось досье Чимина. Всего несколько секунд колебаний и интерес всё же взял над ним верх. Открыв потертую папку, он охотно углубился в чтение. И был шокирован. Все, что он знал о Чимине, было ложью. Гук не мог поверить, что его друг все это время лгал ему. Как он мог молчать о таком? Но зато теперь он, наконец, понял, чем Чимина так зацепил Намджун.       Тот, кого предали, всегда поймет себе подобного.       Наскоро положив папку на место, Чонгук двинулся к выходу. Миновав «спящего» охранника, он сразу же направился к Тэхёну.       Как и ожидалось, тот нашёлся в больничном блоке. Чонгуку с порога хотелось налететь на Чимина и вывести того на чистую воду, но, немного подумав и стопорнувшись на кое-каких фактах, он передумал. Сначала он поговорит лично с Паком. И лишь потом расскажет все Тэхёну.       — Чего ты так долго? Я уже волноваться начал, — прошипел Тэхён, едва Гук успел войти в палату.       — Дело долго искал, — моментально ответил Чонгук.       — Какое дело? — не понял Чимин.       — Я послал его в архив найти дело Мина, — объяснил Тэхён.       Пока Тэхён говорил, Чонгук внимательно смотрел на Чимина, напрасно пытаясь поймать того на эмоциях, но тот был совершенно спокоен. Так уверен в своей легенде?       — Вот как, и что узнал? — заинтересовался Чимин.       — Его посадили за убийство. Мин прикончил свою жену. Жестоко прикончил. Кровь была везде. На суде он не раскаялся и заявил, что убил бы ещё не раз, — словно солдат, отчитался Чонгук.       — Кровь была везде, говоришь, — нахмурился Чимин. Кровь…       — Да, — кивнул Гук.       — Что-то вспомнил? — поинтересовался Тэхён.       — Да, на арене Юнги сказал, что вновь хочет увидеть моё лицо окровавленным, — тихо поведал Чимин.       — Выходит, он кайфует от вида крови. Понять бы, что она в нем пробуждает, — вновь задумался Тэхён.       — А что может? — прохрипел Чимин.       — Много чего, к примеру, жестокость или сексуальное влечение, — немного подумав, ответил Тэхён.       — А как узнать точно? — прошептал Чимин.       — Если… Когда он выйдет из карцера, я с ним поговорю, — отведя взгляд в сторону, произнёс Тэхён.       — Спасибо, Тэ. И тебе, Гук, что бы я без вас делал? — добродушно улыбнулся Чимин, не почувствовав никакого подвоха.       — Просил бы помощи у Хосока, — не сдержавшись, прошипел Чонгук. Вот же…       — Смотрю, ты и моё дело прочитал, — усмехнулся Чимин.       — Не волнуйся, он никому не расскажет, — тут же оживился Тэхён.       Чонгук вновь был в замешательстве. Выходит, Тэхён все знал о Чимине, но ему ничего не сказал. Это обидно. Очень обидно.       Пока троица решала свои дела, Юнги спокойно досиживал свои пять дней. Он был твердо намерен по их истечении победить и вернуться к Чимину.       В действительности он переживал, что после случившегося Чимин начнет его избегать. Юнги очень не хотелось терять связь с сокамерником. Он испытывал к нему довольно странную симпатию. И был намерен разобраться в этой самой симпатии как можно скорее.       И, наверное, стоило бы и в своих порывах разобраться. Он ведь чуть не убил Чимина на арене.       Подобное может легко повториться, и на этот раз Кима не окажется рядом. Кто тогда спасет Чимина?